А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "До рая подать рукой" (страница 23)

   Глава 26

   На вершине склона собака и мальчик, одна шумно дыша, другой жадно хватая ртом воздух, останавливаются и поворачиваются, чтобы посмотреть на автостраду, которая находится в трети мили к югу.
   Если бы Кертис только что съел тарелку грязи на обед, язык у него не был бы более шершавым, чем сейчас, да и пыль на зубах скрипела бы точно так же. Не хватало слюны, чтобы избавиться от неприятного солоноватого привкуса во рту. Какое-то время он жил на границе пустыни, более страшной, чем эта, и знает, сколь изнурительно бегать в таких условиях, при двадцатипроцентной влажности воздуха, даже после захода солнца. Они и пробежали совсем ничего, а он уже еле держится на ногах.
   Внизу, на дне черной долины, змея из остановившихся автомобилей вытянулась на полмили и продолжает удлиняться, поблескивая ярким светом фар и рубинами задних фонарей. С высоты он видит и блокпост на юго-западе. Патрульные автомобили перегородили две крайних полосы движения, оставив свободной лишь среднюю. Через это узкое ушко и должны просочиться автомобили со всех трех полос.
   К северу от автострады, около блокпоста, в открытом поле стоит большой, бронированный и, возможно, оснащенный вооружением вертолет. Лопасти не вращаются, но двигатели, должно быть, работают, потому что в кабине пилотов и салоне горит свет. Большой люк в фюзеляже открыт, и подсветки хватает, чтобы различить людей, стоящих рядом с вертолетом. Правда, с такого расстояния невозможно разобрать, полицейские это или суотовцы.
   Рычанием Желтый Бок отвлекает внимание Кертиса от происходящего на западе с тем, чтобы он увидел, что творится на востоке.
   Два больших внедорожника, модифицированные для полицейский нужд, съезжают с автострады. На крыше перемигиваются красные и синие «маячки», но сирены молчат. Они спускаются по пологому откосу и движутся на запад по пустыне, объезжая остановившиеся автомобили.
   Кертис предполагает, что они проследуют мимо него, к блокпосту. Вместо этого они останавливаются около группы людей, которые, похоже, ждут их на откосе, примерно в том месте, где он и собака покинули автостраду.
   Маленькие фигурки он заметил только сейчас. Восемь или десять водителей спустились по насыпи. У троих фонари, которыми они машут, привлекая внимание сидящих во внедорожниках.
   Чуть повыше этой группы, на обочине, западнее «Уиндчейзера», принадлежащего маньякам, коллекционирующим зубы своих жертв, собралась толпа побольше, человек тридцать или сорок. Все наблюдают за происходящим внизу.
   Возможно, другие водители, основываясь на словах Кертиса, брошенных человеку с посеревшим лицом, обыскали «Уиндчейзер». Обнаружили жуткие сувениры, о которых говорил Кертис, и задержали престарелых киллеров с тем, чтобы передать их в руки правосудия.
   А может быть, и нет.
   С блокпоста, через водителей, могло распространиться сообщение о том, что полиция ищет мальчика с собакой. А какой-нибудь водитель, скажем, веснушчатый парень с копной рыжих волос и в одной сандалии или пенсионеры-убийцы из «Уиндчейзера», воспользовался сотовым телефоном или встроенным в автомобиль компьютером и поставил в известность компетентные органы, что указанная парочка несколько минут тому назад устроила представление на автостраде, после чего скрылась в пустыне, взяв курс на север.
   На склоне все три фонаря указывают на север. На Кертиса.
   Фонари не могут его осветить, расстояние слишком велико. Луны нет, и пусть он стоит на гребне, небо слишком темное, чтобы силуэт мальчика выделялся на его фоне.
   Тем не менее он пригибается, когда водители нацеливают на него фонари, чтобы сравняться ростом с островками полыни, которой вокруг хватает. Он кладет руку на шею собаки. Оба ждут.
   Масштаб событий и скорость, с которой они развиваются, не позволяют силе воли оказывать на происходящее хоть какое-то влияние. Однако Кертису очень уж хочется, чтобы агенты правоохранительных ведомств, приехавшие на внедорожниках, прекратили общение с водителями и проследовали на запад, вдоль насыпи, к блокпосту, до самого вертолета. Эта картина, как живая, возникает перед его мысленным взором, он этого хочет, хочет, хочет.
   Будь желания рыбами, не потребовались бы ни крючки, ни леска, ни удилище, ни терпение. Но желания – всего лишь желания, плавающие только в водах разума, и вот один из внедорожников, взревев мотором, поворачивает на север, проезжает футов двадцать в глубь пустыни и останавливается, передним бампером к Кертису.
   Его фары мощностью значительно превосходят ручные фонари водителей. Они освещают половину расстояния, разделяющего внедорожник и Кертиса, в том числе и часть холма, на который взобрались мальчик и Желтый Бок, но только половину.
   Внезапно на крыше внедорожника вспыхивает прожектор, такой мощный, такой сфокусированный, что его луч напоминает лезвие ножа. Установленный на вращающемся основании, луч-нож движется, но выхватывает из темноты лишь островки полыни, скрюченные кусты да иссушенную солнцем траву. От скал словно летят искры, когда яркий свет отражается от вкраплений слюды.
   Второй внедорожник проезжает сотню ярдов к западу и тоже поворачивает на север. И на его крыше, меж перемигивающихся синих и красных «маячков», вспыхивает прожектор.
   Параллельно друг другу оба внедорожника движутся на север, к Кертису. Движутся медленно, заливая пустыню светом, в надежде обнаружить примятую траву или след в том месте, где каменистая почва сменяется мягким песком.
   Скорее раньше, чем позже, они наверняка найдут то, что ищут, и тогда резко увеличат скорость.
   Агенты на внедорожниках принадлежат к одному или другому правоохранительному ведомству и наверняка те, за кого себя выдают. Но всегда имеется возможность того, что они – из легиона безжалостных киллеров, которые вырезали семью Кертиса в Колорадо и теперь преследуют его самого.
   Прежде чем и без того тяжелая ситуация изменится в худшую сторону, мальчик и собака поворачиваются и преодолевают гребень. Впереди земля понижается, сокрытая кромешной тьмой.
   Уступив лидерство Желтому Боку, мальчик следует за собакой, но не так быстро, как ей хотелось бы. Он поскальзывается на гладком сланце и чуть не падает, полынь цепляет его за ноги, он натыкается на низкий кактус и непроизвольно вскрикивает от боли, когда иголки, пронзив правую штанину и джинсы, добираются до лодыжки. И все потому, что он не бежит по следу собаки, иногда отклоняется то вправо, то влево.
   Доверие. Между ними установилась внутренняя связь. Он не сомневается, что она крепнет с каждым днем, даже с каждым часом. Но пока до полного слияния еще далеко, они еще не стали единым целым. И до завершения процесса Кертис не решается полностью положиться на свою спутницу.
   Однако он осознает, что симбиоз может и не получиться, если он откажет Желтому Боку в безоговорочном доверии. Тогда они будут просто мальчиком и его собакой, собакой и ее мальчиком, это все здорово, прекрасно, замечательно, но ступенью ниже того, чего они могут достичь, породнившись душами.
   Выжженная солнцем, превратившаяся в камень земля и поля песчаника внезапно сменяются мягким песком: у них на пути русло пересохшей речки. Более уверенно стоящая на лапах собака мгновенно адаптируется к резкой перемене. Кертис еще не полностью улавливает идущие от нее сигналы, поэтому появление песка под ногами становится для него полной неожиданностью. Перестроиться он не успевает. На первом же шаге ноги утопают по щиколотку, инерция бросает его вперед, он теряет равновесие и падает, ткнувшись лицом в песок, к счастью, успевает закрыть глаза и рот.
   Оставив в песке отпечаток своей физиономии, Кертис поднимается на колени, выдувает песок из носа, протирает губы от силиконового налета, смахивает песчинки с ресниц. Если душа матери рядом, она наверняка смеется, тревожится, сердится.
   Желтый Бок возвращается к нему, Кертис думает, что она предлагает обычное собачье сочувствие, может, даже чуть смеется над ним, но потом понимает, что ее внимание занято другим.
   В безлунной ночи практически ничего не видно, но собака находится достаточно близко, чтобы Кертис понял, что ее интересует гребень холма, через который они совсем недавно перевалили. Вытянув шею, она ловит запахи, недоступные Кертису. Сжимает челюсти, чтобы громко не дышать, уши встают торчком, улавливают беспокоящий ее звук.
   Воздух пульсирует всполохами: внедорожники медленно поднимаются по склону, и движущиеся лучи прожекторов отражаются от светлого песчаника, от участков сланца.
   Хотя Кертис не может навострить уши, Кертису Хэммонду, в отличие от Желтого Бока, подобное недоступно, он следует примеру собаки, задерживает дыхание и прислушивается. Поначалу слышит только урчание двигателей внедорожников… Потом издалека доносится новый звук, слабый, но безошибочный: лопасти вертолета режут воздух пустыни.
   Вертолет, возможно, еще не взлетел, но роторы набирают обороты, дожидаясь, пока люди поднимутся на борт.
   Поднялся вертолет в воздух или нет, но он обязательно прилетит. И скоро. А если сам вертолет не оборудован современным электронным оборудованием для поиска, то у суотовцев или копов оно наверняка есть. Темнота им не помеха. У них специальные приборы, с помощью которых ночью они видят так же хорошо, как днем.
   Доверие. Кертису не остается ничего другого, как полностью довериться собаке. Если им суждено остаться на свободе, то на свободе они останутся вместе. Если суждено выжить или умереть, то они выживут или умрут как единое целое. Его судьба стала ее судьбой, ее неразрывно переплелась с его. Если она ведет его подальше от опасности или к крутому обрыву, будь что будет. Даже падая в пропасть, он будет любить ее, свою будущую сестру.
   Конечно, не помешала бы малая толика лунного света. Но поднявшиеся из-за далеких гор мощные облака заполонили западный сектор неба и продолжают двигаться, стремясь подчинить себе весь небосвод, накрыть землю черным колпаком. Восточный сектор еще поблескивает звездами, но пустыня все глубже погружается в темноту, более черную, чем ночь.
   В голове слышится голос матери: «Если решение надо принимать быстро, если счет идет на доли секунды, колебаться недопустимо. Выплюнь колебания, выдохни их, вырви из сердца и из разума, выбрось, избавься от них. Мы рождены в этой Вселенной не для того, чтобы колебаться. Мы рождены, чтобы надеяться, любить, учиться, познать радость, обрести веру в то, что наша жизнь исполнена смысла… и найти Путь».
   Отбросив колебания, ухватившись за надежду, Кертис сглатывает остатки слюны и готовится к новому броску к свободе.
   «Беги, собачка», – говорит он или только думает.
   Она бежит.
   Без тени сомнений, полный решимости оправдать надежды матери, быть мужественным и бесстрашным, мальчик устремляется за собакой. Будучи Кертисом Хэммондом, он не в силах развить скорость, на которую способен Желтый Бок, но собака бежит медленнее, чем может, чтобы он не отставал, и ведет его на север, в глубь пустыни.
   Он мчится сквозь тьму, вслепую, не без страха, но без малейших колебаний, по песчанику, по песку, по сланцу, между островками полыни и торчащими из земли скалами, зигзагами, уверенно выкидывая вперед ноги, твердо зная, что они коснутся земли где надо, руки его работают, как тяги, соединяющие ведущие колеса паровоза. Часто он видит перед собой собаку, иной раз скорее чувствует, чем видит, случается, что не видит совсем, но она всегда появляется вновь, с каждой минутой, проведенной вместе, их связь становится все мощнее, душа пришивается к душе крепкой нитью безграничного доверия Кертиса.
   В этом необычном забеге сквозь слепящую темноту расстояние и время перестают для него существовать, поэтому он не знает, как далеко позади осталась автострада, но внезапно в окружающей их ночи происходят разительные перемены: только что ее наполняло лишь ощущение опасности, но теперь оно сменилось предчувствием нависшей над ними смертельной угрозы. Сердце Кертиса, бешено стучащее от физической нагрузки, теперь колотится и от страха. В ночь пришла сила, более зловещая, чем полицейские внедорожники и вертолет с суотовцами. Собака и мальчик вместе осознают, что их уже не просто ищут, на них снова охотятся, хищники взяли их след, добавив в августовский воздух звуков и запахов, от которых шерсть на загривке Желтого Бока встает дыбом, а по спине Кертиса пробегает холодок. Смерть идет по пустыне, подминая песок и полынь, невидимая в кромешной тьме.
   Черпая силы из резервов, о существовании которых он даже не догадывался, мальчик бежит быстрее. Собака тоже. В полной гармонии друг с другом.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [23] 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация