А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Отчаянная девчонка" (страница 1)

   Екатерина Вильмонт
   Отчаянная девчонка

   Глава I
   НЕ ХУЖЕ, ЧЕМ ГЕРЦОГИНЯ

   До чего же хорошо проснуться на даче ранним утром – птицы щебечут, через большое открытое окно в комнату, пахнущую сухим старым деревом, падают лучи солнца, льется свежий, чуть влажный, утренний воздух! Все это обещает бесконечно долгий погожий день, когда можно успеть переделать все дела… Хотя какие у нас дела? Я смотрю на Матильду – она крепко спит. Просыпайся, подружка, поскорее! Я не свожу с нее пристального взгляда, и вот она начинает беспокойно шевелиться, потом открывает один глаз.
   – Аська, ты чего? – сонным голосом спрашивает она.
   – Просыпайся, Матильда, уже девять!
   Мотька протягивает руку и берет часы со столика.
   – Не ври! Еще только восемь! – и она опять роняет голову на подушку.
   Но тут в комнату заглядывает тетя Липа.
   – Проснулись? Вот и хорошо! Летом нельзя долго спать! Вставайте, побегайте по саду для зарядки! У меня уже завтрак готов!

   После завтрака тетя Липа сказала:
   – Девчонки, у меня к вам просьба – пойдете гулять, цветов нарвите, ландыши, наверное, еще есть, хочется, чтобы в доме красиво было!
   Ландыши! Как же я могла забыть! Это первое удовольствие лета! Потом будут другие цветы, ягоды, грибы, но сейчас кажется, что ландыши – лучше всего.
   – Матильда! Айда за ландышами!
   – Куда?
   – Как куда? В лес! Ты что, никогда ландышей не собирала?
   – Нет, у нас в деревне ландышей нет!
   – Тогда бегом!
   Через заднюю калитку нашего громадного участка мы попадаем в небольшой светлый лесок, по тропинке спускаемся к оврагу, переходим его, и вот мы уже в настоящем лесу. Теперь надо найти темное, сырое место, где растут ландышевые листья. Ага, вот и они. Их целое море.
   – Да здесь одни листья, ландышей не видно! – огорчается Мотька.
   Я наклоняюсь, чуть развожу рукой листья – и вот он, первый ландыш, еще не совсем распустившийся. Так приятно взять его за тонкий стебелек и со скрипом – мне этот скрип ландыша кажется очень волнующим – вытащить цветок! Какой же запах, лучше, наверное, пахнет только сирень! Мокрая, после дождя! О, предстоит еще и это! Летние наслаждения вспоминаются сами собой, одно тянет за собой другое. А Мотька тем временем упоенно рвет ландыши. Скоро в руках у нас два больших пучка.
   – Все! Хватит! – командую я. – Когда завянут, наберем еще, но в другом месте!
   – А ты много мест знаешь?
   – Много! Пошли, отнесем тете Липе, а потом сходим на разведку!
   – Какую разведку? – недоумевает Мотька.
   – Надо же посмотреть, как тут все обстоит, что с прошлого года изменилось, кто приехал…
   – А… Я уж испугалась, что опять надо что-то расследовать. Надоело хуже смерти!
   – Да, сколько дел за полгода распутали…[1]
   – Ой, Аська, давай про это не будем!
   – Почему?
   – Потому что стоит нам сказать, как, мол, хорошо без всяких расследований, как тут же появляется новое дело!
   – Верно! – засмеялась я. – Ладно, не будем!
   На обратном пути мы нарвали еще и фиалок.
   – Как хорошо! – радовалась Мотька. – А говорят, в Подмосковье уже цветов не осталось!
   Мы отнесли цветы тете Липе и отправились гулять по поселку. Первым нам навстречу попался младший сын известного врача-офтальмолога Уварова, дедушкиного закадычного друга.
   – Валерка! Привет!
   – О! Аська! Переехали?
   – Да! Вот, познакомься, это моя подруга…
   – Матрена! Очень приятно! – представилась Мотька.
   – Матрена? Ты не шутишь? – поразился Валерка.
   – Какие шутки? – Матильда вскинула на Валерку синие глазищи.
   Тот сразу обомлел.
   – Значит, так тебя и называть?
   – Сокращенно – Мотя!
   – А! Знаю! Слышал! – восторженно завопил Валерка. – Никакая ты не Матрена, ты Матильда! Кто может сравниться с Матильдой моей!
   Мы покатились со смеху.
   – Вот из-за этой фразочки она и назвалась Матреной, – сквозь смех сообщила я. – Слушай, Валерка, ты тут давно?
   – Третий день, а что?
   – Новости есть?
   – Глухо, как в танке! Слава богу, вы приехали, а то впору удавиться с тоски!
   – Совсем-совсем ничего нового?
   – Если не считать, что Зуйковы свою дачу продали!
   – Да? Кому?
   – А я знаю? Но явно богатеньким! У них джип «Чероки»! И еще «мерсюк»! Шестисотый!
   – А кроме машин, что в них интересного? Это новые русские?
   – Да не знаю я, нужны они мне очень!
   – Ну хоть дети у них есть? – поинтересовалась Мотька.
   – А я знаю?! На фиг мне их дети?
   – Ну а еще что нового? – допытывалась я.
   – А еще добрышинскую дачу восстанавливают!
   Дача Добрышиных два года назад сгорела, а сами они живут в Америке.
   – Да, а кто же? Или они вернулись?
   – Нет, не вернулись. А кто восстанавливает… Меня это не колышет!
   – Ну и дурак! – вырвалось у Мотьки.
   – Почему это? – оскорбился Валерка. – С какой стати я должен лезть в чужие дела?
   – Но ведь это же интересно! – настаивала Мотька.
   – Что? Что интересно? – недоумевал Валерка. – Нет, ты скажи, что интересно?
   – Если надо объяснять, то не надо объяснять!
   – Да идите вы, знаете куда? – обиделся Валерка.
   – Ладно, Мотька, сами все выясним!
   – А зачем вам это?
   – Отвяжись!
   – Ну и ладно! Тоже мне, шерлокини выискались!
   – Шерлокини? Молодец, Валерка! Роскошное слово придумал! – одобрила я парнишку.
   – Это не я, – вздохнул с сожалением Валерка. – Это папа!
   – А про кого он так говорит? – осведомилась Мотька.
   – Как про кого? Про вас! Игорь Васильич вечно внучкой хвастается, как-то раз приходит и все про ваши подвиги рассказывает, а папа и говорит – внучка у тебя настоящая шерлокиня! Так и пошло.
   – А мне нравится! – решительно заявила Мотька. – Шерлокиня Матильда! Как звучит! Шерлокиня Анастасия! Потрясно! Не хуже, чем герцогиня! Молодец, Валерка, дай пять!
   Хоть Валерка и сознался, что это не его изобретение, но все же почувствовал себя польщенным! Какой он еще, в сущности, маленький, хоть и наш ровесник! То ли дело наши друзья из «Квартета» Митя и Костя! Им уже по 16, и эта разница в два года очень чувствуется.
   – Девчонки, пошли к нам, папе вчера из Молдавии корзину черешни прислали! Сладкая! Я на нее уже глядеть не могу! Пошли, надо доедать!
   Мы переглянулись. С одной стороны, Валерка уже поднадоел нам, но с другой… Молдавская черешня – это вещь!
   – А кто у вас дома? – на всякий случай спросила я. Дело в том, что Валеркина бабушка непременно потребует, чтобы черешню вымыли с марганцовкой и еще ошпарили кипятком. После таких процедур фрукты делаются ужасно невкусными…
   – Только мама! Бабушка к сестре в Крым уехала.
   – Тогда пошли!

   – Лерочка, ты? – раздался из-за дома голос Светланы Матвеевны.
   – Мам! Я шерлокинь привел!
   – Кого? Кого ты привел? – выскочила навстречу нам Светлана Матвеевна. – Ой, Асечка! Детка моя, как же я давно тебя не видела! А это, разумеется, знаменитая Матильда? Ну, здравствуй, очень рада с тобой познакомиться!
   Мотька зарделась от радости – еще бы, ее обожаемый Игорь Васильевич рассказывает о ней своим друзьям!
   – Мам, они обещали доесть черешню!
   – Ну? Неужто они не только сыщицы, но еще и обжоры? Да там ее еще килограммов шесть! Неужто съедите? – засмеялась Светлана Матвеевна.
   – Попытка не пытка! – заявила Мотька.
   Всю, не всю, но килограмма три мы с Мотькой усидели!
   – Девчонки, мне не жалко, – смеялась Светлана Матвеевна, – но у вас животы не заболят?
   – Там видно будет, – философски заметила Матильда, отправляя в рот очередную почти черную ягоду.

   Глава II
   ЛУЧШИЙ ОТДЫХ

   Домой я повела Матильду другой дорогой – мне хотелось взглянуть на строящуюся дачу Добрышиных. Действительно, на участке кипела работа. Следов пожара уже не было видно. Новый дом строили из красного кирпича, большой, основательный.
   – А мне ваша дача куда больше нравится, – сказала Мотька, – деревянный дом, по-моему, уютнее.
   – Так нашу дачу еще мой прадед строил, дедушкин отец!
   – А он кто был?
   – Врач. Нейрохирург.
   – Ты его знала?
   – Нет, что ты! Он давно умер!
   За разговорами мы и не заметили, как дошли до дома. Тетя Липа возилась в саду.
   – Куда это вы запропали? – спросила она.
   – Да мы у Уваровых были.
   – А! Голодные?
   – Нет, что вы! Мы там у них черешни до отвала наелись! – сообщила Мотька.
   – Тогда, девчонки, не в службу, а в дружбу, сядьте на велосипеды и смотайтесь в Жуковку, Нюра молока нынче не привезла. Может, случилось что-то!
   Мы с удовольствием сели на велосипеды и покатили по шоссе в Жуковку, деревню, что стоит на берегу реки примерно в трех километрах от нашего поселка. Тетю Нюру я помню столько, сколько себя, она всегда летом носит нам молоко. Дома у нее никого не было, соседка объяснила, что вчера Нюра вместе с мужем в Москву на свадьбу уехала. Но корову она, соседка, подоила, и мы можем взять молоко. Женщина налила молока в трехлитровую банку.
   – Ой, а как же мы ее довезем? – испугалась я.
   – Ничего, сейчас сделаем! – успокоила меня Матильда и с невероятной сноровкой прикрутила банку в авоське к своему багажнику. – Я в деревне всегда так делаю!
   Ехать назад опять по шоссе нам показалось скучно, к тому же солнце шпарило вовсю (как бы молоко не скисло!), и мы решили сократить дорогу, проехать через лес по тропинке. А в лесу захотелось сделать небольшой привал, посидеть в тенечке.
   – По-моему, надо отпить молочка! – предложила я. – А то как бы не расплескалось, банка очень полная!
   Мы спешились, отпили молока из банки, сели на травку побалдеть немножко в лесу.
   Вдруг Матильда насторожилась.
   – Аська, ты ничего не слышишь?
   – Нет, а что?
   – Мне показалось, кто-то стонет!
   – Да ну тебя, вечно ты выдумываешь!
   – Ничего я не выдумываю, слышишь?
   Я прислушалась.
   Действительно, из-за кустов доносился чей-то стон.
   – Давай посмотрим!
   – Я боюсь!
   – Чего ты боишься? А если кому-то помощь нужна?
   Мы осторожно раздвинули ветки кустарника и увидели, что на крохотной прогалинке лежит какой-то человек в разорванной рубахе, перепачканной кровью.
   Он лежал ничком, уронив голову на правую руку, и стонал. Мы подбежали к нему.
   – Дяденька, вы живой? – шепотом спросила Мотька.
   – Что за дурацкий вопрос! Он же стонет, значит, живой. Только, кажется, без сознания!
   – Он, наверное, ранен, – предположила Мотька, – вон рубашка вся в крови. Давай-ка осмотрим его.
   Кроме рваной царапины на плече, никаких повреждений мы не обнаружили.
   – Надо его перевернуть на спину! – решительно сказала я.
   Мы с трудом, осторожно перевернули мужчину на спину. Это был молодой человек, лет двадцати пяти, с красивым, но изможденным лицом. Он вдруг открыл глаза, глянул на нас и прошептал:
   – Пить!
   – Что с вами? – вырвалось у меня, а Мотька крикнула:
   – Я сейчас! – и бросилась через кусты. Вскоре она вернулась с банкой молока.
   – Воды, дайте воды! – простонал он.
   – Миленький, нет у нас воды, молочка выпьешь, оно вкусненькое, свежее! Аська, как нам его напоить из этой банки, больно здорова!
   – Давай в ладошку нальем!
   Я налила Мотьке в ладошку молока, и она поднесла ее к губам парня. Я приподняла его голову, и он сделал несколько глотков.
   – Еще!
   Мы повторили эту процедуру.
   – Спасибо вам, девочки! Помогите мне встать!
   – Куда вам вставать! – возмутилась я. – Лежите, а мы сейчас в поселок съездим, «Скорую» вызовем!
   – Ни в коем случае! Никто не должен знать, где я!
   – Вы бандит? – деловито осведомилась Мотька.
   – Нет, я не бандит, – криво улыбнулся он, – наоборот…
   – Милиционер? – быстро спросила Матильда.
   – Нет, что вы… Я сбежал от бандитов, они меня сюда завезли, а я убежал… Дайте-ка мне еще молока и помогите сесть…
   Мы помогли ему сесть, дали в руки банку с молоком, и он припал к ней.
   – Ох, спасибо, как хорошо! – сказал он, утирая ладонью губы.
   – А почему вы тут? Что с вами?
   – Да я сбежал, но здешних мест не знаю, спрятался тут, а сил не было… Я три дня ничего не ел…
   – Они вас голодом морили?
   – Может, не специально… Они привезли меня, заперли и уехали. Должны были вернуться, но… Мне только этой ночью удалось выбраться.
   – А почему у вас кровь? И на плече рана?
   – Да я на какой-то сучок напоролся в темноте. Пустяки, заживет как на собаке. А здесь просто заснул, упал и заснул. Не бойтесь, девочки, я не умираю, мне бы выбраться отсюда, незаметно. Поможете? – с надеждой спросил он.
   – Конечно! А что нужно? – с готовностью сказали мы.
   – Одежонка какая-нибудь чистая, а то эта вся в кровище, немного денег и еды, до вечера продержаться. Вот и все, и еще скажите мне, как добраться до Москвы. Тут электрички поблизости ходят? Вроде я слыхал гудки.
   – Ходят. Не волнуйтесь, мы все сделаем! – успокоила его я. – Мы сейчас смотаемся домой и привезем вам все что нужно! Только уж вы никуда не уходите!
   – Да куда ж я в таком виде, без денег!
   – Хорошо, тогда ждите! Оставить вам молоко? – спросила я.
   – А можно?
   – Конечно! Пейте на здоровье!
   Мы кинулись через кусты к велосипедам.
   – Аська, ты это место запомнишь?
   – Запомню! Сосна, видишь, кривая! Это и будет приметой!
   По дороге Мотька спросила:
   – Ась, а что тете Липе про молоко скажем?
   – Скажем, что я разбила банку, и все дела!
   – Думаешь?
   – Уверена!
   – А где одежонку-то нам для него раздобыть?
   – Найдем! Ему же не костюм от Версачи нужен, а любое старье, просто, чтобы не бросаться в глаза. Найдем или дедушкино, или папино. Только ты отвлеки как-нибудь тетю Липу, а я пороюсь в шкафах.
   Когда мы добрались до дома, Мотька начала в лицах показывать тете Липе, как Аська, нескладеха, банку с молоком расколошматила, а я бросилась первым делом в спальню родителей, так как дедушкины вещи будут нашему подопечному явно велики. Под руку мне попались папины любимые штаны из зеленой плащевки и старая, вылинявшая футболка. Ничего, сойдет! Я очень торопилась, так как прекрасно понимала, что наш найденыш очень хочет есть. Так, теперь на кухню! Я отхватила полбатона колбасы, кусок хлеба, взяла коробочку с плавлеными сырками и три помидора. Ничего, до вечера ему хватит! Что он еще просил? Ах да, деньги! У меня в кошельке было двадцать тысяч. На билет до Москвы ему вполне хватит! Ой, надо еще взять пластырь, мазь какую-нибудь, вот, «календула» подойдет, и что-то, чтобы промыть рану. Ага, папин одеколон! Отлично! Я все аккуратно сложила в сумку, выглянула в окно и увидела, что Мотька все еще беседует с тетей Липой, изредка поглядывая на веранду. Я показала ей сумку и осторожно вышла через заднюю дверь, спрятала сумку в кустах и как ни в чем не бывало подошла к тете Липе.
   – Тетя Липа, мы сейчас еще на великах покатаемся! – сказала я.
   – А обед? Нет уж, вы сперва поешьте, а потом катитесь, куда хотите!
   – Тетя Липочка, да мы еще черешню не переварили! – воскликнула Мотька. – Раньше чем через час нам и кусок в горло не полезет!
   – Уверены?
   – Абсолютно! – крикнула я.
   – Ладно уж, наслаждайтесь свободой! Только, пожалуйста, без уголовщины! А то я вас знаю, обязательно во что-то влезете!
   Мы переглянулись. А ведь верно, мы уже влезли! В первый же день!
   – Ась, – тихо сказала Мотька, когда мы мчались к нашему подопечному, – слушай, его где-то тут прятали, значит, поблизости бандитское гнездо!
   – И что?
   – Надо бы обнаружить!
   – Опять? Мы же отдыхать собирались!
   – А разве это не отдых? От школы отдохнем, главное, от города, а расследование – это, по-моему, лучший отдых!
   И от смеха мы чуть не свалились с велосипедов!
   – Погоди, Матильда, я ведь не взяла ему никакого питья! Давай в магазин заскочим, купим бутылку минералки!
   Мы спешились у магазина, я побежала за водой, а Мотька осталась стеречь велосипеды. В магазине оказалась небольшая очередь, человека четыре. Ничего не попишешь, придется постоять. Впереди меня две женщины о чем-то беседовали, от нечего делать я прислушалась:
   – Тань, ты ничего вчера ночью не слыхала? – спросила одна.
   – Нет, а что?
   – Я проснулась ночью и слышу – кто-то стучит!
   – К вам?
   – Да нет, стук глухой, как будто кто-то старается дверь вышибить!
   – Вашу?
   – Ой, да нет, далеко где-то, не на нашем участке. И Муська лает, заливается! Я вышла. Смотрю, Муська вдоль забора между дачами носится, брешет как полоумная, я поймала ее за ошейник, она умолкла, а я прислушалась, слышу – бух, бух, а потом такой звук, будто что-то треснуло, сломалось, затем слышу, бежит кто-то со всех ног!
   – А кто, не видела?
   – Нет, у нас вдоль забора кусты растут, а на улицу я выглянуть побоялась.
   – Небось ворюги забрались!
   – Не похоже, скорее уж, судя по звукам, кого-то там заперли, а он выломал дверь и деру!
   – Господи, а кто же там живет?
   – Раньше это Ройзманов дача была, а потом они в Израиль уехали…
   – Знаю, дачу Кукушкиным продали. Это, значит, у Кукушкиных такие дела творятся?
   – То-то и дело, что нет. Сдали Кукушкины в этом году дачу каким-то людям, а сами на лето к дочке в Ригу подались, у них там внучок родился.
   На этом интересный разговор закончился, женщины купили, что им было нужно, и ушли. Я купила большую бутылку боржоми и выскочила на улицу.
   – Аська, чего так долго? – недовольно осведомилась Мотька.
   – Очередь была! Матильда, я, кажется, знаю, где прятали нашего найденыша.
   – Найденыша? – засмеялась Мотька. – И где же его прятали?
   – На бывшей даче Ройзманов!
   И я в подробностях передала Мотьке разговор двух женщин.
   – Ты знаешь, где эта дача?
   – Знаю, конечно!

   …Нашего подопечного мы обнаружили на том же месте, но вид у него был уже совсем другой, даже краска в лице появилась, а трехлитровая банка молока была пуста.
   – Ох, спасительницы вы мои! – обрадовался он и довольно резво вскочил.– Одежонку раздобыли?
   – Все раздобыли, что требуется! – весело доложила Матильда.
   – Здорово!
   Он зашел за куст и вскоре вернулся уже переодетый.
   – Смотрите, пожалуйста, все впору!
   – Нет, вы футболку снимите, надо сначала обработать вашу рану! – потребовала я, подступаясь к нему с папиным одеколоном и маминым мешочком с ватными шариками.
   Он покорно стащил с себя футболку, сел на землю и стерпел все необходимые процедуры.
   – Спасибо! – растроганно проговорил он, когда я наконец заклеила его рану пластырем.
   – А как вас зовут? – спросила вдруг Матильда.
   – Будем считать, что меня зовут Сергей!
   – Что это значит?
   – Лучше вам моего настоящего имени не знать!
   – Почему это? – возмутилась Мотька. – Значит, вы все-таки бандит?
   – Нет, – засмеялся он. – Но раз уж я прячусь и полагаюсь на вас, то лучше вам не знать обо мне ничего. Мало ли, а вдруг кто-то выйдет на вас?
   – И что? Нас будут пытать?
   – Нет, зачем уж сразу пытать, они даже меня не пытали! Но мало ли, вы и сами можете сдуру ляпнуть, а так Сергей и Сергей, ищи-свищи! Да вы не обижайтесь!
   – Хорошо, пусть Сергей, – согласилась я. – Но поскольку мы уже помогли вам, то имеем право хотя бы знать, почему это вас похитили?
   – Что ж, это справедливое требование! Но я и сам толком ничего не пойму. Понятно?
   – Ничего не понятно!
   – Спасибо вам, девчата, за все, а теперь расскажите, как мне к станции добраться и какая это дорога?
   – Киевская.
   – А как дойти?
   – Мы сами вас проводим! – вдруг вызвалась Мотька. – Меньше будете в глаза бросаться с двумя девицами!
   – Э, нет, благодарю покорно, с такими девицами все на меня глаза будут лупить от зависти, – засмеялся он, а у меня сердце екнуло от его улыбки. – Я уж как-нибудь по кусточкам, по канавкам и доберусь.
   – Понимаете, мы же волноваться будем, – вырвалось у меня, – вдруг они вас выследят, а мы даже не узнаем ничего…
   – Да зачем вам про меня что-то знать? – уже с раздражением спросил он.
   – Но вы же наш найденыш! – важно заявила Мотька.
   – Найденыш? – искренне рассмеялся он. – Спасибо! Не зря говорят: баба – она и в колыбели баба! Ладно, договоримся – я сегодня пойду один, а вы завтра позвоните по телефону…
   – И кого попросить? – быстро спросила Мотька.
   – Хитра! Если я подойду, значит, порядок.
   – А если вас просто дома не будет? – полюбопытствовала я.
   – А вы позвоните мне в восемь утра. Что, слабо?
   – Почему слабо? Мы рано встаем, а телефон у нас на даче есть.
   – Тогда лучше я сам вам позвоню!
   – Когда?
   – Завтра утром! Договорились?
   – Вы обещаете?
   – Торжественно клянусь!
   – Тогда я сейчас запишу вам наш номер…
   – Не надо, я запомню!
   Я назвала ему номер, он два раза повторил его.
   – Порядок, теперь не забуду. А вы не знаете, когда уходит последняя электричка?
   – Точно не знаю, – сказала я.
   – Неважно, соображу. Все, спасибо вам, красавицы! Идите! Я тут поем, посплю еще и пойду на станцию. Еще раз спасибо, выручили!
   Мы простились с ним за руку и побрели пешком, ведя велосипеды.
   – Слушай, Аська, – заговорила Мотька, когда мы уже отошли на порядочное расстояние, – тебе не кажется, что нам надо все-таки проследить за ним, когда он на электричку пойдет, а то мало ли что может случиться…
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация