А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Солнца нет" (страница 13)

   Глава 22

   Наступивший рассвет озарил мир, но не смог пробиться до мрачных глубин подземелья, там его заменяли тусклые, давящие лампочки, которые включались по утрам, перед самым завтраком, если можно его так назвать. Рацион заключённых был скуден. Едва-едва помогая им не протянуть ноги с голоду, он кое-как насыщал людей. Мутная солёная вода с варёной картошкой сходила за суп. Кружка чая со ссохшимся батоном была десертом, эту нехитрую еду безмолвно подавали каждому арестанту.
   Не успев позавтракать Микола первым делом, не говоря никому из сослуживцев ни слова, с которыми не желал общаться в данный момент после драки, покинул столовую, направившись по коридору, ведущему к третьей камере. Отперев её, вошёл вовнутрь. Хрупкая чеченка боязливо прервала трапезу, с опаской смотря на хохла с пожелтевшим глазом, в чьих руках был цветастый пакет.
   – Здравствуй… – пробормотал здоровяк, неуклюже подойдя к сидящей на тахте девушке. – Я это… тут тебе поесть принёс, – он вытащил из пакета на лежанку кусок газеты и на него стал выкладывать еду: связка средних бананов, немного копчёной колбасы и мясные пирожки.
   Чеченка молчала, бездействуя, потупила карие глаза в пол.
   – Ты кушай, не стесняйся… А я пошёл, – проговорил Николай, затем вышел затворив дверь. Теперь для него это стало обычным делом, уже не в первый раз он угощал пленницу из своего пайка, даже затхлый матрац с подобной подушкой успел сменить ей на новые, отдал свои. Несмотря на всё это благодетельство, чеченка ни разу не обмолвилась с ним словом, будто была немая. Он пробовал с ней заговорить неоднократно, но попытки ни к чему не приводили, она всё больше замыкалась в себе. Поражения были, Микола не сдавался, на её упёртое молчание не обращал внимания, словно на самом деле она внимательно слушала его, коротко рассказывая что-то из жизни.
   Однажды принеся в камеру ужин, Николай не выдержал:
   – Конечно, тяжело тебе здесь приходится, тут мужики ломаются, а не то что девки… Но всё же могла бы и спасибо сказать. Или хоть назвалась как-то, а то обращаюсь к тебе будто к дереву, – упрекнул чеченку охранник.
   Тишина.
   – Не хочешь имя говорить – не надо. Мне наплевать вообще… – солгал Микола, уходя прочь. Украинец почти скрылся за дверью, как девушка обронила своё имя: «Шахида».
   Николай остановился, на секунду замерев.
   – Красивое у тебя имя. Мне нравится, – отозвался усач, закрывая дверь.

   Глава 23

   «Острый сюжет в моей истории! Что делать: бежать или нет? Неужели менты видели, как я выпрыгивал из окна? Ну да, если бы не заметили, зачем тогда я им понадобился? Как же я не мог их не заметить? Нет, сматываться – это плохая идея. А остаться?…»
   Два милиционера покинули свою машину, подскочили ко мне. Скрутив руки, подвели к «девятке», положили меня животом на капот, приказали расставить руки и ноги. Один из них стал меня обыскивать, а другой спрашивать:
   – Что ты там делал?
   – С любовницей отвисал, а тут пришёл муж, – ответил я именно в тот момент, когда его напарник нашёл у меня пистолет.
   – Да ты у нас вдобавок ходишь с игрушкой. А у тебя имеется разрешение на неё?
   Я промолчал.
   – Молчишь! Да, ты попал парень.
   Мои запястья сцепили наручниками и, понимая в какой ситуации, я оказался, начал им объяснять.
   Слушая и не веря ни одному моему слову, они посадили меня в машину на заднее сиденье. Самый главный из них, послал напарника выяснить в ту квартиру, откуда я спрыгнул.
   Я рассказывал свою неприятную историю, оправдываясь до тех пор, пока рация не заговорила. И услышав о трупе, изумился, напугался.
   «Труп! Но он же… Кто его? Неужели они? Ну как?… Вот я влип, теперь точно не поверят. Что делать? Я не хочу в тюрьму. Остаётся одно: бежать и с этим нельзя медлить», – лихорадочно пробежали мысли у меня перед тем, как я не жалея своей головы несколько раз сокрушительно нанёс удары о бритый череп мента. Вырубив его, я с трудом вышел из машины, так как наручники были надеты сзади, и пришлось зубами поднимать «кнопку, блокирующую дверцу». Открыв переднюю, я сначала для безопасности неуклюже, но сильно заехал ногой в лицо в бессознательного милиционера. Отыскав ключи от наручников, освободился от них и, забрав всё, что они у меня нашли, рванул пулей.
   Через два с половиной часа я приехал в деревню, находящуюся в соседней области, где когда-то жил в юности с родителями. Надеюсь, тут меня не сразу найдут. Ведь кроме лучшего друга о ней никто не знает. А мёртвые молчат.
   «Что же мне делать? Денег оставшихся не хватит протянуть и неделю. А есть ли смысл оставаться здесь? – думал я, лёжа на кровати с включенным чёрно-белым телевизором. – Да-а, останешься тут. Сразу вычислят не бандюги, так менты. Попал я. И где теперь искать защиты? Кто мне поверит? Не думал, что в один прекрасный день окажусь в безвыходном положении. Неужели придётся постоянно скрываться? Нет, всё равно когда-нибудь поймают, если, конечно, не уеду из этой страны. Но и там нет стопроцентной уверенности в том, что меня не найдут. Ладно, а где взять деньги на дорогу? Не знаю. Не знаю. Не знаю…» – эти слова уже стучали во сне.
   Меня разбудил стук в дверь. Кто же это может быть? Наверное, кто-то из соседей. Я глянул в окно, смеркалось. Пошёл открывать. Не спрашивая «кто» распахнул дверь. Люди в камуфляжной форме и в масках просто вломились, грубо уложили животом на пол, что-то крича. Конечно, в этот момент я задал им глупый вопрос: «А в чём дело?» В ответ мне приказали молчать. Надели на меня наручники и тёмный мешок на голову.
   «Ни фига себе. Быстро же меня они нашли», – были первые мои слова.
   Далее, причиняя мне боль, повели куда-то. Пока шёл, услышал приближающийся звук вертолёта. Он усиливался, и я понял, что «вертушка» где-то поблизости приземляется. Вот только зачем? На этот вопрос ответ я нашёл, когда оказался в вертолёте.
   – Ого, какая для меня честь, – вслух высказал я, и снова мне рявкнули: «Заткнись».

   Глава 24

   Ночь это особенное время, время тайн и тёмных делишек, пока идёт ночь, в мире рождается загадка и ещё неизвестно сможет ли её разгадать белое утро…
   На жёстком деревянном настиле спал зрелый мужчина посреди широкого пространства, поглощённого темнотой. Он только что открыл глаза. Сон оказался как всегда банально невезучим, а начиналось-то как!…
   …Александр чувствовал себя всемогущим владыкой. Лёжа на мягких, шёлковых, расшитых золотыми узорами подушках, он наслаждался зрелищем персидской танцовщицы. Восточная девушка исполняла трепетный танец живота. Её изящные движения заставляли звенеть медные монетки, крепившиеся россыпью на стройной талии. Её широкие бёдра ритмично раскачивались в такт музыки, Александр заворожено следил за их движениями с мечтательной улыбкой. Она, пластично танцуя, зазывала за собой расслабившегося господина уводя его в затемнённую сторону покоев. Александр, подчиняясь, последовал за ней, надеясь, что танцовщица с хитрыми карими глазами ведёт его в спальню. Она, не прерывая эротичного танца, поднялась по крутой лестнице, ведущей к приоткрытой двери, из которой струился сочный белый свет. Персиянка скрылась за дверью, на прощанье поманив кистью руки. Обрадованный мужчина ринулся вперёд, достиг двери и, сгорая от нетерпения, вошёл в белоснежную комнату. Его ослепило сияние чистоты, зажмурился, рядом прозвучал женский смешок, он протёр глаза, посмотрел перед собой в поисках красавицы, никого не оказалось. Александр оглянулся, но увидел только запертую дверь, а белый свет превратился в девственный снег. Он начал чувствовать, что стал замерзать. В страхе мужчина бросился к двери, с напором попытался отворить, не поддалась. Решил обойти преграду в надежде отыскать выход и увидел вторую, появившуюся дверь, побежал к ней. Ломился. Безрезультатно. Замёрзший, дико злой на происходящее, проклиная танцовщицу, Александр обернулся: первой двери не было, исчезла без следа. Не думая, развернулся, а второй двери тоже нет. Бедняга упал на колени и, зажимая голову, неистово закричал в пустоту. Вокруг простиралась бескрайняя снежная пустыня…
   …Веки раскрылись. Снежный простор превратился в тёмный туман, захвативший всё вокруг. Голубые глаза понемногу привыкали к темноте, холод овеял его. «Где я?» – первое, что пришло ему в голову. Он чувствовал неясную боль. Александр попробовал подняться, но не смог оторвать даже спины, ему помешали: толстые кольца цепей, вживлённые в голое тело с разных сторон к плечам, к талии, к ладоням, к щиколоткам. На нём, кроме трусов, ничего не было. В него ворвался страх, мужчина стал судорожно гадать, каким образом ему удалось сюда попасть. Всё сходилось к вчерашнему вечеру, когда на празднестве пил с сослуживцами в пивном баре «Большая кружка», отмечая очередную звёздочку. В самый разгар гулянки, Александр вышел подышать воздухом… здесь случился провал в сознании. В итоге, он проснулся в этом жутком месте, в оковах, и только военная выправка не позволила ему окончательно потерять самообладание.
   Забренчали цепи, он посмотрел на запёкшиеся раны на ладонях, которые не смог поднять на всю высоту рук.
   «Тот, кто со мной это сделал, обязательно должен объявиться», – пронеслось в мозгу.
   Дёрнул ногу, цепь не дала большой свободы, всё было ограничено, зато зазвенели звонкие колокольчики, подведённые к цепям, скрывавшиеся в темноте.
   Секунды шли, в голове Александра, подобно жизни муравейника, носились мысли. Дверь тихонько отворилась, но всё равно пленник это уловил. Свет, ворвавшийся из коридора, преградил высокий силуэт существа. В клетку вошёл незнакомец в длинном чёрном плаще, а зеркальная серебряная маска, выражавшая мрачное безразличие, служила ему лицом. Он изучающе смотрел на лежащего человека, сквозь тёмные прорези глаз, пока пленённый не подал голоса.
   – Кто ты?
   Пауза
   – Я правосудие, – раздалось из-под маски. – Я пришёл тебя судить.
   – За что? – спросил закованный.
   – Ты, пользуясь служебным положением на месте военных действий, продавал врагам оружие, из-за которого гибли совсем зелёные пацаны. Ты принёс много горя их матерям. Теперь для тебя существует лишь одно наказание – казнь, – ответил чудовищный субъект, сразу добавив: – Но я не настолько жесток и поэтому предлагаю тебе путь к спасению… Посмотри на право, там стоит часовой механизм, я включу его ровно на пять минут, как только соберусь уйти. За это время постарайся освободиться от цепей, иначе они разлетятся в стороны, а потом… Теперь присмотрись к потолку, видишь лезвия пик? – Молчание. Прикованный офицер всмотрелся в «крышку гроба», напичканную широкими остриями. – Она съедет вниз и продырявит тебя. Однако если сможешь выбраться из цепей, то считай себя полностью свободным, дверь останется открытой. Иди на все четыре стороны, – после этих слов Маска подошла к устройству и нажатием кнопки привела часы в отсчёт, зелёные электронные секунды начали сменять друг друга, меняясь на большом циферблате.
   – Время пошло… Посмотрим, на чьей стороне будет судьба… – проговорило правосудие, уходя.
   Оставшись один на один со страхом и тикающими часами (пик-пик-пик), давящими на нервы, Александр ощутил полнейшее отчаяние в душе. Оковы держали его так крепко, что в панике казалось их никогда не разорвать, но секунды неотвратимо бегут, приближая страшную смерть. Мужчина сообразил, что как не крути, но лучше быть раненым, но живым. Собравшийся с силой духа, он решился, левой рукой взялся за цепь правой ладони. Ненависть ко всему произошедшему с приливом отчаяния заставила его дико закричать, Александр вырвал первое кольцо, потом уже кричал от боли…
   Маска, являющаяся представителем власти, подходила к третьей камере, и в её зеркале отразился задумчиво стоящий темноволосый крепкий мужчина в светлом деловом костюме.
   – Я знаю, ты совершила тяжкое преступление, но я, именующий себя правосудием, даю тебе шанс искупить свою вину. Ты это с удовольствием сделаешь, обещаю тебе понравится, – сказала зеркальная личина изумлённой чеченке. – В одной из камер находится человек виновный в смерти твоих родителей, – после этих слов правосудие вытащило из кармана плаща фотоснимки, швырнув на тахту рядом с девушкой.
   Шахида с замиранием сердца подняла фотографию из рассыпанной кучи, начав рассматривать. Она узнала того, кто был изображён на ней, воспоминания поплыли перед заключённой глухой стеной, полностью заслонив ото всего на свете. Маленькое селение в окраине Грозного ожило перед ней. Был вечер, на лиловом от заката небе царило спокойствие, ну, а на грешной земле во всю раздавались автоматные очереди. Русский спецназ производил очередную зачистку, вся семья Шахиды боязливо сидела в доме, моля в душе, чтобы беда прошла стороной. Отец на всякий случай взял в руки ружьё. А в это время крики солдат становились всё громче, морально уставшие бойцы подошли к очагу огня, почти вплотную. Напряжение в парнях было настолько велико, что казалось, произойдёт нервный срыв, и они начнут палить по людям без разбору, потому что в каждом чеченце им виделся террорист. И вот когда несколько вояк ворвались в её дом, то первое, что сделал командующий офицер, увидя перед собой бородатого мужчину с ружьём, прикрывшего свою семью – это нажал на спусковой курок своего автомата. Изрешечённый пулями, окровавленный глава семейства свалился, словно подкошенный, за ним слегла ещё дышавшая жена. Дочь чудом осталась жива; патроны не задели её. Двое солдат бросились на командира пытаясь, отнять оружие, чтобы предотвратить ещё одну смерть. Шахида истерично выла, смотря на трупы родителей. Потом, когда Александр пришёл в себя, он бросил короткое «прости» осиротевшей девушке, после чего исчез.
   Шахида очнулась от воспоминаний, её красивые глаза были в слезах, а Маска положила перед ней «лимонку», крутанув её, словно детскую юлу.
   – Стрелки на стенах тебя выведут к нему, – пояснил он.
   Чеченка, не говоря ни слова, взяла гранату и вышла вон. Мелом нарисованные стрелки указывали ей путь. В этот момент Александр, собравшись с силами, дёрнул за последнее кольцо на правой ступне, боль была ужасная. Но когда он понял, что оказался свободен, то, истерически смеясь, вскочил с деревянного настила, посмотрев на часы, там оставались считанные секунды до того, как его пригвоздило бы. Казнь произошла на его глазах. Цепи разъехались. С потолка сорвалось смертельное орудие и с шумом вонзилось в то место, где недавно был прикован офицер, отчего он попятился назад. Это снова вызвало взрыв сумасшедшего смеха.
   – Что съели, суки? Думали, так легко спецназовца замочить? – проорал Александр на радостях, стоя спиной к входу камеры. В это мгновение бесшумно подошедшая Шахида, втолкнув вовнутрь комнаты смерти ненавистного человека, сорвала с гранаты чеку, и когда он обернулся в недоумении, она бросила «лимонку» ему под ноги.
   – Аллах Акбар! – прозвучали последние слова девушки, прежде чем та быстро затворила дверь, отбежав. Мощный взрыв разнёс камеру в щепки.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация