А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Кошмар с далекой планеты" (страница 3)

   «Ватель» пробуждал в зараженном неконтролируемый аппетит вкупе с извращением вкусов, больной мог накинуться на древнюю кирпичную стену и глодать ее до потери сознания. Или стулья, некоторые предпочитали стулья. Глодать, в смысле.
   Переполоху наделал штамм «Шива», распространившийся почему-то среди населения скандинавского полуострова. Носители не впадали в ярость, не крушили раскладушки и не объедались до смерти устрицами, у них просто отрастали лишние руки. У кого одна, у кого две, а у Жигмунда Кристофорса, самого известного мобильника, этих рук отросло аж шесть штук! Причем лечиться Жигмунд отказался наотрез, предпочтя остаться восьмируким. Ребятня обожала его и дразнила человеком-пауком.
   МоБ вел себя непредсказуемо, был чертовски изобретателен и, кроме того, чрезвычайно заразен – передавался воздушно-капельным путем, через рукопожатие, и, что самое неприятное, его могли переносить другие виды. И не только переносить. Вспышки мобильного бешенства отмечались среди стайных животных, в частности, среди китов, волков и пчел. Киты традиционно выбрасывались на сушу, правда, делали это в каких-то катастрофических масштабах. Волки бегали кругами. Пчелы на людей нападать не стали, пчелы начали давать какой-то странный мед. Зеленого цвета с необычайно мощным галлюциногенным эффектом. Впрочем, другие животные тоже, бывало, страдали мобильным бешенством. Широкий резонанс получил случай с кенгуру-вампиром, покалечившим и испугавшим около ста человек.
   Вообще за несколько лет по всей планете было зафиксировано свыше трех десятков тысяч случаев инфицирования МоБ, как людей, так и других биологических объектов. Излечить не удалось больше половины заболевших.
   Некоторые ученые считали, что МоБ – не что иное, как старый добрый грипп, мутировавший в результате радиации солнечного ветра. Другие усматривали в МоБе инопланетные корни, полагая, что на Новую Утопию он попал извне. Посредством метеорита, кометы или даже определенного вмешательства. Третьи вообще не считали МоБ вирусом, усматривая в нем всего лишь новую разновидность массовых фобий.
   Так или иначе, МоБ считался самой опасной, самой неизлечимой и самой дурацкой болезнью нашего времени.
   И вот теперь МоБ был здесь.
   – МоБ – это серьезно, – негромко сказал я.
   Аврора сидела в кресле, задумчиво щелкала себя пальцем по коленке. Я сидел и мысленно прикидывал – пойдут ли Авроре лишние руки? Честно говоря, я был не очень в этом уверен, вот если бы наоборот, если бы у нее рук поубавилось… Я представил Аврору вообще без рук.
   Аврора без рук мне нравилась гораздо больше, чем Аврора с шестью руками.
   – Ну, я не знаю… – Аврора, видимо, сама представляла себя и с руками и без. – Может…
   – Понятно, – перебил я. – Все понятно. Ну что ж, давай двинем куда-нибудь… туда… Где поспокойнее. Ты вязать умеешь?
   – Узлы?
   – Носки. Будешь мне носки вязать…
   – Сам себе вяжи носки! Взлетаем. Опускаемся в десяти километрах, там я знаю одно местечко.
   – Ты уверена?
   – Все! – В голосе Авроры прозвучала командирская сталь. – Взлет. Глаша, замкнуть объем!

   Глава 4
   Aurora Annihilation

   Это было несколько громко сказано – «местечко». Старый космодром. Стартовый стол проржавел, между плитами не то что трава, кусты проросли. Река рядом – внизу, под горой, поэтому стартовое поле уже чуть под углом, вода подмыла. Мы встали на грунт в дальнем сегменте, подальше от зарослей, подальше от обрыва. Выгрузились.
   – Что-нибудь чувствуешь? – вдохновенно спросила Аврора. – Душевный подъем? Жажду приключений?
   – Воняет чем-то… – ответил я. – Боюсь, что приключениями. А так, вообще, трепет в подмышках. Что, двигаем к воде, миссус Черная Борода?
   И мы двинули.
   Перед нами простиралась река. Пронзительно голубого цвета, попить сразу захотелось, до Амазонки, конечно, не дотягивает, но все равно впечатляет.
   – Разлив, видимо, – сказала Аврора. – Тут раньше платформа была каменная…
   И стала спускаться к воде. Я за ней. Тащил консервы, палатки, оборудование кое-какое. Аврора, конечно же, вооружилась «плаксой», я взял штуцер и два патронташа.
   Пока болтались в поясе астероидов, я занимался оружием. Работал в мастерской. Хотел сделать бластер, но, конечно, ничего не получилось, техника требовалась гораздо более тонкая. Зато сделал штуцер – люблю это оружие. Двуствольный, вертикальной схемы, два цилиндрических магазина по сторонам стволов. Прицелы – и лазерный, и оптический, приклад облегченный сделал, стволы на треть короче штатных. И даже червленое серебро пустил по цевью, красиво получилось.
   Пули отлил тоже особые – из обедненного урана, из серебра. Чтобы стрелять было приятно.
   Аврора ругалась, что мое ружье весит больше меня самого, и надо или меня из лодки выкинуть, или штуцер. Я за лодку не шибко переживал, надежная штука, даже не лодка, спасательный плотик – в случае, если корабль приводнится. И водометный двигатель есть – грести не надо. Впрочем, весла тоже имеются, что весьма кстати – если Аврора будет безумствовать, тресну ее веслом. Все радости жизни под рукой.
   Аврора опять устроилась рулить, я не возражал. Пусть рулит, а я стану любоваться. После утомительного сидения в корабле душа радовалась от окружающего обилия зелени, воды и неба, природа на Гогене была и впрямь роскошная. Чем-то похоже на Рейн-батюшку и Амазонку-бабушку. От Рейна величественные поросшие хвойными лесами горы по берегам, от Амазонки – водные просторы. Красиво, хоть сам в художники записывайся.
   Плыли мы довольно долго, наверное, потому, что не спеша обходили мели. Конечно, лодке мели не особенно страшны, но вот если нарваться на острый камень…
   До поселка художников было совсем ничего, километров тридцать, наверное, можно пройти пешком, но Аврора ленилась. Или порулить в очередной раз ей хотелось, на нее периодически наваливались комплексы большой начальницы, и Аврора реализовывала их такими мелкими и жалкими способами. Сосредоточенно ворочала рулем и сверялась с навигатором. Я дремал. Или грыз семечки с независимым видом. Или беседовал с Авророй о разных важных вещах.
   О ботфортах, например.
   – Видишь ли, дорогая Аврора, – говорил я. – У каждого уважающего себя буканера должны быть ботфорты. Знаешь ли ты вообще, что такое ботфорты? Это такие сапоги. Выше колена. Из грубой буйволиной кожи. Со шпорами. Все пираты носили только ботфорты, их образ прочно вошел в фольклор и в мировую художественную культуру. Была даже раньше такая старая каперская песенка «А ну-ка, убери свои ботфорты…» А как ходишь ты? Какие-то жалкие пневмокеды… Какие-то убогие шортики! Тебя бы в этих шортиках к настоящему пиратскому бригу на милю бы не подпустили! Настоящий буканер носил ботфорты и только ботфорты! При первом же случае ты обязана застрелить буйвола и сшить из него ботфорты! И мне, и себе!
   Или о курении.
   – Видишь ли, драгоценная Аврора, поголовно все пираты курили. Или трубки, или сигары. Сигары лучше, потому что с ними меньше возни, взял – и закурил. Поэтому нам надо срочно начинать курить. В кают-компании есть небольшая оранжерея, там можно выращивать табак. Правда, с семенами у нас проблемы, где их найти, я пока не знаю, но достану. У меня есть старые связи. Табак вырастет, потом мы завялим его в реакторном отсеке, потом ты будешь из сушеных листьев сворачивать настоящие сигары. Сорт назовем «Aurora Annihilation» – лучшие сигары во всем мире! Возможно, мы даже возродим в человечестве страсть к курению! Сейчас же мало курят, ну, какие-нибудь разве что геологи-гляциологи, а начнут опять все. Поголовно! Курить снова станет модным! Все станут курить, кашлять желтой слюной и каждый год клонировать себе новые легкие, зубы, пищеводы и желудки! И все станут курить только «Aurora Annihilation»! И ты будешь сидеть – и сворачивать, сворачивать, сворачивать сигары, ввергая мир в хаос! Вот это протест! Это тебе не разграбление Женевской библиотеки! Ты знаешь, что в двадцать первом веке от курения погибало гораздо больше людей, чем от войн? А ты все по мелочи как-то работаешь…
   Или о татуировках.
   – Видишь ли, милая Ави, у каждого уважающего себя пирата должна быть татуировка. Это такой рисунок на коже. Я могу запрограммировать особым образом медицинского бота, и он сделает тебе татуировку. Можно на спине, можно на руках, можно на ногах. Но я бы тебе рекомендовал на голове. У тебя совсем лысая голова, и кожа на ней такая хорошая, гладкая. Я бы советовал тебе вытатуировать скорпиона. Или тарантула. Или псевдокреветку Лайта, у нее такая зверская наружность! Или лучше крейсер «Аврору»! Был такой исторический корабль, ты в курсе?
   Аврора была не в курсе.
   – А что, идея с крейсером мне больше всего нравится, идешь ты по городу Сорокопужску, а на голове у тебя крейсер! Это могуче! А потом, когда тебе надоест пиратствовать и ты решишь выйти замуж и родить детей, то тебе ее даже сводить не надо будет – волосы на голове просто вырастут – и все дела. Была татуировка – нет татуировки.
   Аврора на все эти мои рассуждения почти никак не реагировала, тренировала терпение. Учится держать себя в руках, подумал я, и тут же прочитал ей небольшую лекцию о настоящем пиратском терпении.
   – Настоящий пират терпелив, как кобра, подкарауливающая добычу. Когда человека принимали в пираты, он проходил обряд посвящения. Среди новеньких выбирали самого старшего и сажали его в бочку с пометом чаек и тухлой рыбой, в которой он должен был просидеть три дня. И лишь после этого он считался настоящим пиратом. Вот и нам без посвящения не обойтись. Ты, кажется, на полтора года меня старше?
   – Помолчал бы, – недобро посоветовала Аврора.
   – Да ты совсем уже древняя, – рассмеялся я. – Ты просто старуха Изергиль какая-то, тебя с утеса надо сбросить. Или в это… в жерло вулкана.
   – Я же говорю – помолчал бы!
   – Ну, как ты говоришь! Разве настоящие пираты так говорят? Они говорят не «помолчал бы», они говорят «заткни глотку». Или «заткни пасть». Или просто «заткнись, мокрица». А ты что? Нет, это никуда не годится, это детский сад. Давай скажи.
   – Что сказать?
   – Скажи: «Заткнись, скотина!» Ты же умеешь, я знаю!
   Аврора молчала.
   – Ну что же?!
   – Я… не могу…
   – Почему не можешь? Раньше ведь могла, а теперь?
   – Не могу…
   – Ну, как знаешь. А вот лично я сдерживать себя в проявлениях не намерен. Настоящие пираты ругаются, плюют и рыгают.
   – Что?
   – Рыгают, – я набрал воздуха и рыгнул.
   Трубно и протяжно, как олень в брачный период.
   Аврора отвернулась.
   Так ей и надо, подумал я с удовольствием. Сама все это пиратство придумала, пусть теперь видит, каково это.
   В реальной жизни. По-настоящему. Без прикрас.
   – Ты тоже учись, – посоветовал я. – Это очень полезно. Вот когда поймают тебя агенты Карантинной Службы и начнут допрашивать, ты им только рассмеешься в лицо. А потом рыгнешь. Вот так.
   И я рыгнул еще протяжнее, в полтора оленя.
   – И они со стульев попадают, агенты. А ты их обезвредишь своей мускулистой ладонью!
   – Прекрати, пожалуйста, – попросила Аврора. – Это выглядит жалко.
   – Почему жалко? Даже наоборот…
   – Прекрати.
   – И это еще не все, – я совсем не хотел прекращать. – Настоящий пират не моется в душе. Настоящий пират не расчесывается, впрочем, тут у тебя все в порядке. Настоящий пират не чистит зубы и ковыряется в носу! Настоящий пират рыгает, громко и пронзительно!
   – Ты уже показывал!
   – Нет, это я еще в полсилы, сейчас покажу как по-настоящему…
   – Ты… – Аврора дернула за руль, и лодка вильнула вправо. – Ты… Ты просто омерзителен!
   – Настоящий пират и должен быть омерзителен. В противном случае он не пират, а подделка! Вот смотри…
   Толчок получился неожиданным. То есть совсем. Только я собрался показать своей спутнице, как ведут себя настоящие пираты, как меня толкнуло в ноги, и я оказался в воздухе. Полетел, как пуля из рогатки. Как мой младший брат Владимир. Рядом летела Аврора, но не красиво и благородно, как я, а кувырком, неприлично. С перепуганным лицом.
   Воткнулся в воду, всплыл, почувствовал под ногами землю. Мель. Мы напоролись на мель. Или на камень, зря я подумал о камнях, сила моей мысли просто горы сворачивает…
   Рядом из пучин показалась лысая голова Авроры.
   – Это все из-за тебя! – Она сжала кулаки. – Это все ты виноват…
   – Это не я виноват, это виноваты чьи-то кривые руки.
   Перевернутая лодка уплывала вниз по течению. Быстро.
   – Надо догнать! – Аврора шагнула за лодкой.
   – Не выйдет, – я поймал ее за плечо. – Выбьемся из сил, затянет в водоворот – все. Лучше к берегу.
   Я кивнул. До ближнего берега было метров восемьсот, доплыть можно.
   – Только надо барахлишко собрать, – я оглядел водную гладь. – Придется понырять.
   Мы поныряли. Почти бесполезно. Течение сносило здорово, удалось достать лишь «плаксу». Мой модифицированный штуцер пошел ко дну. Как и консервы. Как и палатка. Короче, все утонуло. Хорошо хоть навигатор спасся – висел на шее у Авроры.
   И патронташ у меня, патроны серебряные, патроны урановые… Куда они теперь, без штуцера… Костер только разводить.
   – До Острова двадцать миль, – сказала она. – До корабля почти десять…
   – Ну да, понятно… – я провокаторски вздохнул.
   – Значит, пойдем к Острову, – сурово сказала Аврора.
   Я кивнул и пошагал к ближайшему берегу. Налегке. Насвистывая. А «плаксу» пусть мисс Тич тащит, она красивая, крепкая и лысая, ей и карты в руки.
   К тому же я сильно сомневался, что Аврора «плаксу» мне доверит, по-моему, она собиралась обороняться до последней капли крови. Решительность такая во всей ея фигуре прочитывалась. Тем лучше.
   Мы шагали по воде.
   – Пятнадцать человек на сундук мертвеца, – рассуждал я. – И бутылку рома. А знаешь ли ты, что такое ром? Его делали из сахарного тростника путем сбраживания сока…
   – Ну да, Аут, – перебила Аврора, – ты в сахарном тростнике большой знаток! Жалкий рабовладелец! Дешевый псевдоисторический фальсификатор! Психопат…
   Она вдруг рассвирепела. Ни с того ни с сего. Прямо-таки неконтролируемой ярости поддалась. Я же, напротив, был спокоен, как викинг. И равнодушно слушал всю эту неумелую брань, мужественно озирая окрестности. Правда, когда она назвала меня «закомплексованным шизофреником», я немножко не выдержал и в ответ обозвал ее «юной истеричкой».
   И еще, кстати, придумал несколько ущемляющих Аврорино достоинство названий, но на «юной истеричке» отмель кончилась, и мне пришлось уже плыть, а в процессе плаванья в пресной воде особо не поговоришь, восемь раз поперхнешься.
   Плыть оказалось даже труднее, чем я предполагал. Течение сносило вбок, и то и дело отдельные его струи пытались завернуть меня обратно – к середине реки, так что приходилось стараться. За спиной пыхтела Аврора, ей было еще тяжелее – привешенная к шее «плакса» тянула ко дну, приходилось стараться пуще, Аврора мощно работала конечностями, она представлялась мне древним колесным пароходом, натужно перебирающимся через великую Миссисипи, такая смешная.
   Плыли, наверное, час. Два раза я переворачивался на спину и плыл на спине, отдыхая. Аврора серьезно отстала, метров на сто. Когда до берега осталось уже совсем немного, Аврора булькнула и исчезла под водой.
   Секунд через пять она показалась вновь, однако тут же погрузилась обратно. И снова всплыла, выплюнула воду и забила руками.
   Ясно. Все ясно. Аврора тонула. Устала, наглоталась воды, одурела. Одежда намокла, к тому же «плакса» тоже была штукой нелегкой, все это и тянуло ее вниз.
   Я ждал. Мне хотелось, чтобы она начала взывать о помощи, униженно молить, я хотел услышать в ее голосе страх и страдание, но Аврора тонула молча. Видимо, она решила предпочесть смерть позору.
   Оставаться одному на планете Гоген мне что-то не хотелось. Кого тогда терроризировать? К тому же я очень сильно не люблю смерть. Понятно, когда в двести лет помирают, это нормально, но помирать в столь юном возрасте… Аврора красива, бесшабашна и молода, ей еще стоит немного пожить. Лет сто пятьдесят.
   Я развернулся и двинул назад. Теперь я плыл против течения, что было в два раза труднее. Но я справился. Попытался взять Аврору за руку, крикнул:
   – Бросай «плаксу»!
   Она пробулькала в ответ что-то неразборчивое, какое-то очередное проклятье, «плаксу» не бросила, обняла ее, как родную сестру, и принялась погружаться.
   Я нырнул. Попытался схватить ее за волосы, но рука скользнула по голому черепу, я ругнулся прямо под водой и рванул вниз, уцепился за воротник и потянул кверху. Выволок.
   Аврора вздохнула и забилась, стараясь вырваться. Все, мозги от страха отключились, Аврора размахивала руками и пыталась утянуть меня в глубину. Я изловчился и стукнул ее кулаком по затылку. Затылок у Авроры оказался крепкий, пришлось добавить еще. Аврора обмякла, я впился в воротник покрепче и поплыл к берегу.
   Медленно, уже совсем медленно. Доплыл. Капитан Тич ступил на сушу.
   Потом я лежал на песке, Аврору тошнило водой, а я любовался. Назидательное зрелище. Усекновение гордыни, так бы я это назвал.
   – Поздравляю, Аврора! – сказал я, когда она пришла в себя. – Теперь ты похожа на настоящего пирата! Ты грязна, ты блюешь, ты омерзительна. Жалко, что тут песок, а не глина, тебе бы сейчас в глине поваляться немножко…
   – Заткнись! – прохрипела Аврора.
   – Браво! – Я похлопал в ладоши. – Ты быстро учишься, Аврора!
   – Заткнись… – Аврора швырнула в меня подвернувшейся корягой.
   – Я думал, что ты сейчас меня благодарить станешь. Спасибо, скажешь, что спас мою никчемную пустую жизнь. Но от тебя, видимо, благодарности не дождешься…
   – Пусть тебя черти благодарят! – выдала Аврора.
   – Уже брависсимо! Матереешь прямо на глазах! Вспоминаешь былые навыки! Крейсер «Аврора» на лысине – тебе пойдет!
   Аврора шустро направила на меня «плаксу».
   – Не замолчишь – вкачу тебе пятнадцать зарядов! Будешь рыдать, пока глаза не вытекут!
   И зубами скрипанула.
   – Какой слог! – восхитился я. – Какая мощь! Вы только посмотрите – как в обычной капустной калоше просыпается настоящий флибустьер!
   – Сам калоша! – огрызнулась Аврора. – Ботфорт драный!
   – Ладно, – я поднялся на ноги. – Ладно, красавица, подымайся, хорошо бы нам до ночи до этого Острова добраться, я в лесах не люблю ночевать, я человек цивилизаци, а там одни Рип Ван Винкли. У Деревянского, кажется, избушка на Острове?
   Аврора опустила «плаксу».
   – Как мы, кстати, на Остров этот перебираться будем без лодки? Хотя у меня есть один старый, проверенный способ. Мы согнем две сосны, между ними натянем веревку в виде петли, а ты как раз в эту петлю залезешь… Ну, и выстрелим, так сказать, а ля натюрель…
   – Урежь изобретательность, – посоветовала мне Аврора. – К тому же Остров только называется островом, на самом деле никакой он не остров, просто там ручей…
   – Ну, тогда все еще проще, мы перепрыгнем через ручей с помощью шеста…
   Вдруг лицо у нее поменялось.
   Я сидел спиной к лесу. Не, я, конечно, знаток таких уловок – все эти взгляды через ухо, внезапные побледнения и прочий прах из замшелых арсеналов боевой психологии, меня на это не подсечешь! Обычно. Но у Авроры почти получилось. Лицо у нее стало такое испуганное-испуганное, будто она кочергу с ногами увидела. И я не удержался, оглянулся.
   Не знаю, может, мне это и показалось. Движение. Там, среди деревьев что-то сместилось…
   – Так… – протянул я.
   – Ты заметил?!
   – Заметил. Но что это такое, сказать не могу. Или показалось…
   – Сразу двум не кажется, – возразила Аврора.
   – Кажется. И двум, и трем, и тридцати трем. Массовые галлюцинации – обычное явление. Впрочем, я думаю, что это просто синдром леса.
   – Что?
   – Синдром леса. Когда человек попадает в лес, ему первое время кажется, что за ним следят. Что кто-то движется на периферии зрения. К тому же мы находимся в стрессовой ситуации – ожидаем нападения мобильников. Так что не бери в голову, считай доберман-пинчеров. И вообще, проблемы стоит разрешать по мере их поступления – это главная пиратская заповедь.
   – Слушай, Аут, а если Деревянский… – она замолчала. – Ну, это…
   – Если он подцепил МоБ? – уточнил я.
   – Ну да…
   – Нам же проще. Все его картины нам просто так достанутся. Деревянский скачет по окрестностям с выпученными глазами, а шедевры дожидаются нас. Придем и возьмем.
   – Но тогда это не пиратство получается, а мародерство, – Аврора поморщилась. – Это…
   – Во-первых, не мародерство, а спасение культурных ценностей. А во-вторых, поживем – увидим. Может, этот Деревянский и не заразился, может, он чеснок ел.
   – Чеснок разве от МоБа помогает?
Чтение онлайн



1 2 [3] 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация