А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Гавань Командора" (страница 13)

   Часть вторая
   Ла-Манш

   13
   Ширяев. Возвращение к пройденному

   На сердце было радостно. План сработал как нельзя лучше, и уже одно это здорово радовало душу, как радует любая победа, если она достигнута при помощи удачного расчета.
   Грозный призрак французских каперов сильно притормозил торговлю. Дюнкерк располагался в стратегически важном пункте. Как раз в том месте, где берега Франции и Британии наиболее сближались друг с другом, практически у северного входа в пролив. Как раз там, где испокон веку проходили морские дороги из Голландии в Англию.
   Теперь путь был перекрыт. Напрасно купцы собирались в целые караваны. Напрасно нанимались для охраны военные корабли. В Дюнкерке жили люди смелые, потомственные моряки, и их легкие фрегаты едва ли не каждый раз возникали перед гружеными судами. Охранение отгонялось или уничтожалось, а затем приходил черед торгашам.
   Редко кому удавалось спастись, воспользовавшись близостью английского берега. Большинство становилось призами французов, и добротные суда вместе со всем грузом превращались в товар на очередном аукционе.
   Нет худа без добра. Британия слишком зависела от торговли. Меньше товаров – выше цены. Еще бы доставить этот товар…
   Ван Стратен для этого избрал более длинный, зато безопасный путь. Два его корабля шли из Архангельска вокруг Англии. Лучше перетерпеть лишние неудобства и как награду получить неплохую прибыль, чем с комфортом попасться в лапы похожих на пиратов дюнкерских моряков.
   И вот теперь изматывающее плавание подходило к концу. Чуть позади шел голландский фрегат, услужливо взявший на себя роль охраны. Пусть обошлось без схваток, однако как-то спокойнее в присутствии пушек и тех, кто сумеет возле них встать, случись по дороге какая-нибудь нежелательная встреча.
   Легкая дымка уменьшала видимость, скрывала горизонт. Если бы не она, вполне возможно, что зоркие глаза моряков уже сумели бы разглядеть желанные берега. Тоже специфика профессии – сколько ни ходи в море, однако самым чарующим моментом остается прибытие в порт.
   – Скоро придем, – заявил Ван Стратен своему помощнику.
   Словно тот сам не считал оставшееся до Плимута время!
   – Нас встречают, – отозвался помощник, кивая в сторону, откуда давным-давно замеченный приближался британский фрегат.
   И хоть нужда в охранении, похоже, отпала, но вид союзника лишний раз свидетельствовал о безопасности последних миль.
   – Дольше ходишь, целее будешь. – Ван Стратен даже изобразил скупую неумелую улыбку, давая понять, что сказанное – шутка. Этакое панибратство богатого и уважаемого человека с тем, кто стоит заведомо ниже, однако честно помогает хозяину в делах.
   Британский фрегат шел на сближение. Там, очевидно, горели желанием узнать, что за гости пожаловали к их берегам, какой товар привезли и как проходило плавание. А для этого требовалось сократить дистанцию до той, когда станет возможной голосовая связь. Или же лечь в дрейф и довериться шлюпкам.
   Готовясь к разговору, голландский капитан, он же хозяин груза, не спеша взял рупор и подошел к правому борту.
   – Очень уж как-то он себя ведет. – Помощник Ван Стратена всегда отличался редким красноречием.
   Но общая мысль была понятной. Британец вел себя очень рискованно и теперь был настолько близко, что вполне мог просто столкнуться с интересующим его купцом.
   – Да это же «Глостер», – стараясь оставаться невозмутимым, обронил Ван Стратен. – Там капитан – форменный лихач. Все время норовит преподнести какой-нибудь сюрприз.
   Его слова о сюрпризе достаточно быстро получили самое наглядное подтверждение. Британский флаг внезапно опал, и на его место стремительно взлетел французский.
   Что-либо предпринять на голландце уже не успевали. «Глостер» чуть довернул и спустя какую-нибудь минуту сошелся с торговым судном вплотную. Сделано это было настолько умело и аккуратно, что даже реи, весьма чувствительные к подобным маневрам, на обоих кораблях остались целыми.
   Пушечных портов «Глостер» не открывал. Да и зачем? С чуть более высокого борта фрегата стремительной и неудержимой лавиной на палубу купца хлынула толпа головорезов с оружием в руках.
   Ни о каком сопротивлении не могло быть и речи. Разве что кому-то очень надоела жизнь. Однако жизнь еще никому не была в тягость, и французским морякам осталось только собрать в кучу своих голландских коллег.
   Тем временем на квартердек в сопровождении доброго десятка подручных легко взлетел хорошо одетый мужчина со шрамом на щеке. Его грудь пересекали перевязи с пистолетами, на боку висела шпага, но капитан, а это явно был он, даже не потрудился взять оружие в руки. Вместо этого он довольно галантно приподнял треуголку, чуть склонил голову и заявил:
   – Сожалею, однако ваше судно захвачено.
   Взгляд капера задержался на Ван Стратене, и по губам неожиданно скользнула улыбка.
   – А ведь мы с вами уже встречались, капитан.
   Ван Стратен в свою очередь пригляделся и отшатнулся, словно перед ним стояло привидение.
   – Командор Санглиер?
   – К вашим услугам. Как мы оба имели возможность убедиться, мир до странного тесен. Впрочем, об этом мы поговорим чуть позже. Сейчас, извините, у меня есть неотложные дела.
   Командор обернулся к своим людям и уже совсем иным тоном произнес:
   – Юра! Принимай команду! Моряков запереть. Курс – на Шербур. А я пока займусь остальной посудой.
   И той же стремительной походкой отправился на свой корабль.
   – Здравствуйте, – Флейшман выдвинулся вперед и не без иронии поздоровался с капитаном. – А я вас тоже помню. Вас же зовут Ван Стратен?
   – Дьявол! – Ван Стратен с силой ударил кулаком о фальшборт.
   Других слов в данный момент у него не было. Зато эмоций – хоть отбавляй!
   Отвалить от приза удалось столь же аккуратно, как перед тем пристать к нему. Захват был осуществлен быстро, если не сказать – мгновенно. На остальных голландских кораблях еще не успели предпринять никаких мер, и Командор хотел воспользоваться растерянностью противников.
   Все было давно готово. Даже орудия были заранее заряжены, а откинуть пушечные порты – дело секундное.
   Маневрирование под парусами – сложнейшая наука. Корабль зависит от ветра, и многое из желаемого выполнить просто невозможно. Например, развернуться и броситься на врага.
   Любой поворот, любое движение требует от капитана немалого умения и особого чутья, а от команды – слаженности и четкости в выполнении приказов.
   Лишь небольшая часть моряков проделала с Командором лихие походы по Карибскому морю. Зато какие это были люди! Лучший из канониров Гранье, виртуоз-рулевой Кузьмин, ближайшие помощники и сподвижники. Все, кроме Ардылова и Петровича.
   Да и тех пришлось уговаривать, чтобы остались на берегу.
   Остальную и основную часть команды Сергей набирал лично, не полагаясь на вербовщиков и прочих поставщиков матросской силы. Благо, отголоски флибустьерской славы докатились даже до Европы, и от желающих испытать свое счастье под командой знаменитого Командора отбою не было.
   Результат не заставил себя ждать. «Глостер» послушно сбавил ход, и шедший вторым голландский купец сам стал накатываться на поджидающий его капер.
   – Жан-Жак! Дай ему под нос! – выкрикнул Командор.
   В то же мгновение рявкнуло орудие. Густой клуб дыма завис над морем, и ядро вздыбило воду в опасной близости от форштевня голландского корабля.
   Намек был понятен и доходчив. Уставившиеся чужие пушечные жерла и команды собственного шкипера заставили матросов проворно убрать паруса.
   На этот раз сходиться борт к борту Кабанов не стал. Абордажная партия проворно погрузилась в два баркаса. С «Глостера» лишь проследили, как шлюпки быстро пристали к купеческому судну, и новая команда во главе с Ярцевым проворно вскарабкалась на палубу тяжело груженного приза.
   – Два есть. Теперь остались сущие мелочи, – Кабанов посмотрел на торопящийся фрегат.
   По логике, начать следовало именно с него. Однако, пока идет схватка, охраняемые обязательно предприняли бы попытку к бегству. Если же им хватило ума, то еще и разбежались бы в разные стороны. Гоняйся за ними потом поблизости от чужих берегов! А так – добыча уже захвачена.
   Фрегат… Что ж, пусть попробует вырвать то, что сам же упустил. Раньше надо было думать, раньше!
   Ветер был у голландца, следовательно, и положение у него считалось выгоднее. Он мог бы диктовать дистанцию, взаимное расположение, сам характер боя.
   – Ну, куда он прет? Шел бы своей дорогой! – с некоторой бравадой заявил Калинин.
   – Он бы шел, да ветер несет прямо к нам! – громко, под общий смех, отозвался Ширяев.
   С Григорием все было понятно. Он в детстве грезил флибустьерами, мечтал о схватках на море, да и срочную провел в боях под командой тогда еще лейтенанта Кабанова. Но и остальные возмужали за последние годы, и теперь их уже не страшило ничто.
   Смерть – всего лишь некая данность, избежать которую невозможно. Так стоит ли бояться ее?
   – Женья! Давай нашу! – выкрикнул по-русски Жан-Жак.
   Кротких коснулся гитарных струн, и над «Глостером» зазвучала еще не сложенная песня.

Четыре года рыскал в море наш корсар.
В боях и штормах не поблекло наше знамя.
Мы научились штопать паруса
И закрывать пробоины телами…

   Жаль, что нельзя было поднять привычный флаг с ухмыляющейся кабаньей мордой. По законам капер в бою должен выступать под знаменем страны, выдавшей патент. В отличие, скажем, от обычных пиратов.
   Голландцы шли, забирая несколько вправо, явно готовясь к артиллерийской дуэли.
   «Глостер» намеренно шел медленно, позволяя противнику приблизиться. Оба захваченных купца уже повернули к французским берегам, однако путь предстоял не очень близкий, и голландский фрегат был явным препятствием на дороге.
   Голландец вышел на траверз капера, и Командор верно подгадал момент:
   – К повороту!
   Не зря он весь поход тренировал команду. Люди работали слаженно, не задумываясь над последовательностью тщательно отрепетированных действий. «Глостер» проворно отвернулся от противника, встал к нему кормой, и грянувший залп большей частью лишь вспенил воду по бортам. Два или три ядра ударили по юту, однако назвать повреждения большими не смог бы самый заядлый пессимист.
   – Право на борт! Атакуем!
   Капер, не теряя ни секунды, развернулся и пошел наперерез противнику. Там торопливо пытались перезарядить орудия. Однако процесс это долгий, а расстояние уменьшалось быстро.
   В какой-то момент могло показаться, что Командор решил таранить незадачливого охранника. Но вот «Глостер» стал разворачиваться, оказался к противнику бортом.
   – Пали!
   Орудия дружно выстрелили практически в упор. Нижняя палуба – ядрами, верхняя – картечью. Голландцы еще не успели опомниться, когда в клубах порохового дыма на них навалился каперский фрегат. На этот раз касание кораблей было жестковато.
   Такелаж перепутался, рухнул обломок реи, но все это было пустяком по сравнению с обрушившимся на палубу гранатным дождем.
   Черный порох – вещь достаточно слабая. Убойной силы у гранат почти нет. Зато грохот взрывов, вспышки, дым ошеломили, заставили людей потерять головы. Напрасно голландский капитан крутил трещотку, традиционный на флоте сигнал «К абордажу!». Большинство матросов просто не слышали его, а те, кто слышал, не смогли понять, что он обозначает.
   – На абордаж! – В отличие от голландцев, команду Кабанова французы расслышали и выполнили ее.
   Они к этому готовились…
   Ширяев перепрыгнул на вражескую палубу одним из первых, опередив даже Командора.
   Редкий противник попытался оказать сопротивление. Даже оружие схватил едва ли один из пяти.
   – Гриша, Костя, люки! – Крик Командора напомнил о главной задаче ближайших помощников.
   Фрегат – корабль двухпалубный. Довольно много моряков во время боя находится внизу у орудий, и требовалось не позволить им выйти наверх, пока не погашено сопротивление.
   После выделения двух призовых партий людей у Командора было немного, меньше чем на голландском фрегате. Впрочем, в бою важна не численность, а дух.
   Дух голландцев был сломлен. Как-то не по-честному все произошло. Вместо долгой стрельбы и маневрирования – стремительная атака, грохот, взрывы, свист картечи, а следом – появление на палубе вооруженного врага.
   Если где еще и сопротивлялись, это на квартердеке. Офицеры обязаны реагировать быстрее, да и положение у них не то. Матросу что? Он отвечает за себя да своевременное выполнение приказов. А офицер – за весь корабль. Он просто обязан быть решительным, иначе кто его станет слушать?
   Два узких трапа, ведущих на квартердек, создавали неплохие условия для обороны. Сам капитан встал у одного из них. Сверкнувший в его руке клинок заставил лезшего первым француза попятиться. Матрос не удержал равновесия, упал на следующего за ним товарища, и на трапе возникла бесформенная груда тел.
   Подскочивший сюда же Командор схватился за пистолет. Бой не место для благородных поединков. Тут главное – победа. Чем быстрее она будет достигнута, тем меньше потерь понесут победители. А своими людьми Командор дорожил.
   Пуля вошла голландскому капитану в грудь, заставила выронить шпагу. Стоявший рядом один из помощников еще попытался сопротивляться, пронзить устремившегося по трапу Командора.
   Сергей привычно отбил чужой клинок, подскочил к офицеру вплотную и, не мудрствуя лукаво, двинул противника в лицо витым эфесом шпаги.
   Офицер послушно отлетел, сбитый с ног нежданным ударом, а за Командором уже неслись взбодренные исходом схватки матросы…
   Но сопротивление вспыхнуло не только на квартердеке. Кому-то удалось организовать канониров на нижней палубе. Они рванули на помощь своим товарищам, еще не догадываясь, что помощь уже не нужна и наверху все закончено.
   Ширяев встретил карабкающихся канониров выстрелом из пистолета. Другая рука у него была занята полусаблей. Рядом разрядили оружие Кротких и Антуан.
   Промахнуться, стреляя в неширокий люк да по толпе, было невозможно. Кто-то внизу вскрикнул, послышался звук падения, зато остальные отхлынули прочь.
   – Выходи по одному! Без оружия! Фрегат уже захвачен! – крикнул по-английски Григорий. Голландского он просто не знал.
   Какое-то время ничего не происходило. Ровно столько, чтобы столпившимся защитникам стала ясной царившая вверху относительная тишина. В том смысле, что если и раздавались крики, то повелительные, но уж никак не вопли ярости и борьбы. Ни выстрелов, ни звона сталкивающихся клинков…
   – Сдаемся! – донеслось из люка. – Не стреляйте!
   И один за другим из него стали подниматься моряки. Как и требовалось – без оружия. Их сразу конвоировали к кубрикам. Без лишней суеты, деловито.
   Что делать пленным на палубе?
   – Костя! Этот приз поведешь ты, – распорядился Командор, обращаясь к Сорокину. А потом добавил: – Хорошо, что идти недалеко. А то бы…
   Продолжать не было смысла. Один экипаж на четыре корабля – хоть разорвись. Да еще пленные, которых надо охранять. Да опасность налететь на англичан.
   Впрочем, Шербур действительно был сравнительно рядом. С таким ветром – день хода. Ерунда.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация