А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Предсказание" (страница 4)

   Глава 5

   Вечером, когда Ольга подъезжала к Московскому вокзалу, видеореклама на большом экране выдала человеческую фигуру в длинных, до земли, одеждах, с распущенными по плечам волосами. Так что невозможно было определить пол загадочного персонажа. Силуэт был красным на мерцающем черным фоне, на котором вдруг высветились истекающие мертвенно-голубым пламенем слова: «Питеру стоять пусту!» Мгновение, – и все пропало.
   В ту ночь Ольга не смогла заснуть. Сергей не звонил, а она сама не понимала, с чего начать. Информация о сожжении персонажа была передана секретарше Леночке, и, наверное, заказчики уже получили ее, но вот что давать им через неделю? Оставалось загадкой.
   А тут еще, как на грех, пермские отморозки вознамерились освободить от Ольги планету.
   Придя утром на работу, она на всякий случай скачала информацию о Медведеве с Интернета, но дальше дело не двигалось.
   – Стоп, – сказала она сама себе, разгуливая по кабинету. – Что нужно выяснить в первую голову: было ли «предсказание» сделано тогда, или это новодел? Чтобы занять чем-то руки, Ольга начала раскладывать перед собой фотографии из конверта «Судебная медицина», судьба которых толкала их на обложки новой серии «Маньяки-чудотворцы».

   Тот же Интернет отсылал к Евдокии Лопухиной[5] – первой жене Петра, которой приписывалось выражение «Быть Петербургу пусту!» Но, простите, если это правда, то никаким предсказанием здесь и не пахнет, так как, согласно легенде, дамочка произнесла роковые слова после того, как муж оставил ее и сослал в монастырь. К тому времени Питер уже был. Меж тем, в пророчестве ясно употреблено будущее время: «Царь-антихрист построит город…». Голова с непривычки пухла от свалившейся на нее информации.
   «Ничего не понимаю!» – ворчала про себя Ольга, в который раз перекладывая с места на место фотографии. На самом деле она должна была выбрать лучшие, в смысле, наиболее омерзительные из них, но сегодня ей было не до того.
   Почему Линда – медиум, белый маг, человек, которого как огня боится вся замеченная в издании грязнухи братия, почему она не обнаружила на ней, на Ольге, свежий след сестроубийства? Ведь водитель доложил, что Лада села за столик у окна и минут через семь кафе было обстреляно. Так может быть, Линда не такой уж и маг, или…
   Не глядя, она перекладывала с места на место снимки. Не автоматически, как лунатик, а просто потому, что психологи из «Бурды» рекомендовали не дотрагиваться до вещей просто так. «Хотя бы рассмотри, поверти в руках, положи на другое место». Да, именно так.
   Чего-то определенно не хватало. Трупа. А он ей нужен? Прийти в морг и опознать труп – значит автоматически подписаться на его захоронение. Никогда не следует касаться трупа походя, с ним нужно что-нибудь сделать. Закопать, сжечь или хотя бы не признаваться, что имеешь к нему какое-то отношение. Что это сестра…
   На столе пискнул селектор.
   – … Лада.
   – Что? – на какое-то время Ольге показалось, что секретарша озвучила ее мысли.
   – Извините, помехи в связи, к вам Лада Дан, – проворковала коробка.
   – Кто?!
   – Лада Дан.
   «Лададан, лададан, лададан…» – зазвенело у нее в голове.

   Странные вещи творились с Ладой Дан, странные мысли роились в ее голове. Хотя, если для кого-то другого жизнь Лады и казалась сумбурной и перевернутой, то только не для нее самой.
   Лада уже три раза выходила замуж. Два раза по любви, последний – по недоразумению. Рабочий, красящий фасад дома, как в рекламе жвачки засмотрелся на обнаженную Ладу и влетел к ней прямо через окно, в брызгах битого стекла, громыхая по полу ведрами и распространяя вокруг себя запахи строительного макияжа, словно какой-нибудь сильно осовремененный рыцарь.
   Сокол залетел в понедельник, Лада, как сама потом утверждала, – во вторник, свадьбу сыграли в среду, стекло заменили только к зиме. А уже через месяц, на покраске другого дома, рыцаря угораздило завалиться в следующее окно.
   В браках и просто по любви Лада имела троих детей. Впрочем, из-за отсутствия у матери постоянного заработка, все трое жили кочевой жизнью, переходя от одной бабушки к другой, и собирались у мамы лишь когда богатая сестра Ольга отсылала к ней своего сына Алексея с охраной и таким количеством продуктов и вещей, что Лада кормила всю семью и делилась с друзьями.
   Странные события происходили с поэтессой Ладой Дан. Должно быть, ее ангел был очень силен, а может, как сказала матери Лады одна нищая бабка, за Ладой присматривали не один, а сразу два белых ангела.
   Вот и сейчас целая и невредимая она стояла на пороге кабинета своей сестры.
   – Ты?! – Ольга не могла продолжать, вытаращив на Ладу полные ужаса глаза. Какое-то мгновение показалось, что это возмездие судьбы. Что сейчас Лада обернется мстительным исчадьем ада, в воздухе сверкнет острие копья, и…
   – Оля, я все объясню, – Лада расценила замешательство начальницы на свой лад, и в ее глазах появились слезы. – Честное слово, я не виновата! В общем, я не встретилась с Мартоном. Точнее, я приехала вовремя, но какие-то хулиганы побили витрину кафе, и я думаю, что он просто не захотел туда войти. Но ты не думай, я ждала его до последнего. И в кафе, и, когда всех выгнали оттуда, на улице, – Лада вздохнула, и положила на стол папку и пакет с серым костюмом. – В общем, я пошла, – она еще раз умоляюще посмотрела на сестру и, не обнаружив в той и тени сочувствия, побрела к двери.
   – Стой! А как ты осталась жива? – догнал ее голос Дан.
   – Я? Да просто босоножка расстегнулась, я наклонилась, – и тут все произошло, – внешне Лада выглядела вполне обычно, только на лбу у нее теперь красовался какой-то причудливый синяк. Скорее всего, ударилась об стол.
   Ольга нажала кнопку селектора, и тут же на пороге появилась хорошенькая секретарша.
   – Позвони парикмахеру, скажи, что приедет моя сестра, пусть сделает ей, – она не могла оторвать взгляда от воскресшей Лады, – такую же прическу, как у меня, и закажи костюмы у моего портного. Скажи, нужен второй комплект всего. И пусть водитель повозит ее. Все.
   Ты не ранена? – обратилась она к застывшей на месте и внимательно следившей за происходящим сестре. – С этого дня можешь считать себя в штате. Тебе слегка изменят внешность, подберут другую одежду, косметику, имидж в целом. Ничего богемного, отвлеченного – только ты и работа. Сиди дома, жди моего звонка, ты можешь понадобиться в любой момент.
   – А продукты? – пискнула Лада. – Мне же нужно выходить за едой!
   – Продукты купит водитель, имидж поможет изменить мой имиджмейкер, для связи будет твой домашний телефон и сотовый, купите его по дороге. Деньги выдаст бухгалтер, а проблемы – проблемы нарастут сами.
   Все. За дело.

   Глава 6

   Лада не могла поверить свалившемуся на нее счастью. Правда, она не любила стрижки и всем самым распрекрасным строгим костюмам предпочитала длинные юбки и безразмерные кофты, но на это пришлось махнуть рукой. В кои-то веки она нарвалась на что-то серьезное. А ведь совсем недавно ей казалось, что она провалила все дело, и Ольга прибьет ее на месте. Но, надо же, сестра оказалась человеком!
   Дел было невпроворот: после парикмахера галопом по Европам поехали на квартиру к наглому вертлявому имиджмейкеру, рыжая в полосочку прическа которого подействовала на Ладу как обещание скорого и неминуемого счастья. Так что она с ходу спросила, нельзя ли окрасить ее аналогичным образом, и по возможности, чтобы основной цвет был зеленым, и получила решительное «нет». Потом они метнулись к портному, где приобрели для нее пол шкафа деловых костюмов образца «Ольга Дан». Правда, подходящих туфель не нашлось: у Лады нога оказалась на размер больше, так что покупку отложили до завтра, взяв ей на первое время босоножки на невозможных шпильках в одном из ближайших магазинчиков.
   Лада попросила водителя отвезти часть денег бабушке. сидящей эту неделю с детьми, и он обещал заехать, купив для нее мобильный телефон.
   Все эти подготовки и покупки нравились Ладе, завораживая ее и вознося на вершину мыслимого женского счастья. Единственное, о чем она жалела, – что не могла отвезти детям все те великолепные гастрономические изыски, которыми был набит теперь ее холодильник. Но что переживать, если визит можно перенести уже на завтра?
   Однако, не успела Лада еще как следует развесить костюмы на вешалках в своем шкафу, как зазвонил телефон, и металлический голос Ольги потребовал, чтобы она немедленно отправлялась в кафе «У викинга», где ждал ее неуловимый Мартон.
   Водителя еще не было, но Лада уверила сестру, что без проблем возьмет машину, и, облачившись во вчерашний серый костюм и сунув ноги в невыносимые босоножки, она заковыляла из дома, чуть не забыв заветную папку.
   Выйдя из подъезда, Лада совсем уже было сосредоточилась на поимке машины. Идея отдавать деньги совершенно чужому постороннему водителю, будь он хоть самый прекрасный человек, жгла ее как раскаленная игла.
   «Не было бы этой спешки, можно было бы спокойно доехать на метро и сэкономить деньги на подарки детям», – вздохнула она, обходя по виду глубокую и весьма внушительную лужу у помойки, когда из нее вдруг с треском и клекотом начали вылетать коробки из-под обуви, картофельная шелуха и прочая шелупонь. Лада скакнула в сторону, чудом увернувшись от вредоносных брызг и банки с тухлятиной, которая не просто скатилась, а как будто бы была выброшена из ржавого контейнера чьей-то злобной рукой.
   Закрыв нос платком и проклиная всех на свете помоечников, Лада прибавила шаг.
   Меж тем, из помойки сначала раздалось громкое чавканье, затем показалась чья-то сгорбленная спина и, наконец, голова, покрытая торчащими в разные стороны перьями. Странное существо зацепилось худыми руками с узловатыми пальцами и черными длинными когтями за край бачка и задумалось, обозревая окрестности.
   Внешне оно было похоже на птицу и человека одновременно. Причем на человека, повидавшего в этой жизни такого, что одной пол-литры будет мало, если взяться рассказывать в душевной компании. О таких людях обычно говорят «перелетная птица». Во всяком случае, его лицо с длинным орлиным носом и круглыми птичьими глазами вызывало именно такие ассоциации.
   Возможно, он ходил из города в город или даже, открыв секреты левитации, совершал свои перелеты ночью, чтобы не беспокоить мирных граждан. Вероятнее всего, горбатая спина под коричневой вязаной телогрейкой была на самом деле хорошо замаскированными крыльями, хотя к породе ангелов он не имел ни малейшего отношения. Так, по-соседски, они иногда дрались за воздушные границы; человек-птица не терпел вторжения посторонних на территорию Египта, где он обычно и проживал. Ангелы же обычно летели со стороны Иерусалима, где их всегда было видимо-невидимо.
   Но сейчас судьба привела его в этот северный город, где, сидя на краю помойки, великий бог Гор[6] предавался мыслям о бренности сущего и нестабильности преходящего, о вечных ценностях и мозольном пластыре. Тут его размышления были прерваны бесцеремонным голосом:
   – А ну, подвинься, умник, а то я тебя, – баба угрожающе замахнулась ведром, и человек-птица, опершись руками на край контейнера, ловко спрыгнул на землю.
   Его необыкновенные, глубокие, как египетские ночи, глаза с минуту смотрели на бабу немигающим взглядом божества. Потом он резко повернул голову, перехватив глазами взгляд садящейся в машину Лады. Перья на его голове мгновенно пригладились, отчего он стал похож на итальянского мафиози, а в глазах появилась живая заинтересованность.
   – Она! – Проклёкотал человек-птица. – «И будет вам Дан»!
   Но в этот момент машина резко взяла с места, оставив Гора одного в чужом ему дворе и чужом ему мире.

   Позже девятичасовые новости передали о взрыве кафе «У викинга». Торопливо выслушав их, Ольга Дан решила, что независимо оттого, погибнет город или нет, а ей с Алешкой определенно нужно сматываться. Сидящий напротив нее Сергей битый час докладывал об основных постулатах работ Сильвестра Медведева, в которых Ольга не понимала ровным счетом ничего. Да и нужно ли ей это было?..
   – «К концу 80-х годов XVII столетия возник в русской церкви спор о времени пресуществления святых даров в таинстве Евхаристии; этот спор, будучи чисто богословским, имел весьма большое значение в истории нашего развития, ибо он касался вопроса о том, основывается ли вера на предании (Православная церковь) или на мышлении (Католическая). Спор этот начался еще до приезда Лихудов, но усилился особенно при них. Сильвестр, вслед за Полоцким, защищал распространенное во всей Киевской Руси латинское мнение о том, что пресуществление святых даров бывает при произнесении священником слов Иисуса Христа: «Примите, идите!» и «Пейте от нее все». Противники Сильвестра, Лихуды и инок Евфимий, на стороне которых стоял и патриарх Иоаким, утверждали, что дары пресуществления лишь в молитве к Богу Отцу и ниспослании святого Духа силой заслуг Иисуса Христа. Сильвестр написал «Книгу глаголемую хлеб животный», на которую Евфимий ответил сочинением: «От святой отец на защищение восточные церкви тетради» и т. д. В ответ на это Сильвестр написал «Книгу о манне хлеба животного» в которой…»
   – Стоп! Ничего не понимаю. Подготовь это для отчета Иннокентию Ивановичу, пусть он теперь голову ломает раз все равно желает под ногами путаться. Попространнее, побольше воды, рассуждений… Мы все– таки обещали отчитываться о каждом шаге.
   – Я уже отослал через Леночку сведения о смерти Медведева. В запечатанном виде, – Сергей с удовольствием отхлебнул из своей чашки ароматный кофе. – Думаю, не стоит ей особо доверять, кажется, у нее с нашим бывшим художником любовь. А он сейчас все-таки у конкурентов. Кстати, видел Ладу, что это у нее на лбу, не знак ли Тау?
   – Откуда ты знаешь? Не про конкурентов, а про любовь? – перебила его Ольга.
   – Они спят вместе, – пожал плечами или, скорее, как-то поежился заместитель.
   – Резонно, – Дан кивнула и, пригубив кофе, сплюнула. Концентрированная гадость была без ксилита, но, судя по вкусовым качествам и запаху, содержала добрую порцию мышьяка. – Лена! Чтоб ты сдохла! Убить мало мерзавку! – директорша швырнула на стол ни в чем не повинную чашку, и та раскололась.
   Ольга нажала кнопку селектора, но секретарша не ответила. Зато Сергей Сергеевич подскочил с места и ринулся в приемную на поиск провинившейся девчонки.
   – Черт знает что! – констатировала Дан.
   – Простите, – в комнату вернулся зам, – но Лена не может…
   – Что?! – Ольга почувствовала, как скакнуло давление. Она хотела задать вопрос о знаке Тау, но от возмущения все малосущественные детали вылетели из головы. Впервые в этих стенах она наблюдала такое явное пренебрежение ее требованиями.
   – Лена… – Сергей побледнел, но тут же справился с собой. – Она, в некотором роде, выполнила ваш приказ. Сами посмотрите.
   – Какой еще? – как завороженная, Ольга встала и вышла в приемную.
   Леночка с открытыми безразличными глазами полулежала на своем столе. Ее лицо как будто было сведено болью. Ольга рванулась к девушке, потрогала жилку на шее. Пульса не было, труп только-только начинал остывать. Рядом на столе стояла чашка из-под кофе.
   Перепуганный таким поворотом событий, Сергей скрючился в три погибели и, заткнув рот ладонью, побежал в туалет.
   – Как же это? – скорее удивилась, чем расстроилась Ольга. – Яд ведь явно был в моей чашке. – Хотя, может и во всех, но почему? Зачем кому-либо убивать безобидную девочку?
   Бесспорно, отрава предназначалась Дан. Но как тогда Леночка могла перепутать чашки?
   Ольга подошла к тумбочке, где секретарша держала все для угощения клиентов. На маленькой полочке перед ней стояли чашки, две банки с кофе и коробочки, в которых девушка держала сахар для всех и ксилит для Ольги. И тут все встало на свои места. В Ольгиной банке лежал не ксилит, это Дан могла определить по одному только виду, а, вероятно, отравленная сахарная пудра или какой-то новый сахарозаменитель.
   Последнее время девочка жаловалась на то, что начала полнеть, и Ольга посоветовала ей на какое-то время отказаться от сахара и пользоваться аналогом. Секретарша сделала три чашки кофе, положив сахар только для Сергея и сахарозаменитель в две другие.
   Но если для Ольги ксилит был обычным продуктом, а сахар, как для большинства диабетиков, казался страшной горечью, Лена не смогла обнаружить отличия и выпила отраву.
   В полном изнеможении Ольга велела подошедшему охраннику вызвать милицию, а сама, решив, что работы сегодня уже точно не предвидится, и с милицией сталкиваться не хочется, села в машину и велела везти ее домой.
   Но не успели они отъехать от здания, как в сумке благим матом заорал мобильник. Дан безразлично поднесла трубку к уху и услышала голос Иннокентия Ивановича:
   – Здравствуйте, Оля! – приветствовала директоршу трубка. – Медведеву отсекли голову, а не сожгли. Надеюсь, что впредь вы не будете допускать столь грубых ошибок. И еще у вас, я слышал, возникли проблемы с секретаршей. Если не найдете другую до завтра, я готов предоставить вам свою.
   Ольга тяжело вздохнула. Выходило так, что в смерти девочки оказались повинны самые уважаемые люди Петербурга. Умышленно или по недоразумению, Сергей совершил грубейшую ошибку, чем подставил ее, и, если учесть, что сестра умерла, и значит, двойника сделать не из кого, то…
   Поток мыслей Дан нарушил новый сиренообразный звонок мобильника, автоматически Ольга взяла трубку и услышала срывающийся от волнения голос сестры.
   – Оля! Дико извиняюсь, но я не виновата. Честное слово! Каблуки, лестница. Упала, потеряла сознание…
   – Очнулась – гипс, – подытожила Ольга. И приказала сестре ждать ее звонка дома.
Чтение онлайн



1 2 3 [4] 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация