А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Мадам Флёр" (страница 19)

   Он говорил и дальше, и Флер позабыла о том, что ее окружает, целиком отдавшись этой истории, в которой – она чувствовала это – Видок упускал множество интереснейших подробностей, которые можно, скорее всего, вытянуть из него позже. Если представится такой случай… Но Флер не оставляло ощущение, что это не последняя ее встреча с изумительным человеком.

   Глава 19
   Ставки сделаны

   Видок рассказал, как создал Сюртэ; как сначала у него было мало подчиненных, но затем штат слегка расширился, что пошло только на пользу. Видок мог перевоплощаться в кого угодно. Во время охоты на преступников он появлялся на парижских улицах, в притонах и трущобах под видом слуги, ремесленника, угольщика и водовоза, причем одинаково ловко мог носить костюм бродяги и аристократа. Посещая под чужими именами злачные места, Видок прикидывался, будто его преследует полиция (конечно, ведь многие знали о его последнем благополучном побеге!), и входил в доверие. Воры, бандиты и мошенники считали его своим в доску, ведь он говорил с ними на воровском жаргоне, знал законы уголовного мира, рассказывал байки о своих похождениях. Ежедневно Видоку удавалось кого-нибудь изловить, но никто из арестованных даже не подозревал, что попал за решетку по его милости. Он умудрялся арестовывать до ста убийц, воров и мошенников в год, обезвреживать целые банды. Преступный мир, разобравшись, наконец, в происходящем, объявил Видоку войну, угрожая расправой. Невзлюбили его и полицейские, завидовавшие его ловкости и удачливости. Они распускали слухи, будто Видок получает от преступников взятки, а сами тем временем вступали в сговор с бандитами, раскрывая им планы коллеги.
   – Что ж! – презрительно высказался старик. – Пускай все это остается на их совести. Я по-прежнему тут – а они-то где?..
   Несмотря на эти происки, авторитет его у начальства продолжал расти. Видоку поручали самые опасные и сложные дела, с которыми он всегда успешно справлялся. Но он по-прежнему считался тайным агентом, его не помиловали, хотя должность и обещала свободу. И только официально став начальником сыска Сюртэ, Видок почувствовал, что добился признания и благодарности.
   Он всерьез подумывал перестроить всю систему наказания преступников – прежде всего предлагал улучшить условия содержания в тюрьмах, так как по своему собственному опыту знал, что жестокий режим озлобляет людей, особенно тех, кто попал в тюрьму за ничтожную провинность. Он и сейчас, спустя много лет, говорил об этом горячо, и видно было, что эта тема его по-прежнему сильно занимает. Флер согласилась, что многие его идеи не лишены основания.
   Находились и те, кто призывал не доверять «банде Видока», поскольку в Сюртэ служили бывшие карманники и уголовники. Тогда шеф приказал своим сотрудникам постоянно носить замшевые перчатки, в которых не смог бы работать ни один карманник.
   Между тем на счету отдела было уже более семнадцати тысяч задержанных преступников. Видоку удалось раскрыть несколько краж, совершенных в апартаментах принца Конде, у маршала Бушю, в музее Лувра, где был задержан граф де Руссийон, карманы которого оказались набитыми драгоценностями, и в других домах аристократов и банкиров. Но счастье не могло длиться вечно, а переменчивая Фортуна решила, что у ее любимчика все идет слишком хорошо. В 1827 году префектом полиции был назначен Делаво, с которым у Видока сразу не сложились отношения. Шеф стал придираться, упрекать подчиненного в том, что сотрудники его отдела вне службы позорят полицейских, в частности, не посещают церковь.
   – Значит, вы так и не освоили искусство воскресных молитв? – засмеялась Флер.
   – Увы, мадам, я был и остался безбожником! Решил, что меня ничто не исправит. Как бы там ни было, несправедливые упреки мне надоели, и, отслужив восемнадцать лет в полиции, я подал в отставку. Через несколько дней в газетах появилось сообщение: полицейский комиссар сообщил мне, что по приказу префекта полиции на посту шефа Сюртэ меня заменит мсье Лакур, бывший заместитель отдела. В тот же вечер я уехал сюда, в свой загородный дом. Мне выплатили три тысячи франков, но пенсии не назначили. Тут-то я и решил, что обидно, если мои приключения пропадут в безвестности, и засел за писание мемуаров. Издатель Тенон щедро заплатил мне за них, и когда они вышли, то произвели фурор. Тогда я изрядно заработал!
   – Я бы хотела их прочесть, – созналась Флер.
   – Возможно, ваша мечта сбудется. Однако, – Видок бросил взгляд на Сезара, – полагаю, хватит на сегодняшний день. Я могу так болтать бесконечно. Уже десять, и если ваши дела столь неприятны, пожалуй, следует заняться ими.
   Виконт кивнул.
   – Да, пожалуй. Госпожа де Виньоль, – обратился он к Флер, – вы простите, если мы покинем вас на некоторое время?
   – Да, конечно. Я выпью еще кофе.
   – Я велю подать, – сказал Видок, поднимаясь.
   Мужчины ушли, а Флер осталась сидеть на террасе в глубокой задумчивости. Этот старик заговорил ее, заставил словно бы заглянуть в чародейственную сказку – и только ему самому было ведомо, сколько ужасов таила эта сказка. Тюрьмы – не уютные дворики, где прогуливаются дебютантки и голуби. И, хотя Видок бывал там не раз, его воля к жизни потрясала. Это подводило Флер к некоей мысли, которую она пока никак не могла уловить.

   – Ну? – спросил Видок, закрывая за собою дверь кабинета. – Зачем весь этот маскарад? Что это вы затеяли, мальчик мой, признавайтесь! Откуда вы взяли эту девочку и зачем привезли ее ко мне? Да она смотрит на меня глазами испуганного олененка!
   – Этот олененок, – сказал Сезар, пройдясь по комнате, – столкнул своего мужа с лестницы, отчего тот свернул шею и, соответственно, умер.
   – Ого! – Видок приподнял брови. – Да кто бы мог подумать! И что же, долго она это готовила?
   – Спонтанность. На самом деле, девушка защищалась, но она мнит себя чуть ли не равной тем историческим личностям, которых вы сажали в тюрьму.
   – И с которыми сам проводил там время. Ах вот что. С девушкой понятно. – Видок по-прежнему отличался остротой ума и, по всей видимости, просчитал, зачем виконт привез Флер в его дом. Всегда было приятно разговаривать со стариком – можно не тратить времени на объяснения, переступая сразу через несколько ступенек в разговоре. – Что с неприятностями?
   Сезар коротко и внятно изложил все, что знал. Видок слушал, в задумчивости расхаживал по кабинету, заложив руки за спину, – эту привычку виконт перенял у него. Дослушав, бывший сыщик хмыкнул и поскреб пятерней за ухом.
   – Да, задачка не из простых, особенно если в ней замешан Мэтье. Та еще скотина! Кое-что про него знаю, но о ставках никаких не слышал. Что же вы от меня хотите? Вы же не затем приехали, чтобы пожаловаться и отчистить девушке совесть.
   – Верно, не затем. Тут у меня нет нужных знакомств. Мне необходимо, чтобы кто-то из ваших старых приятелей проверил это дельце в Бордо – мне бы знать, откуда взялся свидетель, утверждающий, будто видел, как госпожа де Виньоль спустила мужа с лестницы.
   – Ах, так вы попытаетесь ее обелить! Похвально, конечно, и делает вас достойным моим наследником, только имеет ли отношение к делу? – Видок помолчал. – Хотя вполне возможно, что и имеет. Все тут связано, и эта девушка – не последнее звено в цепочке. Ладно. Насчет Бордо я узнаю. Еще что?
   Сезар заговорил, и Видок кивал, слушая его.

   Они возвратились на террасу спустя четверть часа; Флер не заскучала – она гладила пришедшего к ней серого кота, который, мурлыча и усердно работая лапами, выпуская и убирая когти, топтался у госпожи де Виньоль на коленях и явно собирался устроиться там надолго.
   – Ба, да Озорник вас признал! – воскликнул Видок. – Ну, тогда вы точно можете заглядывать в любой день без приглашения. Я питаю к этому толстяку искреннюю привязанность, и тот, кто ему понравится, нравится и мне!
   – А так, без его одобрения, я вам не понравилась? – Флер склонила голову набок, и Сезар с удовольствием отметил, что девушка словно ожила.
   – Ха! Вот вы тоже ехидством блещете. Смейтесь, смейтесь над стариком! Понравились, конечно же, что тут скрывать. И мне смертельно жаль, что виконт вас увозит.
   Флер взглянула на Сезара:
   – Мы уезжаем?
   – Да, пора. Но не волнуйтесь, вы наверняка еще встретитесь. Если Эжену понравилась хорошенькая женщина, он ее не отпустит.
   – Свойство натуры, – кивнул Видок и чрезвычайно этим высказыванием Флер развеселил. Она встала, держа на руках утробно мурлыкавшего кота, и протянула Озорника хозяину.
   – Вот. Возможно, его хорошее настроение вас утешит.
   – Как вы внимательны, мадам!
   Они долго прощались, затем Флер и виконт возвратились в карету, которая неторопливо покатила обратно в Париж. Несколько минут спутники молчали, а затем Флер произнесла задумчиво:
   – Он вовсе не такой, каковым я его представляла. Он женат?
   – Был, дважды. Видок – страшный ловелас, и периодически в его жизни случалась настоящая любовь. Так и есть, баловень Фортуны. Он часто влюблялся, причем предпочитал актрис и модисток, чьи притязания не были очень обременительны. Но в брак он вступил не рано, в сорок пять. Женился на Жанне-Виктуар Герен, вдове. Четыре года спустя она умерла. Следующая его избранница, кузина Флерид-Альбертин Манье, стала его настоящим помощником и другом. Она покинула сей мир некоторое время назад.
   – О! – расстроенно произнесла Флер. – Наверное, он очень скучает по ней.
   – Да, хотя и старается этого не показывать. Но я его знаю, он не меняется. Иногда он поговаривает, что мог бы стать Клебером или Мюратом, добиться маршальского жезла, но слишком любит женщин и дуэли.
   – А как вы с ним познакомились?
   – Волею случая. История это занимательная, но я расскажу вам ее как-нибудь в другой раз, сегодня вы и так наслушались. Достаточно того, что мы знаем друг друга вот уже несколько лет, и он был столь милостив ко мне, что сделал меня кем-то вроде ученика. Мы никогда об этом прямо не говорили, но Видок очень много рассказывал, а я не упустил случая научиться.
   Флер глядела на Сезара очень внимательно; после паузы она спросила:
   – И теперь вы работаете на полицию, да?
   Виконт приподнял брови.
   – С чего вы так решили?
   – Должны же вы как-то применять ваши знания.
   – Это исключительно моя инициатива. Иногда меня влекут загадочные истории, которые полиция не в силах расщелкать; во время одной из них я, кстати, со Шрамом и познакомился. На Кэ д’Орфевр меня сильно не любят, хотя и знают. Там Видок – по-прежнему легенда, и сообразительные инспектора иногда обращаются к нему за консультацией. Хоть он и обижен на власти и не сотрудничает больше с ними – пенсия у него маленькая, да и ту пришлось выбивать, – иногда он снисходит и помогает.
   – И он поможет нам?
   – А что вы думаете обо всем этом, Флер?
   Сезар дал ей время поразмыслить; наконец, вдова произнесла:
   – Все это очень странно. Я не ожидала этого. Я никак не могу понять, что произошло. Да, вы познакомили меня с живой легендой, и я так рада этому. С тех пор, как вы появились в моей жизни, я узнала стольких удивительных людей, – выговорила она, порозовев. Сезару это очень понравилось. – Но Видок… Он потрясает. И между тем, меня не оставляет мысль – он ведь не чист перед законом, он… – Флер запнулась.
   – Позвольте, я объясню вам, – мягко сказал виконт. – Видок – тот редкий человек, который, как вы сказали, перед законом чист не был, но с которого, тем не менее, следует брать пример. Разве вы не увидели в нем той жизни, о которой мы говорили с вами? Той свободы, о которой мечтаете? Несмотря на то, что он часто шел против закона, он жил каждое мгновение своей жизни – и продолжает это делать. Вас создает не только то, что вы однажды совершили, но то, как вы врастили это в вашу душу, как приняли, как этим воспользовались. Нельзя прожить всю жизнь ангелом и не запятнать крылья. Не таким людям, как Видок, как я… как вы. Вчера я убил троих человек, защищая вашу жизнь и свою; вы убили, защищая вашу жизнь. В чем же разница, скажите! И неужели вы никогда не сможете признать то, что совершили ошибку, научиться на ней чему-то новому и идти дальше – наученной, но не сломленной?
   Слушая его, Флер прижала ладонь к губам. Когда Сезар остановился, она медленно сказала:
   – Это то, что я чувствовала, но не могла выразить словами. Вы правы. О, как вы правы! Я слишком уж поддалась своему страху и из-за этого попала в неприятную историю, куда теперь впутаны и вы, и Жиффар, и Бог знает кто еще! О, я бы хотела все исправить. Я… постараюсь все исправить.
   – Вполне достаточно того, что вы будете осторожной. Пожалуйста, никуда не выходите в ближайшие дни, и если что-то случится, немедленно посылайте за мной.
   Сезар откинулся на спинку сиденья, весьма довольный произошедшим. Его не покидало чувство глубокой удовлетворенности, как будто он сделал едва ли не самую важную вещь в своей жизни. Флер же пребывала в задумчивости и до конца поездки больше не проронила ни слова.

   Виконт подождал, пока Флер зайдет в дом, и велел кучеру уезжать; карета скрылась за углом.
   Теперь особняк больше не казался госпоже де Виньоль мрачным, ибо все изменилось. Изменилось благодаря виконту де Моро, Сезару, который сумел непостижимым образом распознать, что именно ее тревожит, и помочь это разрешить. Флер еще о многом требовалось подумать, однако она уже ощущала себя освобожденной. Страх покинул ее. Виконту, по всей видимости, можно доверять, он желает ей добра. Он обязательно разберется в этой запутанной истории, а потом… Дальше Флер старалась не загадывать.
   Легко улыбаясь, она вошла в дом, отдала подоспевшему Ксавье шляпу и перчатки и только тут заметила, что вид у слуги странный.
   – Что-то случилось, Ксавье? Почему вы так смотрите?
   – Там в гостиной человек, моя госпожа. Посетитель.
   – Я же велела никого не впускать.
   – Он вошел с черного хода. Сказал, что он ваш старинный знакомый и вы будете рады его видеть. Он так нас убеждал, что я его впустил.
   Милый растерянный Ксавье! Флер глубоко вздохнула.
   – Хорошо. Я выясню, кто это, и, может, позвоню, чтобы нам подали чай.
   – Да, мадам.
   Флер решительно зашагала к гостиной. Заряд бодрости, полученный сегодня утром, заставлял ее злиться и действовать решительно. Кто это мог заявиться к ней в такой час? Да еще с черного хода? Если это какие-нибудь штучки виконта…
   Она распахнула дверь да так и застыла на месте, словно громом пораженная, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Человек, стоявший у камина, медленно обернулся. Иногда его лицо возвращалось к ней в кошмарах, и Флер верила, что только в кошмарах оно и вернется. Потому что в реальности такого просто не могло быть.
   Потому что этот человек умер.
   Это был ее муж.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация