А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Язык тела. Азбука человеческого поведения" (страница 7)

   Пространство и личность

   Известно много работ, в которых ученые пытались понять, как реакция на вторжение в личное пространство связана с личностью. Один из авторов, Джон Л. Уильямс, определил, что интроверты стремятся удержать собеседника на большем отдалении, чем экстраверты. Человек, который уходит в себя, нуждается в более основательной защите личного пространства. У.И. Липольд в своем исследовании пришел к тому же заключению благодаря хитроумному эксперименту. Сначала студентам раздали тест для того, чтобы проверить, являются они интровертами или экстравертами, а затем их направили в помещение, где проводили эксперимент. Для проведения эксперимента было роздано по три типа инструкций. Условно их обозначили: «нажим», «похвала», «нейтральная». Методика «нажима» должна была вызвать раздражение испытуемого, например, ему говорилось: «Мы считаем, что ваша успеваемость из рук вон плоха и вы не стремились к лучшим результатам. Пожалуйста, займите место в соседней комнате и дождитесь беседы с интервьюером».
   Студент входил в комнату, где стояли два кресла, одно перед письменным столом и одно позади него. Беседа с установкой на «похвалу» начиналась с того, что студента хвалили за успехи и прекрасное поведение. В «нейтральном» же интервью задавали простой вопрос: «Нас интересует, что вы думаете о курсе».
   Результаты показали, что студенты, которых хвалили, садились как можно ближе к креслу интервьюера, те, на которых оказывали давление, – как можно дальше от стола, а те, кому задавался нейтральный вопрос, занимали место посередине. Интроверты и робкие студенты садились дальше, чем экстраверты при тех же условиях.
   После составления таблицы следующим шагом было исследование реакции мужчин и женщин на вторжение в личное пространство. Доктор Роберт Соммер, профессор психологии и глава отдела психологии Калифорнийского университета, описывает серию экспериментов, проведенных им в условиях больницы, где, надев белый докторский халат, чтобы выглядеть авторитетнее, он систематически вторгался на личную территорию пациентов. Он входил в их больничные палаты и комнаты отдыха, усаживался рядом с ними на скамьи. Эти вторжения, как он отметил, неизменно волновали пациентов и сгоняли их из облюбованных ими кресел или иного привычного места. Эти пациенты становились напряженными, беспокойными, реагируя на вторжение доктора Соммера, и, наконец, просто удалялись из нарушенного пространства физически.
   Из своих собственных и иных наблюдений Р. Соммер открыл целую область языка тела, который использует каждый человек, когда вторгаются на его частную территорию. Помимо действительно физического отступления, когда к ним приближаются, возникнет серия предварительных сигналов: люди вертятся, скрещивают ноги или барабанят пальцами. Это первые признаки напряжения, тем самым они говорят: «Ты подошел слишком близко. Твое присутствие беспокоит меня».
   Другие сигналы языка тела – закрытые глаза, подбородок, прижатый к груди, и сутулые плечи – говорят: «Уходи. Я не хочу, чтобы ты был здесь. Ты вторгаешься на мою территорию».
   Доктор Соммер рассказывает об одном исследователе в области пространственного вторжения, Нэнси Руссо, которая в качестве «театра военных действий» избрала библиотеку. Она оказалась идеальным местом для наблюдений: тишина, атмосфера уединенности. В большинстве случаев вновь пришедший посетитель стремится обособиться, занимая место подальше от остальных.
   Мисс Руссо занимает соседнее кресло и затем придвигается ближе к своей «жертве» или садится напротив нее. Хотя она не обнаружила универсальной реакции, но выяснила, что большинство, чтобы передать свои чувства, использует язык тела. Она описала «защитные жесты, изменение позы, попытки скромно отодвинуться». В конце концов, она пришла к выводу, что, если игнорировать все внеречевые сигналы, человек передвинется на другое место.
   Только один из 80 студентов, в чье пространство вторгалась мисс Руссо, попросил ее отодвинуться, остальные использовали для этого язык тела.
   Доктор Август Ф. Кинзел, который сейчас преподает в Институте психиатрии в Нью-Йорке, пока служил в Медицинском центре США для федеральных заключенных, разработал теорию, которая поможет предсказать, обнаружить и даже лечить агрессию людей.
   Исследуя поведение животных, А. Кинзел заметил, что животные часто реагируют особенно жестоко на любое вторжение на их личную территорию. Работая в тюрьме с преступниками, попавшими туда за совершение насилия, он заметил, что некоторые из них предпочитают изолированные камеры, несмотря на все тяготы такого заключения. Он обнаружил, что этим же людям свойственны немотивированные вспышки жестокости. Не оттого ли это происходило, что им требовалось больше личного пространства, чтобы держать себя под контролем?
   А. Кинзел обнаружил, что многие из тех, кого обвиняли в жестоких нападениях, жаловались, что их жертвы «сами виноваты, сами напрашивались», хотя тщательная проверка показала, что вина жертв заключалась лишь в том, что они оказались вблизи напавших. Проявления агрессии отмечались и в тюрьме, и за ее пределами, так что все объяснить условиями неволи было нельзя. В чем же тогда дело?
   Чтобы выяснить это, доктор Кинзел провел в тюрьме опыт над пятнадцатью добровольцами из числа заключенных. У восьми в делах были зафиксированы эпизоды агрессии, у семерых – нет. Людей просили встать в центре пустой комнаты, в то время как экспериментатор медленно приближался к ним. Каждый должен был сказать: «Стоп!», когда тот подойдет слишком близко.
   Опыт повторяли снова и снова, и обнаружилось, что у каждого из испытуемых определенная величина зоны личного пространства, которой А.Ф. Кинзел дал название «буферная зона тела».
   Группа агрессивных испытуемых, по словам доктора Кинзела, останавливала экспериментатора на расстоянии вдвое большем, чем вторая группа. Буферные зоны тела первых восьми были вчетверо больше, чем второй, неагрессивной группы. Когда кто-то подходил слишком близко к кому-то из «агрессивных», тот сопротивлялся столь ожесточенно, будто вторгшийся в его буферную зону тела «угрожал ему» или «набрасывался на него».
   В этом эксперименте в жестоких людях были смоделированы те же условия, спровоцированы те же ощущения, которые они испытали в момент преступления. Люди, решил доктор Кинзел, впадали в панику, когда кто-то вторгался в их личное пространство, значительно превосходившее по величине нормальное.
   Нарастание агрессии, которое возникает в районах гетто, например, вероятно, объясняется еще и тем, что полицейские плохо понимают значение неприкосновенности и посягают на личное пространство жителей этих кварталов. Исследование доктора Кинзела свидетельствует, что мы только начинаем понимать причину вспышек агрессии у людей и как их обуздать. В животном мире такое случается редко, потому что неприкосновенность границ личных территорий принята, что называется, по умолчанию.

   Пол и люди, которых нет

   Вторжение в зону личного пространства связано с половым аспектом. Девушка, вступающая в личное пространство мужчины, ощутит иные сигналы, чем при вторжении на территорию женщины. В первом случае они чаще носят одобрительный характер, а стремление к флирту делает мужчину более толерантным к вторжению. Ситуация, однако, в корне меняется при нарушении границ пространства женщины, настораживая ее.
   Сигнал, который неизменно посылает «нарушитель» границ: «Я наступаю, потому что не считаюсь с тобой». Такой сигнал в контексте деловой ситуации между начальником и подчиненным может оказать деморализующее воздействие на последнего, но быть выгодным для первого – он вновь подтверждает свое лидерство.
   В переполненном вагоне метро возникает несколько иное понимание сигналов. Там люди вынуждены словно игнорировать друг друга, – иными словами, ситуация близости вызывает неловкость. Человек, который обращается к незнакомцу в переполненном вагоне метро, проявляет бестактность. В этом случае необходимо настойчиво отодвинуться, чтобы избежать неприятной ситуации. Нам не приходилось видеть кинокартин, в которых юноша и девушка познакомились бы в переполненном вагоне метро, – такого не бывает, даже в голливудском фильме.
   Толпу в вагоне метро можно вытерпеть только потому, считает Соммер, что пассажиры игнорируют друг друга. Если им придется ощутить присутствие, например из-за внезапной остановки, их, вероятно, раздражит ситуация, в которой они находятся.
   В ситуации отсутствия толпы человек будет возмущен, если его игнорируют как личность. Упомянутая выше Нэнси Руссо, проводя свои исследования в библиотеке, заметила, что один человек, поднявший голову и холодно посмотревший на нее, подал сигнал: «Я личность, по какому праву ты вторгаешься на мою территорию?»
   Он использовал внеречевой сигнал, чтобы остановить ее вторжение, и она сразу же из агрессора стала персоной, подвергшейся нападению. Сигнал был столь чувствительным, что она не смогла продолжить в тот день свой эксперимент.
   Случилось следующее: человек, в чье личное пространство она вторглась, неожиданно прорвался сквозь ее защиту, и в ходе эксперимента она осознала его как личность, а не как объект для исследования. Эта способность признать личность в другом индивиде является чрезвычайно важным ключом к общению на языке тела, и не только. Доктор Соммер указывает, что человек, которого игнорируешь, способен вторгнуться в личное пространство другого не более чем неодушевленный предмет. Не существует проблемы и с вторжением в личное пространство человека, не стоящего внимания.
   В качестве примера Соммер ссылается на то, как больничные сестры обсуждают состояние больного у его постели или, в то время как в Белом доме гости обсуждают расовый вопрос, им прислуживает черная горничная. Уборщица, которая вытряхивает мусор из корзины в офисе, не считает нужным постучаться перед тем, как войти, а владелец офиса не возражает против ее вторжения. Он не воспринимает уборщицу как личность, она человек, не стоящий внимания, как и находящиеся в офисе люди, не стоящие внимания, – для уборщицы.

   Этикет и как занять место

   То, как мы признаем факт вторжения и реагируем на него, включает многое, что доктор Соммер называет «соблюдением формальностей». В нормальных обстоятельствах, когда вы вторгаетесь на территорию другого человека, будь то в библиотеке или в кафе, вы посылаете ряд сигналов. Вербально вы извиняетесь и спрашиваете: «Здесь не занято?» На языке тела, усаживаясь, вы опускаете глаза.
   Когда вы занимаете место в переполненном автобусе, принято смотреть прямо перед собой, избегая взглядов на человека, сидящего рядом. Для других ситуаций существуют иные правила.
   При защите личного пространства, согласно доктору Соммеру, используют соответствующие жесты и позы. Как вы ведете себя, когда за вашим столом есть свободные места, но желаете избежать общества незнакомых людей? Какие внеречевые сигналы используете? Исследования Соммера, проведенные среди студентов, показали, что, когда человек усаживается за свободный стол, он обычно прибегает к таким маневрам, если хочет остаться в одиночестве: или ищет уединения, расположившись по возможности подальше от других людей, или пытается занять весь стол.
   Если вы ищете уединения, не желаете с кем-либо соседствовать, то используете тактику отступления, устраиваетесь обычно на углу стола. На языке тела вы говорите: «Присядь за мой стол, если хочешь, но не нарушай моего уединения. Я специально занимаю место на углу стола, чтобы установить дистанцию».
   Другое решение проблемы – попытка просто занять весь стол для себя одного. Это оскорбительное поведение свойственно агрессивному человеку. Выбравший подобную тактику сам сядет в центре с любой стороны стола, тем самым говоря: «Оставь меня одного. Ты не можешь сесть, не обидев меня. Найди другой стол!»
   Среди других открытий доктора Соммера были следующие: студенты, которые придерживаются тактики отступления и желают обособиться, сядут спиной к двери. Те же, которые хотят занять весь стол, занимают оборонительную позицию и садятся лицом к двери. Большинство студентов, отступающих и защищающихся, предпочли маленькие столики или столики у стены в конце помещения.
   На языке тела студенты, которые сели в центре стола, заявляли о своей способности быть хозяином положения и о желании сохранить стол в своем полном распоряжении.
   Студент, который сел на углу стола, подавал сигнал о своем желании остаться в одиночестве: «Я не возражаю, если ты сядешь за мой стол, но на этот случай я занял самое дальнее место. Ты бы мог последовать моему примеру, тогда мы оба не нарушим уединения друг друга».
   Та же ситуация возникает и на скамейках в парке. Если вы хотите уединения и занимаете место на пустой скамейке парка, вероятнее всего, вы сядете на дальний конец скамейки, указывая: «Если тебе надо сесть непременно на этой скамье, то достаточно места, чтобы ты мог усесться на другом конце, – так мы не помешаем друг другу».
   Если соседство для вас вообще нежелательно, вы сядете в центре скамьи, чем сообщите: «Я хочу остаться один. Сядешь на эту скамью – вторгнешься на мою территорию». Если же вы не хотите уединения, то отодвинетесь от центра скамьи, но не до самого края.
   Это своеобразные тесты на общительность. Эти типы поведения отражают нашу психологию личности. Они указывают, что экстраверт склонен искать уединения, держась поодаль от всех. Интроверт, стремясь уединиться, допускает присутствие людей, но удержит их на расстоянии. В обоих случаях используются различные сигналы, но прежде всего обозначая свое местоположение: «Я нахожусь здесь и этим говорю: «Держись подальше!» или «Садись здесь, но не посягай на мое личное пространство».
   Это напоминает сигналы, переданные разными позами, например, за столом в кабинете: «Держись подальше. Я требую уважения»; на судейской скамье в зале суда: «Я выше вас, и поэтому мое слово самое веское»; или, приближаясь, вторгаясь в чье-либо личное пространство, вы объявляете: «Я игнорирую твои права. Я двигаюсь к тебе, потому что так хочу, поэтому я тут главный».
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация