А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Вторжение" (страница 7)

   Глава 10

   К югу от Санчесов жил Гарри Корриган, ставший вдовцом в прошлом июне, когда его жена, Калиста, погибла у подножия банкомата.
   Его каменный дом с двускатной крышей стоял гораздо ближе к шоссе, чем дом Нейла и Молли. Соответственно, и подъездная дорожка была короче и более пологой.
   Окна в доме светились еще в тот момент, когда Молли, мучаясь бессонницей, поднялась с кровати и подошла к окну спальни, чтобы посмотреть на буйство стихии. Тогда они напомнили ей огни далекого корабля, плывущего в штормовом море.
   И теперь свет горел во всех комнатах, словно Гарри бродил по дому в поисках умершей жены и нигде не выключал ламп, в надежде на ее возвращение или в память о ней. Движущихся за окнами теней они не увидели.
   Если Гарри был дома, им хотелось бы взять его в свою компанию. Они знали его как верного друга, на которого могли положиться.
   На круге, которым заканчивалась подъездная дорожка, Нейл поставил «Эксплорер» передним бампером к шоссе, выключил фары.
   Когда потянулся к ключу зажигания, Молли перехватила его руку.
   – Пусть двигатель работает.
   Они не стали обсуждать, целесообразно или глупо идти в дом Корригана вдвоем. Еще раньше приняли решение никуда не ходить поодиночке и намеревались по возможности его выполнять.
   Плащи у них были с капюшонами. Накинув их на головы, они словно превратились в средневековых монахов.
   Мысль о том, что вот сейчас придется вылезать из внедорожника, повергла Молли в ужас. Она помнила, с какой силой терла вымоченную дождем руку мылом с апельсиновой отдушкой… и не могла отделаться от ощущения, что рука по-прежнему грязная.
   Но не могла она и сидеть в кабине до бесконечности, парализованная страхом или недостатком веры. Не могла сидеть, дожидаясь конца света.
   Пистолет калибра 9 мм лежал в кармане дождевика. Она крепко сжимала рукоятку правой рукой.
   Вылезла из внедорожника и тихонько закрыла дверцу, хотя, если б захлопнула, звук этот растворился бы в шуме дождя. Но осторожность не может быть лишней и во время апокалипсиса.
   Ливень обрушивался с такой силой, что ее качнуло. Но она устояла, а потом при каждом шаге впечатывала ногу в землю, постоянно напоминая себе, что нужно сохранять равновесие.
   Дождь более не «благоухал» запахом человеческой спермы. Нет, этот запах сохранился, но стал совсем слабым, его забивали новые ароматы, вроде бы благовоний, горячей меди, лимонного чая. Молли уловила и другие запахи, но не смогла определить, на что же они похожи.
   Она старалась уберечь лицо, но куда там, дождь умудрялся проникнуть под капюшон. Капли уже не были такими теплыми, как раньше.
   Механически она облизнула губы. Соли, напоминающей о море, не почувствовала, скорее на вкус вода была сладкой, приятной.
   Но она вспомнила детей, которые ели синий снег, подавилась, выплюнула, а в результате в рот попало еще больше воды.
   Сливную решетку на круге, которым заканчивалась подъездная дорожка, забило сбитыми ливнем сосновыми иголками и листьями белого клена. Так что круг превратился в пруд глубиной в добрых шесть дюймов, поверхность которого блестела серебром.
   Нейлу пришлось расстегнуть дождевик, чтобы сунуть под него ружье. Левой рукой он придерживал обе полы, чтобы в зазор между ними попало как можно меньше воды.
   Выложенная плитами известняка дорожка привела их к лестнице, по которой они поднялись на крыльцо. Как только оказались под крышей, Молли отбросила капюшон и достала из кармана пистолет. Нейл уже держал ружье обеими руками.
   Дверь в дом Гарри Корригана они нашли приоткрытой.
   Кнопка звонка на стене светилась изнутри, но в сложившихся обстоятельствах, похоже, не следовало объявлять о своем прибытии привычным способом. Мыском сапога Нейл осторожно ткнул дверь, открывая ее шире.
   Они постояли, оглядывая пустынный холл. Потом вошли.
   Их частенько приглашали в этот дом до убийства Калисты в Редондо-Бич, несколько раз они приезжали сюда и позже. Когда четыре года тому назад Корриганы ремонтировали кухню, всю мебель им изготовил Нейл. Но теперь дом вдруг превратился в незнакомца, везде все было не так.
   Первый этаж свидетельствовал о том, что жизнь хозяева ведут простую, по давно заведенному и неизменному порядку: удобная мебель, которая используется, а не стоит для красоты, на стенах – пейзажи: море, лес, поля, горы; трубка в пепельнице, книга с закладкой из обертки шоколадного батончика, ухоженные растения в горшках, лиловые сливы, дозревающие в деревянной миске на столике в кухне.
   Они не видели следов насилия. Однако их друг и сосед тоже не давал о себе знать.
   Вернувшись в холл, стоя у лестницы, они посовещались: не позвать ли Гарри? Но им пришлось бы кричать, чтобы перекрыть шум ливня, а ответом на их крик могло стать появление кого-то или чего-то еще. Поэтому они решили не выдавать себя.
   Нейл поднимался первым. Молли – за ним, бочком, спиной к стене, чтобы держать под контролем и нижние ступеньки, и верхние.
   В коридоре второго этажа они увидели, что массивная дубовая дверь в большую спальню сорвана с петель. Практически разваленная на две части, она лежала на полу. По ковру разлетелись блестящие фрагменты замка.
   Обе петли остались в дверном косяке, хотя каждую створку, стальную пластину толщиной в четверть дюйма, изогнуло при том страшном ударе, который выбил дверь. Деформировались и шарниры, соединявшие створки петель.
   Если Гарри и пытался укрыться за запертой дверью в спальню, барьер этот продержался недолго.
   Но даже напичканный стероидами бодибилдер с мышцами Геркулеса не смог бы сорвать такую дверь с петель без помощи лома и фомки. А уж голыми руками этот подвиг не совершил бы ни один смертный.
   Ожидая увидеть в спальне жертву нечеловечески жестокого убийства, Молли задержалась в коридоре, не решаясь последовать за Нейлом. А когда все-таки переступила порог, то не увидела ничего необычного.
   Дверь в гардеробную была открыта. Гарри они там не нашли.
   Когда Нейл попытался открыть дверь в примыкающую к спальне ванную, обнаружилось, что она заперта.
   Он посмотрел на Молли. Та кивнула.
   Наклонившись к двери, Нейл спросил:
   – Гарри? Ты здесь, Гарри?
   Если ему ответили, то слишком тихо, и он не расслышал ни слова.
   – Гарри, это я, Нейл Слоун. Ты в порядке?
   Вновь не получив ответа, он отступил на шаг и ударил в дверь ногой. Замочек был простенький, только с собачкой, не врезной, и трех ударов хватило, чтобы дверь распахнулась.
   Казалось странным, что тот, кто вышиб гораздо более прочную дверь в спальню, не сорвал с петель и эту.
   Нейл шагнул к порогу, потом отпрянул назад, повернулся, выражение лица мгновенно переменилось, теперь на нем читались ужас и отвращение.
   Он попытался помешать Молли заглянуть в ванную, но она не пошла навстречу его желаниям. Полагала, что самое ужасное в своей жизни уже увидела, в восьмилетнем возрасте.
   Без глаз, со снесенным затылком, Гарри Корриган сидел на полу, привалившись спиной к ванне. Он выстрелил себе в рот из короткоствольного помпового ружья с пистолетной рукояткой.
   Молли отвернулась. Зрелище не шокировало ее, но к горлу подкатилась тошнота.
   – Он так и не пришел в себя от горя, – выдохнул Нейл.
   В первый момент она и не поняла, о чем он говорит. Потом осознала: несмотря на все то, что он уже увидел, как наяву, так и по телевизору, Нейл еще не мог заставить себя окончательно признать правильность сделанного вывода о причине случившегося.
   – Гарри покончил с собой не потому, что горевал о Калисте. Он отступил в ванную и вышиб себе мозги, чтобы избежать встречи лицом к лицу с тем, кто сорвал с петель дверь спальни.
   Ее слова «вышиб себе мозги» заставили Нейла дернуться, его лицо, побледневшее в тот самый момент, когда он увидел мертвеца, стало пепельно-серым.
   – А услышав выстрел, – продолжила Молли, – они поняли, что с ним все кончено, и потеряли к нему всякий интерес.
   – Они, – задумчиво повторил Нейл и посмотрел в потолок, словно вспоминая огромную спускающуюся массу, которую он почувствовал во сне. – Но почему он не выстрелил… в них?
   Подозревая, что ответ ждал их где-то в доме, Молли не ответила, а вышла в коридор. Поиски на втором этаже не принесли ничего интересного, пока они не добрались до лестницы черного хода.
   Она вела в раздевалку при кухне. Молли знала, что другая дверь из раздевалки открывается во двор.
   Вероятно, именно на этой лестнице Гарри впервые столкнулся с нежеланными визитерами. В руках он держал помповик и воспользовался им не единожды. Дробь застряла в стенах и потолке, расщепила ступеньки и перила.
   Пятясь ко второму этажу, стреляя сверху вниз в незваных гостей, он не мог промахнуться в столь ограниченном пространстве, учитывая площадь поражения при стрельбе дробью из помповика. Однако трупов не было ни на лестнице, ни у ее подножия. Крови – тоже.
   Стоя рядом с Молли на верхней ступеньке, чувствуя ее нежелание спускаться вниз, Нейл задал логичный вопрос: «В кого же он стрелял? В призраков?»
   Она покачала головой.
   – Дверь в спальню разнесли в щепки вовсе не призраки.
   – Но как смогли они проскочить сквозь заряд дроби без единой царапины?
   – Не знаю. И уж точно не хочу это выяснять. – Молли повернулась спиной к лестнице. – Пошли отсюда.
   Они зашагали по коридору, и, когда обходили выбитую дверь в спальню, лампы мигнули и погасли.

   Глава 11

   В коридоре окон не было, так что в него не проникало даже свечение дождя. Здесь царила темнота коридоров из снов о смерти, темнота подземных усыпальниц.
   Молли еще только училась тактике выживания в День дождя, а потому поступила легкомысленно, оставив фонарь в кабине «Эксплорера».
   В кромешной тьме послышался шорох, отличный от барабанной дроби ливня по крыше. Так могли шуршать перепончатые, без единого пера крылья. Но Молли убеждала себя, что это шуршит дождевик Нейла, который полез в карман за фонариком.
   Внезапно вспыхнувший луч доказал ее правоту. Она шумно выдохнула.
   Темнота коридора казалась не обычной тьмой, результатом законов физики, но Видимым Мраком, черным субстратом осязаемого зла. Луч фонаря прорубал в нем просеку, далеко не такую широкую, как ей бы хотелось, а когда луч смещался, мрак тут же занимал утерянное было пространство.
   Они миновали лежащую на полу дверь, но отошли от нее лишь на пару шагов, когда из глубокой тени кто-то процитировал строку стихотворения одного из ее любимых поэтов, Т. С. Элиота:

Я думаю, мы на крысиной тропинке…

   Произносились слова театральным шепотом, не криком, но каким-то образом донеслись до нее сквозь шум дождя, и Молли узнала голос Гарри Корригана, дорогого Гарри, который проделал с собой то же самое, что грабитель – с его женой ради двухсот долларов.
   Луч фонаря метался налево, направо, за спину, но никого не находил.
   Нейл передал фонарь Молли, чтобы держать ружье обеими руками.
   Вооруженная фонарем и пистолетом, Молли выставила руки перед собой, и теперь ствол пистолета двигался параллельно лучу фонаря. Дверь кабинета слева. Еще одна дверь, за которой блеснул фаянс унитаза: туалет.
   Гарри, или нечто, притворявшееся Гарри, или существо, убившее Гарри, могло быть в любой из этих комнат. А могло и не быть.
   Прозвучала еще одна фраза из «Бесплодной земли», собственно, идущая следом за первой:

…Где мертвые теряют свои кости.

   Молли не могла понять, откуда доносится голос. Слова приходили со всех сторон, одно – справа, второе – слева, третье – сзади…
   Сердце колотилось как бешеное, лупило по ребрам с такой силой, что вышибало бы искру, будь они мостовой, а сердце – копытом.
   Ладонь правой руки, пальцы, сжимающие пистолет, становились все более скользкими от пота.
   Упрямая темнота, вязкая темнота, слишком узкий световой луч, двери по обеим стенам – и сорок футов до лестницы.
   Теперь тридцать.
   Двадцать.
   Рядом с верхней ступенькой фигура выступила то ли из дверного проема, то ли прямо из стены, а может, из портала между мирами. Молли не могла сказать, кто это, но готовилась поверить всему.
   Луч фонаря осветил сначала ботинки, потом манжеты вельветовых брюк.
   На полу ванной, залитый кровью, среди ошметков мозга, Гарри сидел в байковой рубашке и вельветовых брюках. Точно такого же, светло-коричневого цвета.
   У Молли подогнулись колени при мысли о том, что ей придется увидеть голову, разнесенную выстрелом в упор из помповика двенадцатого калибра.
   Однако она хотела бы видеть одно, а вот ее решительная рука намеревалась показать ей совсем другое. И луч фонаря начал подниматься к коленям, пряжке поясного ремня, байковой рубашке, подбородку…
   К счастью, Нейл вышел вперед, выстрелил из ружья, загнал в казенник новый патрон, а фигуру уже отбросило в тени.
   – Пошли, Молли, пошли. Уходим! – прокричал он.
   Грохот отражался от коридорных стен, эхо пошло гулять по комнатам первого этажа, словно дом превратился в огромный колокол.
   Что-то ужасное, затаившееся в темноте между нею и лестницей, отпрыгнуло в сторону, жуткое, страшное, тот самый Незнакомец, который рано или поздно появляется у двери каждого и стучит, стучит, стучит, не уходит. Нынче это ужасное приняло облик Гарри, ее потерянного навсегда друга.
   Она бежала следом за прыгающим лучом навстречу свечению дождя, к полированной стойке перил из красного дерева, от которой, собственно, и начиналась лестница, и на бегу не повернула голову, не посмотрела налево, в тени, куда упало тело ее вдруг ожившего соседа.
   Должно быть, он и второй раз восстал из мертвых, потому что Нейл выстрелил вновь. От вспышки выстрела тени, словно стая летучих мышей, бросились врассыпную.
   Молли добралась до лестницы, которая при спуске стала куда как круче, чем при подъеме. С фонарем в одной руке и пистолетом в другой, она не могла ухватиться за перила и только каким-то чудом удержалась на ногах. Спешила вниз, спотыкаясь, размахивая руками, пытаясь сохранить равновесие. И, надо отметить, ей это удалось, она добралась до холла, не переломав ни ноги, ни руки.
   Входную дверь они оставили открытой. И когда за спиной прогремел третий выстрел, она выскочила из теплых сухих комнат под проливной светящийся дождь.
   Надеть капюшон, понятное дело, забыла. Потоки дождя хлынули на лицо, на волосы, потекли за шиворот, по спине, в ложбинку между ягодицами.
   Она побежала вокруг «Эксплорера», торопясь к водительской дверце. Сапоги то и дело утыкались в какие-то мягкие предметы.
   Луч фонаря показал, что это мертвые птицы, двадцать, тридцать, сорок, больше… с клювами, разинутыми в беззвучном крике, остекленевшими глазами, они плавали в этом серебристом пруду, словно утонули в полете, а потом уж их смыло вниз, на землю.
   Нейл выскочил из дома, побежал к внедорожнику, мотор которого работал на холостом ходу. Никто его не преследовал, во всяком случае по пятам.
   Забравшись на водительское сиденье, Молли бросила фонарь в углубление для чашки на консоли, зажала пистолет коленями, отпустила ручник.
   С «ремингтоном», пахнущим горячим железом и сгоревшим порохом, Нейл залез в кабину в тот самый момент, когда Молли включила первую передачу. Захлопнул дверцу, и «Эксплорер» тут же тронулся с места.
   Из пруда с дохлыми птицами они выехали на подъездную дорожку, на которой словно извивалось множество серебристо-черных змей, и поднялись к шоссе. Спаслись из дома, населенного призраками, и покатили навстречу новым катаклизмам.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация