А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Предсказание" (страница 15)

   Глава 23

   Машина остановилась. Пригревшаяся было Лада открыла глаза, пытаясь определить, где они находятся. Старик говорил про Васильевский. Но где именно? Она достала из чудом уцелевшей сумки телефон, но тот наглотался воды и умер.
   Меж тем, попутчик, быстро обежав машину и открыв перед Ладой дверь, выволок ничего не соображающую от потрясения и температуры поэтессу на улицу и чуть ли не бегом затащил ее под арку.
   Лада решила повиноваться, переставляя ноги и вспоминая чудной сон, который увидела в машине. Его определенно следовало записать. Но сначала другое, сначала нужно как минимум остаться живой.
   Должно быть, она все-таки простудилась. Знакомый звон в ушах предвещал наплывающую температуру, сны и видения.
   Лестница оказалась зарешеченной, напротив нее размещалось отделение милиции. Провожатый деловито звякнул ключами, и через минуту они уже стояли на площадке второго этажа.
   – Руфь, открывай! – взвыл он нетерпеливым голосом, барабаня в дверь.
   Где-то в квартире произошло движение, щелкнул выключатель, один за другим звякнули четыре засова, и дверь открылась. На пороге стояла чистенькая, аккуратненькая старушка с ореолом белых густых волос на голове и огромными голубыми кукольными глазами.
   – Господи, Агасфер! А мы-то тебя только через неделю ждали. А это кто же? Никак, твоя новая жена?
   – Водки, горячую ванну, переодеться! – старик втащил Ладу в квартиру, чуть было не сбив с ног крохотную бабульку, которая удивительно прытко для своих лет отскочила в сторону, давая дорогу и одновременно запирая дверь.
   Навстречу им откуда-то из бокового коридорчика метнулся мужчина лет тридцати с густой черной бородой и такими же нечесаными, как у Агасфера, волосами. Всю одежду незнакомца составляли майка и трусы. Он хотел было помочь гостье снять мокрую одежду, но старик зыркнул в его сторону и лохматое Чудовище, как тут же окрестила его Лада, смущенно удалилось вглубь квартиры. Навстречу с трехлитровым бутылем, кряхтя и извиняясь за поведение Чудовища, семенил облаченный в длинную хламиду из золотой парчи старичок. Бабушка Руфь быстро зажгла колонку, и пока в ванну набиралась вода, принесла длинное старомодное платье для Лады и одежду для Агасфера. Последний купаться отказался и выжрав в одно жало треть бутыли, пошел общаться с Чудовищем.
   Искупавшись и переодевшись, Лада вышла на освещенную кухню, где был уже накрыт стол.
   Одетый в золото священник, как маленький ребенок, тихо притулился в углу около холодильника, под сенью листьев неведомого ползучего растения, наблюдая оттуда, как по кухне метался, пытаясь делать все сам, беспокойный Агасфер. Не обращая внимание на него, бабушка Руфь разливала в горячие тарелки ароматную похлебку.
   – Садись, доченька! – приветствовала она переодевшуюся Ладу. – И ты, Агасфер, успокоился бы уже. К чему панику-то поднимать?
   – На том свете успокоюсь, если упокоюсь когда-нибудь вообще, – проворчал он, и показал Ладе на стул около себя. – Руфь, скажи мерзавцу, чтобы вылезал и шел есть, я больше не сержусь. А то у меня времени мало.
   – У тебя-то его как раз хоть отбавляй. – Бабулька подошла к неосвещенному коридору, откуда тотчас же показался персонаж названный Ладой Чудовищем. И проскользнул мимо Руфь к столу, сев напротив гостьи.
   – У меня-то времени, и правда, кто б отбавил, но вот люди-то, компаньоны мои, – смертны, сама должна понимать, как это вредит делу, – он выудил из кастрюли здоровенный кусок мяса и, вывалив его себе в тарелку, уселся за трапезу. – Только-только дела наладишь, с человеком как следует сойдешься, во все дела его войдешь, как он – ап, и на том свете! Нет, в моем деле расслабляться да рассиживаться никак нельзя. Чуть зазеваешься – и все, люди поменялись, технологии другие, мировая политика опять выкинула какую-нибудь гадость, а расхлебывать все это кому? Вы-то – счастливчики безответственные, небось помрете, с вас все как с гуся вода. А мне за все отвечать!
   – Вы действительно Агасфер? – спросила Лада, уже зная ответ.
   – Агасфер, Агасфер. А ты, стало быть, Дан. Не думал, что вот так встретимся. Что же ты, девочка, можешь всех спасти, а предпочла уйти. Самоубийство – страшный грех. Поверь мне.
   – Я случайно, – Лада посмотрела в глаза Агасферу, пытаясь понять, верит ли он ей. – Там были кони. То есть, не то, чтобы были…
   – Кони? – он встрепенулся и отставил еду. – Не кони ли апокалипсиса? Ну-ка, сколько их было? Какой масти? И не встречался ли среди них конь бледный?
   – Бледной была я, – виновато улыбнулась Лада. – Я не видела коней, только слышала. Хотя, может, мне показалось? Не знаю.
   – Может, и показалось, – Агасфер вновь принялся за еду. – Сколько раз уже казалось, надежда умирает последней.
   – А как я могу всех спасти? – попыталась вернуть разговор на интересную для нее почву Лада.
   – Что? Спасти? – Агасфер переглянулся с Чудовищем, Лада автоматически отметила, что они потрясающе похожи. – Тебя предупреждали о мистерии?
   – Да, наверное, не знаю… – она вспомнила свой сумасшедший разговор в Сайгоне.
   – Согласие дала без нажима. Значит, действие сознательное.
   – А если бы не согласилась? – поднял голову Чудовище.
   – Бессознательное. Суть не меняется. Это ведь я притащил предсказание в Москву, Питера-то еще тогда и в задумке не было. Так что я решил – пусть полежит малость, своего часа дождется. Сказано: «И будет им Дан». Значит – рано или поздно появится, а на худое или на доброе, – про то неведомо.
   – Так, может, и не сбудется? – с надеждой в голосе спросила Лада.
   – Сбудется, уже сбывается. Шлиман думал, что говорится об Ольге Дан, я склонен предполагать, что об обеих. Ты ведь к нему шла, к Шлиману? Что смотришь, ишь глазищи-то вылупила, уж упредил он меня, как водится. Я и сам думал заскочить к вам на огонек, да, пока суть да дело, с тобой и повидаться.
   Лада кивнула.
   – Завтра Ольга Дан, сеструха ее старшая, сюда припожалует, – обратился он к внимательно слушавшему его священнику. Так ты скажи, чтобы денег на этот Фен Шуй заморский в городских масштабах пока не тратила. Не до жиру, мусор бы вынесли, каналы выгребли, воду очистили, – и то благо. В воде, известное дело, отражаются небесные светила, в ней душа Питера. Город мелкой рябью преображенный светится, трепещет, живет. Посвященные, силой наделены всегда так было, а сила к добру ли, к злу ли обернется, – про то неведомо. Как великая магия суть сила: ни черная, ни белая, ни добрая, ни злая. Это люди хорошие или не очень, они и никто другой магию красят. А что ее красить, перекрашивать? Суета сует и мракобесие. Нынче большая беда грядет, так как величайший символ, Копье Власти[13], в руках нечистого.
   – Какое копье? – не поняла Лада.
   – Копье, которым Спаситель был убит на Голгофе! Вот какое копье! – лицо Агасфера покраснело, глаза точно источали пламя. Помню я, помню, ни за что не забуду, что ты со мной не делай, точно на мне его кровь. Точно я виноват. Но так я же и не знал ничего, не ведал. А все едино – виновен.
   Склонив голову, он зашептал что-то.
   Все притихли. Оранжевый старомодный абажур, как гигантское насекомое, навис над столом, окружая собрание своим теплым светом. По стенам вились всевозможные растения, между ними, как в шалашиках, располагались миниатюры с пейзажами, старинные фотографии и лики святых. Ладе подумалось, что некоторых из них Агасфер мог знать лично и считать почти что членами своей семьи.
   – Как же это с копьем-то получилось? – выдержав паузу, поинтересовалась Руфь.
   – Хранили, как и положено, в запасниках музея Религии и атеизма. Там место дюже хорошее. Центр города, понадобится что – на метро добраться не проблема. Опять же тепло, уютно, и купол с крестом от бесовства защищает. Да что крест, заклятье на Копье том лежало страшное, что ни один черт или бесовский дух прикоснуться к тому Копью не смел, а только человек. Причем не какой попало человек, этого еще не доставало, а токмо посвященный, какой не в каждый век родиться может. Думали, что уж таким образом мы Копье то драгоценное убережем. Не получилось! – Агасфер в сердцах махнул рукой. – Кто же знал, что у твоей сестры, деточка, такой нюх? Забралась и выкрала!
   – Ольга?! – Не поверила Лада.
   – Знамое дело – я же сказал, что к Копью тому никакая вражья сила демонье, черти, духи прикоснуться не могли, заговоренное оно потому что. А вот Ольга Дан перво-наперво, человек, а значит, против нее охранная магия не работает. И человек она не простой, а талантливый – таким море бывает по колено, а если какая лужа и по горло, то где же ее, ту лужу заговоренную, и найти, когда, скажем, приспичит, ее от дел устранить. Да и не знала она, поди, кому Копье отдает, не ведала. Враги наши ей за это казну отвалили, она и рада, что заказ исполнила. Поди, до сих пор ни сном, ни духом, что сотворила-то не ведает. Только нам ведь от этого не легче. Ты уже слышала, что в предсказании «О гибели Питера» сказано, что он сгинет затри дня? Ну вот, мы и начали созывать в город всяких добрых духов, действующих, и, значит, меняющих мир поэтов и богов, чтобы провести всем вместе мистерию да нейтрализовать предсказание. К делу этому несколько лет готовились. Метро Выборгской линии временно пришлось вывести из строя, так как многие гости предпочитали путешествовать и жить под землей, начали приучать народ к ежегодному Петербургскому карнавалу, чтобы в час икс боги могли смешаться с ряженой толпой. Тебя вот нашли.
   Но в прошлом году, когда Ольга отыскала и отдала Копье, все пошло наперекосяк. И теперь у нас здесь больше демонов, нежели людей.
   – «Темные силы нас злобно…» – захихикал Чудовище, за что тотчас же получил по лбу от молчавшего до сих пор священника.
   – А мне почему до сих пор про Копье ничего не сказал? – возмутился он. – Я же твой биограф, и должен все знать.
   – Не приходилось как-то, – пожал плечами Агасфер. – Повода не было.
   – Так я же уже старый, неровен час, умру, и кто труд сей великий…
   Агасфер посмотрел в сторону Чудовища и усмехнулся. Продолжатель из него явно не получился бы.
   –.. Ты вообще ни о чем не думаешь, – скулил священник. – Что я завтра буду говорить Ольге Дан, если ты каждый день все меняешь. Нет на тебя Софии – божественной мудрости, да что там мудрости, элементарной логики во всем твоем плане нет.
   – Ну, завел пластинку, – недовольно покосился на сына Агасфер. – Надоел ты мне уже с этой софистикой! А что меняю – так творчество же, по живому идем, тут всякий момент другой, и к каждому свой подход надобен.
   – Но Сильвестр Медведев не случайно хотел посадить на русский престол царевну Софью – то есть мудрость! Пусть бы Ольга Дан нашла для нас подходящую Софью.
   – Делай, как знаешь, – отмахнулся Агасфер. – О чем ты все время думаешь? – переключился он на Ладу, отворачиваясь от ставшего с годами ворчливым сына.
   – Не знаю точно, сон… – она виновато пожала плечами, – сон.
   – Сон?! – все трое уставились на нее так, как будто она собиралась сообщить им нечто важное.
   – Ну да… сон. Я, видимо, прикорнула в машине. А что в этом такого?
   – Видела и скрывала? – вцепился в нее Агасфер.
   – Да не скрывала я, просто забыла! А потом, когда вы начали говорить о мистерии, оно возьми и выскочи.
   – Что же вы вспомнили? – осмелев, поинтересовался священник, отламывая себе хлеб на похлебку.
   – Толпы народа. Праздник, может быть карнавал.
   – Не похороны? – перебил ее священник.
   – Нет, народ в масках, костюмах, все с пластмассовыми стаканами, вино, пиво, стихи…
   – Добро. И с правдой сходство имеет. Она, мистерия, – довольный Агасфер обвел присутствующих могущим означать все что угодно взглядом. – Когда Лада сказала маски, я грешным делом вспомнил средневековые дела.
   – Нет. Было много знакомых рож, – подумав, сообщила Лада. Вряд ли средневековье.
   – Подробности какие-нибудь помнишь? Что-нибудь особенное? Был там, например, буддийский монах с посохом в оранжевой одежде?
   – Был, но не во сне. Я его здесь, в Питере, видела, там, где моя сестра живет.
   – Сон, явь, – все путается ныне, границы расплываются, различии утрачиваются. Все мы ходим, спим, а, заснув, просыпаемся. За один маршрут трамвай может пересечь сразу три измерения, и никто не обратит внимания.
   – Может быть, ты видела в своем сне такого… – он задумался, – стройный, красивый, волос, что воронье крыло, глаза серые, с мокрым асфальтом сходство имеют. Зовут…
   – Питер. Видела. Но не во сне. То есть сначала во сне, а потом наяву, – Лада вдруг заплакала. – А если город погибнет, он?..
   – Надо чтобы не погиб. Вот видишь, как получается: материя божественна и овеяна духом, для тебя и меня Питер – человек. Ты уж держи его, девочка, тогда не погибнет. Ведь ты одно пойми: все – видимость, любовь – реальность. Бог есть любовь, значит, кто любит, в том и Бог. Можно все крыши вместе с куполами золотом покрыть, а счастья не изведать.
   – Вот видишь, старче, – Агасфер перевел взгляд на клюющего носом сына, – она его любит, а ты говоришь София – мудрость. Может, не мудрость, так лад? С ладом то оно как-то спокойнее выходит.
   – А все одно, мудрость бы не повредила, – зевнув, промямлил священник. – А еще лучше и мудрость и лад.
   – Побойся Бога, старый, – вмешалась в разговор молчавшая до этого Руфь, – не басурман же Питер, вполне христианский город. Это у турков поди может быть целый гарем, а у нас… – улыбнувшись Ладе, Руфь вышла из кухни с гордо поднятой головой.
   – Питер любят многие, к нему рвутся. Торгаши да позеры все выгоду ищут: не заработать, так знакомства свести. Для них он только город – место, где можно жить. Населенный пункт по-другому. Нечто неодушевленное, условие существования и не больше. Да, им можно восхищаться, любоваться, его можно переименовывать, чистить, скрести, озеленять. Все добро, все во благо. Но вот человека в нем признать!.. Люби его, деточка, просто люби, Бог даст, все и обойдется, – Агасфер погладил гостью по голове.
   – Любить и все? – усомнилась Лада. – Вы же говорили, Копье Власти, мистерия и все такое…
   – Придет. Все в нужный момент и появится. Никто в стороне не останется. А тебе, может быть, больше других потрудиться придется, и сестре твоей, если не хочет она сгинуть бесславно и навечно, ей и сыну ее.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация