А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Казино Смерти" (страница 26)

   Глава 47

   Раньше я думал, что придет день, когда я оставлю кухню и займусь продажей автомобильных покрышек. Я даже провел какое-то время в магазине «Мир покрышек», расположенном неподалеку от торгового центра «Зеленая луна», и все тогда казалось ясным и понятным.
   Когда продаешь автомобильные покрышки, по окончании рабочего дня нет необходимости задаваться вопросом, а сделал ли ты что-то значимое. К тебе приходили люди, на автомобилях которых истерлась резина. От тебя они уезжали на переобутых колесах.
   Американцы обожают мобильность и чувствуют себя не в своей тарелке, если ее лишены. Продажа автомобильных покрышек – не только хороший бизнес, но и способ освободить человека хотя бы от одного повода для тревоги.
   Хотя продажа автомобильных покрышек не подразумевает долгого и жаркого торга из-за цены, как происходит при сделках по купле-продаже недвижимости или партий оружия, я опасался, что торговля автомобильными покрышками будет отнимать слишком много эмоций. Если бы сверхъестественная часть моей жизни состояла лишь из ежедневного общения с Элвисом, переход на новую работу, в «Мир покрышек», имел бы смысл, но, как вы сами видите, Элвис – далеко не единственный призрак, с которым мне приходится иметь дело.
   До похода в «Панаминт» я полагал, что со временем вернусь в ресторан Терри Стэмбау и вновь встану у гриля. Но если выяснится, что блюда быстрого приготовления действуют мне на нервы, тогда я всегда смогу реализовать мечту своей жизни, уйти в «Мир покрышек», не продавать их, а устанавливать на колеса.
   Этот грозовой день в пустыне многое переменил во мне. У каждого из нас должны быть свои цели, свои грезы, и мы должны стремиться их реализовать. Мы, однако, не боги, нам не дано творить будущее по собственному желанию. И дорога, которую прокладывает нам мир, учит человечности, если, конечно, мы хотим учиться.
   Стоя в пахнущей плесенью комнате заброшенного отеля, глядя на ставшее бесполезным ружье, слушая обуянную жаждой убийства сумасшедшую женщину, заявляющую, что мою судьбу решать будет она, отдав оба шоколадных батончика, я, конечно, чувствовал себя подавленным. Возможно, не таким подавленным, как Злой Койот, когда находит себя под тем самым валуном, которым хотел раздавить Бегающую Кукушку[43], но все-таки подавленным.
   – Ты знаешь, почему тебе отсюда не выбраться, друг мой?! – кричала она.
   Я не стал спрашивать, в полной уверенности, что она и так мне все скажет.
   – Потому что я знаю о тебе все. Все-все. Я знаю, что это работает в обе стороны.
   Смысла ее заявления я не понял, но загадочностью оно не превосходило многие другие, сделанные ею раньше, поэтому я не стал прилагать особых усилий, чтобы попытаться его истолковать.
   Меня интересовал другой вопрос: когда она перестанет кричать и начнет меня искать. Может, Андре уже прокрался в люкс, и ее крики в коридоре служат только одной цели: заставить меня думать, что топор еще не занесен над моей шеей.
   И тут, словно прочитав мои мысли, она добавила:
   – Мне нет необходимости искать тебя, Одд Томас, будь уверен.
   Положив ружье на пол, руками я стер с лица пот, потом вытер руки о джинсы. По ощущениям я не мылся уже шесть дней, и не было никакой надежды на воскресную баню.
   Я всегда ожидал, что умру чистым. В моем сне, когда я открывал белую филенчатую дверь и мне протыкали шею, я был в чистой футболке, отглаженных джинсах, только что надетом нижнем белье.
   – Искать тебя слишком рискованно. У меня нет никакого желания получить пулю в лоб! – крикнула Датура.
   С учетом того, в какие истории я то и дело попадаю, совершенно непонятно, откуда это у меня, ожидание, что я умру чистым. Теперь, когда я задумался об этом, по всему выходило, что это какой-то удивительный, совершенно несвойственный мне самообман.
   Фрейд наверняка отлично бы провел время, анализируя мой «должен-умереть-в-чистоте» комплекс. Но что Фрейд понимал в жизни?
   – Психический магнетизм! – выкрикнула она, и вот тут, пожалуй, я прислушался. – Психический магнетизм работает в обе стороны, друг мой.
   Настроение у меня и так было не лучшее, а после ее слов упало еще больше.
   Когда я нацеливаюсь на какую-то цель, то просто кружу по городу, и мой психический магнетизм в большинстве случаев выводит меня на нужного мне человека, но иногда, если я много думаю о ком-то, пусть активно и не ищу его, срабатывает тот же механизм: этого человека тянет ко мне, пусть он об этом и не подозревает.
   Когда психический магнетизм срабатывает с точностью до наоборот, без моего активного участия, я не контролирую процесс… и потому меня могут ждать самые неприятные сюрпризы. Из всего, что Дэнни мог рассказать Датуре, как раз вот этого ей знать и не следовало.
   Ранее, если плохиш оказывался в непосредственной близости от меня благодаря обратному психическому магнетизму, для него это был такой же сюрприз, что и для меня. То есть хотя бы в этом мы оказывались на равных.
   Вместо того чтобы бегать из номера в номер, с этажа на этаж, Датура намеревалась стоять на месте, естественно, настороже, чтобы не мешать моей ауре (или как там называется та моя часть, что генерирует этот психический магнетизм) притягивать меня к ней. Она и Андре могли прикрыть обе лестницы, изредка проверяя, нет ли шума в лифтовых шахтах, и ждать, пока она не окажется рядом со мной (или за спиной у меня), потому что, как поется в песне Уилли Нельсона[44], «она всегда в моих мыслях».
   И пусть я сумел бы исхитриться и найти еще один выход из отеля, помимо лестниц и лифтовых шахт, избежать еще одной встречи с ней, прежде чем обрету свободу, скорее всего, не представлялось возможным. В сложившейся ситуации она становилась моей судьбой.
   Если вы выпили лишнюю кружку пива и вам хочется поспорить, тогда вы можете сказать: «Не будь идиотом, Одд. Всего-то тебе нужно – не думать о ней!»
   Представьте себе, как в солнечный летний день вы бежите босиком, беззаботный, как дитя, и тут ваша нога наступает на старую доску, и шестидюймовый гвоздь, торчащий из нее, протыкает вам стопу. Нет никакой необходимости менять планы на день и искать врача. Все у вас будет хорошо, если не думать о том, что большой, острый, ржавый гвоздь торчит из ноги.
   Вы играете в гольф, вам нужно пройти все восемнадцать лунок, но после одного удара мяч улетает в густую траву. Вы пытаетесь его достать, и вас кусает гремучая змея. Нет никакой необходимости набирать «911» по мобильнику. Вы уверенно пройдете оставшиеся лунки, если сможете сконцентрироваться на игре и забыть про змеиный укус[45].
   Независимо от того, сколько пива вы выпили, полагаю, вам уже понятно, о чем я. Датура стала гвоздем, проткнувшим мне стопу, змеей, ядовитые зубы которой впились мне в руку. При сложившихся обстоятельствах я мог не думать об этой женщине с тем же успехом, как, находясь в одной комнате с разозленным, голым борцом сумо[46], не замечать его присутствия.
   Но по крайней мере она рассказала мне о своих намерениях. Теперь я знал, что ей известно об обратном психическом магнетизме. Она могла напасть на меня, застав врасплох, но, умирая, я бы точно знал, благодаря чему ей удалось отрубить мне голову и напиться моей крови.
   Она перестала кричать.
   Я ждал, вслушиваясь в нервирующую меня тишину.
   Под ее крики не думать о ней было гораздо проще, чем теперь, когда она замолчала.
   Барабанная дробь дождя. Гром. Надгробная песнь ветра.
   Оззи Буну, моему наставнику и писателю, понравилась бы такое сочетание слов. Надгробная песнь ветра.
   Пока я играл в прятки с безумной женщиной в наполовину сожженном отеле, Оззи, скорее всего, сидел в своем уютном кабинете, пил густой горячий шоколад, ел ореховые пирожные и, возможно, уже писал первый роман детективной серии, главным героем которой стал человек, понимающий язык животных. Возможно, роман этот назывался «Надгробная песнь по хомячку».
   Но сейчас, разумеется, ветер исполнял надгробную песнь по Роберту, который, нашпигованный свинцом и с переломанными костями, лежал двенадцатью этажами ниже.
   Мне совершенно не хотелось возвращаться в коридор. Но, с другой стороны, совершенно не хотелось и оставаться в гостиной люкса, где я в тот момент находился.
   Помимо бумажных салфеток, бутылки воды, нескольких других предметов, которые не представляли никакой ценности для человека, оказавшегося в такой ситуации, как я, у меня в рюкзаке лежал складной рыбный нож. Самое острое лезвие не чета ружью, при условии, что оно было у Датуры, но все лучше, чем бросаться на нее с пачкой бумажных салфеток.
   Я никого не смог бы ударить ножом, даже Датуру. Использование стрелкового оружия для меня уже мука, а ведь оно позволяет убивать на расстоянии. Выстрел убивает опосредствованно, убийство ножом – дело почти интимное. Убить Датуру ножом, перепачкаться в ее крови, которая хлынет на рукоятку, на руку… для этого требовался другой Одд Томас, из параллельной реальности, более жестокий, чем я, и менее озабоченный чистотой.
   Вооруженный только голыми руками и решимостью, я вернулся в среднюю комнату люкса.
   Ни Датуры, ни Андре.
   Никого не обнаружил и в коридоре, где она только что кричала.
   Выстрелы заставили ее прибежать с северного конца коридора. Вполне возможно, что и раньше она охраняла северную лестницу, а теперь вернулась на нее.
   Я посмотрел на южную лестницу, но если Андре где-то и поджидал меня, то именно там. У меня была решимость, у Андре – мышцы, и, если бы нам пришлось вступить в кулачный бой, он превратил бы меня в кашу-размазню.
   Датура не знала, где я нахожусь, когда кричала, стоя в этом самом коридоре. Не знала наверняка, что я ее слышу. Но насчет своих планов она сказала правду: никаких поисков, одно лишь терпение, расчет на обратный психологический магнетизм.

   Глава 48

   Лестницы и лифтовые шахты ничем мне помочь не могли, оставалось только понять, какие возможности может предложить двенадцатый этаж.
   Я подумал о килограмме гелигнита, или как он там назывался в наши дни. Такого количества взрывчатки вполне хватило бы для того, чтобы превратить в груду развалин большой дом, и, уж конечно, оно могло сослужить хоть какую-то службу молодому человеку, оказавшемуся в столь отчаянном положении, как я.
   Хотя меня не обучали обращению со взрывчатыми веществами, я обладаю сверхъестественными способностями. Да, благодаря моему дару я попал в эту передрягу, но он же мог вытащить меня из нее, при условии, что не погубит.
   У меня также была американская душа, для которой не существовало непреодолимых препятствий, и этот фактор не следовало недооценивать.
   Согласно историческим фактам, почерпнутым мною из кинофильмов, Александр Грэм Белл, повозившись с банками и проволокой, изобрел телефон с помощью своего помощника Ватсона, который также помогал раскрывать преступления Шерлоку Холмсу, и достиг большого успеха, несмотря на то что девяносто минут куда менее талантливые люди шпыняли его и говорили «нет».
   Точно такие же неталантливые люди шпыняли и говорили «нет» Томасу Эдисону, еще одному великому американцу, который изобрел лампу накаливания, фонограф, первую кинокамеру для звукового кино, алкалиновую батарейку и много еще чего все за те же девяносто минут и при этом выглядел, как Спенсер Трейси[47].
   В моем возрасте, тогда Эдисон выглядел, как Микки Руни[48], он уже изобретал полезные вещи и научился игнорировать негативизм тех, кто говорил ему «нет». Эдисон, Микки Руни и я были американцами, отсюда следовал вывод: повозившись с компонентами развалившейся бомбы, я мог собрать более-менее полезное оружие.
   А кроме того, другого выхода я не видел.
   Осторожно пройдя основным коридором и нырнув в номер 1242, где держали Дэнни, я включил фонарик, чтобы обнаружить, что Датура забрала взрывчатку. Может, не хотела, чтобы она попала мне в руки, может, собиралась как-то использовать, может, из сентиментальных побуждений, дабы сохранить как сувенир.
   Я не видел особого смысла в том, чтобы размышлять над причиной, заставившей Датуру забрать взрывчатку, поэтому выключил фонарик и переместился к окну. При слабом свете уходящего дня занялся спутниковым телефоном Терри, который Датура дважды хряпнула о каменную панель вокруг раковины.
   Когда откинул крышку, экран осветился. Я бы обрадовался, если бы увидел логотип оператора, узнаваемую картинку, какую-нибудь информацию. Вместо этого видел синевато-желтый прямоугольник.
   Набрал семь цифр, номер мобильника чифа Портера, но они не высветились на экране. Я все равно нажал на кнопку «SEND» и прижал телефон к уху. Ничего не услышал.
   Если бы я жил на столетие раньше, то принялся бы возиться с детальками и проводочками в надежде получить на выходе что-нибудь работоспособное, но в наши дни коммуникационная техника слишком уж сложная.
   Разочаровавшись в номере 1242, я вышел в коридор. Через открытые двери номеров в него теперь попадало куда меньше света, чем даже полчаса тому назад. В коридоре, похоже, стемнело бы за час до того, как сумерки наступили за пределами отеля.
   Меня не оставляло пренеприятное ощущение, что за мной постоянно наблюдают, а потому, пусть я ничего не мог разглядеть на расстоянии пары шагов, в коридоре фонарик я не зажигал. У Андре и Датуры было оружие. Свет фонаря превратил бы меня в мишень.
   А вот в каждом номере, закрыв за собой дверь, я полагал, что включенный фонарик опасности не представляет. Некоторые из номеров я осмотрел раньше, когда искал место, где смог бы спрятать Дэнни. Тогда не нашел в них то, что искал, и теперь эти номера тоже ничем меня не порадовали.
   Где-то в глубине сердца (в уголке, в котором до сих пор жила вера в чудеса) я надеялся найти чемодан давно умершего гостя, который привез с собой заряженный пистолет. Хотя я согласился бы и на оружие, но более предпочтительным был другой вариант: грузовой лифт, расположенный в отдалении от пассажирских лифтов, или достаточно просторный кухонный лифт, при помощи которого блюда с кухни поступали на любой этаж.
   В результате я нашел служебный чулан глубиной десять футов и шириной четырнадцать. Полки наполняли чистящие средства, кусочки мыла для постояльцев, туалетная бумага, запасные лампочки. На полу стояли пылесосы, ведра, швабры.
   Автоматическая система пожаротушения, которая не сработала во многих местах, здесь все залила водой, а может, просто прорвало трубу. Часть потолка, напитавшись водой, рухнула.
   Я быстренько осмотрел содержимое полок. Отбеливатель, аммиак, другие распространенные бытовые средства, смешанные в определенных пропорциях, могли превращаться во взрывчатку, дымовые бомбы, отравляющие газы. К сожалению, я нужных формул не знал.
   Учитывая, как часто я попадаю в опасные ситуации и тот факт, что по характеру я – далеко не ходячая машина смерти, мне следовало более настойчиво осваивать науку уничтожения и убийства. Интернет предоставляет такую информацию любому, у кого возникает желание с ней ознакомиться. И в наши дни серьезные университеты предлагают курсы, а то и целые программы по философии анархизма и ее практическому применению.
   Однако, когда дело доходит до самообучения, я, должен признать, становлюсь крайне разборчивым. С удовольствием буду экспериментировать с тестом для оладий, но точно не стану тратить время на заучивание шестнадцати способов получения нервно-паралитического газа. Лучше прочитаю очередной роман Оззи Буна, чем стану осваивать удар ножом в сердце. Но я ведь никогда и не говорил, что у меня нет недостатков.
   Мое внимание привлекла крышка люка в той части потолка, которая не обвалилась. Когда я дернул за свисающую вниз веревку, крышка застонала, заскрипела, но открылась, и с ее обратной стороны к полу спустилась складная лестница.
   Поднявшись наверх, в свете фонаря я увидел, что попал в технологический короб шириной в четыре и высотой в пять футов, проходящий между двенадцатым и тринадцатым этажом. Вдоль него тянулось множество медных и пластиковых труб, проводов, воздуховодов, тут же стояло оборудование систем подогрева, вентиляции, кондиционирования воздуха.
   Я мог исследовать эту ранее неведомую мне территорию или вернуться вниз и выпить аммиачно-отбеливающий коктейль.
   Поскольку ломтиков только что нарезанного лайма при мне не было, я залез в короб, поднял лестницу и закрыл за собой крышку люка.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация