А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Вильгельм Завоеватель. Викинг на английском престоле" (страница 23)

   Масштабы кризиса требовали адекватной реакции, что объясняет (но не оправдывает) жестокость, проявленнную при подавлении мятежей. Вильгельм Завоеватель, как и всегда, действовал быстро и решительно. Он направился к Аксхольму и выбил с острова датчан, которые отступили в Йоркшир. Оставив графов Мортеня и О следить за развитием событий в Линдсее, он повернул на запад, чтобы подавить мятеж, возглавляемый Эдриком Диким и уэльскими принцами. Сделать это ему удалось с минимальными потерями. Затем он отправил епископа Котанса Жофрея с частью войск на подавление мятежа в Дорсете, а сам повел главные силы в Линкольншир. Однако, когда нормандцы подошли к Ноттингему, стало известно, что датчане готовятся вновь захватить Йорк, и Вильгельм вынужден был повернуть на север. Мятежники попробовали перекрыть Эйрский перевал, но смогли продержаться очень недолго. Узнав об этом, датчане поспешили покинуть столицу английского севера. Войска Вильгельма двигались к ней, не встречая сопротивления и уничтожая все на своем пути. Рождество король Англии встретил в сожженном Йорке, окрестности которого были превращены его воинами в безжизненную пустыню. Произведенные опустошения можно объяснить тем, что, двигаясь с максимальной скоростью, войска Вильгельма не могли позволить оставлять у себя в тылу потенциальные источники сопротивления. Но последующие действия, бесспорно, были не чем иным, как актами устрашения. Часть нормандской армии разбилась на мелкие отряды, которые начали терроризировать население Йоркшира, постоянно совершая набеги на различные районы графства. Страшные результаты этих вылазок были заметны даже двадцать лет спустя.
   Сам король в Йоркшире задерживаться не стал. Не обращая внимания на ужасную погоду, он произвел стремительный рейд в долину Тиса, а затем совершил самый трудный и опасный марш-бросок в своей военной карьере. К тому времени на западе Англии мятеж начал выдыхаться, но центр сопротивления в Честере сохранился. Король решил перейти Пеннинские горы и нанести неожиданный удар. Напомним, что происходило это в разгар зимы, которая в тех местах бывает весьма суровой. Даже бывалые воины, смущенные тяжестью предстоящего похода, стали роптать. Однако Вильгельм пресек все проявления недовольства и приступил к выполнению задуманного. В итоге его войско подошло к Честеру раньше, чем противник смог подготовиться к обороне. Город был взят без особого труда. Через некоторое время возле него, а также в Стаффорде по приказу Вильгельма были построены замки, в которых разместились нормандские гарнизоны. Таким образом, все крупные очаги сопротивления были уничтожены. Датчане, поняв, что их английские союзники разгромлены, стали более сговорчивы и вскоре согласились взять выкуп и покинуть район Хамбера. Королевская армия двинулась на юг. Известно, что в канун Пасхи 1070 года она уже находилась в Винчестере.
   Операции, проведенные Вильгельмом в 1069–1070 годах, по праву составили одну из его самых удачных военных кампаний. Многочисленные враги короля были повержены, и его власть утвердилась на всей территории страны. Вместе с тем за его действия в этот период Нормандское завоевание и сам Завоеватель чаще всего подвергаются критике. В войнах XI века с противником и местным населением обычно не церемонились. Однако методы, которые использовал для подавления мятежа король Вильгельм, были признаны чрезмерно жестокими и варварскими даже теми, кто испытывал к нему откровенную симпатию. Вот что пишет один из них, Ордерикус Виталис: «Я воздавал хвалу Вильгельму за многие его поступки и не отказываюсь от своих слов. Но я не решусь одобрить его действия, в результате которых добрые и злые уничтожались безо всякого разбора, а спасшиеся умирали затем от голода… Мне остается только страдать и скорбеть об этих несчастных. Одобрять человека, повинного в такой массовой бойне, было бы грубой и ничем не оправданной лестью. Более того, я должен признать, что столь варварское убийство не должно остаться безнаказанным». Такова точка зрения нормандского монаха. Не трудно представить, что должны были чувствовать его современники в Англии. Английские хроники рисуют страшную картину разорения северных провинций, выжившие обитатели которых не успевали хоронить убитых, и вдоль дорог еще долго находили человеческие кости. Они рассказывают о том, что уцелевшие города Северной Англии были переполнены беженцами, которые находились в крайней степени истощения, и сравнивают нормандский рейд с эпидемией чумы. То, что это не гипербола, подтверждают данные «Книги Судного Дня». Последствия карательной экспедиции Вильгельма давали знать о себе вплоть до правления Стефена. Численность населения Йоркшира восстановилась только через два поколения. Йоркшир был не единственным районом, пострадавшим в результате кампании 1069–1070 годов. В меньшей степени репрессиям подверглись жители огромной территории – от Мерсии на западе до Дерби на юге. Следует отметить, что ни до, ни после угроза королевской власти Вильгельма не была столь велика. Даже события зимы 1070 года не привели к окончательному преодолению кризиса.
   Весной датский флот, которым на этот раз руководил сам Свейн, возвратился к Хамберу и оттуда двинулся на юг в сторону Уоша, высадив по пути десант. Датские воины вторглись в Восточную Англию, закрепились на острове Эли, куда стали стягиваться все, кто был недоволен новым королем. Самый большой отряд привел линкольнширский тэн по имени Херевард. Первым объектом атаки объединенных сил стало аббатство Петербороу. Его настоятель Брандт был сторонником Гарольда Годвинсона, но незадолго до описываемых событий он умер, и земли аббатства были переданы некоему Турольду, который с помощью своих многочисленных воинов контролировал Петербороу и его окрестности. Но он не смог отбить нападение датчан и английских мятежников. 2 июня 1070 года аббатство было сожжено и разграблено. Это был уже прямой вызов королю, угрожавший нарушить с таким трудом восстановленный порядок. Несмотря на это, Вильгельм постарался избежать вооруженного столкновения. Он вступил с датчанами в переговоры и сумел убедить Свейна заключить перемирие. В качестве самого убедительного аргумента был предложен огромный выкуп. Известно, что корабли Свейна отправились на родину, груженные очень богатой добычей. Главная цель была достигнута. Датский флот, почти два года курсировавший у берегов Англии, ушел, что стало основной предпосылкой для окончательного урегулирования кризисной ситуации.
   С уходом датчан шансы Хереварда на успех были сведены практически к нулю. Поэтому Вильгельм Завоеватель решил, что на время можно оставить мятежников в покое и вплотную заняться событиями на континенте, которые требовали его неотложного вмешательства. Воспользовавшись этим, Херевард активизировался. Ему начали оказывать поддержку некоторые весьма известные фигуры, в том числе сам граф Моркар. Ситуация в Фенсе приняла опасный поворот, чего можно было избежать, вмешайся Вильгельм на начальном этапе. И все-таки расчет короля оказался правильным. Без скандинавской поддержки мятежники были обречены. Когда Вильгельм, наконец, двинулся на их подавление, они сдались после первого же столкновения и безо всяких условий. Граф Моркар был заточен в темницу. Хереварду, хотя и с большим трудом, удалось бежать. Однако с этого момента он навсегда исчез с исторической сцены, превратившись в персонаж многочисленных легенд.
   Нормандцы выдержали самое серьезное после своего завоевания Англии испытание на прочность. Основные оппоненты признали законность власти короля Вильгельма, мятежный север был покорен, бунт в Фенсе подавлен, граф Моркар находился в заточении, а граф Эдвин вскоре был убит своими соратниками в пылу ссоры, вспыхнувшей во время бегства в Шотландию. Тем не менее, проблемы были разрешены лишь частично. В определенном смысле ситуация даже усложнилась. Это может вызвать удивление, если считать, что упорное сопротивление англичан нормандским завоевателям никак не отражалось на ситуации по другую сторону Ла-Манша. Но в том-то и дело, что отныне Англия, как и Нормандия, являлась составной частью владений Вильгельма Завоевателя. Дестабилизация в любой из этих частей немедленно отражалась на положении государства в целом, и это прекрасно понимали как сторонники, так и противники нового европейского монарха. Вообще, внутренняя взаимосвязь событий, происходивших в тот период в Англии и на континенте, заслуживает гораздо большего внимания, чем ей обычно уделяют. Она очевидна. После подавления каждого крупного мятежа в Англии нормандцам практически немедленно приходилось отбивать нападения из Скандинавии, Анжу или Мена, и, укрепляя северные границы Йоркшира, Вильгельм Завоеватель не мог не учитывать того, что над его владениями по другую сторону Ла-Манша нависла угроза со стороны Франции, Фландрии и с Балтики. По сути дела, речь шла о войне на два фронта.
   Спокойствие на границах Нормандии в период завоевания Англии было одним из главных факторов, обеспечивших его успех. Но это был лишь временный мир, и вскоре он был нарушен. В 1069 году одновременно с карательной экспедицией на севере Англии в Мансе вспыхнул мятеж против нормандцев. Такой поворот событий можно было предвидеть, но, как и всегда в подобных случаях, они начались неожиданно. В 1065 году епископская кафедра Манса перешла от Вугрина к протеже и верному стороннику герцога Вильгельма Арнольду. Епископу Арнольду удавалось обеспечивать действенный контроль над Меном в течение нескольких лет. Судя по тому, что его подпись присутствует на грамоте, утверждающей дарение аббатству Лакутюр, еще в 1068 году власть нормандцев в этом регионе была достаточно прочной. Однако вскоре все изменилось. Горожане Манса выступили в поддержку влиятельной группировки сторонников Аззо, сеньора Эсте. Владения Аззо находились в итальянской Лигурии, но, поскольку он был женат на сестре графа Гуго IV Герсендис, у него было формальное право вмешаться в дела Мена. Ориентировочно 2 апреля 1069 года он прибыл в Мен, где оказалось довольно много желающих встать под его знамена. Более того, Аззо поддержал небезызвестный Жофрей Майенн, сильный сеньор пограничных земель, чья позиция уже не раз оказывала решающее влияние на события в графстве. В результате образовалась конфедерация, достаточно мощная для того, чтобы сломить сопротивление находившихся в Мене нормандцев и их сторонников. Некто Хамфри, которого источники называют представителем короля Вильгельма, был убит, а нормандские воины изгнаны за пределы графства. Известно, кстати, что среди них находился двоюродный брат епископа Байе Одо – Вильгельм Ферте-Масей-ский. Добившийся таких впечатляющих успехов Аззо уехал в свои итальянские владения. В Мене осталась его супруга Герсендис и юный сын Гуго, который и был провозглашен графом. Но реальная власть, судя по всему, досталась Жофрею Майенну, который вскоре укрепил свое положение, став любовником Герсендис.
   Власть этого правительства с самого начала была непрочной. Уже в 1070 году в Мансе произошел новый бунт. Жители города создали систему самоуправления, которую назвали коммуной, и добились от Жофрея официального признания всех связанных с этим привилегий. Однако сил у них было не так много. По крайней мере, отряды горожан, возглавляемые епископом, так и не смогли овладеть замком Силле, гарнизон которого отказался признать коммуну. А когда стало понятно, что к городу направляются войска Жофрея Майенна, они немедленно отступили. Сам Жофрей тоже не чувствовал себя в безопасности. Он вошел в Манс только для того, чтобы освободить Герсендис и ее сына, а затем отступил в Шатье-дю-Луар, откуда юный граф Гуго был отправлен к отцу в Италию. Тем не менее, мятеж горожан скоро выдохся, и Жофрей Майенн с Герсендис вновь обосновались в столице графства в качестве его правителей.
   Стоит ли говорить, что все это должно было вызвать у короля Вильгельма самое серьезное беспокойство. За считаные недели Нормандия утратила контроль над Меном, который в той или иной степени осуществляла с 1063 года. Пограничное графство вновь стало оплотом недружественных сил, которые в любой момент могли осуществить нападение на само герцогство. Более того, в 1070 году по соседству с Нормандией разразился еще один кризис, который представлял непосредственную угрозу для королевства. 16 июля, то есть примерно в то время, когда флот короля Свейна отплыл от берегов Восточной Англии, скончался шурин Вильгельма Завоевателя граф Фландрии Болдуин VI. Немедленно встал вопрос о фламандском наследстве, решение которого напрямую затрагивало интересы Нормандии. Сыновья Болдуина VI Арнульф и Болдуин получили, соответственно, Фландрию и Эно, а поскольку до совершеннолетия им было далеко, править графствами должна была их мать Ришильдис. Однако во Фландрии это встретило решительное сопротивление со стороны влиятельных феодалов. Оппозицию возглавил сын Болдуина V Роберт Ле Фрисон. Ришильдис попросила помочь короля Франции Филиппа I, а в поисках дополнительной поддержки обратила свой взор на Вильгельма фиц Осберна, ближайшего соратника короля Вильгельма. В начале 1071 года фиц Осберн вернулся по приказу короля в Нормандию, судя по всему, чтобы повлиять на события в Мене. Ришильдис предложила ему стать ее мужем и опекуном Арнульфа. Вильгельм фиц Осберн принял предложение и вскоре направился во Фландрию, чтобы поддержать права своей жены и пасынка. Отправился он в эту поездку безо всякой подготовки, «будто на забаву», взяв с собой всего десять воинов. Последствия такой легкомысленности были печальны. 22 февраля 1071 года у города Кассель произошло столкновение его отряда со сторонниками Роберта Ле Фрисона, в котором Вильгельм фиц Осберн был убит. Вскоре Ришильдис была отстранена от власти, а графом Фландрии стал Роберт Ле Фрисон. За короткое время Вильгельм Завоеватель потерял одного из своих лучших помощников, лишился контроля над Меном и столкнулся с новой опасностью в лице нового правителя Фландрии. В этом свете становится понятно, почему возглавляемый Херевардом мятеж в Фенсе отошел для Вильгельма Завоевателя на второй план. В 1070–1071 годах его голова была занята событиями в Мене и Фландрии.
   Между тем ситуация на островах тоже была непростой. Нормандское правительство Англии с самого начала ощущало недоброжелательное отношение соседей – кельтских Уэльса и Шотландии. Вскоре после завоевания на границе с Уэльсом Вильгельмом было создано новое административное образование с правами графства, земли которого принадлежали нормандцам, а победа над Бледдином и Риваллоном позволила разворачивать экспансию дальше на запад. Однако в 1070 году более серьезную проблему представляли отношения с Шотландией. Именно там с 1066 года находили убежище изгнанные из своих владений мятежные английские магнаты. Король Шотландии Малкольм должен был как-то реагировать на кампанию 1069–1070 годов, в ходе которой нормандские войска действовали в непосредственной близости от его владений. Англо-шотландские отношения становились все более и более напряженными.
   Проблему представляли сами границы между Англией и Шотландией. Основой владений Малкольма являлось древнее королевство Албана. Его центром был Пертшир, северные границы сливались со скандинавскими поселениями, а южную часть составляли провинции Кумбрия и Лотиан. Кумбрия простиралась от Клайда до полей Вестморленда, а земли Лотиан – от реки Форт и далее на юг. А вот насколько далее, не мог ответить никто. Южные границы обеих провинций были неопределенны, что не было безразлично как Вильгельму, так и Малкольму. В ходе кампании 1069–1070 годов это приобрело практическое значение. Обозначилась проблема, которая на ближайшие четверть века станет главной в англо-шотландских отношениях. Предстояло определить, где заканчиваются земли Кумбрии и Лотиана, или, если смотреть с другой стороны, где проходит северная граница недавно созданного англо-нормандского королевства. Этот вопрос был разрешен только в 1095 году, да и то частично, но его актуальность стала очевидна именно в 1070 году. После карательной экспедиции нормандцев в спорных районах сложился, если можно так выразиться, вакуум власти, и часть населения склонялась к признанию власти английского короля. Малкольм решил, что и ему пора действовать, причем не менее жестко. Уже весной 1070 года, незадолго до того, как Вильгельм прибыл в Винчестер, король Шотландии провел рейд, в ходе которого страшному опустошению подверглись Дарем и Кливленд. Одновременно Госпатрик совершил карательный поход в Кумбрию против своих бывших шотландских союзников. Угроза с севера для английских владений Вильгельма стала одной из самых серьезных проблем.
   По сути, в 1071 году Вильгельм Завоеватель оказался практически в такой же ситуации, что и Гарольд Годвинсон пятью годами ранее. Опасность нависла над двумя противоположными границами его государства, и надо было срочно решать, обороной какой из них следует заняться в первую очередь. О серьезности ситуации и о тесной взаимосвязи обеих частей королевства свидетельствовала нехарактерная для XI века скорость, с которой король перемещался по территории государства последующие пятнадцать месяцев. Зимой 1071/72 года он рискнул оставить шотландскую угрозу в тылу и отправился на континент. Хроники практически ничего не сообщают о его деятельности в этот период. Известно только, что нормандский двор постарался повлиять на события в Мене и что одновременно с Вильгельмом в герцогстве находился его единоутробный брат Одо Байеский. Король пробыл в Нормандии недолго. К Пасхе 1072 года он уже вернулся в Англию и начал подготовку к ликвидации угрозы с севера. В частности, были проведены широкие мобилизационные мероприятия, в которые оказались вовлечены не только получившие владения в Англии нормандские феодалы, но и английские епископства и аббатства. Собрать необходимые силы и средства Вильгельм Завоеватель постарался максимально быстро. К началу осени все было готово к предстоящей кампании, и вскоре «сухопутные силы и флот короля двинулись на Шотландию».
   Начался еще один выдающийся военный поход Вильгельма Завоевателя. Планировалось нанести двойной удар с моря и с суши в самое сердце королевства Малкольма. Сухопутная армия, состоявшая в основном из конных воинов, двинулась по восточной дороге через Дарем, затем пересекла Лотиан и подошла к Форту. Эту реку она форсировала, воспользовавшись бродом у Стирлинга, и, повернув еще восточнее, достигла низовьев Тэйя. Одновременно вдоль восточного побережья Британии плыл флот. В устье Тэйя наземные и морские силы соединились. Успех, достигнутый в результате этого смелого плана, превзошел все ожидания. Вильгельм Завоеватель рассчитывал, что столкновение с шотландцами произойдет уже на полях Лотиана. Именно поэтому он сделал ставку на кавалерию, имеющую преимущества в сражениях на широком пространстве. Однако Малкольм не предоставил нормандским всадникам возможности отличиться. Масштабы вторжения произвели на него такое впечатление, что он, не вступая в бой, обратился к Вильгельму с просьбой о начале переговоров. Два короля встретились в местечке Абернети, находившемся всего в нескольких милях от якорной стоянки нормандских кораблей. В результате переговоров Малкольм признал себя вассалом Вильгельма и в подтверждение данной клятвы передал в его руки несколько знатных заложников. Неизвестно, распространялся ли вассалитет на королевство Албана, или речь шла только о землях Кумбрии и Лотиана. Но в любом случае достигнутое соглашение было крайне важным. Фактически оно означало официальное признание королем Шотландии нового правителя Англии. В результате принц Эдгар был лишен убежища при шотландском дворе.
   Шотландский поход Вильгельма Завоевателя можно рассматривать как одну из самых необычных и смелых военных кампаний XI века. Он пошел на серьезный риск, отправляя воинов, выросших на берегах Сены и Риля, к подножиям гор Северной Британии. Напомним, что операция проводилась осенью в сложных погодных условиях. При этом нормандцам приходилось действовать в удалении от своих баз, практически в изоляции. Корабли, безусловно, могли помочь им спастись в случае вынужденного отступления, но до них еще надо было добраться. И хотя Малкольм был прекрасно осведомлен обо всем, он пошел на столь выгодный для Вильгельма Завоевателя пакт. Выходит, король рисковал не зря. Значение этой бескровной победы для утверждения англонормандского государства трудно переоценить. Оно было официально признано северным соседом. Удалось нейтрализовать одну из главных опорных баз оппозиции. Наконец, северная граница королевства, хотя и не была окончательно демаркирована, явно стала более четкой и безопасной.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [23] 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация