А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кошмар с далекой планеты" (страница 9)

   – Это мой дядя, – ответила Аврора. – Он нездоров.
   – Забавно как, – хмыкнул Деревянский и указал пальцем в сторону Деревянского-1.
   – Что забавно? – напряглась Аврора.
   – У меня тоже… – Деревянский-2 стащил тяжелый ботинок и продемонстрировал нам свою правую пятку, не абсолютно стерильную, но с татуировкой, то ли Пентуриккио, то ли Арчимбольдо. – У меня тоже такая… Знаете, я в академии очень не любил художника Уистлера. Мазилой его считал, дутышем. И вот я его выколол на пятке, чтобы попирать его при каждом шаге.
   Деревянский-2 потопал ногой, попер неизвестного мне живописца Уистлера.
   – А у вашего дядюшки такая же, как у меня… И тоже Уистлер… Странно… Я сам себе татуировку делал…
   Деревянский-2 почесал грудь и направился к нарам.
   – Дядя очень устал! – вскрикнула Аврора.
   – Он заразный! – выдал я.
   Но Деревянский-2 не услышал. А может, он просто не боялся заразы.
   Аврора выразительно на меня зыркнула, я развел руками. А что мне было делать? Треснуть его кулаком по затылку? Но я как-то не привык бить по головам творческую интеллигенцию.
   Он приблизился к койке, сдернул пончо.

   Глава 10
   Доказательства

   Некоторое время он просто стоял.
   Как скульптура. Или как статуя. Как изваяние, одним словом.
   И мы стояли. Наверное, тоже, как изваяния.
   А я думал, что надо бежать. Бежать, под дождь, к щупальцам, подальше от этих.
   Но я не побежал. Наверное, мне было интересно, – как там все дальше.
   А потом понеслось.
   Деревянский-2 завопил. Профессионально так, наверное, в Академии Художеств у них был спецкурс оперного искусства. Или уроки боевого крика брал. У нас был один реконструктор, мастер батального вопля. Так ему хрустальный фужер раскокать голосом ничего не стоило, а если он входил в боевой экстаз, то человека в нокаут отправлял.
   Этот тоже хорошо заорал, меня даже в сторону чуть не отбросило.
   Деревянский-1 тоже заорал. И вскочил. Они стояли друг перед другом и орали, а потом резко замолчали и впились друг другу в горло. И некоторое время старательно, даже как-то сладострастно душили.
   – Сделай что-нибудь! – попросила Аврора.
   Я уже подумывал бухнуть по парочке из «плаксы», но тут ситуация разрешилась сама собой. Деревянский-2 оказался хитрее и как-то искушеннее в драке. Он перехватил врага за мизинцы и дернул в разные стороны. Раздался неприятный хруст и опять крик, вернее, почти визг. Мизинцы уставились в разные стороны, теперь не у одного меня пальцы были покалечены. Деревянский-1 отпустил шею Деревянского-2, и тот тут же боднул его головой в солнечное сплетение.
   После чего они покатились по полу и продолжили выяснение отношений уже там. Я тут же запутался – где старый, наш Деревянский, и новый, не наш. Почему-то автоматически я болел за Деревянского-1, хотя особой разницы между ними не было. Они повалили нары, опрокинули стол, потом как-то остановились и продолжали биться хоть и ожесточенно, но уже не разбрасываясь, один Деревянский бодал, другой от этих бодков защищался.
   – Убьют… – всхлипнула Аврора.
   Но они не убили. Устали. Один отвалился в сторону, второй продолжить драку не соизволил. Аврора с облегчением вздохнула.
   Пока она вздыхала, я, напротив, волновался. Даже пугался. Потому что прекрасно понимал – настоящий из этих живописцев с татуированными пятками только один.
   А второй…
   Второй – это МоБ. Фантом. «Мотылек». Тигров, кстати, потом остался один, копия коллапсировала, распалась в ветер.
   Так значит.
   Настоящий Деревянский заразился бешенством и отбросил фантом, совершенно не отличимый от оригинала, и теперь этот фантом заявился домой…
   Зачем?
   Домой. К себе домой, вот зачем. Фантом не знает, что он фантом, тут все просто.
   Но рано или поздно он взбесится и возьмется за топор. Который из них фантом?
   Я почувствовал холод. Мурашки. Ледяная пята безумия легла на мой затылок… Интересно, пята вообще может лечь? Пята – это пятерня или пятка? Или еще что-то неизвестное?
   Надо что-то решать. Надо решать. Угроза налицо.
   – Вы кто? – спросил один из драчунов.
   – Деревянский. А вы?
   – Я тоже Деревянский.
   Оба Деревянских сели и посмотрели друг на друга.
   – Очень приятно, – сказала за них Аврора.
   Деревянские поглядели на нас.
   Похожи – не отличишь.
   Анализ ДНК! Отличная идея! Проще простого! Берем обоих за жабры, тащим через воду и леса до стартового поля, затем лезем в «Чайку», любой шлюз любого корабля оборудован…
   Ладно, все просто.
   Поднялись на ноги.
   – Мы оба Деревянские? – довольно ехидно поинтересовался один из них.
   Второй промолчал.
   – Но я-то настоящий! – заявил первый.
   – Вы ненастоящий, потому что настоящий я! – возразил второй. – Вы… вы… просто… Самозванец какой-то… Нет! Вы не самозванец! Вы МоБ!
   И я понял, что второй на самом деле первый. Что-то я начал их путать…
   – Ну да! – согласился новый. – Я МоБ. А вы просто сумасшедший. А вы?
   Он повернулся к нам.
   – Вы, конечно, сговорились? Это что, андроид?! Это такая шутка? Это Бобриков организовал?
   – Нет! – заверила Аврора. – Это не андроид, мы просто… Мы прилетели сюда…
   Аврора замолчала.
   Я установил нары на место, сел. Надо было думать. Срочно. Решать. Что делать. Ясно, что один из них не человек. Ясно, что он опасен. Только который?
   Как определить?
   – Это он! Я же вижу! – заверещал наш Деревянский. – Это МоБ! У него бешенство в глазах!
   – Бред какой-то… – поморщился Деревянский-2. – Вы что тут, с ума посходили все?
   – Вы помните щупальца?! – воскликнул наш Деревянский. – Щупальца, которые к нам ломились! Мы их отбили, а потом целый час было тихо! А потом он появился!
   Деревянский ткнул в Деревянского.
   – А почему целый час была тишина?! Потому что он переделывался! В меня!
   – Ты сам в себя переделывался! – огрызнулся не наш. – Сам в себя! Я человек! Я всегда был человеком, я пошел писать пейзажи…
   – Это я поплыл писать! Закат! И наткнулся на риф! То есть на камень!
   – Это я!
   – Да замолчите же вы! – крикнула Аврора.
   Художники замолчали.
   Все равно страшно. Ситуация идиотская, хочется смеяться, но жуть так мелкими пупырышками и пробирает. А бежать нельзя, за воротами щупальцовая каракатица. Подождать надо, хотя бы немного, хотя бы до света.
   Видимо, это понимала и Аврора.
   – Нам надо успокоиться, – сказала она. – Успокоиться и подумать, что делать…
   – Я не собираюсь сидеть в одном помещении с бешеным! – заявил наш Деревянский. – Он может напасть! Он кинется!
   – Ну и вали на улицу! – указал пальцем новый Деревянский. – Вали!
   Деревянский уставился на дверь. Сделалось как-то тихо, и стало слышно, что дождь совсем не прекратился, стучит по крыше и в бочку тоже исправно капает.
   – В эту бочку входит ровно четыреста литров, – ни с того ни с сего сказал Деревянский-2.
   – Это ничего не доказывает! – тут же возразил наш. – Любой дурак на глаз может определить, сколько там литров. Это ничего не значит!
   – Значит! Я этот дом своими руками – от гвоздя до гвоздя!
   – Я сам его от гвоздя до гвоздя!
   Аврора пнула ведро.
   Художники замолчали. Надулись, нахохлились и сделались очень похожи.
   Я нащупал кочергу. Хоть какое-то оружие. Бешенство наступает неожиданно, человек теряет контроль… А не человек? Что происходит с нечеловеком? Он нечеловечески теряет контроль.
   – Есть способ определить, – сказал не наш Деревянский. – Есть… Я могу доказать. Я… Я умею…
   Он выхватил из кармана блокнот, нарисовал что-то стремительно, продемонстрировал.
   Я чуть не расхохотался.
   А Деревянский расхохотался.
   Это был портрет Авроры.
   – А ты, Анжелика, пользуешься популярностью, – сказал я. – За твоей внешностью уже в очередь выстраиваются!
   Наш Деревянский выхватил свой блокнот и тоже изобразил Аврору. Я заметил, что блокноты у них разные. То есть у него. А вообще, если так дальше пойдет, то у нас тут картинная галерея будет целая.
   – Я очень живопись разную уважаю, конечно, – сказал я. – Иногда даже снится живопись эта. Можно блокнотик?
   Деревянские протянули мне блокноты. Я взял один. Нарисовал. Так, как смог. Слегка приукрасил действительность, то есть наоборот…
   Продемонстрировал. Аврора зубами скрипнула, недовольна, видимо, осталась портретом. Художники промолчали, тоже не оценили.
   – Рисовать я не умею, – сказал я. – И это доказывает…
   – Это ничего не доказывает, – Аврора выхватила мою живопись, уничтожила в клочки. – Это доказывает, что ты идиот!
   Хорошо бы собаку, подумал я в ответ на это оскорбление. Собака такие вещи сразу чует, она МоБ немедленно распознала бы. И другом мне стала, может, когда Аврору бы припугнула. Надо сделать. А что? Она построила себе иронического попугая, а я смастерю зловещую собаку. Вот только выберемся отсюда, сразу возьмусь за дело. И тоже научу ее разговаривать.
   – Насколько я понимаю, – сказал наш Деревянский. – Мы зашли в некоторый тупик…
   – Я зашел не в тупик, а в свой дом, – возразил Деревянский-2. – И встретил тут каких-то… Личностей.
   – По кругу ходите, – вмешалась Аврора. – Давайте что-то решать…
   – А что тут решать? Дождемся, пока дождь кончится, потом двинем к космопорту, – предложил наш Деревянский. – Там разберемся.
   – Неплохая идея, – согласился не наш Деревянский. – Там действительно разберемся, кто есть кто.
   – Ну и славно, – Аврора вздохнула с облегчением. – Я уже устала от всего…
   – Не пойдет.
   Это я сказал.
   – Дождь неизвестно сколько еще капать будет. Может, двое суток, а то и больше. За это время много что может случиться…
   – Что тут может случиться? – Один из Рафаэлей пнул стену. – Что?
   – Мы можем уснуть, например, – сказал я. – Все уснут, а тут… Я слыхал, что МоБ нападает внезапно, вдруг. Стоит человек, стоит, а потом…
   Бах! Высоко, над головами, над крышей, над дождем ударил гром. Молния просвистела где-то рядом, и опять все подпрыгнуло, будто домик боднули уже десятки воинственных бегемотов.
   – Небеса чихнули, – я указал вверх. – Значит, правду говорю.
   – Конечно, правду! – Наш Деревянский дружественно мне подкивнул. – Он на нас нападет, едва мы уснем!
   – Чем больше мы будем стараться не уснуть, тем быстрее уснем, – сообщил Деревянский-2. – Это давно проверено. Старайтесь!
   В небе грохнуло еще раз, и по крыше забарабанили резвые палочки.
   – Град… – сказала Аврора. – Как странно…
   – Первый раз вижу град здесь, – Деревянский-2 был удивлен. – Необычно…
   Действительно необычно. Град по крыше, чок-чок-чок, шур-шур-шур, спать захотелось еще сильнее. Я не удержался и зевнул, хотя могу без сна выдержать триста километров. И Аврора тоже. И художники.
   – А спать действительно хочется… – Деревянский крякнул.
   – А давайте спать по очереди, – предложила Аврора. – Трое спят, один стережет…
   – Не пойдет, – сразу не согласился Деревянский-2.
   – Почему это не пойдет? – сощурился просто Деревянский. – Я вполне согласен. Я уже, между прочим, спал рядом с ними…
   – Вот именно, – Деревянский-2 ухмыльнулся.
   – Что ты хочешь сказать? – Деревянский сжал кулаки и шагнул к своему двойнику.
   Град усилился.
   – А то я хочу сказать. То, что я настоящий, я знаю. Значит – ненастоящий ты!
   Деревянский-2 указал пальцем.
   – Это спорный вопрос…
   – Но откуда мне знать, что вы настоящие?
   И новый Деревянский кивнул на нас с Авророй.
   – Что значит, мы не настоящие?! – возмутилась Аврора. – Я сейчас вам покажу, что значит мы не настоящие!
   Она двинулась на художника.
   – Анжелика здорово бодается, – предупредил я.
   – Я ей помогу, – к Авроре присоединился Деревянский-1. – Потому что я тоже знаю, что я настоящий! А ты самозванец!
   Деревянский схватил кочергу.
   – Я знаю, как узнать, кто не человек! – крикнул я.
   Они остановились. Замерли. Уставились на меня.
   Разумеется, я не знал, как определить. И специально отрезал себе путь к отступлению. В такие моменты я начинаю гораздо быстрее думать.
   – И как же? – вкрадчивым голосом поинтересовался Деревянский-2. – Как же это можно сделать?
   – Очень просто, – я продолжал тянуть время. – Все очень просто… Надо взять…
   Я вспоминал, что есть у меня в карманах. Ничего. Ни в штанах, ни в куртке. Ремень есть, на нем пряжка…
   Патронташ. А в нем патроны. Одни с обедненным ураном, другие серебряные…
   – Я знаю, – сказал я уже уверенно.
   – Ну, так просвети нас! – потребовали Деревянские.
   – МоБ не терпит серебра, – выдал я. – И чеснока, как настоящий грипп.
   Все это было вранье. Давно доказано, что настоящий грипп и к чесноку и к серебру совершенно равнодушен, МоБ тоже, но надо же мне было что-то говорить.
   Деревянские, к моему удивлению, кивнули. И Аврора тоже кивнула. Я вытащил из патронташа патрон с серебряной пулей.
   – Здесь около десяти граммов. Этого достаточно, чтобы убить, например, протокаретру. Обычный же контакт с кожей носителя МоБа должен оставить ожог.
   Я поставил патрон на стол.
   – Ну, кто первый? – спросил я.
   – Может, ты первый? – прищурился Деревянский-2.
   – Но я же уже брал…
   – Ха! Можно взять патрон, но не дотронуться до пули.
   Я хмыкнул и приложил руку к пуле. Продемонстрировал чистую ладонь. Здорово! Все как в старых фантастических фильмах! Когда доблестные космопроходцы проверяют – кто из них инопланетянин, а кто нет. Или про оборотней еще, оборотни серебра не переносят.
   – Теперь она! – Деревянский-2 указал на Аврору.
   А еще говорил, что у Авроры античная голова.
   – Нет уж, – надулась Аврора. – Пусть теперь они трогают. Ты потрогал, теперь их очередь…
   – Логично, – согласился Деревянский-1. – И я потрогаю первым…
   И тут в ворота, конечно же, постучали.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 [9] 10 11 12

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация