А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Гавань Командора" (страница 26)

   26
   Командор и лорд. Развязка

   Имение лорда оказалось намного ближе, чем предполагал Командор. Отдых на постоялом дворе занял довольно много времени, однако к дворцу Эдуарда подъехали еще засветло. И это невзирая на зиму с ее короткими днями.
   Родовое гнездо бывшего губернатора колоний могло бы поразить многих. Отреставрированный здоровенный дом в окружении аккуратного и тоже очень большого парка изобличал человека не просто богатого. Нет, даже дилетанту было ясно – именно владельцы подобных дворцов правят миром, определяют его политику, поддерживают на престоле королей или выступают против них. И тогда королям приходится плохо.
   Однако Гранье остался полностью равнодушен к увиденному. Канонир повидал на своем веку столько, что поразить его было трудно. Да и не интересовали его чужие дворцы, а свой он иметь особо не стремился.
   Реакция Командора ничем не отличалась от реакции товарища. Подобные здания воспринимались им скорее как музеи, но не как жилища нормального человека. К тому же мысли Сергея витали далеко. Настолько, что он даже не стал оценивать окружающее с прицелом на будущее.
   – Обед состоится через час. Вам покажут ваши комнаты, – коротко сообщил лорд, перед тем как войти в дом.
   Комнаты – у каждого отдельная – ничем не напоминали ту, в которой пленники содержались до сих пор. Однако эталоном Сергея на подсознательном уровне оставалась обычная квартира со всеми удобствами. Этакое наследие прежней жизни.
   Но что ждать? Человек, избравший в России судьбу военного, изначально знает, что никакой собственный дом ему не светит. Училище, по существу, та же казарма, а потом скитания по чужим углам. Где общага, где съемная квартира, а свою когда еще получишь… Да и получишь ли?
   Откуда при такой жизни взяться мечтам о собственном доме? Тем более – дворце. Раз не мечтаешь, то и не оценишь.
   Час тянулся очень долго. Делать было решительно нечего. Дома еще можно было взять в руки неплохую книгу или тупо посмотреть телевизор, а здесь? Еще хорошо, Жан-Жак зашел, избавив от необходимости идти к нему.
   Порою тонешь в собственных мыслях без малейшего желания делиться ими, но ощущать при этом дружеское плечо гораздо легче, чем оставаться в полнейшем одиночестве. Да и что слова?
   – Каковы планы, Командор?
   – Пока – осмотреться, – пожал плечами Сергей.
   Гранье хотел что-то сказать. Наверняка, мол, кого собираетесь осматривать? Однако лишь приоткрыл рот, а спросил – уже позднее – другое:
   – С чего они так вьются вокруг? Надеются выведать секреты?
   – Надеяться не вредно. – Командор думал неизвестно о чем, однако при этом еще умудрялся кое-как поддерживать беседу. – Хорошо, что нас забрали от баронета. Плохо, что это сделал лорд.
   – Да, крови он нам попортил много.
   – И мы ему, – объективно добавил Сергей.
   От его былой невозмутимости не осталось и следа. Он явно волновался, причем ни Эдуард, ни его толстый друг причиной волнения не являлись.
   Хорошо, Жан-Жак хоть отчасти это понимал и старательно обходил некоторые темы стороной.
   – Я за побег, – произнес он главное. – Море должно быть недалеко. Найдем лодку, и можно рискнуть. Мы давали слово не бежать по дороге. На имение оно не распространяется.
   – Посмотрим. Все равно сначала надо узнать побольше.
   – Я не узнаю вас, Командор. Раньше вы действовали решительнее. Вспомните свой плен на Ямайке. Ни подготовки, ничего. Напали, победили, захватили корабль…
   – Здесь Англия, Жан-Жак. Не успеем как следует отойти, как нас хватятся и пустятся в погоню.
   – А если… – Жан-Жак красноречиво провел рукой вдоль горла.
   Сергей отрицательно покачал головой. Настаивать канонир не стал. Возможно, сам в глубине души был против хладнокровного убийства тех, с кем недавно сидел за одним столом. Но очень уж опостылело находиться в плену да ждать решения собственной судьбы. Особенно когда привык во всем надеяться на себя и друзей.
   – Подождем, – еще раз повторил Командор.
   Обеда, во всяком случае, они дождались. Высокомерный холеный слуга провел обоих пленников вереницей коридоров и перед дверью в зал громогласно объявил:
   – Кавалер де Санглиер. Шевалье де Гранье.
   Командор кое-как поборол волнение и нашел в себе силы решительно шагнуть вперед.
   Борьба с собой оказалась напрасной. За огромным столом сидели лишь двое. Все те же Эдуард и Чарльз.
   В отличие от трапезы на постоялом дворе обед проходил с дежурными разговорами ни о чем. Лишь в самом конце сэр Чарльз небрежно осведомился:
   – Командор, вы не поделитесь с нами своими планами?
   – Какие планы могут быть в плену?
   – Плен не вечен. Он даже порою бывает короче войны, – глубокомысленно изрек толстяк. – Некоторые возвращаются и снова начинают сражаться. Другие уходят на покой.
   – К первым я не отношусь. Я намереваюсь покинуть Францию.
   – Хотите вновь вернуться в Вест-Индию?
   – Нет. Там мне больше делать нечего. Мой путь лежит в другую сторону. Хочу побывать на земле своих предков. Может, поступлю там на службу. По слухам, царю нужны опытные воины.
   – Опытные воины нужны везде, – заметил лорд. – Зачем так далеко ездить? К примеру, Англия тоже нуждается в умелых моряках.
   – В Англии вряд ли забудут, что я был ее противником. Карьеры здесь мне не сделать, – Командор постарался обосновать отказ понятными любому аргументами.
   – Почему же? – как-то неуверенно спросил лорд.
   Очевидно, понимал правоту Командора.
   – Признаюсь, мне надоело скитаться по морям. В молодости это неплохо, но с годами все больше тяготеешь к суше.
   – А вы, шевалье? – толстяк повернулся к Жан-Жаку.
   – Я отправлюсь вместе с Командором, – улыбнулся канонир. – Правда, для этого сначала надо выбраться из плена.
   – Пожалуй, это намного легче, чем вы думаете, – объявил Эдуард. – Если вы дадите подписки не участвовать больше в войне, то вам совсем необязательно будет ждать ее окончания.
   – Один вопрос… – Командор умел быть дотошным. – В жизни случается всякое. Памятуя мой прежний опыт… Если на меня нападут ваши соотечественники, то я буду защищаться.
   Судя по лицам хозяев, это был вопрос вопросов. Ведь можно выйти в море, а потом заявить, что первым напал не ты. Хотя до сих пор Командор держал обещания.
   – Нападение – дело другое. Под британским флагом порой ходят разные люди, – решил за приятелей Чарльз.
   Они переиграли Командора. Обычно с освобождаемого бралось обещание не воевать полгода. Даже обмен пленными происходил весной исходя из этого времени. Срок заканчивался осенью, а зимой боевые действия не велись.
   – Знаете, мне кажется, такому доблестному воину, как вы, нельзя без шпаги. Я понимаю, вы не раз доказали, что являетесь страшным противником даже без оружия. Надеюсь, здесь вы не будете применять свои умения? – Лорд смотрел на Командора, и глаза его почему-то были грустны.
   – Обещаю. – Сергей подумал, не слишком ли легко из него сегодня сыплются клятвы. Хотя драться в этом доме он в любом случае не хотел.
   Лорд что-то шепнул одному из слуг, и тот важно последовал к выходу. Положение обязывает. Когда хозяева не ходят, а шествуют, слугам тоже бегать не пристало.
   – Ваша шпага! – Эдуарду явно хотелось добавить пресловутое «сэр», однако по отношению к французскому дворянину это было не слишком уместно.
   Сергей покосился на принесенное слугой оружие, дернулся, а затем впился в него взглядом.
   Слуга с невозмутимым видом передал шпагу своему господину, и уж затем Эдуард торжественно поднялся и протянул ее Командору.
   Обычно суровое лицо Кабанова обмякло. Он сразу узнал родное оружие и был готов на радостях обнять лорда и счастливо дубасить по спине. Или, наоборот, прослезиться от волнения.
   Руки нежно, словно женщину, поглаживали рукоять с рубином в навершии. В этот миг хозяевам простилось все. И многое забылось. Даже то, что вызывало по дороге сюда столько волнения.
   – Ваш должник, – больше слов Сергей не нашел.
   Оставшееся обеденное время пролетело быстро. Но по окончании Эдуард вежливо попросил Командора пройти к нему в кабинет.
   – Прошу прощения, шевалье. Дело касается только нас двоих, – извинился хозяин перед Жан-Жаком.
   Гранье не возражал. От обильной еды и вина его слегка клонило в сон. Хотелось выкурить трубочку, поразмышлять, значат ли что-нибудь слова об обещании не участвовать больше в войне, да завалиться в постель.
   Командор ожидал, что обещанный разговор будет не вдвоем, а втроем, но против обыкновения Чарльз заходить в хозяйский кабинет не стал.
   Обычно толстяк всегда был неподалеку от лорда, но в этот раз почему-то проявил несвойственную ему деликатность.
   – Присаживайтесь, – лорд указал гостю на одно из кресел, сел сам, но почти сразу поднялся и принялся вышагивать то взад, то вперед. С чего начать разговор, хозяин явно не знал.
   Молчал и Кабанов. Он чувствовал какую-то неловкость и, скрывая ее, старательно делал вид, что целиком поглощен трубкой.
   Лорд несколько раз порывался что-то сказать, но никак не мог вымолвить первое слово.
   – Я хотел бы поблагодарить вас, Командор, – наконец произнес он. Голос Эдуарда звучал тихо.
   – За что? – Сергей ожидал всего, но только не благодарности.
   – За то, что вы оставили мне дочь. Вы же могли убить ее там, в джунглях. Однако не только сохранили ей жизнь и честь, но даже предприняли все меры, чтобы она смогла вернуться на Ямайку, – слова явно давались гордому британцу с трудом.
   Он старательно не смотрел на собеседника, и Кабанов большей частью видел Эдуарда в профиль.
   – Я не воюю с дамами, – повторился Командор.
   – Как представлю весь тот ужас… Измену, перевороты… Как только Мэри смогла выдержать такое?
   Вопрос был явно риторическим, но возникшая пауза заставила Кабанова в свою очередь произнести:
   – Вы выбрали для дела не тех людей. Коршун был обязан вам жизнью и действовал полностью в согласии с вашими приказами. Но, оказавшись далеко, не смог удержаться от искушения. Предавший один раз предаст и в другой.
   – Наверно, вы правы. Все равно. Мэри кое-что рассказала мне. В том числе – о вашем поединке. Вы поступили на редкость благородно. Хотя могли бы… Или просто отомстить.
   …Палец сам выжимал тугой курок, а на прицеле виднелся девичий лоб…
   Кабанов содрогнулся от воспоминаний. Если бы он так поступил, то вряд ли смог хоть одну ночь провести спокойно.
   О самом похищении ни один из собеседников не сказал ни слова. Если еще и это ворошить…
   – Вы, наверно, счастливый человек, Командор. Почти все у вас получается. Люди вам верны. Вы привлекаете сердца. А уж сражаетесь, словно древний бог войны.
   – Верны, положим, не все… – Кабанов вспомнил об оставленном посреди джунглей Лудицком. Правда, никаких угрызений совести он при этом не ощутил.
   Эдуард оставил его реплику без внимания. А может, просто успел забыть о слуге Командора.
   – Мне искренне жаль, что судьба в лице сэра Джейкоба сделала вас врагом. Все могло быть иначе…
   Хозяин замолчал. В кабинете повисла тишина. Нет, не повисла. Она звенела натянутой тетивой, и, чтобы разрядить ее, Кабанов в свою очередь счел нужным поблагодарить Эдуарда:
   – Я тоже многим обязан вам. Вы вытащили меня из рук баронета. Хотя, признаться, я поневоле ожидал худшего.
   – Вам надо благодарить за это мою дочь. – Эдуард тяжело вздохнул. – Моей заслуги в том нет.
   Он помолчал, решаясь на дальнейшее признание.
   – Баронет дал слово казнить виновника гибели его брата. И он бы обязательно сдержал обещание, даже несмотря на поднявшееся общественное мнение. Однако Пит неравнодушен к моей дочери, а она, узнав обо всем, заявила, что станет его женой в одном случае. Если с вашей головы не упадет ни волоса.
   Это был удар явно ниже пояса. Дыхание Кабанова перехватило, а в глазах застыло изумление напополам с болью.
   – Я могу поблагодарить леди Мэри лично? – каким-то сдавленным голосом спросил он.
   – Ее здесь нет. – Лорд Эдуард едва ли не впервые с начала беседы взглянул собеседнику в глаза. – Вам лучше не встречаться с ней. Я специально услал ее на несколько дней в Лондон. Если завтра будет погода, то вечером вас с вашим спутником возьмут с собой контрабандисты. До пролива отсюда меньше десяти миль. Сам пролив неширок. Утром уже будете во Франции. А все остальные пусть думают, что вам удалось бежать. В противном случае ничего хорошего не будет.
   Командор уставился на кончики старых ботфортов. Трубка давно погасла, но он боялся, что начни он набивать ее, и пальцы выдадут скрываемое волнение.
   – Вы согласны? – спросил внимательно наблюдающий за ним лорд. Он явно волновался в ожидании ответа.
   Командор провел рукой по лицу, с трудом оторвал взгляд от сапог и через силу произнес:
   – Да. Пожалуй, вы правы. Так будет лучше для всех.

   Судьба была на стороне старого лорда. Ветер к полудню установился устойчивый, западный. В самый раз для предстоящего плавания. Небо было ясным, луна – нарождающейся. Все словно на заказ. Да и до берега оказалось недалеко, пожалуй, поменьше обещанного десятка миль.
   С хозяевами распрощались еще в поместье и дорогу проделали в сопровождении троих вооруженных слуг. Разбойники в Англии пошаливали если чуть поменьше, чем во Франции, то исключительно из-за того, что часть лесов была уже вырублена. Во всяком случае, предосторожности были нелишними.
   В предчувствии грядущей свободы Гранье заметно повеселел. Он даже стал напевать. Впервые после памятного боя. И теперь небольшая кавалькада ехала вперед под песню, которую слуги при всем желании понять бы не смогли.

Жил-был Анри четвертый,
Он славный был король…

   Порой Жан-Жак несколько путал куплеты, начинал сначала, и песенка таким образом получалась бесконечной.
   Мрачноватый и не выспавшийся с утра, задумчивый и грустный днем, Командор постепенно принял бодрый вид и даже подтягивал знакомые с детства строки. Для него они звучали приветом из будущего, того, которое стало для него прошлым. Из времени, когда проблемы казались такими легкими и разрешимыми.
   Небольшая шхуна дожидалась в крохотной бухте. Суденышко приткнулось к берегу так, что небольшая сходня смогла послужить мостиком из одного мира в другой. От незыблемой тверди до качающейся палубы. Тут же сидело полдюжины суровых мужиков. Те самые контрабандисты, о которых говорил Командору лорд.
   До темноты оставалось совсем немного времени. Багажа у недавних пленников не было. Можно было размять ноги, пройтись вдоль берега, временами поглядывая то на небольшие волны, то на терпеливо дожидающихся отправления слуг. Видно, хозяева желали убедиться, не свернут ли куда их гости.
   – Я только одного не могу понять. С чего это нас решили отпустить? – впервые поинтересовался причиной Гранье.
   До этого он лишь радовался неожиданному повороту судьбы, не особо утруждая себя вопросами.
   – Мы просто надоели им так, что они готовы сплавить нас на край света. А еще лучше – за край. Чтобы никогда не видеть и не слышать, – усмехнулся Командор.
   Солнце незаметно скрылось за холмами на западе. Воздух стал синеть, наливаться темнотой, и контрабандисты потихоньку полезли на шхуну. Что они перевозили, кроме недавних пленных, ни Кабанова, ни Гранье не интересовало.
   – Пошли и мы. – Сергей поправил вновь обретенную шпагу.
   – Подожди. Скачет кто-то, – напрягся Жан-Жак.
   – Где? – Они стояли на небольшой скале, однако разглядеть что-либо Командор не смог.
   – Мелькнуло среди деревьев. – Канонир тоже был при оружии и теперь невольно положил руку на рукоять.
   В то же мгновение на открытое пространство вырвались галопом четверо всадников. Даже в сгущающих сумерках можно было бы разглядеть, как изменилось лицо Командора.
   Головной в небольшом отряде скакала Мэри.
   Она резко остановила коня в каком-нибудь шаге от застывшего изваянием Сергея, спрыгнула, и Командор едва успел подхватить стройное девичье тело.
   Может быть, девушка хотела невинно попрощаться. Только полуневольные объятия обожгли обоих огнем, затуманили головы, и губы сами нашли друг друга.
   Поцелуй показался со стороны бесконечным. Для двоих же время просто остановило свой неумолимый бег.
   Мэри размякла, почти обвисла в руках Командора. В ней ничего не осталось от леди. Обычная влюбленная девушка, сходящая с ума при виде любимого.
   Кабанов опомнился первым. Как только смог перевести дух.
   – Мне надо отплывать, – в его голосе не чувствовалось никакой уверенности.
   Воспитание – великая вещь. Девушка смогла отстраниться. В темноте ее глаза еще больше напоминали бездну. И так хотелось рухнуть туда, исчезнуть без малейшего следа…
   – Я хотела… – начала Мэри, но не сразу смогла справиться с волнением. – Я только хотела извиниться перед вами за все.
   – А я – поблагодарить вас. К сожалению… – Продолжать Кабанов не стал. Все было ясно без слов.
   Вечер как-то неожиданно обернулся ночью, и со стороны шхуны донеслось призывное:
   – Отчаливаем! Всем подняться на борт!
   – Вы должны идти. Идите.
   – Да, – как-то рассеянно отозвался Командор, не трогаясь с места. Словно сказанное относилось не к нему.
   – Идите. Я вас прошу, – с мукой произнесла девушка.
   – Сейчас, – с прежними интонациями повторил Командор.
   Они вновь прильнули друг к другу в прощальном поцелуе, и даже слуги лорда, обязанные в числе прочего следить за поведением дочери, отвернулись, разглядывая что-то по сторонам.
   Командор с трудом оторвался от леди и решительно, едва ли не бегом, достиг ожидающей шхуны. Она отплыла сразу, едва только Сергей оказался на борту, и во тьме было не видать, смотрит ли кто ей вслед на берегу.
   Жан-Жак дружески положил руку на плечо застывшего друга, но говорить ничего не стал. Зачем?
   Когда хочешь что-то приобрести, неизбежно что-то теряешь. Но кто знает, где оно, счастье?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация