А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Тайный дневник девушки по вызову" (страница 44)

   Воскресенье, 20 июня

   Я валялась на кровати, читая. Зажужжал телефон. Доктор Калифорния.
   – Конец улицы, ты сказала?
   – Начало улицы.
   На самом деле я никогда до конца не уверена, что из них что, но если он не видит нужный дом, то, вероятно, находится не в том конце.
   Он постучал в дверь через минуту.
   – Ну что, все-таки конец улицы?
   Я усмехнулась. Его улыбка была приятнее, чем мне помнилось. У него была одна-единственная сумка. Старая голубая машина. Его брата, пояснил он. Я впустила его.
   Он бросил сумку рядом с диваном. Ясно, подумала я. Надо было достать пару подушек и одеял. Не хотелось бы, чтобы он подумал, что я решила, что он будет спать со мной. Мы повернулись лицом друг к другу, ничего не говоря, только улыбаясь.
   – Ну…
   – Ну… Хочешь, прогуляемся?
   – Давай прогуляемся.
   Мы бродили несколько часов. Я даже не замечала времени, пока солнце не скрылось за деревьями. Он рассказывал о своей семье, о работе. Роскошный рот и не менее роскошные руки. Мы уселись на скамейку и смотрели, как округлые женщины выгуливают своих крошечных, еще более округлых собачек.
   – Домой?
   – Давай домой, – согласился он.
   Я предложила приготовить ему что-нибудь.
   – Честно говоря, я не настолько голоден, – отказался он. Я тоже не проголодалась. Он достал из своей сумки большую бутылку ликера. Похоже, для чего-то другого в ней оставалось не так много места. Мы уселись за стол в кухне с миской льда и прикончили бутылку.
   Я опьянела, он тоже – но приятно, как в ту ночь, когда мы впервые были вместе. Когда бокалы и бутылка, наконец, опустели, я повела его в свою спальню. Мы целовались и ласкали друг друга через одежду.
   – Твои груди в этой штуке выглядят великолепно, – проговорил он. – Можно тебя кое о чем попросить?
   О чем угодно, чуть не сказала я.
   – О чем?
   – Можно, я отхлестаю их плетью? Через блузку, я имею в виду.
   Я достала ему резиновую многохвостую плеть. Он начал с легких шлепков. Я рассмеялась.
   – Можно сильнее! – проговорила я. Он послушался. Стало больно. Это были не самые тяжкие побои, которые мне случалось терпеть, но зато самые веселые. Я, не переставая, смеялась. Он ничего не говорил, но тоже улыбался, и все это казалось таким смешным… Закончив, он отложил плеть и запустил руки мне под блузку.
   – Ты вся горячая, – сказал он. Задрал блузку. Лифчика на мне не было. – Они такие розовые…
   Он прижал меня к стене и отымел стоя. Потом мы рухнули в постель и почти немедленно отключились.

   Понедельник, 21 июня

   Меня разбудил телефон. Я была как в тумане и ответила, не посмотрев, кто звонит.
   – Алло?..
   – Привет. – Это был Этот Парень. Я поежилась. Надо было повесить трубку. Не повесила. – Ты где? – спросил он.
   – Дома. – Врать смысла не было. И времени подумать – тоже. – А ты где?
   – Возле твоего дома.
   – Ой!..
   Я положила телефон. Потянулась, мягко растормошила спавшего рядом со мной мужчину.
   – М-м, у меня там внизу гость нарисовался, – сообщила я.
   Должно быть, он уловил что-то в моем голосе.
   – Кто это?
   – Мой бывший. – По лицу его пробежала гримаса. Он спросил, что я собираюсь делать.
   – Открыть дверь, полагаю.
   Он сказал, что я не обязана. Что я могу позвонить в полицию. Я ответила, что сама знаю. Мы оделись. Он спустился в кухню. Я открыла дверь.
   Там стоял Этот Парень. В шортах и футболке. Его машина была припаркована напротив. На улице было тихо. Он спросил, можно ли ему войти. Я впустила.
   Он кивнул Д.К., войдя в кухню. Я представила их друг другу. Спросила, не хочет ли кто-нибудь чаю или позавтракать. Они сказали – хотят. Я включила радио. Все шло как-то чересчур спокойно. Я повернулась к плите и омлету, положила под гриль хлеб, чтобы сделать тосты. Завела светский разговор: о погоде (приятная), о той чуши, которую говорят по радио, о новостях (удручающие). Разложила еду и поставила перед ними тарелки одинакового размера.
   Этот Парень сразу принялся за еду, наклонив голову над тарелкой. Странно было видеть его сидящим за столом – после всех этих месяцев!
   – А ты что, яйца не будешь? – спросил Д.К.
   – Только кусочек тоста, – ответила я.
   – Несерьезное топливо, – сказал он, улыбнулся и стал есть. Оба молчали. Я не могла сидеть, только ходила туда-сюда перед раковиной, грызя корочку. Этот Парень разделался с едой быстро и попросил разрешения воспользоваться туалетом. Я разрешила. Ему раньше никогда не приходилось спрашивать.
   Когда он вышел из кухни, Д.К. повернулся ко мне и прошептал:
   – Почему ты мне о нем не сказала?
   – Была уверена, что рассказывать нечего, – шепнула я в ответ. – Несколько месяцев его не видела.
   Этот Парень вернулся. Спросил, может ли он поговорить со мной. Я сказала – может. Мы стояли там, в кухне, молчали, Д.К. смотрел на нас. Этот Парень спросил, может ли он поговорить со мной в моей комнате. Я сказала – да. Мы поднялись по лестнице. Я оставила дверь открытой. Он сел на кровать, жестом пригласил меня сесть рядом. Я села. Я знала, что с кухни нас можно услышать.
   – Я должен задать тебе один вопрос и хочу, чтобы ты ответила честно, – начал он.
   Я ощетинилась. Какое он имеет право о чем-то меня спрашивать? И когда это я не говорила ему правды?!
   – Ну? – сказала я.
   – Ты спишь с этим человеком?
   – Да.
   – Он спал здесь прошлой ночью?
   – Да, – ответила я, и мне пришло в голову, что надо бы поинтересоваться, давно ли Этот Парень торчит снаружи.
   – Не могу поверить, что ты могла так со мной поступить! – проговорил он.
   Я чего-то не понимаю. Я что, должна была вести ради него учет своим любовникам? Мне до сих пор полагается отвечать ему, волноваться, что он обо мне подумает, вообще волноваться из-за того, что кто-то обо мне что-то думает? Я попросила его уйти.
   Он был спокоен. Странно спокоен. Обычно Этот Парень суетлив и многословен, но сейчас он молчалив и собран. Он сказал, что провожать его не надо, но я настояла на том, чтобы проводить его вниз. К двери. Из двери. Вышла на улицу следом за ним и захлопнула дверь. Д.К. по-прежнему оставался в кухне. Услышала, как за моей спиной щелкнул замок. Ключей у меня не было. Что бы Этот Парень ни задумал, я не позволю ему сделать это с незнакомым человеком. Ему придется сделать это со мной.
   Этот Парень все понял. Он обернулся, румянец вернулся на его щеки.
   – Я должен с ним поговорить, – сказал он с внезапной настойчивостью.
   – Нет, – сказала я и скрестила руки на груди.
   – Я должен поговорить с ним, – повторил Этот Парень. – Пусть он тебя забирает, я только хочу, чтобы он знал, что… что он у меня отобрал.
   – Он ничего не отбирал. Он даже не знает, кто ты. Да и зачем ему? Ты позволил мне уйти. Дважды.
   Этот Парень попросил пустить его в дом. Я отказалась. Он снова попросил, несколько раз, я отказалась.
   Я знала, что не в его правилах бить женщин, но не полагалась на это и только гадала, скоро ли он сломается. Появились кое-какие прохожие, двигаясь по улице в обоих направлениях по обычным утренним делам. Я рассчитывала, что это спасет меня. Если надо будет спасаться.
   Этот Парень явно понял, что просьбы впустить ни к чему не приведут.
   – Ну, давай, – ныл он. – Он довольно большой мальчик. Вполне может сам о себе позаботиться.
   – Ты его не тронешь? – спросила я.
   – Я его не трону.
   – Лгун!
   Я видела, что руки у него скрещены, но кулаки все сжимались и разжимались, снова и снова, костяшки белели, потом розовели, потом опять белели.
   Мы стояли. Он смотрел на меня.
   – Садись в свою машину и уезжай, – велела я.
...
   Я знала, что не в его правилах бить женщин, но не полагалась на это и только гадала, скоро ли он сломается.
   Он не двинулся с места. Я повторила. Он пошел. Я шла за ним до ворот. Смотрела, как он садился в машину. Он не сразу вставил ключ в зажигание. Я подождала, пока он отъедет. Вернулась к двери и постучала. Д.К. впустил меня. Мы поднялись в мою комнату и трахнулись.

   Вторник, 22 июня

   Утром Д.К. уехал. Ему нужно было обратно на юг. Я улыбалась и заправляла постель, пока он собирал свои скудные пожитки. Я не знала, увидимся ли мы снова, синяки поперек моей груди были уже слабыми, но могли продержаться дольше, чем мы с ним были вместе. Я не знала и не хотела об этом думать.
   На углу стояла машина, я видела ее из окна, и он тоже это знал. Этот Парень. Я проводила Д.К. до его машины и махала ему до конца улицы, вернулась в дом, заперев за собой дверь. Зазвонил телефон. Я не ответила.
   Несколько минут спустя он снова зазвонил.
   – Алло, – произнесла я.
   – Можно, я зайду? – спросил Этот Парень.
   Я сказала – нет, я встречу его на улице. Закрыла за собой дверь, заперла и сунула ключ в карман. Взяла в руку мобильник, просто на всякий случай. Он выбрался из машины и встретил меня у ворот. Снова попросил впустить его в дом. Я отказала. Сказала, что будем разговаривать в его машине или не будем вообще. Он предпринял еще одну попытку, понял, что я не поддамся, и мы вместе пошли туда, где он припарковался.
   Я села на пассажирское место и полуприкрыла дверь.
   – Прости меня, я знаю, что очень многое делал неправильно, мне так жаль, очень-очень жаль, – проговорил он.
   Глаза у него покраснели, а плечи ссутулились. Меня пронзила нежность. Однако я ничего не сказала. Он продолжал извиняться. Плакал. Я его не останавливала. Я думала обо всех тех моментах, когда мы были вместе, и он не извинялся, и это разрывало мне сердце – или же о тех немногих, когда извинялся, и я спешила утешить его и уверить, что это вовсе не его вина.
   Никаких утешений на этот раз. Я просто позволила ему выговориться.
   На это было тяжело смотреть. Я понимала, что в моих силах прекратить эту сцену, покончить с его мучениями. Я понимала, что могу сделать следующие десять минут легче для нас обоих – может быть, даже следующие десять дней, если повезет, пока мы снова не поругаемся. Надо только сказать, что приму его обратно. Но я понимала и то, что за каждым углом нас всегда будет подстерегать ссора. И что бы он ни говорил – люди просто так не меняются. Не то что не могут измениться – никто не меняется за одну ночь, а с меня хватит.
...
   Он продолжал извиняться. Плакал. Меня пронзила нежность.
   Это-то я ему и сказала. Просто прошептала, что с меня хватит. Он всхлипнул, но упрашивать перестал.
   Вот теперь действительно всё, подумала я. Подумала о том, что говорил Н. в машине. Обрекаю ли я себя на судьбу, которую сама избрала? Был ли это последний шанс – не только для него, но и для меня – навсегда?
   – Я так тебя любил! – проговорил он, наконец.
   – И я тебя любила, – эхом повторила я. Понимая, что это действительно был последний раз. И понимая, что он это понимает.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 [44] 45 46

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация