А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Евреи в России: самые влиятельные и богатые" (страница 6)

   Сословное вместо национального

   Екатерина II, известная своей политической осторожностью, довольно быстро поняла, что в одночасье разрушать веками сложившийся быт новых подданных не стоит, поскольку это не только может вызвать социальные волнения, но и уничтожит отлаженную систему налогообложения. А что, как не налоги, в первую очередь интересует правителей? Общественное устройство еврейских местечек, присоединенных к России вместе с Белоруссией, строилось вокруг налогообложения. И заведовал сбором налогов, а заодно и всеми остальными экономическими и социальными делами общины не какой-нибудь польский орган исполнительной власти, а еврейский кагал.
   Русское правительство из своих фискальных интересов взялось было налаживать отношения с кагалами, но идеи европейского Просвещения, ярой сторонницей которых была Екатерина Великая, требовали реформ.
   Екатерина II первой из европейских правителей решилась уравнять всех своих подданных в правах, оговариваясь, правда, что еврейские общины «будут оставлены и сохранены при всех тех свободах, какими они ныне пользуются». То есть уклад жизни польских евреев вроде бы сохранялся. Однако довольно быстро стало понятно, что российская власть сделает все, чтобы изолированное существование кагалов было нарушено.
   Евреев начали вносить в общегородские книги жителей, тем самым частично разрушая влияние кагала на перемещение евреев в данном поселении или за его пределами. Дальше больше: у кагалов было отнято единоличное право ведения судебных разбирательств между евреями. Все гражданские судебные дела передались казенным судам. Однако суд кагала продолжал существовать: в его ведении осталось все, что касалось «обрядов закона и богослужения евреев».
   Поначалу за кагалом сохранялась и функция сборщика податей: евреи должны были платить подушной налог наравне с крестьянами и купцами. Таким образом, евреи считались не только национальным и религиозным объединением, но и социальной прослойкой. Но вскоре последовала новая реформа.
   В 1778 г. на Белоруссию было распространено всеобщее российское постановление, согласно которому формировалась новая сословная структура общества. Те, кто владел капиталом до 500 рублей, относились к сословию мещан.
...
   Приблизительно подсчитать соотношение современного рубля к рублю екатерининскому поможет то, что драгоценные металлы в мире по-прежнему в цене. В екатерининскую эпоху в ходу были рубли из золота, серебра и меди. Золотые, конечно, видели только при дворе, а вот серебро и медь составляли основу денежной системы страны. Предположим, что у нас есть 1000 рублей медью. Когда 9 января 1769 г. Екатерина II подписала манифест о введении в России бумажных денег, за 1000 рублей ассигнациями давали 62,5 пуда (1 пуд = 16,38 кг) медной монеты. Каждая монета весила приблизительно 102 грамма. То есть в 1000 рублей было 1023,75 кг меди (62,5 × 16,38 = 1023,75 кг). Это тонна меди, которая сегодня стоит приблизительно 97 185 руб. То есть курс, который нас интересует, – современный рубль / екатерининский рубль – составит 97,1. Таким образом, нашему современнику достаточно иметь 48 тысяч 550 рублей, чтобы считаться мещанином по-екатеринински.
...
   Рубль при Екатерине Великой
   Те, кто имел больше 500 рублей, составляли сословие купцов. Купцы при этом делились на три гильдии – тоже по уровню достатка.
   Евреи как сословие перестали существовать в российском законодательстве. Они должны были распределиться по другим сословиям вместе с коренным населением.
   Поскольку среди евреев России большими состояниями владели немногие, практически все новые подданные Екатерины Великой попали в мещане. И только небольшая часть еврейского населения имела возможность считаться купечеством. (К примеру, по Могилевской губернии купцами объявились 10 % еврейского населения). Купцы были освобождены от поголовной подати и платили 1 % от объявленного ими по совести капитала. Причем они платили в магистраты и ратуши, а не в кагалы.
   А вот евреи-мещане по-прежнему платили налог кагалам – с души. Впрочем, у новой сословной системы была и оборотная сторона: мещанам и купцам не дозволялось жить в деревнях. А ведь именно в деревнях процветали шинкарство и винокурение, которые давали евреям Малороссии и Белоруссии средства к существованию. Да и вообще, так уж повелось, что еврейский бизнес расцветал в основном в деревнях, а не в городах.
   «По роду своей деятельности окруженные несвободным крестьянством, они играли важную экономическую роль, – пишет историк Юлий Гессен. – В их руках сосредоточивалась [сельская] торговля, они брали в аренду различные статьи помещичьих доходов, продажу водки в шинках».
...
   Екатерина воплотила в жизнь идеи Просвещения, которые в Европе еще только витали в воздухе. По представлениям европейских мыслителей, отдельно взятого еврея можно было исправлять и совершенствовать, как любого другого человека. То есть из отношения к евреям изымался миф об их врожденной злокозненности вообще и в отношении христианского мира в частности.
   Но была и другая сторона в учении просветителей: они полагали, что евреи как общность развращены многовековой национальной изоляцией. И слишком погружены в мелкую торговлю, арендаторство и ростовщичество – как раз то, чем занимались евреи Белоруссии.
   Такие весьма противоречивые взгляды в симбиозе давали странную идею: евреев можно переделать, но только путем насилия, направленного против их регрессивной экономической деятельности. «Предполагалось, что экономические преобразования приведут к их гражданскому оздоровлению или хотя бы увеличат полезную отдачу государству, – пишет американский исследователь Джон Клиер. – Но все подобные размышления были, скорее, абстрактны и далеки от социальной действительности». Впрочем, абстрактными они оказались в Европе, поскольку реформировать и оздоравливать было, в сущности, некого – еврейское население Европы к тому времени по большей части переместилось на Восток, в Польшу, Белоруссию и Малороссию.
   Зато у Екатерины II под руками плацдарм для внедрения теории в жизнь. Дав евреям равные права с остальными своими подданными, она одним взмахом императорского скипетра разрушает сложившийся веками, замкнутый на себе мир кагалов. «С указанного момента начинается процесс внедрения евреев в русский государственный организм, – пишет историк Юлий Гессен. – Евреи широко воспользовались правом записываться в купечество». Они оказались вне власти кагала, поскольку подушной налог в отношении них был упразднен.
   Вместе с изменением статуса – с национального на сословный – еврейские купцы получили новые политические и экономические возможности. К примеру, теперь они могли приобретать недвижимость, стали участвовать в сословно-городском самоуправлении.
   Согласно Городовому положению 1785 г., нации больше не рассматривались как часть общества. Теперь единицей общественной системы стало сословие. Все мещане (и все евреи, оказавшиеся в мещанском сословии, тоже) получили право занимать общественные должности.
   Правда, на бумаге все выглядело гораздо приятнее, чем на практике. Польские помещики, которые веками привыкли зарабатывать, сдавая в аренду евреям свои шинки, винокуренные заводы и прочие деревенские предприятия, были категорически против переселения евреев в города. В 1783 г. администрация Белорусского края запретила им отдавать винокурение на откуп или в аренду «лицам, не имеющим на то права, особливо жидам». Однако помещики продолжали сотрудничать с евреями.
   В 1786 г. Сенат отменил указ о выселении евреев в города, весьма хитро сформулировав новый закон: евреи должны были считаться переселенными в города, но имели право на «временную» отлучку в деревни. Тем же указом евреи получили право брать на откуп у помещиков производство и продажу спиртных напитков. Кроме того, несмотря на общий запрет перемещаться из губернии в губернию для мещан и купцов, в Белоруссии Сенат позволил торговому люду переходить из города в город, «смотря по удобству их коммерции».
   Впрочем, на пути Просвещения, как и на пути ветров, которые в свое время задули в прорубленное Петром I окно в Европу, тут же оказались коренные жители. В 1785 г. ко двору прибыла делегация белорусских евреев, которые не без оснований жаловались на притеснения со стороны коренного населения. Так, в Белоруссии и Литве частенько ограничивали евреев в их избирательных правах. Екатерина была весьма раздосадована вскрывшимися нарушениями прав, которыми она милостиво наделила евреев.
...
   «Когда означенные еврейского закона люди вошли уже на основании указов Ея Величества в состояние, равное с другими, то и надлежит при всяком случае соблюдать это правило, Ея Величеством установленное, что всяк по званию и состоянию своему долженствует пользоваться выгодами и правами без различия закона и народа», – сердито комментирует она ситуацию.
   Однако даже гнев императрицы и ее новые указы не уберегли евреев от очередных притеснений. В Белоруссии и Литве вводились квоты на места в органах самоуправления, которые могли получать евреи. А со временем во многих городах и местечках и эти квоты были втихомолку упразднены. Это серьезно влияло в первую очередь на экономическую деятельность евреев, поскольку в их местечках власть получали люди, не имевшие отношения ни к этим местечками, ни к торговле, и решения их противоречили элементарному здравому смыслу.
   Не совладала Екатерина и с предубеждениями Центральной России. Уже под конец царствования императрицы еврейские купцы прибывали из Белоруссии в Москву и Смоленск, чтобы записываться там в купечество.
   «Они торговали на своих квартирах или на постоялых дворах качественными товарами германских фабрик, – рассказывает историк Феликс Кандель. – Разносили их по домам и продавали по более низким ценам, чем местные торговцы. И тогда московские купцы пожаловались властям – в „интересах торговли“, а отнюдь не из какого-либо к ним (евреям), в рассуждении религии, отвращения или ненависти».
   Купцы кивали на старый порядок, по которому евреев в Россию и вовсе не пускали, а они все-таки просачивались и везли с собой контрабанду, тем самым подрывая основы российской экономики. По словам русских купцов, конкуренция, которую создают их еврейские коллеги, торговле нанесет весьма существенный вред, и московских купцов ждет – ни больше, ни меньше – разорение.
   Жалобу рассматривал Государственный Совет. Ссориться со своим народом ради горстки иноверцев было бы верхом политической безответственности, и Совет определил, что «не усматривается никакой пользы от допущения еврейских купцов в центральную часть России».
   Екатерина с Советом согласилась и 23 декабря 1791 г. издала указ, согласно которому «евреи не имеют права записываться в купечество во внутренних российских городах и портах, а только дозволено им пользоваться правом гражданства и мещанства в Белоруссии», а также в Новороссийском крае.
   Так Екатерина, всю свою жизнь раздававшая евреям права, отграничила евреев от остальной России печально известной чертой – чертой оседлости.
...
   Черта оседлости – из народностей, входящих в состав государства российского, только евреи ограничены были в естественном праве располагать свободой избрания места жительства.
   «В отличие от прочего населения, евреям предоставлено право селиться и жить не по всей территории государства, а лишь в особо указанных губерниях, составляющих так называемую „черту постоянной еврейской оседлости“, – поясняет историк Юлий Гессен. – Как в культурном, духовно-нравственном, так и в особенности в экономическом отношении жизнь евреев складывалась в тисках черты оседлости. Давя еврейскую массу экономически, черта отстранила ее от свободного общения с окружающим населением, сгустила вокруг еврейского населения национально-религиозную атмосферу».
   Существует две различные точки зрения на причины такого неожиданного поворота во взглядах императрицы. «По обстоятельствам того времени этот указ не заключал в себе ничего такого, что ставило бы евреев в этом отношении в менее благоприятное положение сравнительно с христианами, – оправдывает императрицу Гессен. – Вековой порядок, прикреплявший обывателей к месту, все еще продолжал держаться в общественной жизни, несмотря на Городовое положение 1785 г., давшее свободу передвижения купеческому сословию». К примеру, у мещан не было права переходить из одной губернии в другую, в отличие от евреев, которые в рамках Белоруссии могли свободно передвигаться. Для евреев были открыты все земли Белоруссии, а также Новороссии – Екатеринославская, Таврическая и Херсонская губернии.
   Однако есть и другая точка зрения, согласно которой ужесточение внутренней политики вообще и отношения к евреям в частности в 1791 г. имело объективные причины. Совершенно очевидно, что на Екатерину II итоги Великой французской революции произвели гнетущее впечатление. Летом 1791 г. при попытке бежать из Парижа был арестован король Людовик XVI.
   Буквально сразу после этого 27 сентября на рассмотрение Национального собрания повторно было внесено предложение о равноправии евреев, которое до того уже было отвергнуто. На этот раз Национальное собрание проголосовало за права евреев, и в сознании российской императрицы эти два факта трагическим образом объединились: падение монархии и получение евреями равноправия. Евреи стали для императрицы символом революционных идей, которые надо искоренять и пресекать. Помимо всего прочего, Екатерина подвела итоги почти 20-летнего присутствия в России евреев и выяснила, что экономического чуда, на которое она рассчитывала, не произошло. А процесс ассимиляции, в сущности, провалился, причем с двух сторон: коренное население не перестало видеть в евреях христопродавцев, а евреи не перестали держаться за свой экономический, социальный и религиозный изоляционизм.
   В 1793 г. состоялся второй раздел Польши – на этот раз между Россией и Пруссией, по условиям которого Россия получала территории Западной Белоруссии, Подолии, Волынь и Полесье. 13 июня 1794 г. Екатерина подписала указ, в котором перечислялись территории, где евреям было дозволено постоянно проживать: Минская, Изяславская (Волынская), Брацлавская (Подольская), Полоцкая (Витебская), Могилевская, Киевская, Черниговская, Новгород-Северская губернии, Екатеринославское наместничество и Таврическая область (Крым).
   В 1795 г. произошел третий, последний раздел польских территорий, после которого Россия приобрела Курляндию, Пилтенский округ Латвии и Литву. В результате всех перераспределений земель вместо 100-тысячного еврейского населения Россия получила почти миллион подданных-евреев. К границам черты оседлости добавились Виленская и Гродненская губернии.
...
   Карта черты оседлости евреев (светло-серая область в центре)
   Екатерина мстила евреям за то, что не оправдали ее ожиданий, ввела для них двойной налог: «Собирать установленные подати вдвое противу положенных с мещан и купцов христианского закона разных исповеданий…» Покинуть империю тоже невозможно: чтобы уехать, требовалось заплатить двойную подать за три года. Следом был отменен указ Сената, который разрешал евреям проживать в деревнях, местным властям предписывалось приложить максимум усилий для удаления евреев из сел. Завинчиванием гаек государыня отбрасывает евреев в прошлое – к изоляционизму и кагалам, от которых она так последовательно отучала их 20 лет своего правления.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация