А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Язык тела. Азбука человеческого поведения" (страница 17)

   9
   Моргание, подмигивание и кивок

   Пристальный взгляд

   «Ковбой расслабленно сидел на своей лошади, пальцы его застыли на ружье, а глаза, холодные, как льдинки, буравили спину угонщика скота».
   Знакомая ситуация? Мы читаем во многих романах– вестернах, как и в любовных романах, такое: «Взгляд героини теплеет, в то время как взгляд героя обжигает ее». В литературе, даже в очень хорошей, взгляд бывает холодный и жесткий, понимающий, насмешливый, пронизывающий, испепеляющий и т. д.
   Какие они бывают в действительности? Существует ли в прямом смысле обжигающий, холодный или ранящий взгляды? Честно говоря, нет. Глаза – это органы зрения; есть, конечно, особенности: они разного цвета, но сами по себе выражать эмоцию не способны.
   Однако вновь и вновь мы читаем, и слышим, и даже рассказываем о взгляде мудром, понимающем, добром, злом, безразличном. Если глаза непосредственно не выражают эмоций, тогда почему так говорят?
   Из всех частей человеческого тела, которые используют для передачи информации, глаза наиболее важны и могут передать самые мелкие нюансы. Противоречит ли это факту, что глаза не выражают никаких эмоций? На самом деле нет. В то время как глазное яблоко не выражает эмоций, воздействие возникает в результате их использования, а также сокращения лицевых мышц вокруг них. Причина кроется в продолжительности взгляда, движении век и богатейшей мимике этой части лица, выражающих различную гамму чувств.
   Но наиболее важной техникой управления взглядом является взгляд – выразительный, ободряющий или уничтожающий.
   Управление взглядом сводится к двум основным правилам. Первое: не принято пристально смотреть на человека. Второе: пристальный взгляд предназначается для людей, в которых мы не видим личности. Мы долго смотрим на предмет искусства, скульптуру или пейзаж. Мы идем в зоопарк и пристально рассматриваем животных: львов, обезьян, горилл, – и столько, сколько захочется, настолько близко, насколько нам нравится, но мы не смотрим пристально на людей, если относимся к ним по– человечески.
   Мы можем также пристально посмотреть на чудаковатого клоуна, но его мы не рассматриваем на самом деле как личность. Он объект, за рассматривание которого мы платим деньги, и точно так же мы можем пристально смотреть на актера на сцене, где он надевает маску – это роль, которая защищает его от пристального взгляда публики. Однако в новом театре мы часто испытываем дискомфорт. Благодаря активному вовлечению зрителей в действие актер обретает свойства конкретной личности, и нам неловко пристально рассматривать его.
   Как я сказал прежде, белый южанин также может пристально смотреть на черного, превращая его своим взглядом скорее в объект. Если мы хотим явно игнорировать кого-то, выразить презрение, мы смотрим на него тем же пристальным, слегка расфокусированным взглядом, который, глядя, не видит, взглядом сноба.
   Так часто смотрят на слуг, официантов и детей. Однако это может быть иногда взаимно выгодно. Этот взгляд, дающий возможность словно становиться невидимым, позволяет слугам спокойнее выполнять работу и под невидящим взглядом хозяев, а этим – продолжать свой разговор, которому не замечаемый им обслуживающий персонал не мешает, потому что вроде и не существует. То же самое справедливо для детей.

   Отвернись вовремя

   Мы не должны пристально разглядывать незнакомых людей, если признаем в них личность, однако мы не должны их игнорировать. Признавая их скорее людьми, чем объектами, мы используем преднамеренное и вежливое невнимание. Мы смотрим на них достаточно долго, чтобы стало совершенно ясно, что мы видим их, и затем немедленно отводим взгляд в сторону. Мы говорим на языке тела: «Я знаю, что ты здесь», – и через мгновение добавляем: «Но у меня нет намерения нарушать твою уединенность».
   При таком обмене важно не ловить взгляд того, кого мы признаем личностью. Мы смотрим на него, не встречаясь глазами, и затем немедленно отводим их в сторону. Узнавание недопустимо.
   Существуют различные формулы для обмена взглядами, в зависимости от того, где происходит встреча. Если вы проходите мимо кого-то на улице, можно взглянуть на приближающегося человека, пока находитесь от него приблизительно в восьми шагах, но затем следует отвести взгляд в сторону. Не доходя восьми шагов, каждый посылает сигнал, с какой стороны он обойдет вас – коротким взглядом в этом направлении. Каждый слегка скорректирует движение – чуть левее, чуть правее, и расхождение пройдет гладко.
   По поводу этих случайных встреч на улице доктор И. Гофман в книге «Поведение в общественных местах» говорит, что быстрый взгляд и опущенные затем глаза сигнализируют: «Я доверяю тебе. Я не боюсь тебя». Чтобы усилить этот сигнал, вы смотрите прямо в лицо другого человека, прежде чем отвести взгляд.
   Иногда правилам следовать трудно, особенно если на прохожем темные очки. Становится невозможно интерпретировать его взгляд. Не слишком ли пристально, слишком долго человек смотрит и смотрит ли на вас вообще? Человек в темных очках чувствует себя защищенным и в то же время уверен, что может разглядывать всех встречных. Однако другой человек обычно понимает, что тот, в очках, всегда пристально разглядывает прохожих.
   Мы часто используем такой маневр: взглянем и отводим глаза в сторону, если встречаем известных личностей. Мы хотим заверить их, что уважаем их частную жизнь и не собираемся глазеть на них. То же самое справедливо для инвалидов или людей с физическими недостатками. Мы бросим мимолетный взгляд, а затем отведем глаза в сторону. Это техника, которую мы используем при любой необычной ситуации, где слишком пристальный взгляд вызвал бы неловкость, – например, когда мы видим межрасовую пару, когда видим мужчину с необычной бородой, со слишком длинными волосами, в экзотической одежде или девушку в слишком короткой юбке.
   Конечно, справедливо и противоположное. Если мы хотим осудить человека, то посмотрим на него дольше, чем позволяют правила вежливости. Вместо того чтобы отвести глаза, когда встречаемся взглядами, мы продолжаем пристально смотреть. Человек, который не одобряет межрасовые браки или свидания, посмотрит именно так. Если ему не нравятся длинные волосы, короткие платья или бороды, он может показать это, глядя дольше, чем положено.

   Не хочу тебя смущать

   Пристальный взгляд и отведение глаз в сторону напоминает о проблеме, с которой мы сталкиваемся в юности, не зная, куда деть руки. Любители-актеры также знакомы с этой проблемой. Внезапно они осознают, что их руки словно чужие и очень мешают.
   Точно так же в определенных обстоятельствах мы осознаем свои взгляды как помеху. Куда спрятать глаза?
   У незнакомых людей, сидящих друг напротив друга в вагоне-ресторане, есть выбор: познакомиться и справляться с едой в никчемной и, возможно, скучной беседе или игнорировать друг друга, отчаянно пытаясь избежать случайной встречи взглядов. Корнелия Отис Скиннер, описывая в статье подобную ситуацию, написала: «Они перечитают меню, поиграют со столовыми приборами, рассмотрят собственные ногти, будто видят их впервые. И неизбежно наступает момент, когда взгляды встречаются, но они встречаются только для того, чтобы немедленно разбежаться в стороны и уставиться в окно, напряженно разглядывая проносящийся мимо пейзаж».
   То же самое случается в лифтах, переполненных автобусах и вагонах метро. Когда мы входим с толпой в лифт или поезд, то бросаем мимолетный взгляд, а потом сразу же, не задерживаясь, отводим глаза. Мы говорим своим взглядом: «Я вижу тебя. Я не знаю тебя, но ты человек, и я не стану глазеть на тебя».
   В метро или автобусе, где длительные поездки в очень тесном окружении – необходимость, бывает очень трудно найти способ, чтобы не смотреть пристально. Мы скользим глазами по лицам, но отводим глаза, не задерживая их на чьем-то лице. Или мы бросаем рассеянный взгляд, который останавливается на голове, губах, теле – для такого взгляда годится любое место, кроме чужих глаз.
   Если наши глаза встречаются, мы можем иногда смягчить послание легкой улыбкой, но она не должна быть слишком длительной или слишком явной. Она должна сказать: «Извините, мы посмотрели друг на друга, но оба знаем, что это произошло случайно».

   Взгляд графини Дюбарри

   Смущенный взгляд достаточно хорошо знаком всем нам. Почти все действия и взаимодействия между людьми зависят от взаимных поглядываний. Испанский философ Хосе Ортега-и-Гассет в своей книге «Человек и люди» рассказывал о «взгляде» как о том, что приходит изнутри человека, «с прямолинейной точностью пули». Он считал, что глаз с его веками и впадинами, радужной оболочкой и зрачком эквивалентен «целому театру с его сценой и актерами».
   Глазные мышцы, по словам философа, удивительно тонкий инструмент, и поэтому каждый взгляд через секунду отличается от предыдущего. Их существует так много, что практически невозможно перечислить, но он назвал некоторые: «взгляд, длящийся всего мгновение, и настойчивый взгляд; скользящий по поверхности предмета, на который смотришь, и впивающийся в предмет, как крючок; прямой взгляд и косой, чья крайняя форма имеет собственное название – «взглянуть уголком глаза». Ортега также включил и «взгляд исподтишка», который отличается от любого другого косого взгляда, хотя его ось все еще проходит по косой линии.
   Каждый из них, по словам Ортеги, рассказывает нам, что происходит внутри человека, который его посылает; и намерение общаться взглядом более искренне, когда отправитель взгляда не осознает того, как он посылает его.
   Подобно другим исследователям языка тела, Ортега предупреждал, что взгляд сам по себе не передает всей истории, несмотря на то что он имеет значение. Слово в предложении также имеет значение, но только в контексте предложения мы сможем понять его точное значение. Точно так же со взглядом: только в контексте всей ситуации он выражает значение целиком.
   Существуют также взгляды, которые хотят увидеть, но не быть увиденными. Их испанский философ назвал «взглядами исподтишка». В любой ситуации можно изучать кого-то и смотреть, сколько захочется, стараясь сделать так, чтобы другой человек этого не почувствовал, обеспечивая скрытность своего взгляда. В момент, когда его глаза вот-вот должны встретиться с нашим взглядом, мы должны отвести его в сторону. Чем искуснее человек, тем успешнее он крадет эти взгляды исподтишка. Ортега называет такой взгляд «самым эффектным, самым обещающим, самым восхитительным и чарующим», но и самым сложным, потому что он хоть и брошен мельком, но также совершенно противоположен взгляду украдкой, ибо человек его не скрывает. Это взгляд из-под ресниц, будто бы сонный, но внимательный, оценивающий – тот, который художник бросает на свое полотно, отступая на шаг от него.
   Описывая этот взгляд, Ортега сказал, что веки прикрыты почти на три четверти и взгляд сам по себе скрытный, но на самом деле веки сдавливают взгляд и «выстреливают им, как стрелой». «Это взгляд как бы полусонных глаз, но за облаком сладкой дремы они настороже. Тот, кто имеет такой взгляд, обладает сокровищем».
   Ортега заметил, что Париж упадет ниц к ногам любого человека с таким взглядом. Предполагалось, что мадам Дюбарри, фаворитка Людовика XV, обладала именно таким взглядом. В Голливуде Роберт Митчем, конечно, обладал им, и это сделало его на много лет мужским секс-символом. Мэй Уэст копировала его, а французская актриса Симона Синьоре так мастерски им пользуется, что даже в среднем возрасте ее считают весьма сексуальной и привлекательной женщиной.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация