А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "До рая подать рукой" (страница 58)

   – Я понимаю.
   – И не прошло тридцати минут, как мне позвонили по этому же делу. Мужчина сказал, что приехал из Калифорнии, чтобы повидаться со мной, поэтому я уверен, что он из ваших, – голос обрел прежний тембр. На этот раз Тилроу не лгал. – Мы договорились о встрече.
   – Очень хорошо, мистер Тилроу. Я уверена, что вы слышали о «Парамаунт пикчерс», не так ли?
   – Одна из крупнейших студий.
   – Естественно. Меня зовут Джанет Хичкок. Я не родственница, но одна из менеджеров «Парамаунт пикчерс».
   Если о встрече с Тилроу договаривался именно Мэддок, она надеялась, что таким образом из разговора с толстяком доктор Дум не поймет, кто побывал на ферме до него. Теперь Тилроу расскажет ему не о безымянной красавице, приехавшей на старом, запыленном «Камаро», а о Джанет Хичкок из «Парамаунт пикчерс».
   – Приятно было познакомиться с вами, мисс Хичкок.
   Он протянул руку, и Микки пожала ее, прежде чем успела подумать, где эта рука могла побывать за несколько минут до этого.
   – Я позвоню вам завтра. А во второй половине дня мы встретимся вновь.
   Хотя Тилроу являл собой карикатуру на человека, хотя пытался продать воздух, хотя мог представлять собой опасность, Микки жалела о том, что солгала ему. От подозрительности в его глазах не осталось и следа, но ее место заняли печаль и жадность. Жалкий и несчастный, он, конечно же, никому и ничем не угрожал.
   В мире слишком много людей, которые с удовольствием добили бы раненого. Ей не хотелось числиться среди них.

   Глава 63

   Кертис сидит в кресле второго пилота припаркованного «Флитвуда», смотрит сквозь ветровое стекло, гадает, рискнут ли монахини показаться на водных лыжах, невзирая на надвигающуюся грозу.
   В Нанз-Лейк он прибыл в субботу, ближе к вечеру, под защитой сестер Спелкенфелтер. Остановились они в кемпинге, который предлагал вид на озеро, пусть и отделенное от дома на колесах деревьями.
   За последние двадцать четыре часа Кертису так и не удалось увидеть монахинь, ни на озере, ни на его берегах. Его это печалит, потому что в кино он видел так много прекрасных, заботливых монахинь… Ингрид Бергман! Одри Хепберн!.. И ни одной живой с момента прибытия в этот мир.
   Близняшки заверили его, что терпение и наблюдательность позволят ему увидеть десятки одетых по всей форме монахинь, катающихся на водных лыжах, закладывающих виражи на гидроциклах, летящих на парапланах. Эти заверения сопровождались таким радостным смехом, что он не сомневается: монахини на отдыхе – одно из самых удивительных зрелищ, которые может предложить эта планета.
   После того как в пятницу вечером в Туин-Фолс Кертис признался, кто он такой, Кэсс и Полли вызвались вступить добровольцами в его королевскую гвардию. Он попытался объяснить, что он не голубых кровей, что он – самая обычная личность, как и они. Ну, пусть и не совсем обычная, поскольку может контролировать свою биологическую структуру и изменять внешность, подстраиваясь под любой организм, имеющий достаточно высокий интеллектуальный уровень, но в остальном такой же, как сестры, разве что у него нет таланта жонглера и его бы парализовало от застенчивости, если б ему пришлось выступать обнаженным на сцене Лас-Вегаса.
   Они, однако, подходят к ситуации с мерками «Звездных войн». Настаивают на том, что видят в нем принцессу Лею, пусть и без внушительной груди и сложной прически. Коробка передач их ощущения чуда включилась, перешла на высокую скорость и понеслась во весь опор. Они говорят, что давно мечтали о таком моменте, что готовы до конца своих дней помогать ему в том благородном деле, ради которого прилетели сюда его мать и ее последователи.
   Он объясняет им свою миссию, и они понимают, что он может сделать для человечества. Он еще не дал им Дар, но скоро даст, и перспектива получения этого Дара приводит их в восторг.
   Поскольку он видел от них только добро и потому, что думает о них как о сестрах, Кертис поначалу не хотел оставаться с ними и тем самым подвергать смертельному риску. После осечки в четверг он во всем до последней мелочи остается Кертисом Хэммондом. Врагам все труднее засечь его, с каждым часом он все больше и больше сливается с местным населением. Однако, даже после того, как он исчезнет с дисплеев биологических сканеров, на что им уже потрачено столько времени и сил, враги, как земные, так и инопланетные, не прекратят его поиски. И если он попадет в руки худшим выродкам, тех, кто будет с ним связан, к примеру, Кэсс и Полли, убьют столь же безжалостно, как его самого.
   За шесть безумных дней, проведенных на Земле, он повзрослел. Понесенные им ужасные утраты и изоляция от ему подобных подвели его к пониманию, что он должен не просто выжить, не просто надеяться выполнить миссию матери, но не терять время и браться за работу. Браться за работу. А для этого ему нужна мощная поддержка круга друзей, надежные, преданные люди, с добрыми сердцами, острым умом, храбрые и решительные. И пусть его пугает взятая на себя ответственность за жизни других, у него нет выбора, если он хочет доказать себе, что он – достойный сын своей матери.
   За изменение мира, которое мальчик должен провести, чтобы спасти его, надо платить. Иногда цена очень высока.
   Если он намерен собрать команду, которая будет осуществлять это изменение, Кэсс и Полли – идеальные кандидаты. В доброте их сердец сомнений нет, так же как в быстроте ума, а храбрости и решительности у них двоих не меньше, чем у взвода морских пехотинцев. Более того, годы, проведенные в Голливуде, стали для сестер прекрасной школой выживания и побудили овладеть всеми видами оружия. Свои навыки они уже продемонстрировали в деле.
   Они привезли Кертиса в Нанз-Лейк, потому что все равно собирались приехать сюда, даже если бы его не встретили. Это была их следующая остановка в экскурсии по местам появления инопланетян. На ферму Ниари они заглянули только потому, что государство блокировало чуть ли не всю Неваду под предлогом поиска наркобаронов, хотя все здравомыслящие люди понимали, что ищут, конечно же, пришельцев с других планет.
   Да и после яростной схватки у магазина на перекрестке федеральных дорог они решили, что Туин-Фолс находится слишком близко от границы Невады, и сочли целесообразным уехать куда-нибудь подальше.
   А сейчас, когда после дня заслуженного отдыха близняшки сидят за обеденным столом, изучают карты и намечают дальнейший маршрут, Кертис смотрит на озеро в надежде увидеть на нем монахинь. И при этом строит такие грандиозные планы кампании по изменению мира, что его десятилетний мозг, пусть и не раз органически увеличенный по настоянию его любимой мамочки, грозит взорваться.
   Но, даже если составляются планы по спасению мира, собаки должны справлять малую нужду. Желтый Бок дает об этом знать, скребя лапой по двери и заглядывая в глаза ставшему ей братом.
   Когда Кертис идет к двери, чтобы выпустить собаку, Полли поднимается из-за стола и просит мальчика остаться в доме на колесах, где агентам империи зла сложнее засечь его своими сканерами.
   Он уже говорил им, что нет империи, которая с ним воюет. Ситуация в чем-то гораздо проще, а в чем-то гораздо сложнее стандартных политических схем. Близняшки тем не менее придерживаются мерок «Звездных войн», возможно надеясь, что Хэн Соло и Вуки скоро подъедут на своем «Эйрстриме», чтобы они все смогли оттянуться на полную катушку.
   – Я ее выведу, – предлагает Полли.
   – С ней идти не надо, – объясняет Кертис. – Она вроде бы будет одна, но душой я останусь с ней.
   – Телепатический канал, – кивает Полли.
   – Да. Я могу осматривать кемпинг глазами моей сестры.
   – Прямо-таки по Арту Беллу! – восклицает Полли, упоминая ведущего радиошоу, которое посвящено сообщениям о появлении НЛО и историям контактов с пришельцами. Голос ее вибрирует от восторга.
   Желтый Бок выпрыгивает из «Флитвуда» на землю, сестры вновь склоняются над картами, Кертис возвращается в кресло второго пилота.
   Его связь со ставшей ему сестрой постоянная, действует двадцать четыре часа в сутки, независимо от того, сосредоточивается он на ней или нет. Сейчас он сосредоточивается.
   Кабина «Флитвуда», деревья за ветровым стеклом, озеро без монахинь, лежащее за деревьями, уходят из фокуса, Кертис одновременно и внутри «Флитвуда», и бежит по земле вместе с Желтым Боком.
   Ставшая ему сестрой опорожняет мочевой пузырь, но не сразу и не в одном месте. Бежит мимо домов на колесах, кемперов и прицепов, радостно обследует новую территорию, и, если где-то ей особенно нравится, она метит это место приседанием и маленькой лужицей.
   Жаркий воздух становится прохладнее по мере того, как облака накатываются с запада, переваливая через горы. Но горы на востоке им не по плечу, вот они и скапливаются над озером, чернея на глазах.
   День пахнет сосновыми иглами, строевым лесом и близким дождем.
   При этом воздух словно застыл в ожидании первого грома и молнии, с которых и начнется жуткая гроза.
   По всему кемпингу отдыхающие готовятся к природному катаклизму. Мужчины снимают парусиновые навесы. Женщины складывают пластиковую мебель и заносят ее под крышу. Какой-то мужчина возвращается с озера. С ним двое ребятишек. Все в плавках и несут пляжные игрушки. Люди собирают журналы, книги, одеяла, все, что не должно мокнуть под дождем.
   Желтый Бок получает полагающуюся ей порцию комплиментов, всякий раз отвечая на них собачьей улыбкой и вилянием хвоста, но комплименты не отвлекают от занятия, которое очень ей нравится: изучения незнакомой территории. Мир – это бескрайнее море запахов, и каждый таит в себе то ли сладостное воспоминание, то ли загадку, то ли чудесное открытие.
   Любопытство и постепенное опорожнение мочевого пузыря ведут Желтый Бок через лабиринт рекреационных автомобилей[108], деревьев и столиков для пикников к огромному дому на колесах, который высится, словно джагернаут, готовый смести все, что встанет у него на пути. Даже внушительный «Флитвуд америкэн херитидж» близняшек рядом с этим бегемотом превращается в карлика.
   Ставшую ему сестрой тянет к этому монстру, похоже построенному для Зевса, не из-за его габаритов или грозного вида, но потому, что идущие от него запахи одновременно завораживают и пугают ее. Она приближается очень осторожно, обнюхивает покрышки, писает в тени у борта, наконец подходит к закрытой двери и начинает более активно принюхиваться.
   В кресле второго пилота «Флитвуда», физически разделенный с Желтым Боком, Кертис тем не менее обеспокоен чувством опасности. Его первая мысль – этот джагернаут так же, как тот «Корветт», припаркованный за магазином на перекрестке дорог, на самом деле что-то иное, транспортное средство не из этого мира.
   Тогда собаку иллюзия не обманула, она сумела увидеть то, что скрывалось за видимостью. Здесь, однако, Желтый Бок видит то же, что и все… и ее это, безусловно, удивляет.
   У двери дома на колесах один резкий запах несет в себе горечь, тогда как другой – гниль. Не горечь кассии или хинина – горечь отчаявшейся души. Запах не разлагающейся плоти, но души, разложившейся в живом теле. Для собаки каждое человеческое тело испускает феромоны, которые многое рассказывают о состоянии души, в этом теле пребывающей. Есть еще какой-то кислый привкус, не лимона или скисшего молока, но страха, который так давно выдерживался и очищался, что ставшая ему сестрой скулит, сочувствуя сердцу, живущему в постоянной тревоге.
   Но у нее нет ни грана сочувствия к злобному чудовищу, чье зловоние забивает все остальные запахи. Кто-то из живущих в этом доме на колесах – серный вулкан подавляемой ярости, дымящаяся клоака ненависти, такой густой и черной, что даже в отсутствие этого чудовища оставленные им следы обжигают чувствительный нос собаки, словно токсичные пары. Если смерть действительно ходит по этому миру в человеческом обличье, в черном одеянии с капюшоном и косой в руке или без оных, ее феромоны не могут быть отвратительнее. Собака чихает, чтобы очистить ноздри от мерзкого запаха, негромко рычит и отходит от двери.
   Желтый Бок чихает еще дважды, обегая огромный дом на колесах спереди, где, следуя команде Кертиса, смотрит на панорамное ветровое стекло и видит, а вместе с ней и он, не гоблина, не призрака, а миловидную девочку девяти или десяти лет. Девочка эта стоит позади кресла водителя, опершись на спинку, наклонившись вперед, смотрит на озеро и быстро темнеющее небо, должно быть пытаясь понять, когда засверкают молнии, загрохочет гром и польется дождь.
   Именно ее горькое отчаяние и кислый запах давно сдерживаемого страха стали одной из причин, побудившей ставшую ему сестрой обследовать этот зловещий дом на колесах.
   Конечно же, девочка – не источник зловония, по которому собака определяет сгнившую душу. Она слишком молода, чтобы позволить червям полностью сожрать свою душу.
   Не может она быть и чудовищем, чье сердце полно ярости, у которого вместо крови по жилам течет ненависть.
   Она замечает ставшую ему сестрой и смотрит вниз. Собака высоко задирает голову, иначе с двух футов, отделяющих ее от земли, девочки ей не увидеть. Кертис, невидимый девочке, по-прежнему находящийся во «Флитвуде», незримо присутствует у панорамного ветрового стекла.
   Виляющий хвост собаки без слов поясняет оценку, которую она дает незнакомке.
   Девочка светится изнутри.
   В доме на колесах, судя по всему, ее доме, она чувствует себя потерянной. Более того, она больше похожа на призрак, чем на девочку из плоти и крови, словно панорамное ветровое стекло разделяет землю живых и царство мертвых.
   Светящаяся девочка отворачивается и уходит в глубь дома на колесах, растворяясь в царящем там мраке.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 [58] 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация