А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Наш маленький Грааль" (страница 23)

   – Хочется – кури. Мы твоему Мерзлову не расскажем.
   – Нет. Не буду, – горестно вздохнул Макс. – Станислав Андреевич говорит, что от курева ходовые качества ухудшаются. На тридцать процентов.
   – Ох, Макс, ну и примерный ты стал! – фыркнула Маша.
   А Ася задумчиво произнесла:
   – Да уж, ребята… Мы действительно изменились.
   И поинтересовалась у сестры:
   – Слушай, я давно хотела спросить. А что с чашей? Знаю, что не нашли, но менты ее хотя бы искать пытались?
   – Пытались, – кивнула Мария. – Меня даже пару раз на опознание вызывали. Я ходила, смотрела. Нет. Не она. Как в воду канула…
   – Интересно, кто ее все-таки спер? – вздохнул Макс. И спросил: – Ты, Маш, по-прежнему думаешь, что дед ее стырил?
   – Да ничего я уже не думаю… – вздохнула сестра. – Я ведь дозвонилась деду на следующий день после того, как чашу украли. Не было его в Москве. Он в Сочи отдыхал. В санатории.
   – Ну, деду соврать… – хмыкнул Макс.
   – В том и дело, что он не соврал! – горячо произнесла Мария. И объяснила: – Я не поленилась, проверила. Это совсем просто оказалось. Идешь в любой офис сотовой связи и просишь выяснить, где находится абонент, у которого такой-то номер телефона. В смысле, в каком городе. Рублей сто, что ли, стоит услуга. Дед и правда из Сочи звонил.
   – Да я вообще эту вашу версию не разделяю, – с важным видом произнесла Ася. – Что за ерунда, будто дед наши желания исполнял?! Он, конечно, фантазер, но не до такой же степени, чтобы волшебную палочку придумывать! И возможностей у него нет таких чудес натворить!
   – Но кто-то ведь их творил! – уставился на сестру Макс.
   – Есть у меня одна идея… – начала Ася и тут же осеклась.
   – Давай-давай, говори! – поднажала сестра.
   – Да вы смеяться будете… – Она неуверенно улыбнулась. Но версией все же поделилась: – Я Никитке сейчас «Старика Хоттабыча» читаю, Лазаря Лагина.
   Маша фыркнула.
   – А что смешного? – обиделась Ася. – Очень, между прочим, забавная книжка. Философская…
   Тут и Макс рассмеялся. Ласково потрепал сестру по плечу:
   – Ну даешь! Ты бы еще Никитке этого, как его… Шопена Гуэру почитала!
   И опасливо покосился на Марию – вспомнил, что старшая ненавидит, когда коверкают фамилию классиков. Но Мария только хмыкнула, а Ася горячо сказала:
   – Между прочим, по теории раннего развития положено. Чем более сложные книжки читаешь ребенку, тем быстрее он станет развиваться…
   – Если раньше со скуки не умрет! – весело закончила Маша.
   – А в «Старике Хоттабыче» ничего скучного нет, – возразила Ася. – Помнишь, Маш, о чем там речь?
   – Ну, ты скажешь! Я, конечно, книгочей, но не до такой же степени! – возмутилась сестра.
   – Появляется в обычной семье этакий волшебник. Старик Хоттабыч. Он, безусловно, джинн, и возможности его велики. Но джинны-то далеко в прошлом остались. Вот и этот – несовременный. Все пытается чудеса творить, но исполняет их в меру своего средневекового умения. Мальчик пионерские шорты просит, а он его в роскошные шаровары одевает. Вот и наша чаша такая. И хочет порадовать, чудо совершить, только у нее не всегда получается…
   – То есть ты считаешь, что чудеса наши творила высшая сила, – задумчиво произнесла Мария.
   – А кто же еще? – пожала плечами Ася. – И не ее вина, что у нее не все выходило.
   – Ну, в моем-то случае вышло все, как я просил, – подбоченился Макс. – Даже лучше. Просил один турнир выиграть, а выиграл уже целых десять. Хотел скоростную подачу, а получил шикарного тренера.
   – Шикарные тренеры есть у многих. А подачи в двести пятьдесят километров в час нет ни у кого, – подколола его Маша. – И у тебя в том числе.
   – А, это вопрос времени, – отмахнулся Макс. И похвастался: – Станислав Андреевич, правда, говорит, что я ерундой занимаюсь, но у меня подача по скорости уже почти как у Роддика. Так что я костьми лягу, а до двухсот пятидесяти ее доведу. Из принципа.
   – И у меня чудо тоже случилось… – тихо произнесла Маша.
   – Ой, подумаешь, чудо – твой Игорек! – скривилась Ася.
   – А я не про него говорю, а про себя, – спокойно произнесла сестра. И объяснила: – Я ведь только сейчас поняла, до какой степени скучно жила раньше. Только институт и книжки – это ведь с ума сойти, какая тоска! Но я даже не догадывалась, что жизнь может быть совсем другой! Так здорово, когда в ней и путешествия, и риск, и азарт есть! Ну, и любовь тоже.
   – И качественный секс, – добавил Макс.
   – А что, это тоже немаловажно, – спокойно согласилась Мария.
   – Только у меня одной никаких чудес не случилось, – пожаловалась Ася. – Никитка ночами спит, за это чаше, конечно, спасибо, но жизни все равно никакой. Пашу как бобик. Если б не ребенок, давно бы в офисе кровать поставила, чтоб на дорогу время не тратить.
   – Замуж тебе надо, – вздохнула Маша. – За хорошего мужика, чтоб мозги вправил.
   – Нет, только не это, – замахала на нее руками сестра. – Уже была, больше не хочу. – И зло добавила: – Знаете, что тут мой бывший муженек отчебучил? Он на новую работу устраивается, а зарплата там – белая. Вот он и приходил, чтоб я заявление подписала. Что от алиментов отказываюсь.
   – Вот гад! – покачал головой Макс.
   А Маша строго сказала:
   – Аська! Ты ведь у нас святая. А ну колись: небось подписала? Благородно от алиментов отказалась? Чтобы с этим подлецом ничего общего не иметь?!
   – Ага, щаз, – саркастически ответила сестра. – Это я раньше, год назад, святой была. А теперь мне надо ребенка поднимать, одной. И бизнес у меня честный, никаких сверхдоходов. Так что ничего не вышло у Мишки. Я еще ему пригрозила, что, если алименты приходить не будут, в суд на него подам. И полквартиры отсужу в его Нижнем Новгороде.
   – Да, сестренка… – вздохнула Мария. – Ты действительно стала жесткой.
   – А как иначе… – договорить Ася не успела: у нее в сумочке зазвонил мобильник.
   – Совсем помешалась на своей работе, даже поужинать не дают! – заворчала Маша. – Скажи, чтоб завтра перезвонили.
   Но сестра только отмахнулась. Она слушала абонента, и ее глаза все больше и больше расширялись.
   – Да. Хорошо. Я буду. Обязательно, – наконец сказала она и положила трубку.
   – Кто это был? – заинтересовался Макс.
   – Что-то случилось? – встревоженно поинтересовалась сестра.
   – Звонили из корпорации «Октопус», – растерянно сказала Ася. – Секретарь генерального директора. Их шеф просит, чтобы я приехала для очень важного делового разговора. Завтра, к десяти утра…
   – А что это за «Октопус» такой? – с умным видом поинтересовалась Маша.
   – Как, ты не знаешь? – округлила глаза сестра. – Они же в российский топ-сто входят! Магазины, рестораны, несколько заводов, спортклубы, своя парфюмерная линия…
   – …И, кстати, это один из моих спонсоров, – вклинился Макс. И гордо добавил: – Крутая фирмочка. И разборчивая. Этот «Октопус» только самых перспективных, типа меня или Машки Шараповой, спонсирует.
   – Ну а что тогда гадать? – пожала плечами Маша. – Ежу понятно, зачем звонят, раз они только перспективными интересуются. Небось решили твой молодой, но шустрый магазинчик к рукам прибрать. И предложат тебя аннексировать. За хорошие деньги.
   – Шиш им, а не мой бизнес! – возмутилась Ася. – Не хочу я ни в какой «Октопус»! – И задумчиво добавила: – Хотя нет, вряд ли. Меня же к самому генеральному пригласили! Неужели ему есть дело до какого-то крошечного интернет-магазина?! Хотел бы он мой бизнес заполучить, какому-нибудь менеджеру бы поручил…
   – А не сказали, как зовут генерального? – спросила Маша. – Я бы у Игорька узнала. Он с кучей народа знаком.
   – Сказали, – кивнула Ася. – Какой-то Дмитрий Николаевич Гагин.
   – Как?! – едва не подскочила Маша.
   – Гагин. Дмитрий Николаевич, – повторила сестра. И недоуменно обратилась к сестре: – Да что с тобой, Маш?! Ты вся красными пятнами пошла!
   – Не помните, что ли?! – возмутилась Мария.
   Ася и Макс переглянулись. И хором ответили:
   – Нет.
   – Да мы тогда, в ноябре, у деда в доме сидели! И он нам чашу доставал из сейфа! А сейф был за картиной, а на ней такой мужик нарисован, почти голый, после кораблекрушения. И подпись художника знаете какая была – Д. Гагин!
   – Ой, мало ли в жизни совпадений! – пожала плечами Ася.
   – А еще я вам рассказывала, вы забыли просто: дед в Геленджике с каким-то «крутым» встречался. На «мерсе» плюс джип с охраной. И обратился к нему: «Привет, Гагин!» Этого, что ли, мало?! Видно, тот самый и был! Генеральный директор!
   – Ух ты, блин! – восхитился Макс. – Хорошенькие у деда друзья!
   А Маша ревниво добавила:
   – Но если это связано не с бизнесом, а с семьей, почему тогда, Аська, тебя одну к нему позвали?!
   Ответить сестра не успела – ее мобильник зазвонил вновь.
   – Ася Климентовна, я приношу вам свои глубочайшие извинения, – раздался в трубке медовый голос секретарши из компании «Октопус», – но Дмитрий Николаевич предупредил меня об этом только сейчас… Вы сможете прийти завтра все трое?
   – Все трое – это кто? – нахмурилась Ася.
   – Вы, ваша сестра и ваш брат.
   – В таком случае я тем более вас не понимаю. По какому вопросу нас приглашают?
   – Не могу вам сказать, – виновато ответствовала секретарша. – Единственное, о чем Дмитрий Николаевич упомянул: разговор пойдет о крайне важных для вас вещах. Так вы придете?
   – Одну минуту.
   Ася прикрыла трубку рукой и прошептала брату с сестрой:
   – Пойдете вместе со мной завтра к Гагину?
   Маша и Макс энергично закивали, и тогда Ася сказала:
   – Да. Мы будем.
   Нажала на отбой и тяжело вздохнула.
   Интересно, конечно, зачем они все понадобились олигарху, но она ведь Никитке обещала, что с утра его сама гулять поведет. Опять придется переносить…
На следующий день
   Молодые Шадурины явно выбивались из общего ряда.
   Это особенно бросалось в глаза в лаково-мраморном интерьере делового центра «Орловский».
   Местечко, где находился офис Гагина, оказалось более чем крутым: фонтаны, сверхскоростные лифты и ухоженные аквариумы, полные лупоглазых золотых рыб. И люди кругом под стать, одеты в строгом соответствии с деловым этикетом: мужчины поголовно в галстуках (Маша, которая благодаря Игорьку в этом разбиралась, шепнула спутникам: каждый минимум сто баксов стоит). И дамы, как под копирку, в деловых серых, темно-синих, черных костюмах.
   У Шадуриных же с костюмами вышла напряженка. Макс свой единственный надевать отказался наотрез. Заявил, что штаны попу жмут, а галстук – хуже удавки. И потом: его ведь не в Кремль, не на прием к президенту позвали! А загадочный Гагин вполне переживет, если он в любимых широченных джинсах явится. И в модных, адски удобных кроссовках.
   А у Аси, хоть она и бизнес-леди, делового костюма просто не было. Не тот у нее пока уровень, чтобы в строгих «Шанелях» рассекать. И на своей работе без костюма обходилась, и сейчас покупать ради единственного похода в «Орловский» не захотела. Так что оделась скромненько – брючки и свитер.
   Одна Маша выглядела празднично, но, увы, несколько неуместно. Черные кожаные леггинсы от «Гуччи», ярко-алая кофточка от «Москино», высокие сапожки от «Прада», безусловно, впечатляли, но где-нибудь в казино смотрелись бы куда уместнее, чем в переполненном условностями деловом центре.
   – Фу, как все на нас косятся, – шепнула Ася сестре, пока лифт возносил их в пентхаус, на 24-й этаж.
   – А тебе не плевать? – фыркнула Мария.
   А Макс увидел, что какой-то юный клерк с явным осуждением пялится на его широченные джинсы и в лифтовом зеркале скорчил такую рожу, что молодой бизнесмен тут же отвел глаза и начал тыкать в кнопки мобильного телефона.
   …Приемная генерального директора корпорации «Октопус» оказалась необычной. Она располагалась не просто на последнем, двадцать четвертом, этаже, а как бы над ним. Выходишь из лифта, поднимаешься по винтовой лесенке и оказываешься в некоем подобии купола – в стеклянной, уставленной тропическими растениями комнате. Зрелище поразительное: слабенькое ноябрьское солнце весело пляшет на пальмовых ветвях и пушистом ковре, а из безупречно чистых окон открывается просто фантастический вид. Вот он, и Кремль, совсем рядом, и храм Христа Спасителя, и усеянные жучками-машинками набережные…
   – Шоб я так жил! – восхищенно выдохнул Макс.
   – Будешь еще, – пообещала Ася. И вежливо обратилась к секретарше: – Добрый день. Мы – Шадурины.
   Секретутка – тоже в переговорном костюме, хотя какие там у секретарш переговоры? – важно кивнула:
   – Да-да, я узнала. Дмитрий Николаевич вас ждет. Проходите.
   – Узнала? – изумленно переспросила Мария.
   Но разъяснений не дождалась – секретарша тут же, будто заправской швейцар, распахнула перед ними дверь в кабинет.
   Он тоже оказался из стекла и тоже весь был залит солнцем. Даже странно, что светило поздним ноябрем способно на такие подвиги. Слепило так, что хозяина было не разглядеть, пришлось ждать, пока глаза привыкнут.
   А когда разглядели – даже расстроились. Хоть и небожитель (а кто еще может владеть подобным пентхаусом?), а ничего сногсшибательного. Мужик как мужик. Типичный «крутой». Идеально сидящий костюм, манерно приспущенный галстук, многотысячные часы на руке… С первого взгляда видно: ворочает немалыми миллионами, на учете каждая минута, а в голове – сплошные цифры. Непонятно только, зачем он их позвал, всех троих? Явно ведь не для того, чтоб скромный Аськин бизнес выкупить. И не для того, чтобы увеличить спонсорскую помощь Максу. А у Марии с таким перцем даже потенциальных точек соприкосновения нет. Разве что предложить ему золотую карточку Игрекова игорного клуба…
   Дмитрий Николаевич тем временем выбрался из-за стола. Подошел к гостям, в смущении застывшим на пороге кабинета. Протянул ладонь Максу, поцеловал ручки Асе и Маше… Но разговора не заводил, будто чего-то ждал. Вот странный.
   Они, ясное дело, тоже молчали. Макс украдкой пялился на хозяйский стол, пытаясь разглядеть марку стоящего на нем компьютера, Ася глазела в окно и прикидывала, хватит ли ее годовой прибыли, чтобы арендовать подобное помещение хотя бы на месяц.
   Одна Мария вела себя странно. Будто никакого воспитания нет – уставилась на Гагина во все глаза, и лоб напряженно морщит. Будто что-то вспомнить пытается, да никак не выходит.
   Ася не выдержала первой:
   – Дмитрий Николаевич! Как вы и просили, мы пришли все трое. И очень хотелось бы знать, зачем вы нас…
   Гагин договорить ей не дал, перебил:
   – А по-моему, Маша уже догадалась.
   Странно, почему вдруг «Маша»? Они разве накоротке?
   Ася и Макс удивленно взглянули на сестру. А та растерянно пролепетала:
   – Да. Я догадалась…
   – О чем? – начала сердиться Ася.
   Но Маша уже взяла себя в руки и твердо произнесла:
   – Вы дядя Митя. Верно?
   – Кто?! – в один голос выкрикнули Ася и Макс.
   – Дмитрий Николаевич Шадурин. Папин брат.
   – Да ладно! – недоверчиво фыркнул Макс.
   – Не ладно, а сто пудов, – отрезала Маша. – Это дядя Митя. Наш дядя.
   А роскошный бизнесмен Гагин пробормотал:
   – Машенька, милая!
   Голос его звучал растроганно.
   – Подожди, Маша, – твердо сказала Ася. – Но ведь мама говорила, что дядя Митя умер?
   – Даже так?.. – будто про себя переспросил Гагин.
   – Я тоже помню. Мама говорила, что он… то есть вы… умерли очень давно, – растерянно подтвердил Макс. – В тот год, когда Аська родилась.
   – Боюсь, что это не совсем так. – Дмитрий Николаевич постарался улыбнуться как можно беспечнее. Получилось, хотя крутым и положено держать лицо, не очень.
   – А я никогда не верила, что вы умерли. Однажды даже к маме пристала, – задумчиво произнесла Маша, – когда классе во втором была. Если, говорю, дядя Митя погиб, то где его могила? На каком кладбище? Но мама мне сказала, что на эту тему даже говорить не хочет.
   – И я тоже всегда удивлялся… – встрял Макс и объяснил: – Нам в школе однажды задали генеалогическое древо составить, а я даже ни одной вашей фотки не нашел. И никак въехать не мог: почему? Пусть и умер, но вы же все-таки мой дядя…
   – Но почему вы никогда не давали о себе знать? – с укором обратилась к Гагину Ася.
   – Я ведь вас любила!.. – подхватила Маша. – И скучала по вас…
   – Правда?! – искренне, совсем не по-деловому, вскинулся Гагин.
   – Я даже помню, как вы со мной в машинки играли. И объясняли про дорожное движение, про «лежачего полицейского» и главную дорогу…
   – Я тоже скучал о тебе, Маша… – склонил голову Дмитрий Николаевич.
   – Но почему тогда вы исчезли? – воскликнула она.
   – Потому что я дал слово, – сказал как отрубил Гагин.
   – Кому?
   – Вашим родителям. Что не буду с вами общаться. И даже не дам о себе знать. По крайней мере, до тех пор, пока вы, все трое, не станете взрослыми.
   – Почему? – возмущенно воскликнула Ася.
   – Полагаю, ваши родители не хотели, чтоб я подавал их детям дурной пример, – усмехнулся Гагин.
   – А чё в вас дурного? – хмыкнул Макс.
   А Ася раздосадованно хлопнула себя по лбу:
   – Интересно вы решили… Вы все! Родители запретили, вы послушались… Почему нас-то никто не спросил?!
   – Мне очень жаль, Ася, – вздохнул Дмитрий Николаевич. – Но в этом плане я человек несовременный. И если дал слово, его держу. Я честно ждал, пока вы подрастете. Вы все, включая тебя, Макс. Тебе ведь уже шестнадцать?
   – Почти семнадцать, – поправил племянник.
   – Взрослые люди. Вполне дееспособные… – как бы про себя пробормотал Гагин. – Сами теперь сможете решить, кто прав, кто виноват…
   – А что у вас случилось? – нетерпеливо потребовал Макс. – Что за мексиканское кино?
   – А ты, Маша, не помнишь? – тихо обратился к ней бизнесмен.
   – Очень смутно, – задумчиво произнесла она.
   – Тебе тогда четыре годика было.
   – Да. Тогда еще Аська родилась. Точнее даже, прямо в ту неделю, как она родилась… Все были дома – мама, папа, бабушка, вы, дядя Митя, а ты, Аська, в больнице была… И взрослые сначала пили чай и о чем-то очень громко разговаривали, а потом вдруг начали кричать… а потом – я уже не помню. Только слышала, как дверь хлопнула, и я спросила, кто это ушел, а мама заплакала и сказала, что дядя Митя, и не ушел, а сгинул, а что это значит, не объяснила. И еще помню, что мне разрешили в вашу комнату перебраться, и я очень обрадовалась…
   – Но ты мне этого никогда не рассказывала! – с укором обратилась к сестре Ася.
   – И мне тоже, – подхватил Макс.
   – Мама мне объяснила, уже потом, когда успокоилась, что дядя Митя не сгинул, а просто уехал. Очень далеко, по важным делам, и вернется очень не скоро. Ну, я ж ребенок была совсем: уехал и уехал. А про то, что он умер, мне сказали, уже когда я в школе училась…
   – Ну а чё у вас за фигня-то произошла? – вновь спросил Макс.
   – Я расскажу, – кивнул Гагин. – Я все расскажу.
   Широким жестом пригласил всех троих разместиться на белом кожаном диване, сам уселся напротив в кресле и задумчиво произнес:
   – Я не уверен, что вам мой рассказ понравится. Я в нем выступаю далеко не ангелом. Может, ваши родители и правы, что не позволяли мне с вами общаться… Но молчать тоже больше нельзя. Надоело.
   Он упрямо усмехнулся, и Ася, Маша и Макс, не сговариваясь, но в унисон, подумали: он, безусловно, наш, Шадурин. Потому что слишком уж наша, фамильная, улыбка.
Много лет назад. Братья Шадурины
   Старшего брата положено боготворить. Или как минимум уважать.
   А вот Митя своего презирал. Начать с того, что звали старшего, умереть со смеху, Климом! Это мамочка так придумала, хотя отец и возражал. Полностью имя звучало еще смешнее: Климент. И если его тезка, маршал Ворошилов, хотя бы умел лихо скакать на коне и размахивать саблей, то от Клима Шадурина толку не было решительно никакого.
   Митя надолго запомнил, как в раннем детстве ему хватило ума пожаловаться старшему на соседских мальчишек. Обычная история: бандитский, полный отпрысков потомственных пролетариев двор, где всем заправляла лихая компания во главе с грозным, уже побывавшим в детской колонии Васьком. И Васек хоть и лоб под четырнадцать лет, а взялся цепляться к щуплому Митяю. То фофан ни за что вкатит, то жалкие семь копеек, что предназначены на фруктовое мороженое, отберет… Ну, Митька и подумал: в свои-то восемь лет против Васька никак не попрешь. А вот брат, которому уже двенадцать, мог бы помочь.
   И нажаловался. И Клим молча кивнул, решительной поступью направился во двор и отозвал ухмыляющегося Васька для серьезного разговора. Митяй – он наблюдал за действом, укрывшись за помойкой, – с нетерпением ждал, когда же наконец старший залепит гаду в ухмыляющуюся физиономию… Но драки не произошло. Митяй с изумлением созерцал, как брат что-то горячо говорит и рожа врага все больше расцветает в издевательской улыбке… А потом Васек и вовсе от хохота за бока ухватился, и до Митяя донеслось:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [23] 24 25 26 27

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация