А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Предсказание" (страница 20)

   Глава 29

   Чтобы увеличить расстояние между нами и стрелком, не оставалось ничего другого, как катиться по склону. Двигатель, работающий на холостых оборотах, и моя нога на педали тормоза не позволяли «Эксплореру» набрать слишком большую скорость.
   Разорвавшаяся цепь слетела с колеса. Остальные пока держались. Я слышал только шум работающего двигателя да шуршание снега о днище автомобиля.
   Вдоль этого участка дороги рос старый лес. Кроны огромных деревьев сплетались, образуя сплошной покров, поэтому снега на земле было совсем немного, дюймов двенадцать, а кое-где еще меньше. Соответственно, в таких лесах до земли доходило мало солнечного света, так что подлеска практически не было, а нижние ветви находились гораздо выше крыши «Эксплорера».
   И расстояние между деревьями было куда больше, чем в молодом лесу, где соседи еще конкурировали друг с другом за место под солнцем. Здесь огромные старожилы забирали себе весь солнечный свет, так что молодые деревца, если им и удавалось вылезти из земли, тут же чахли и погибали.
   Прямые толстые стволы высоченных сосен напоминали мне колонны, поддерживающие потолок кафедрального собора, хотя этот кафедральный собор никоим образом не согревал душу, не говоря уже о теле.
   Держа скорость под контролем, я мог лавировать между деревьями, и при удаче мы могли целыми и невредимыми добраться до самого дна долины. Там я собирался повернуть на север или на юг, в надежде найти дорогу, проложенную службой охраны лесов, и уж по ней выбраться к цивилизации.
   Мы не смогли бы подняться по склону, по которому сейчас спускались. Внедорожник с приводом на четыре колеса справился бы со снегом и неровностями почвы, но большой угол наклона рано или поздно заставился бы нас признать свое поражение, частично и потому, что достаточно большая высота над уровнем моря оставляла двигатель на голодном кислородном пайке.
   Наша надежда на спасение и выживание зависела от одного и единственного: сумеем ли мы достигнуть дна долины целыми и невредимыми. Пока «Эксплорер» оставался на ходу, мы четко знали, что еще не все потеряно.
   Я так и не научился кататься на лыжах, но в сложившейся ситуации мне пришлось применять навыки слаломиста. Я вел «Эксплорер» зигзагом по лабиринту деревьев. Не решался резко выворачивать, как делает лыжник, объезжая очередной флажок, понимая, что при этом можно перевернуть внедорожник. Оптимальным вариантом были широкие дуги, но при этом решения приходилось принимать быстро, потому что на пути попадались все новые и новые препятствия. Причем решения эти касались не только текущего маневра, но и последующего.
   На поверку спуститься по незнакомому склону оказалось сложнее, чем приготовить заварной крем требуемой консистенции.
   – Джимми, валуны!
   – Я их вижу.
   – Упавший ствол!
   – Объезжаю слева.
   – Деревья!
   – Да, да.
   – Зазор слишком узкий!
   – Проскочим.
   И мы проскочили.
   – Класс, – похвалила она.
   – Только я надул в штаны.
   – Где ты так научился водить машину?
   – Насмотрелся фильмов со Стивом Маккуином[44].
   Я не мог контролировать спуск, направив «эксплорер» параллельно дороге, потому что местами склон становился более крутым, и наш внедорожник просто не удержался бы на четырех колесах и повалился бы набок. Но меня утешало, что автомобиль едет не сам по себе, а послушен движениям моих рук и ног.
   Если бы мы разбили «Эксплорер», нам бы пришлось покинуть машину, и тогда мы попали бы в безвыходную ситуацию.
   Учитывая состояние Лорри, она не смогла бы далеко уйти, даже по ровной дороге. И потом, она была не в сапогах, а в кроссовках.
   Наши куртки обеспечивали защиту от снега, но явно недостаточную от холода, потому что оделись мы не для пешей прогулки. В кармане моей куртки лежали тонкие кожаные перчатки. У нее перчаток не было вовсе.
   Температура превышала нулевую не больше чем на двадцать градусов[45]. Когда спасатели нашли бы нас (при условии, что это удалось бы им до наступления весны), мы бы превратились в глыбы льда.
   – Джимми, скалы!
   – Это точно.
   Я обогнул каменные выступы.
   – Низина! – предупредила она.
   Лорри никогда не ездит на заднем сиденье. Постоянно берет на себя обязанности штурмана. Возможно, руководя моими действиями за рулем, вспоминает то время, когда была инструктором танцев и учила желающих шагам фокстрота.
   Низина оказалась шириной футов в двадцать, глубиной – в шесть. Мы пересекли ее без потерь, разве что царапнули днищем о землю, когда выбирались из нее на другой стороне, зато потом чудом избежали лобового столкновения со стволом сосны. Отделались всего лишь оторванным зеркалом заднего обзора со стороны пассажирского сиденья.
   «Эксплорер» прыгал по неровной земле, мечущиеся лучи фар вызывали к жизни странные тени, которые я иной раз принимал за реальные предметы. Все это не облегчало мне жизнь.
   – Олень! – воскликнула Лорри.
   Семь белохвостых оленей стояли у нас на пути, все взрослые особи, в это время года оленят не бывает. Вожак, здоровенный самец с великолепными рогами, застыл, глядя на нас, с высоко поднятой головой, его ярко-желтые глаза цветом напоминали отражающий свет пластик, полоски которого устанавливали на разделительной разметке.
   Я собирался повернуть налево, объехать их по широкой дуге, и уже увидел проход между деревьями позади стада.
   Но едва я начал поворачивать, старый вожак вышел из ступора. Со всех копыт помчался на нас, а самки, само собой, тут же последовали за ним.
   Я не мог резко взять вправо, чтобы избежать столкновения. Когда я надавил на педаль тормоза, колеса «Эксплорера» врылись в снег, нашли подстилку из опавших иголок и шишек, и их сцепление с поверхностью значительно улучшилось. Автомобиль притормозил, но в следующее мгновение оказался на льду. С заблокированными колесами мы заскользили навстречу стаду.
   Олени были прекрасны, грациозны. Казалось, они летят над землей, не прикасаясь к ней копытами, словно призраки во сне.
   Я очень надеялся, что столкновения не будет, и не потому, что мне ужасно не хотелось стать причиной гибели хотя бы одного из них. Просто весили они сотни фунтов, и при столкновении с «Эксплорером» могли сильно его повредить.
   И произошло невероятное: мы разминулись. Создалось ощущение, будто «Эксплорер» и стадо находились в разных реальностях. Мы словно прошли друг сквозь друга. Мгновение, и испуганное стадо осталось позади. Как мне показалось, их бока отделяли от бортов нашего автомобиля считаные дюймы.
   Хотя олени убежали, колеса оставались заблокированными. Я не мог управлять «Эксплорером» ни вращая руль, ни нажимая на педаль тормоза.
   Спуск стал неконтролируемым, мы скользили по льду, прикрытому лишь тонким слоем снега. Лед трещал, наша скорость увеличивалась.
   И прямо перед собой в свете фар я видел ствол свалившегося дерева, который перегораживал нам дорогу. Дерево это упало так давно, что иголок уже не осталось, как и маленьких ветвей. Я видел лишь ствол диаметром в четыре фута, покрытый мхом и лишайниками.
   Лорри тоже увидела ствол, но не вскрикнула, приготовилась к неминуемому столкновению.
   Мы врезались в ствол передним бампером. Удар не пошел «Эксплореру» на пользу, но оказался не таким уж и сильным, как я ожидал. Нас приподняло с сидений, ремни безопасности прошли еще одну проверку на прочность, но, пожалуй, наверху, когда мы врезались в сугроб, нас бросало вперед с большей силой.
   Упавшее дерево изнутри основательно подъели черви и жучки, так что от сердцевины, прячущейся под корой, осталась одна труха.
   Столкновение не превратило «Эксплорер» в груду искореженного железа. Слои коры наматывались на переднюю ось, ошметки барабанили по днищу, падали под колеса, замедляя нашу скорость.
   При этом нас начало разворачивать. Рулевое колесо ничем помочь не могло. Вертелось в моих руках, никак не влияя на траекторию нашего движения. Нас развернуло на сто восемьдесят градусов, и теперь фары освещали уже проделанный нами путь. Потом нас потащило вниз, задним бортом вперед, в лощину. Случилось то, чего я так боялся, что могло произойти на самом верху, если бы «Хаммеру» удалось столкнуть нас с дороги.

   Глава 30

   К счастью, скользили мы не так долго, чтобы вновь набрать приличную скорость. Очень скоро левая часть заднего бампера стукнула о дерево, нас чуть развернуло, и теперь уже правая часть заднего бампера нашла соседнее дерево. По инерции «Эксплорер» чуть втиснуло между деревьями, заскрипел металл, и мы остановились.
   – Отличная работа, – сухо прокомментировала Лорри.
   – Ты в порядке?
   – Беременная.
   – Схватки?
   – Терпеть можно.
   – Все еще нерегулярные?
   Она кивнула.
   – Слава богу.
   Я выключил фары. Идти по оставленному нами следу не составляло труда, но я не видел смысла в том, чтобы облегчать поиски нашему таинственному врагу.
   Здесь, под кронами сосен, царила кромешная тьма. Хотя мы спустились на какие-то четыреста ярдов, создавалось ощущение, что мы на глубине тысяч фатомов[46] от уровня шоссе, и нет никакой надежды на то, что нам удастся выбраться на поверхность и вновь увидеть небо.
   Потом я заглушил двигатель, пусть не чувствовал запаха бензина, из чего следовало, что ни бак, ни топливные магистрали не пробиты, и понимал, что в кабине должно быть тепло. По шуму работающего двигателя стрелок мог найти нас с той же легкостью, что и по включенным фарам.
   Я хотел, чтобы он сам при спуске воспользовался фонарем и обнаружил свое местоположение.
   Ему не оставалось ничего другого, как спускаться на своих двоих. Если бы решился съехать вниз, даже «Хаммеру», возможно, не удалось бы забраться на этот склон. Во всяком случае, в разреженном воздухе среднегорья. Он бы не пошел на такой риск.
   – Закрой за мной дверцы, – сказал я.
   – Куда ты идешь?
   – Хочу его удивить.
   – Нет. Давай убежим.
   – Ты не сможешь.
   На ее лице отразилась печаль.
   – Это ужасно.
   Моя ободряющая улыбка определенно не удалась.
   – Должен идти.
   – Люблю тебя.
   – Гораздо больше мангового заварного крема, – ответил я.
   Когда я выходил из машины, под потолком зажглась маленькая лампочка-предательница, но потухла, едва я без лишнего шума захлопнул дверцу.
   Лорри нажала на консоли кнопку центрального замка, заблокировав все дверцы.
   Я задержался на короткое время, чтобы убедиться, что деревья удержат «Эксплорер» от дальнейшего спуска. Действительно, они так сильно обжали борта, что протиснуться между огромными стволами и покатиться дальше внедорожник никак не мог.
   Темноту я воспринимал не просто как отсутствие света, а некоей субстанцией, которую мог пощупать. Причину, полагаю, следовало искать во влажности, холоде, но, прежде всего, в моем страхе.
   Затаив дыхание, я прислушался, но до моих ушей донесся только посвист ветра в кронах деревьев да пощелкивания и потрескивания охлаждающегося двигателя. Ни один звук не говорил о приближении врага.
   Стрелок мог все еще стоять на обочине Хоксбилл-роуд, обдумывая следующий шаг. Но я подозревал, что он относится к людям, которые предпочитают действовать быстро, а не просчитывать альтернативные варианты.
   Я тоже не стал гадать, кто он такой и каковы причины его столь агрессивного поведения. Если бы он меня убил, не имело значения, правильные ответы я нашел на поставленные вопросы или нет. Если бы мне удалось взять верх, он бы сам все рассказал. В любом случае терять время на поиск этих самых ответов смысла не было.
   Оставив Лорри в запертом автомобиле, я вроде бы бросал ее на произвол судьбы, но, с другой стороны, оставаясь рядом с ней, я терял надежду спасти ее и нашего ребенка.
   Постепенно мои глаза привыкали к темноте, но я не мог ждать, оставаясь у автомобиля, пока привыкнут окончательно.
   Лес расставил множество ловушек для непрошеного гостя. Корочка затвердевшего снега особых проблем не доставляла, а вот лепешки слипшихся сосновых иголок и шишек выскальзывали из-под ног, так что удержать равновесие было нелегко.
   Стоя на вершине склона, стрелок мог разглядеть только черную массу леса. Я знал, что он не мог увидеть, как я иду на юг, поперек склона, тем не менее очень живо представил себе свое лицо в перекрестье оптического прицела.
   Под кронами сосен снежный покров сильно разнился: где-то его толщина составляла два-три дюйма, в других местах доходила до фута, хватало и участков голой земли. Когда мое ночное зрение улучшилось, поднимающийся к дороге склон показался мне одеялом из разных по форме и размерам белых и черных лоскутов.
   Я быстро понял, как передвигаться с большей скоростью, но вот с бесшумностью ничего не получалось.
   Каждые несколько шагов я останавливался и прислушивался в попытке определить местоположение стрелка. Но слышал только шум ветра в кронах деревьев и еще какой-то тревожащий, непонятный, словно идущий от земли, гудящий звук, возможно эхо от шума ветра.
   Пройдя примерно сорок футов, я повернул на восток и начал подниматься по склону параллельно следу, оставленному «Эксплорером» при спуске. Я пригибался к земле, хватался за выступающие камни и корни, напоминая в этом обезьяну, но без присущей обезьянам ловкости.
   Я полагал, что преодолею две трети подъема, прежде чем замечу спускающегося стрелка. Потом намеревался дождаться, пока он пройдет мимо, и двинуться следом, чтобы в какой-то момент застать врасплох и броситься на него.
   План был, конечно, совершенно безумным. Я же не был Джеймсом Бондом. И даже Максвеллом Смартом[47]. Я предпочитал месить тесто, а не разбивать головы, пускать в ход миксер, а не автомат.
   Но ничего менее безумного я придумать не мог, а потому продолжал подниматься по склону.
   Руки начали замерзать. Тонкие перчатки, которые лежали в кармане куртки, могли бы послужить хоть какой-то защитой от холода, но снизили бы гибкость и чувствительность кистей, поэтому я предпочитал подносить руки ко рту и отогревать их дыханием.
   Помимо того, что мерзли руки, появилась боль в ноге, пульсирующая боль, совсем как зубная. В теплую погоду я никогда не чувствовал металлических аксессуаров, ставших неотъемлемым придатком костей, но иногда зимой мог определить расположение любой пластины или винта.
   Прикинув, что две трети склона остались позади, я остановился, пусть по-прежнему не видел ни ручного фонарика, ни других признаков того, что стрелок спускается мне навстречу. Убедившись, что почва под ногами крепкая, я выпрямился во весь рост, чтобы оглядеть гребень склона в доброй сотне ярдов надо мной.
   Даже если «Хаммер» и стоял вдоль обочины, я не ожидал, что смогу увидеть его, поскольку находился еще достаточно далеко, значительно ниже уровня шоссе. Что я рассчитывал увидеть, так это отсвет фар или габаритных огней, но гребень склона лишь чуть выделялся на сером фоне неба.
   Я не верил, что стрелок уехал. Он приложил слишком много усилий, стремясь добраться до нас, чтобы взять и укатить прочь. А если уж он действительно хотел нас убить, то не мог не проверить, свернули мы себе шеи или нет, скатившись по достаточно крутому, но все-таки проходимому для внедорожника склону.
   Хорошему кондитеру терпение крайне необходимо, но иногда я терял его даже на кухне. И вот теперь, когда я стоял на склоне, ожидая появления нашего врага, меня вдруг накрыла волна раздражения, как бывало, когда я готовил английский крем из яичных желтков, сахара и молока. Для того что приготовить качественный крем, требовалось непрерывно помешивать смесь на низком огне, чтобы желтки не свернулись.
   Мои желтки, образно говоря, начали сворачиваться, когда над головой что-то зашуршало. К ветру это не имело никакого отношения. Нет, что-то тяжелое сорвалось с одной из верхних ветвей.
   В школе я не жаловал историю, древнегреческую или какую-либо еще, и тем не менее, так странно, вдруг подумал об остром, как бритва, мече, подвешенном на волоске над головой Дамокла.
   Посмотрел вверх.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 [20] 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация