А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Слезы дракона" (страница 24)

   «Моя-то вина в чем?» – мелькнуло в голове у Рикки.
   Словно два ужасных попрыгунчика, приводимых в действие мощной пружиной, обе змеиных головы разом выпрыгнули из глазных отверстий бродяги и вцепились Рикки в лицо.

   Глава 7

   На участке шоссе между Лагуна-Бич и Дана-Пойнт Гарри развил такую скорость, что даже Конни, любительница быстрой езды и острых ощущений, приготовилась к самому худшему и на крутых виражах только беззвучно шевелила губами, словно молилась про себя. Так как ехали они на частной машине, а не в полицейской, у них не было с собой съемного проблескового маяка, который они могли бы поставить на крышу. Не было у них и полицейской сирены, но, по счастью, шоссе в тот вторник в десять тридцать вечера не было забито машинами, и, непрерывно сигналя и мигая фарами, Гарри довольно легко продирался сквозь небольшие, редко возникавшие заторы.
   – Может быть, позвонить Рикки и предупредить? – предложила Конни еще на выезде из Лагуны.
   – У меня нет в машине телефона.
   – Тогда позвони с любой заправочной станции или из магазина, откуда угодно.
   – Нельзя терять ни секунды. К тому же уверен, что телефон у него отключен.
   – С чего бы это?
   – С того, что Тик-таку так удобнее.
   Они взлетели на холм, на огромной скорости вошли в поворот. Из-под скользнувших на обочину задних колес брызнули фонтаны мелких камешков, дробно застучали в пол машины и по топливному баку. Правой стороной заднего бампера машина чиркнула по железному поручню дорожного ограждения, но через мгновение они уже снова были на асфальтовом покрытии шоссе и, даже не притормозив, понеслись дальше.
   – Тогда давай позвоним в полицию Дана-Пойнт, – не унималась Конни.
   – На такой скорости, если нигде не будем останавливаться, прибудем на место еще до того, как они там начнут чухаться.
   – Но подмога нам совсем не помешает.
   – Если опоздаем и не застанем Рикки в живых, то на кой черт нам подмога.
   Дурные предчувствия одолевали Гарри, и он злился на самого себя. Каким же надо было быть болваном, чтобы так подставить Рикки! Сначала, естественно, он понятия не имел, что накликал на голову своего закадычного друга неприятности, но позже должен же был сообразить, какая опасность грозила Рикки, когда Тик-так пообещал: «Сначала все, что любо тебе».
   Мужчине иногда трудно признаться, что он любит другого мужчину, пусть даже и братской любовью. Они с Рикки Эстефаном были партнерами по службе, вместе побывали в крутых переделках. С тех пор так и остались друзьями, и Гарри любил его. Вот и весь сказ. Но американская традиция, требующая от мужчины во всем полагаться только на самого себя, признания такого рода не принимала.
   «Говнюки», – злился Гарри на весь свет.
   По правде говоря, он вообще с трудом признавался, что любит кого-то, даже собственных родителей, потому что любовь была уж слишком безалаберным чувством. Она влекла за собой массу обязательств, клятв, сложностей, необходимость делить с предметом любви радость и печаль. Когда признаешься, что любишь человека, тем самым позволяешь ему полностью вторгнуться в твою жизнь, куда он привносит все свои дурные привычки, неразборчивые вкусы, путаные мнения и неясные воззрения.
   Когда они с ревом приближались по шоссе к городской черте Дана-Пойнт, разбив по пути о какой-то дорожный выступ глушитель, Гарри воскликнул:
   – Господи, каким же я иногда бываю идиотом!
   – Ты что, только впервые понял это? – не удержалась Конни.
   – Олух я царя небесного, вот я кто!
   – Странно, что ты этого раньше не замечал.
   У него было только одно оправдание, почему сразу не сообразил, что первой жертвой может стать Рикки: с момента пожара в своей кооперативной квартире, с которого прошло чуть меньше трех часов, он только и делал, что реагировал на постороннее воздействие, сам же при этом оставаясь в полном бездействии. Но у него не было иного выбора. События сменяли друг друга с такой стремительностью, настолько не вписывались в рамки обычного, громоздя одну нелепость на другую, что у него не было времени на то, чтобы действовать, даже думать. Это было, конечно, слабое оправдание, но он судорожно цеплялся за него.
   Да и как мог он подступиться ко всему необычному, свалившемуся ему на голову? Дедуктивный ход мысли – самое главное оружие сыщика – пасовал перед сверхъестественным. Рассуждая индуктивно, он сумел выйти на идею социопата, наделенного сверхнормальными свойствами. Но метод этот был не самой сильной стороной его мышления, так как всегда казался ему близким по основным своим свойствам к интуиции, а интуиция ведь так нелогична! А он любил веские доказательства, четкие посылки, логические выводы и вытекающие из всего этого следствия, повязанные бантиками и ленточками дедуктивной истины.
   Когда они свернули к дому Рикки, Конни воскликнула:
   – А это что такое?!
   Гарри повернул к ней лицо.
   Ее взгляд был прикован к чему-то зажатому в ладони.
   – Что там? – спросил Гарри.
   Пальцы Конни были сомкнуты на какой-то небольшой вещице. Голосом, дрожащим от изумления, она произнесла:
   – Но секунду тому назад у меня в руке ничего не было. Как же это тут оказалось?
   – Что это?
   Когда недалеко от дома Рикки машина въехала в полосу света от уличного фонаря, она протянула ему лежащий на раскрытой ладони небольшой предмет. Это была отлетевшая от керамической статуэтки головка.
   Машина, чиркнув шинами о бордюрный камень, резко притормозила, и переброшенный через плечо ремень безопасности врезался Гарри в грудь и плечо.
   В полном изумлении она продолжала:
   – Моя рука ни с того ни с сего вдруг будто закрылась сама собой, и в ней невесть откуда объявилась вот это вещица.
   Гарри тотчас узнал ее. Это была головка Девы Марии, стоявшей в центре алтаря, устроенного Рикки Эстефаном на столике в коридоре.
   Обуреваемый мрачными предчувствиями, Гарри рывком открыл дверцу и выскочил из машины. На бегу выхватил револьвер.
   На улице все было спокойно. В большинстве домов, включая и дом Рикки, мирно светились окна. Из соседнего дома в прохладном воздухе плыли звуки музыки, настолько приглушенной, что трудно было разобрать мотив. Легкий ветерок, шевеля кроны высоких финиковых пальм в палисаднике Рикки, что-то мягко нашептывал им.
   Здесь все в порядке, казалось, говорил ветерок, не надо нервничать, нет никаких причин для беспокойства, здесь мир и покой.
   Гарри уже бежал по дорожке к дому, под тень финиковых пальм, к увитому цветущими бугенвиллеями переднему крыльцу. Сзади него, он знал, бежала Конни, тоже, как и он, с выхваченным из кобуры револьвером.
   «Господи, сделай так, чтобы Рикки был жив, – повторял он про себя. – Пожалуйста, пусть он будет жив».
   Это заклинание было самое близкое к молитве, что за все эти годы прозвучало из его уст.
   За стеклянной дверью виднелась чуть приоткрытая входная дверь. Разделившая пол веранды на две части узкая полоска света была сплошь в тонкой паутине узора, отбрасываемого стеклянной дверью.
   Думая, что делает это незаметно, – а если бы узнал, что страх его очевиден и ни для кого не является секретом, то наверняка посчитал бы себя кровно обиженным, – Рикки с тех пор, как его изрешетили пулями, помешался на безопасности. И тщательнейшим образом следил за тем, чтобы все входы и выходы в доме были на глухом запоре. Приоткрытая дверь, следовательно, была дурным знаком.
   Гарри попытался сквозь щель разглядеть переднюю. Но стеклянная перегородка мешала ему близко подойти к щели, чтобы заглянуть внутрь.
   Окна, расположенные по обе стороны входной двери, были занавешены тяжелыми портьерами, плотно сдвинутыми к середине так, что между ними совершенно не было никакого зазора.
   Гарри перевел взгляд на Конни.
   Револьвером та молча указала ему на входную дверь.
   В другое время они бы разделились. Конни пошла бы к задней двери, чтобы перекрыть преступнику возможность бегства, а Гарри остался бы у главного входа. Но в данном случае в их задачу не входило задержать преступника, потому что того, с кем они имели сейчас дело, нельзя было ни загнать в угол, ни устрашить. Ни надеть на него наручники. В их задачу входило самим остаться в живых и по возможности, если еще не было поздно, попытаться спасти жизнь Рикки.
   Гарри кивнул и легонько потянул на себя стеклянную дверь. Заскрипели дверные петли. Тоненьким, протяжным, комариным писком запела затворная пружина.
   Он хотел проникнуть в дом бесшумно, но, когда внешняя дверь своим скрипом выдала его присутствие, он резко толкнул следующую дверь и, пригнувшись, приготовился к броску. Сначала дверь пошла легко, и он уже двинулся было вперед, но неожиданно она, на что-то наткнувшись, замерла еще до того, как он смог бы протиснуться в образовавшуюся щель. Гарри приналег на нее плечом. Раздался треск, скрип, что-то лязгнуло, что-то зазвенело. Дверь распахнулась во всю ширину проема, отодвинув загромождавшую ей путь кучу какого-то хлама, и Гарри с такой стремительностью влетел внутрь, что едва не свалился в огромную яму, зиявшую в полу.
   В памяти его тотчас всплыл взорванный коридор на втором этаже здания в Лагуне, в котором размещался ресторан. Но если и здесь сработала граната, то разорвалась она явно не в самом коридоре, а в подполе бунгало. Взрывом наверх выбросило ошметки балок перекрытия, теплоизоляции и половиц. Но характерный, едкий, горелый химический запах взорвавшейся гранаты отсутствовал.
   В мягком свете, лившемся сверху, в яме под разрушенным полом виднелась земля. Стоявшая в опасной близости к краю алтарного стола жертвенная свеча в приземистом стакане из рубинового стекла отбрасывала по сторонам длинные мигающие блики.
   Чуть дальше по коридору, слева, стена была заляпана кровью, крови было немного, но достаточно, чтобы понять, что схватка была смертельной. Под пятнами крови, впритык к стене, на полу в неестественной позе, свидетельствовавшей о внезапно наступившей смерти, лежало тело мужчины.
   В мужчине Гарри без труда узнал Рикки. Потрясенный увиденным, он весь похолодел, и его ноги вдруг стали какими-то ватными и непослушными.
   Когда Гарри начал осторожно обходить яму, чтобы приблизиться к трупу, в бунгало вслед за ним вбежала Конни. Заметив лежащее на полу бездыханное тело, она молча кивнула Гарри в сторону арки, ведущей в жилые помещения дома.
   Обычная полицейская процедура таила в себе для Гарри особую привлекательность, тем более в данный момент, хотя он и понимал, что искать сейчас убийцу было бесполезно. Тик-так, кем или чем бы он ни был, не станет прятаться по углам или удирать через заднее окно, если ему ничего не стоит раствориться в вихре пыли или столбе пламени. Да и что ему были их револьверы, даже если они и обнаружат его? И все же осознавать, что они первыми прибыли на место только что совершенного преступления, успокоительно действовало на нервы: хаос принимал упорядоченные очертания, придаваемые ему системой четких процедур, привычкой и ритуалом.
   Прямо за аркой, чуть слева, на полу гостиной высилась огромная черная куча грязи, общим весом килограммов под сто пятьдесят. Можно было подумать, что она попала туда вследствие подземного взрыва, проломившего пол в коридоре. Однако ни в коридоре, ни в гостиной не было никаких следов грязи. Словно кто-то ведрами аккуратно натаскал ее снаружи и свалил в кучу прямо на ковер.
   Хотя само по себе это было довольно любопытно, Гарри, лишь бегло взглянув на кучу, не стал возле нее задерживаться и прошел мимо. Еще успеется более тщательно все обдумать и во всем разобраться.
   Они обыскали обе ванные комнаты и спальни, но обнаружили в них только одного жирного тарантула. Паук так напугал Гарри, что тот чуть не пустил в ход оружие. Если бы тарантул побежал на него, Гарри наверняка разнес бы его в клочья до того, как сообразил, что это было такое.
   Южная Калифорния, бывшая пустыней, пока в ней не появился человек и, проведя воду, сделал ее пригодной для обитания, кишела тарантулами, но в основной своей массе они предпочитали селиться в малодоступных для человека каньонах и лесах. Страшные на вид, в действительности они были пугливыми, безобидными существами и большую часть времени проводили под землей, вылезая наружу только во время брачного сезона. Дана-Пойнт и в особенности этот его район были слишком окультурены человеком, чтобы представлять интерес для тарантулов, и Гарри было непонятно, каким образом этот паук мог очутиться в центре жилого района, где его появление было столь же необычным, как появление бенгальского тигра.
   Молча, тем же путем, что пришли, они вернулись назад и остановились возле трупа. Беглый осмотр его показал, что Рикки уже не нуждался ни в какой помощи. Под ногами поскрипывали осколки разбитой вдребезги керамической статуэтки.
   Кухня кишела змеями.
   – Черт! – выругалась Конни.
   Одна змея лежала прямо при входе под аркой, две другие ползали под столом и стульями. Основная же масса, штук тридцать или сорок, а может, и того больше, находилась в дальнем углу помещения, сбившись в подвижный живой ком. Еще несколько змей что-то доедали на полу чуть в стороне от своих собратьев.
   Два тарантула, быстро перебирая лапками, улепетывали по краю покрытой белой плиткой полки, со страхом поглядывая на кишащих внизу гадов.
   – Что же здесь произошло? – спросил вслух Гарри и даже не удивился, что голос его дрожит.
   Вскоре змеи обнаружили присутствие людей. Несколько любопытствующих гадов, отвалившись от шевелящегося клубка, поползли в их сторону.
   Кухню от коридора отделяла раздвижная дверца, Гарри быстро закрыл ее.
   Они обыскали весь гараж. Внимательно осмотрели машину Рикки. На бетонном полу блестела только небольшая лужица дождевой воды, натекшей с крыши. И больше ничего подозрительного.
   В коридоре Гарри наконец занялся тщательным осмотром тела своего друга. Все это время он просто-напросто откладывал эту страшную процедуру и, как мог, тянул время.
   – Пойду посмотрю, есть ли в спальне телефон, – сказала Конни.
   Он поднял на нее встревоженный взгляд.
   – Телефон? Ради бога, даже и думать об этом не смей.
   – Надо же сообщить в полицию об убийстве.
   – Послушай, – он взглянул на часы, – сейчас около одиннадцати вечера. Если мы сообщим об убийстве, то застрянем здесь бог знает насколько.
   – Но…
   – А времени-то у нас в обрез. Не знаю, успеем ли мы вообще до восхода солнца разыскать этого Тик-така. Шансов почти никаких. Но даже если и разыщем его, то еще вопрос, сумеем ли с ним справиться. И тем не менее мне кажется, что если мы не попытаемся этого сделать, то будем дураками.
   – Согласна. Мне тоже не хочется сидеть вот так, сложа руки, и ждать, когда меня укокошат.
   – Ну вот и отлично. А потому забудь про телефон.
   – Я только… Я подожду тебя снаружи.
   – Смотри не наступи на змею! – прокричал Гарри ей вслед, когда она двинулась к выходу.
   И занялся осмотром Рикки.
   Состояние трупа было даже худшим, чем он предполагал. На левой руке, намертво вцепившись в нее зубами, висела голова змеи. Гарри содрогнулся от ужаса. Ряды небольших дырочек на лице свидетельствовали о других змеиных укусах. Обе руки были вывернуты в локтевых суставах, кости не просто сломаны, а напрочь смяты, раздроблены. Весь Рикки был настолько измят и изломан, что трудно было точно определить, какое из увечий послужило причиной смерти; но если он еще и был жив до того, как его голову повернули на все сто восемьдесят градусов, то смерть, несомненно, наступила именно в этот дикий и страшный миг. Шея была разорвана, вся в синяках и кровоподтеках, голова уткнулась между лопатками подбородком.
   На месте глаз зияли пустые глазницы.
   – Гарри! – крикнула Конни.
   Гарри, уставившись в обезображенное лицо друга, был не в силах откликнуться. Язык его словно присох к небу, а в горле застрял комок.
   – Гарри, иди сюда, посмотри на это!
   Но он и без того уже был сыт по горло тем, что Тик-так сделал с Рикки, чтобы смотреть еще на что-то. Кипевшая в нем злоба на Тик-така могла соперничать разве что со злобой на самого себя.
   Он медленно встал с колен, обернулся и увидел свое отражение в обрамленном серебряными листьями зеркале над алтарным столом. Лицо его было пепельно-серым. Точно таким же, как у мертвеца на полу. И что-то в нем действительно умерло, когда увидел своего мертвого друга; он чувствовал себя униженным и оскорбленным.
   Встретившись взглядом со своим отражением, Гарри отвел глаза, заметив в них застывший ужас, замешательство и дикую ярость. Мужчина, отраженный в зеркале, совершенно не походил на того Гарри Лайона, которого он знал или каким хотел бы его видеть.
   – Гарри! – снова раздался голос Конни.
   Когда он вошел в гостиную, то увидел, что Конни на корточках присела рядом с кучей грязи. При более внимательном осмотре оказалось, что это была не столько грязь, сколько пара сотен фунтов сырой, плотно утрамбованной земли.
   – Взгляни-ка сюда, Гарри.
   Палец ее был направлен на какой-то выступ, торчащий из кучи, на который он, занятый мыслями о необходимости быстрее осмотреть дом, не обратил внимания. Теперь Гарри разглядел, что из бесформенной кучи торчала человеческая рука, правда, не настоящая, а вылепленная из земли. Рука была огромная, сильная, с тупыми короткими пальцами, настолько искусно исполненная, словно тут поработал резец выдающегося скульптора.
   Рука высовывалась из обшлага рукава, тоже вылепленного из земли, причем на нем можно было разглядеть все детали одежды: нарукавную манжету, шлицу и три пуговицы. Даже рисунок ткани соответствовал текстуре пошивочного материала.
   – Как думаешь, что это может быть? – спросила Конни.
   – Ума не приложу.
   Он ткнул пальцем в руку, внутренне полагая, что она может оказаться настоящей, только покрытой тонкой пленкой грязи. Но она была сплошь из земли и мгновенно разрушилась от его прикосновения: остались только часть манжеты и два торчащих пальца.
   Что-то, какая-то вполне определенная деталь всплыла в памяти Гарри, но тотчас исчезла, словно блеснувшая в мутной воде пруда рыбка. Уставившись на остатки земляной руки, он чувствовал, что находится очень близко к разгадке чего-то очень важного о Тик-таке. Но как глубоко ни стремился он забросить в память невод, тот неизменно возвращался назад пустым.
   – Пошли отсюда, – угрюмо бросил Гарри.
   Идя вслед за Конни по коридору, он старался не смотреть в сторону трупа.
   Вне себя от ярости, о существовании которой он никогда раньше и не подозревал, Гарри едва удерживался в зыбких границах между самообладанием и умопомешательством. Неведомые, доселе незнакомые чувства всегда беспокоили его, так как он не знал, к чему они могли привести; он предпочитал, чтобы его эмоции имели такой же упорядоченный вид, как его полицейская картотека или коллекция магнитофонных записей. Если он еще раз взглянет на Рикки, его злоба, выхлестнувшись наружу, может выйти из-под контроля и перейти в истерику. Его охватывало дикое желание наорать на кого-нибудь, наорать так, чтобы пересохло в горле, измолотить кого-нибудь кулаками, размозжить череп, избить ногами до потери сознания. Не находя для этого достойной мишени, ему хотелось излить свой гнев на неодушевленные предметы, разбить и расколотить все, что попадалось ему на пути, как бы глупо и бессмысленно это ни было, невзирая даже на то, что шумом может привлечь нежелательное внимание соседей. От того, чтобы дать выход своему гневу, Гарри удерживал лишь возникший перед его мысленным взором образ самого себя в тисках этой безумной ярости, с дико вытаращенными глазами и звериным оскалом на лице; ему было невыносимо тяжко от мысли, что кто-то может увидеть его в таком состоянии, особенно если этот «кто-то» был… Конни Галливер.
   Когда они вышли из дома, Конни плотно прикрыла за собой входную дверь. По улице пошли рядом.
   Уже подходя к машине, Гарри вдруг остановился и огляделся по сторонам.
   – Слышишь?
   – Что? – нахмурилась Конни.
   – Какая тишина!
   – Ну?
   – А ведь должно было здорово шарахнуть.
   Она на лету подхватила его мысль:
   – Ты имеешь в виду то, что грохнуло в подполе? Да и Рикки скорее всего кричал от боли или, на худой конец, звал кого-нибудь на помощь.
   – Тогда почему же никто из соседей даже носа не высунул, чтобы выяснить, что здесь происходит? Городок-то совсем крохотный, а уж в одном квартале все знают друг друга наперечет. Вряд ли соседи станут притворяться, будто ничего не слышат, когда у них под носом творится что-то неладное. Да они во весь опор примчатся выяснить, в чем дело.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [24] 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация