А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "К свету" (страница 5)

   – Вот звереныш… – Кондор аккуратно отошел к стене.
   Глеб ощерился, словно загнанная в угол крыса. Пистолет в его руке опасно подрагивал. Таран тем временем закашлялся, застонал.
   – Похоже, очухался. – Шаман с любопытством следил за странной парочкой. – Проводник-то наш с сюрпризом оказался…
   – Час от часу не легче. Забирай своего припадочного! И лучше бы ему побыстрее оклематься. – Кондор сокрушенно покачал головой. – Утром выдвигаемся. С ним или без него. А сейчас – всем спать.
   Глеб нырнул под руку наставника и помог тому доковылять до «номера». Не раздеваясь, они рухнули в койки. Мальчик разглядывал мокрые разводы на стене и пытался успокоить мечущиеся мысли. Ожесточенная стычка… Новости об экспедиции… Из головы никак не выходили слова Ишкария о загадочном свете. Жутко захотелось, чтобы они оказались правдой. Глеб попытался представить себя стоящим на палубе огромного корабля, который увозит его к таинственным землям с чистыми озерами и свежим воздухом. Может, именно о таком месте рассказывали родители… Мальчик прикрыл глаза, замечтавшись, когда вдруг услышал:
   – Спасибо… Глеб.
   Слова эти прозвучали почти нереально, едва всколыхнув тишину. Мерно тикал на столе хронометр Тарана. Капли конденсата, стекая по кривому потолку, стучали по мокрому полу. В голове мальчика бушевала настоящая буря.
   – Таран… А как вас зовут?
   Мальчик, замерев, ждал. Отчего-то вдруг очень захотелось услышать ответ. Узнав имя сталкера, он, может быть, уже не будет испытывать необъяснимый страх перед ним и перестанет его ненавидеть…
   – Какая теперь разница? Имя мое осталось в прошлой жизни. Таран я. Спи…
* * *
   В сбойке, сплошь покрытой густыми хлопьями пыли, стоял ужасный шум. Громоздкий вентилятор, надрываясь, с пронзительным скрежетом нагнетал воздух внутрь станции. Чумазый техник озабоченно косился на сотрясающуюся от вибраций ось древнего механизма. Последнюю действующую воздуходувку берегли как зеницу ока. Воздух «Кировского завода» с каждым днем становился все более перенасыщен выхлопами дизель-генераторов, просачивающимися на станцию. Потеря вентилятора сделала бы это место необитаемым.
   Закончив рутинную процедуру осмотра, техник вытирал изгвазданные руки ветошью, когда в вентиляционной шахте ему привиделся тусклый багровый свет. Изогнувшись над аппаратом, он заглянул в нутро шахты и обомлел. С внутренней стенки вытяжки крохотным красным огоньком технику подмигивало взрывное устройство. Бедолага успел лишь сглотнуть, когда диод перестал мигать и засветился ровным красным светом. Еще мгновение – и ослепительная вспышка поглотила человека. Взрыв огненной волной прокатился по сбойке и, вырвавшись в туннель, словно языком, слизнул группу выходивших на станцию местных жителей.
   Грохот взрыва и корчи горящих людей, с истошными воплями влетевших на станцию, ввергли всех в панику. «Кировский завод» забурлил подобно растревоженному муравейнику.
* * *
   И снова бешеный стук в дверь выдернул Глеба из царства сна. Из коридора доносились приглушенные крики старика. Ворвавшись в каморку, «администратор» затараторил, бешено вращая глазами:
   – Амба, хлопцы! Тикайте! Какая-то падла вентилятор взорвала! Пахан рвет и мечет! Говорит, Таран, мол, со своими подельниками! Больше некому!
   – Собирай шмотки, живо! – Таран кинул мальчику рюкзак.
   Они засуетились, снаряжаясь в судорожной спешке.
   – А я-то знаю, что не мог ты такую пакость учинить! – продолжал старик. – Пахан хлопцев своих собирает! Скальпы, говорит, поснимаю! Я как услышал – сразу сюда!
   В коридоре они нос к носу встретились с группой Кондора.
   – Я уже в курсе, – бросил на ходу боец. – Знать бы, какая сука так подставила…
   Все вместе они устремились по переходам и складам, мимо галдящих жителей и гор битого стекла. Выскочив на платформу, Таран сразу понял, что к эскалаторам уже не пробиться. Выход перегораживала толпа разъяренных выпивох с обрезами и ружьями. Вояки из них не ахти какие, но количественный перевес не оставлял шансов. Дернув Глеба за рукав, сталкер прыгнул на пути.
   – Вот они! Мочи фраеров!
   Загремели выстрелы. Люди вокруг метались и голосили, а шестерки смотрящего продолжали палить по отряду. Бойцы Кондора рассыпались по платформе, залегли за грудами мусора, отстреливаясь короткими очередями. Несколько бандитов рухнули, подкошенные точными выстрелами. Пули выбивали фонтанчики бетонного крошева в опасной близости. Стремительная стычка грозила обернуться настоящей катастрофой.
   Таран потянулся к ремню разгрузки, сдернул РДГ[3] и швырнул на платформу. Повалил густой дым, отсекая сталкеров от бандитов. Кондор, заметив призывные жесты Тарана, скомандовал отход. Отряд короткими перебежками достиг конца платформы и скрылся в туннеле. Кондор поравнялся со сталкером.
   – Ты рехнулся, Таран?! Мы в западне! Там впереди «Автово»!
   Глеб вздрогнул. Он слышал об этой заброшенной станции. Дед Палыч рассказывал, что строили ее открытым способом и до поверхности – всего четырнадцать метров. Раньше там даже жители были. Пока с грунтовыми водами на станцию не стала просачиваться радиация. Теперь там только смерть и запустение.
   – Может, вернуться и сдохнуть под пулями, умник?!
   По ребру тюбинга над головами шваркнула пуля. Еще одна.
   – Накаркал! Отходим глубже!
   Сталкеры, огрызаясь одиночными выстрелами, все дальше углублялись в туннель. Бандиты теснили их хаотичной, но интенсивной пальбой. Фарида швырнуло на рельсы. Боец, скривившись от боли, отполз к стене, ощупал бронежилет и показал жестом: «В порядке». Дым рванул было с плеча крупнокалиберный «Утес», но Кондор успел пресечь его порыв.
   – Их там не меньше сотни! Уходим, уходим!
   Отряд продвигался по туннелю, пока впереди не замаячил квадрат гермодвери. Поверх закрытой конструкции навалом стояли листы металла и еще какая-то рухлядь. Тут же на рельсах покоилась ржавая вагонетка, на которой, видимо, весь этот хлам сюда и переправляли.
   – Приплыли, – подал голос Бельгиец, невысокий боец с черными, как смоль, волосами.
   Таран осмотрел препятствие. Глянул на дисплей дозиметра:
   – Пока терпимо.
   – Затем, видать, и «герму» закрыли, чтоб не фонило с «Автово». – Кондор пихнул ногой груду металла.
   – Не просто закрыли, а еще и свинца с завода натаскали. – Таран схватил вдруг один лист и закинул в вагонетку. – Свинец радиацию экранирует! Чего встали!
   Кондор еще мгновение тупо смотрел на бывалого сталкера, а потом вдруг как-то сразу включился:
   – Бельгиец, Фарид – прикрываете! Шаман, Ната – гермодверь! Там ручной привод есть! Ксива, Дым – расчищаем проход!
   Отряд разбежался по местам. Стенки и дно объемного кузова проложили несколькими слоями свинца. Еще несколько листов примостили сбоку – под импровизированную крышу. Мутант, ворочая огромными ручищами, споро освободил гермодверь от оставшегося хлама. Застонал запорный механизм. Гермодверь медленно сдвинулась с места.
   – Живо к тележке!
   Брат Ишкарий, затравленно озираясь, с готовностью юркнул в кузов. Бойцы сгрудились вокруг вагонетки, толкая древний механизм. Колеса стронулись с места, вагонетка пошла, набирая ход. Таран схватил Глеба за шкирку и швырнул внутрь. Сталкеры, словно бобслеисты, поочередно забирались в «транспорт». Тележка разгонялась.
   – Фон усиливается! Надеть маски! Дым, запрыгивай!
   Огромный мутант, навалившись, прибавил ходу. Мышцы на стволах ног вздулись, необъятная грудная клетка вздымалась подобно кузнечным мехам. Вагонетка неслась уже с приличной скоростью.
   – Дозу схлопочешь! Влезай, твою мать! – орал Кондор.
   Дым зарычал, пробежав еще несколько метров, мощно оттолкнулся и прыгнул в вагонетку. Глеб услышал, как звякнул сверху свинцовый лист, накрывая кузов. Железный гроб на колесах с бешеной скоростью катился по рельсам. Истошный визг колес, отражаясь от тюбингов, давил на уши. Спустя пару секунд мерзкий звук как будто отдалился, рассеявшись в объемном пространстве. Придавленный телами сталкеров, Глеб не видел ничего. Но лучше и не смотреть: жить им, наверное, осталось всего несколько мгновений. Мальчику было невыразимо страшно; он зажмурился и почти перестал дышать.
   Дозиметр, вшитый в костюм, истошно заверещал. Путники достигли «Автово».

   Глава 5
   Марш-бросок

   Глеб плохо помнил момент падения. Треск дозиметров, гулкие удары вагонетки о какой-то хлам на станционных путях, забористая матерщина сталкеров, сгрудившихся в кузове, словно сельди в бочке… Какофония звуков оборвалась внезапно. Вагонетка с протяжным «баммм!» влетела в очередное препятствие и опрокинулась. Сталкеры кубарем выкатились на пути. Падая, мальчик ощутимо приложился головой об рельс. Его зашатало. Шлем съехал набок. Перед глазами запрыгали яркие точки. Темноту прорезали лучи фонарей. Оказалось, вагонетка прокатилась почти через весь перрон и теперь сиротливо валялась на боку недалеко от туннеля. Глеб украдкой оглянулся, но не смог рассмотреть детали погруженной во мрак станции. «А Палыч рассказывал, что она самая красивая…» – пронеслась запоздалая мысль.
   – Подъем, доходяги! Быстро! Быстро! Ходу отсюда! – Кондор принялся раздавать пинки, подгоняя отряд.
   Таран затрусил вперед, взбаламутив стоячую воду на путях. И снова туннель. Путники бежали, ритмично пыхтя сквозь фильтры противогазов. Мимо проплывали бесконечные ряды тюбингов. Дым безмятежно пыхтел папиросой. Заметив взгляд Глеба, мутант весело подмигнул:
   – Не переживайте, Глеб, прорвемся. Напарник ваш – голова! Хитро придумал с тележкой!
   – Геннадий, а вы почему противогаз не надеваете? – отважился на диалог мальчик.
   Мутант выпустил облако дыма, ухмыльнулся.
   – А ты, малой, попробуй найти такой намордник, чтоб на эту рожу налез, – встрял Ксива.
   Сталкеры заржали.
   – Да и поздно ему предохраняться, – хмыкнул Бельгиец. – Все, что мог, наш Крокодил Гена уже подцепил. Даром, что ли, такой зеленый…
   Новый взрыв хохота. Напряжение, висевшее в воздухе, улетучивалось с каждым новым шагом, отдалявшим путников от «Автово».
   – Вам, Бельгиец, катастрофически не хватает такта! – Дым затушил папиросу о шлем приятеля.
   – А почему Бельгиец? – поинтересовался Глеб.
   Боец вместо ответа гордо вытащил свою винтовку, подставляя под луч фонаря.
   – Это FN F2000, бельгийская, – шепнул Ксива. – По ходу, единственная на все метро.
   – Разговорчики! – оборвал Кондор. – Ну-ка тормознули все.
   Отряд остановился. Кондор вытащил дозиметр, медленно обошел каждого, замеряя фон.
   – Терпимо. Пронесло на этот раз. Таран, слышал что про «Ленинский»?
   – Внизу не был. А сверху выход закупорен. Там здоровенный кусок проспекта просел. Подземный переход завален. До «Ветеранов» идти тоже смысла не вижу. Глубина залегания обеих станций – метров восемь-девять. Зафонит снова – не обойдем. Наверх надо.
   – Как?
   – После «Автово» съезд в наземное депо.
   – Возвращаться придется. К развилке.
   – Не придется. Мы уже идем по нужному туннелю. Впереди – выход.
   Кондор еле слышно выругался. Поглядел на Тарана исподлобья.
   – А ты хитрый, черт. Веди.
   Отряд двинулся за Тараном. Глеба что-то сладко щекотнуло: он снова увидит дневной свет! А в компании вооруженных до зубов сталкеров он чувствовал себя почти в безопасности. Интересно, что бы сказал отец, если б увидел своего сына разгуливающим по поверхности среди бравых вояк? Глеб шел и улыбался своим мыслям… благо в темноте этого никто не видел.
   Спустя некоторое время сталкеры осторожно подобрались к выходу. Туннель здесь обрывался, а рельсы тянулись дальше – к депо. Клочок пасмурного неба в проеме заставил сердце Глеба забиться чаще. Поверхность… Совсем рядом. Такая манящая, но опасная и обманчивая. Об этом напоминали кости и клочки шкур, тут и там валяющиеся на земле.
   Краем глаза мальчик заметил, как метнулся вперед Таран, сбивая с ног Бельгийца. Грубая подсечка – и оба повалились на землю.
   – Да ты чего, старый, совсем умом тро…
   – НЕ ШЕВЕЛИСЬ!
   Они замерли у самой границы выхода. Только сейчас Глеб заметил некую прозрачную субстанцию, свисающую с бетонного козырька арки. Словно кто-то развесил шаль из тончайшей пряжи. Бесплотная простыня еле покачивалась на ветру, краями почти касаясь распластавшихся на путях сталкеров. Дождавшись момента, когда субстанцию качнуло назад, Таран резко оттолкнулся от шпалы и выдернул за собой бойца. Загадочный «занавес» запоздало потянулся следом, но быстро опал.
   – Эта штуковина живая, что ли? – Бельгиец брезгливо поморщился, адреналин запоздало заиграл в крови. – Это вообще что за ерунда такая!
   Таран оглянулся по сторонам. Подобрал у стены полуразложившийся трупик крысы и кинул вперед. Тушка, казалось бы, беспрепятственно вылетела наружу, однако «полотно», сорвавшись с козырька, молниеносно опутало добычу, плотно свернувшись вокруг в несколько слоев.
   – Можно идти, – буркнул проводник, бросив взгляд на Кондора.
   Тот молча кивнул. Путники вышли на поверхность, и тут же с отрядом произошла мгновенная трансформация. Бойцы подобрались, достали оружие и грамотно распределились вокруг, разобрав сектора обзора. Шутки прекратились. Разговорчики утихли.
   Только тишина и предельная концентрация.
   Глеб покосился на мнущегося рядом Ишкария. Сектанту явно было не по себе. Он затравленно озирался, все время поправляя намордник противогаза.
   Таран постоял с минуту, словно прислушиваясь к внутреннему голосу, и вдруг уверенной рысцой двинулся вперед. Остальные последовали за ним. С территории депо ушли прямо через высокий бетонный забор, поочередно подсаживая друг друга. Метрах в ста левее в стене виднелся широкий пролом – может, пробраться через него? Но у Глебова наставника была своя, одному ему понятная логика. Не останавливаясь ни на секунду, Таран погнал отряд дальше – мимо большой открытой площадки, заваленной сгнившими остовами грузовых фур, мимо какого-то циклопического сооружения с обрушенной крышей, дальше и дальше – пока глазам мальчика не открылось воистину завораживающее зрелище. Огромный вытянутый пустырь, бесконечная, уходящая вдаль проплешина между домами с одной стороны и стеной деревьев-исполинов – с другой.
   – Проспект Стачек? – подал голос Кондор. – Запалимся на открытой местности. Дворами надо идти.
   – Здесь волколаков полно, – бросил Таран на ходу. – Во дворах обложат со всех сторон, и вся недолга. А на проспект сунутся – пуганем. Стволов много.
   Сталкеры, сосредоточенно сопя, трусили по асфальтовому крошеву вдоль вросших в землю автомобилей, покосившихся рекламных щитов и оборванных линий электропередачи. О былом могуществе людей теперь напоминали лишь заброшенные, унылые высотки. Среди замысловатых следов неизвестных животных, куч экскрементов и буйной растительности остовы построек смотрелись неуместно и неестественно. Глебу все никак не удавалось поверить, что когда-то здесь безраздельно властвовал человек. И уж тем более сложно было представить, что водоемы были такими чистыми, что в них можно было купаться, а в городских парках вместо безжалостных хищных тварей прогуливались влюбленные парочки… А может, все брехал Палыч?
   Впереди показалось заросшее густым колючим кустарником поле, к которому сходилось сразу несколько просторных асфальтовых дорог.
   – Кронштадтская площадь, между прочим. – Кондор сверился с картой. – Добрый знак! Так, глядишь, и до самого Кронштадта доковыляем.
   – Не накличь беду, командир, – отозвался седой Шаман.
   Проходя мимо покореженной коробки «Максидома», сталкер по кличке Окунь притормозил:
   – Это… Разведать бы, раз мимо проходим. Там, небось, осталось, чем поживиться…
   – Нет, – лаконично оборвал Таран.
   Кондор недобро покосился на проводника и повернул к гипермаркету:
   – Заглянем.
   – Смысл?
   – ЗАГЛЯНЕМ. – Рука бойца нервно сжала автомат.
   Обмен тяжелыми взглядами продолжался несколько мгновений. На этот раз Таран уступил, решив, видимо, не подрывать авторитет упрямого Кондора. Путники двинулись к потрепанному зданию, опутанному жгутами бурых вьющихся лиан. От внимания Глеба не ускользнуло, как Таран придвинул свой АК-74 поближе, не сводя глаз с чернеющего зева входа. Осторожно передвигаясь между хаотично разбросанными тележками, бойцы включили налобники. Яркие лучи выдергивали из темноты груды обваленных стеллажей, оберток, коробок, целлофана… Все это покрывал толстый слой белесой грязи. Приглядевшись получше, Глеб заметил, что эта корка неоднородна и состоит из миллионов отдельных… Словно помет в клетке, в которой подружка Глеба, Ната с Московской, держала своего домашнего питомца – маленького серого воробышка…
   Страшная догадка заставила мальчика направить луч света вверх. Наставник, видимо, пришел к тем же выводам, так как задрал свой фонарь к потолку одновременно с Глебом. Высоко над головами единым шевелящимся ковром колыхалось море маслянистых, черных, как смоль, тел.
   Таран отчаянно зажестикулировал, привлекая внимание сталкеров. Бойцы в страхе попятились назад – неслышно, молча… До выхода оставалось каких-то несколько метров, когда тишину разорвал испуганный вопль Ишкария.
   В следующее мгновение начался сущий ад. Крылатое воинство нетопырей в единый миг снялось со своих насестов и плотной массой ринулось наружу. Сталкеры припустили прочь от магазина. Из жерла выхода сплошной дрожащей массой выплескивался поток крылатых тел, устремляясь вверх. Стоял жуткий гвалт. Чернильное пятно стремительно расползлось по небу. Бойцы, беспорядочно отстреливаясь, неслись прочь от жуткого логова.
   Нетопыри один за другим пикировали на отряд сверху.
   Жилистые тела кровососов смешались в сплошную серую пелену. От мощного толчка в спину Глеб покатился по земле. Отталкивающая клыкастая морда на миг заслонила небо. Таран грубым пинком скинул тварь с мальчика и выстрелил в упор.
   – Не спи, салага! Ходу! Ходу!
   Мальчик вскочил на ноги, бросаясь за наставником. Отборная ругань и канонада выстрелов вокруг не стихали ни на секунду.
   – Назад! Назад, говорю! К стенам!
   Сталкеры, как ни странно, подчинились. Отряд рванул обратно к гипермаркету, огибая здание по периметру. Черные тела мельтешили над головами, но, не имея свободного пространства для маневра, лишь чиркали перепончатыми крыльями по жестяному каркасу стены. Не останавливаясь, бойцы ринулись вдоль «Корабелки». Судя по многочисленным подпалинам на стенах, в бывшем университете когда-то бушевал нешуточный пожар. Теперь же в обугленном остове одиноко гулял ветер. Однако и после своей «смерти» здание сослужило людям хорошую службу. Прокравшись вдоль стен, отряд удалился от гнездовья на приличное расстояние. Бойцы перевели дух.
   Природа верхнего мира тут же напомнила, что расслабляться на поверхности нельзя ни на секунду. Несколько особо навязчивых тварей выпорхнули из проема окна и выдернули Нату из общего строя, протащив брыкающуюся девушку по асфальту. Еще несколько нетопырей, завидев добычу, камнем ринулись с высоты. Дым с Кондором ринулись на помощь, а остальные открыли прицельный огонь по пикирующим мишеням. Глеб стряхнул наконец оцепенение и теперь палил вместе со всеми. От грохота выстрелов глохло в ушах. Бельгиец, прижавшийся к стене рядом с мальчиком, словно прирос к окуляру прицела и бил из своей причудливой винтовки скупыми точными очередями. Фарид с Окунем не отставали, работая по стае из проверенных «калашей». Шаман держал тыл, водя стволом вдоль ряда окон университета.
   Наконец твари беспорядочно заметались. С десяток кровососов уже валялось на земле, подыхая. Воздушная атака захлебнулась. Глеб взволнованно оглянулся. Кондор вытащил девушку из общей свалки, устроенной свирепствующим мутантом. Дым крутился как волчок, шваркал тушки об асфальт, утробно ухая, и рвал щетинистые тела руками.
   – Не стоять! Ходу! Ходу! Ходу!!! – Таран погнал сталкеров дальше.
   Спустя десять минут бега путники сбавили темп. Нетопыри наконец-то отвязались, оставшись где-то позади. Еще некоторое время доносились пронзительные вопли потревоженных бестий. Затем и они исчезли, оставив потрепанных и взбудораженных бойцов.
   Кондор больше не «высовывался», следуя за проводником. Таран, поглядывая на показания дозиметра, уводил команду все дальше, мимо зарослей Полежаевского парка, мимо руин «Балтийской Жемчужины» – недостроенного в свое время питерского чайна-тауна, мимо едких испарений с прудов Сергиевской Слободы. Деревья здесь представляли собой странное зрелище. Какая-то страшная сила перекорежила, перекрутила узловатые стволы. Ни единого листочка на омертвевших ветках, ни единого клочка зелени вокруг. Картину дополнял плотный серо-желтый туман, низко стелющийся над отравленной землей. И из самого сердца этой поганой проплешины, из затянутого мороком пруда, вдруг донесся низкий, утробный и вибрирующий рев…
Чтение онлайн



1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация