А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Наладчик" (страница 1)

   Ант Скаландис
   Наладчик

   Он приходит и представляется всегда одинаково:
   – Здравствуйте, я – наладчик.
   – По аналоговым вычислительным машинам?
   – Да.
   – По автопоилкам для крупного рогатого скота?
   – Ну, разумеется.
   – По форвакуумным насосам серии АВЗ?
   – Да, конечно.
   – По ультразвуковым локаторам?
   – Да, да, именно по ним.
   – По КРС-ПП УХЛ4 ЕС?
   – Естественно. А по чему же еще?
   И все это он налаживает. Все это начинает работать как часы. Как часы старинной и прославленной швейцарской фирмы «Омега». Высокие удои и высокие частоты, глубокий вакуум и сходимость данных, точность дозировки и точность настройки, выход продукции и расход горючего – все обеспечено на неопределенно долгое время вплоть до ближайшей серьезной аварии, возможной отныне лишь по внешним причинам.
   Работает он быстро и непостижимо легко. В награду практически ничего не принимает. Дефицитные запчасти разве что, да и то редко. И никогда нельзя предсказать, что его заинтересует. Традиционный в таких случаях спирт он пьет, но как-то без удовольствия, просто чтобы не обидеть. А денег и ценных подарков не берет никогда.
   – Я же по безналичному расчету, – объясняет он вежливо.
   – По договору, что ли, работаете?
   – Ну, да; вроде как по договору…
   – А вы какую организацию представляете?
   – Я? – он как бы теряется на мгновение. – Я представляю фирму «Наладка».
   – Кооператив, значит?
   – Пожалуй, что да, кооператив. В некотором роде.
   Он всегда так отвечает. Все у него «пожалуй» и «в некотором роде».
   А имени его не знает никто. Некоторые спрашивали. А он говорит:
   – Зачем? Вы же не узнаете имя водопроводчика или телемастера, который приходит к вам домой. Разве только жалобу писать. На меня же вам не надо писать жалобу, правильно?
   – А если благодарность? – пробовали хитрить некоторые.
   – А благодарность мне не нужна. Для меня сам результат – благодарность.
   Вот такой человек. И ходит он по всей стране из города в город, из села в село, с завода на завод и с фермы на ферму. И всюду неуклонно растет производительность и эффективность. И Госкомстат пытается стыдливо скрыть эти загадочные цифры. Или объясняет их другими причинами. Ведь не пристало же в самом деле серьезным людям верить во всякую чертовщину!
   А он знай себе ходит да налаживает. За так? Да нет, конечно, не за так. За так никто работать не станет. Вот и ходят про него слухи. Разные слухи. Зловещие слухи.
   Одни говорят, что это дьявол. Что в награду за наладку скупает он человеческие души. Другие придумали, что Наладчик берет плату здоровьем. Даже статистику какую-то насобирали, дескать, там, где он был, болезней больше становится, особенно у детей. Третьи считают, что он лишает людей разума. И в этом есть доля истины: техника-то лучше начинает работать, а люди хуже. Повсюду так. Да только не в разуме тут, по-моему, дело, а в обычной человеческой психологии: зачем стараться, если и так все хорошо? Зачем новое придумывать, если старое работает на ура.
   Есть и такие, кто видят в нем американского шпиона. Вынюхивает-де наши секреты, благо их никто не охраняет. А ведь и то верно. Настоящие-то секреты у нас не обязательно там, где колючая проволока, турникет с автоматикой и охранник с кобурой. Настоящие секреты там, где люди талантливые. А по «ящикам» этим он, между прочим, никогда не ходит. И тут тоже разные версии есть. Первая – благородная: не хочет на войну работать. Вторая попроще: допуска у него нет (хотя это, пожалуй, несерьезно – сделал бы он себе допуск, «наладил», если бы захотел). Третья – версия остряков: у военных налаживать нечего, у них и так все работает лучше некуда.
   Но, как бы то ни было, не появляется он ни на «ящиках», ни на заводах, ни в институтах. И кончится это, я думаю, понятно чем. Открытые предприятия оставят «ящики» далеко позади, и те будут вынуждены рассекречиваться. Серьезная перспектива, согласитесь. Так что пора бы уже этим Наладчиком и заняться всерьез. Но кому? Ученым? Так они у него все, в друзьях ходят. Милиции? А что ему может предъявить милиция? Нарушений никаких. Компетентные органы, конечно, Наладчиком занялись, и довольно скоро. Но как-то все неинтересно закончилось. По слухам, Наладчик им всюду свое удостоверение предъявлял и по корочке той получался для них для всех начальником, генералом каким-то из сверхсекретного отдела.
   Такова легенда о Наладчике. Легенда, в которую я, честно говоря, раньше и не верил. А вот вам история, что случилась на самом деле и не далее, как пару недель назад.
   С другом моим Гошкой поехали мы в который уж раз на один подмосковный завод налаживать установку, внедренную два года назад. Установка по замыслу замечательная. Покрытия наносит перспективным методом: повышенная прочность, экономия и все такое. Но по исполнению – мама родная! – все на соплях. Там, где фторопласт должен быть – резина стоит, где нержавейка – так чуть ли не чугун, сварные швы хуже пайки, а приборы где-то по помойкам собраны и все образца 1913 года. Ну, и понятно, технология капризная. Так что даже мы, разработчики, мучаемся с ней невообразимо, а уж про заводских ребят и говорить нечего – у них этот гроб с музыкой, считай, вообще не работает.
   И вот в тот день мы с Гошей разделили обязанности. Он распотрошил шкаф управления и стоял, погрузившись в него по пояс, окруженный снопами искр и ядовитыми дымками пригоревшей изоляции. Я же, обосновавшись в дебрях трубопроводов, искал, как мы говорим, пропавший вакуум.
   Тут-то и появился в цеху небольшого роста крепкий человек с усиками в рабочем комбинезоне и с небольшим портфельчиком.
   – Здравствуйте, я наладчик.
   Мы с Гошкой только в глаза ему глянули и сразу догадались: тот самый. Гошка от избытка чувств уронил отвертку на контакты, все сразу закоротилось и вырубилось. У меня начал свистеть воздух, а я даже клапан не перекрывал. Мы оба смотрели на наладчика и боялись поверить в свое счастье.
   Через полчаса все работало в полном соответствии со схемами и маршрутными картами.
   – Слушайте, – осмелев попросил я, – а вы не могли бы точно так же и в институте все наладить. А то смешно получится: на заводе работает, а у нас… Ну, в общем сапожник без сапог.
   – Отчего же, – говорит, – в институте обязательно. Сам туда собирался.
   И ушел. А мы с Гошей на радостях кинулись к отлаженной установке, чтобы сразу на ней и проверить наши последние идеи, до воплощения которых все руки не доходили. У Гошки давно уже зрел план новой программы автоматического управления, а я буквально по дороге на завод придумал одно изящное такое измененьице в технологии.
   Вот тут-то мы и поняли, чем берет плату Наладчик. Поняли оба и одновременно. Переглянулись и, ни слова не говоря, бросились на улицу. Догнали его уже у самых ворот.
   – Послушайте! – закричал я. – Так вы у нас идеи украли! Вы их у всех, стало быть, крадете?!
   – Что значит «краду»? – он не обиделся, просто очень спокойно возразил.
   – Я их беру в уплату за труд.
   – Но вы хотя бы предупреждали!
   – Видите ли, вначале я предупреждал. А потом понял: ни к чему. Все равно никто не верит. Даже когда ампутация идеи уже произведена. Думают, просто забыли, думают, фокус какой-то. А мне ведь совершенно неважно, что вы думаете. Мне просто идеи ваши нужны. Хорошие, умные, трезвые идеи.
   – И значит, теперь у нас умных идей никогда больше не будет? – в ужасе спросил я.
   – Ну, что вы, – улыбнулся Наладчик. – Я не умею забирать еще не родившиеся идеи. Думайте, работайте, и все у вас будет хорошо.
   И тут Гоша решил на прощание пошутить.
   – Знаете, – сказал он, – вы там в институте идите прямо к нашему шефу. Бондаренко его фамилия. Вот у кого идей прорва.
   – Спасибо, – ответил Наладчик и так быстро скрылся, что я даже хмыкнуть не успел по поводу Гошиного предложения.
   А дело в том, что завлаб Бондаренко при всех его организаторских талантах очень плохой ученый. Вообще не ученый. Идей у него не было никогда. И кандидатская его и докторская сделаны исключительно усилиями подчиненных, которым он, впрочем, щедро платил. Мог себе позволить, потому что и сам зарабатывал всегда много.
   – Остроумно! – оценил я.
   Мог ли я знать, чем эта шутка кончится?
   В тот момент на заводе состояние у нас было возбужденное, приподнятое, потому что мы оба пришли к одному выводу (да и не мудрено: книги мы с Гошкой еще со школьных лет одни и те же читали). А вывод такой: Наладчик – инопланетянин. Иначе как он все это делает? И мы долго спорили, помогает Наладчик нашей цивилизации, или прислан завоевать ее. Я говорил, что идеи в обмен на наладку – это, конечно, грабеж, что будет теперь на всей планете исправная техника образца 1989 года на вечные времена, и прогресс остановится. Гоша резонно утешил, что обо всей планете речь не идет, потому что только в нашей стране удивительным образом сочетается обилие гениальных замыслов и разработок с повсеместным отвратительным исполнением. А в цивилизованном мире этот номер не пройдет.
   – Погоди-ка, погоди-ка, – осенило меня. – Выходит, Наладчик подтягивает нас до их уровня. Такая получается помощь. Но ведь нельзя же тянуть одну технику. Ты не слыхал, он появляется в каких-нибудь гуманитарных институтах, в общественных организациях, в министерствах, наконец, вообще в аппарате управления?
   – А чем они там платить будут? – грустно улыбнулся Гоша. – Идеей нашего бюрократического социализма, что ли?
   Вот так мы и болтали. А установка работала. Выдавала результаты. И через два дня все бумаги были подписаны, мы с чистой совестью вернулись в Москву.
   В институт помчались прямо с вокзала. Не терпелось узнать, как там. И еще в проходной – бац! – некролог: Бондаренко Валерий Трофимович, скоропостижно… Мы – в отдел, а там – новый шок: покончил с собой, говорят, повесился… Бондаренко? Не может быть! Да приходил, говорят, какой-то наладчик. Сначала в лаборатории все сделал, а потом – к нему, поговорили, Бондаренко ему спирту налил, так тот прямо тут же, не разбавляя, выпил, в общем, когда расстались, Валерий Трофимыч наш пришибленный стал какой-то, вызывал к себе завсекторами по очереди, беседовал, а потом с работы ушел раньше обычного. И все. На следующий день милиция приехала.
   Гоша – странный человек. Его даже совесть не мучает. Я, говорит, тут при чем? Любой наладчик к начальнику идет, когда работа выполнена. А повесился он, считает Гоша, от того, что понял, впервые в жизни понял, что не ученый он, что ни одной идеи в голове, интеллектуальный банкрот, даже Наладчику заплатить нечем.
   Я с Гошей не согласен. Я считаю, что причина в другом. У Бондаренко была одна идея. Совершенно гениальная. Он всегда лучше всех знал, как в любой ситуации, при любых результатах заработать максимум денег. Толковая, должно быть, была идея. И когда Наладчик эту идею у него отнял, шефу нашему дорогому не за чем стало жить на свете.
   И все равно это страшно. И все равно трудно не думать, что есть и наша вина в этой истории. А Наладчика я с тех пор ненавижу. Ох, встретиться бы с ним еще раз!
   Я часто думаю о той своей забытой идее. Пытаюсь вспомнить. Глупо, конечно, но я пытаюсь. И знаете, это так мешает, что никаких новых мыслей в моей голове просто не появляется.
   А установки все работают. Отлично работают установки.
Чтение онлайн





Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация