А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Казино Смерти" (страница 12)

   Глава 19

   Я вывернул личинку, распахнул дверь и оставил пауков заниматься привычными им делами.
   Такой огромной оказалась система ливневых тоннелей, таким странным показался мне этот телефонный разговор, что я бы даже особо не удивился, если бы, переступив порог, оказался в Нарнии.
   Фактически же я поднялся на поверхность за пределами Пико-Мундо, но и не в волшебной стране. Со всех сторон я видел кусты, жесткую траву, выпирающие из земли камни.
   Эта будка стояла на бетонной плите, квадрате со стороной порядка десяти футов. По периметру плиту окружал забор из металлической сетки.
   Я прошелся вокруг будки, изучая окрестности, пытаясь засечь того, кто бы мог за мной следить. Удобных для наблюдения за будкой мест не обнаружил.
   Когда стало ясно, что укрываться в будке от выстрелов не придется, я перелез через забор.
   На каменистой почве следы отсутствовали. Полагаясь на интуицию, я направился на юг.
   Солнце уже добралось до верхней точки, так что до наступления раннего зимнего вечера оставалось не более пяти часов.
   На юге и на западе небо лишь на чуть-чуть отличалось от идеальной синевы, словно немного выцвело от яркого солнечного света, который тысячи лет отражался от поверхности Мохаве.
   Зато позади меня, на севере, небосклон затянули мощные, грязно-серые облака. Кое-где ставшие уже иссиня-черными.
   Отшагав сотню ярдов, я поднялся на низкий холм. А потом спустился в долину, где почва была мягкой и на ней оставались следы. Все тех же трех похитителей и пленника. Дэнни все сильнее подтаскивал правую ногу. Я понимал, что это свидетельство острой боли и отчаяния.
   У большинства больных, страдающих несовершенным остеогенезом (НО), ломкость костей значительно уменьшается после того, как эти люди становятся взрослыми. Дэнни относился к их числу.
   У взрослых больных НО риск сломать руку, ногу или какую другую кость лишь чуть выше, чем у здоровых людей. От детства и отрочества им достаются ломаные-переломаные тела, некоторые теряют слух от отосклероза, но в остальном худшие последствия генетических нарушений остаются в прошлом.
   Тем не менее, пусть кости у Дэнни уже не были такими хрупкими, ему следовало соблюдать осторожность. Теперь он не мог сломать запястье, слишком резко бросив кубик с цифрами на гранях во время настольной игры, как случилось с ним в шесть лет, но год тому назад, упав, сломал лучевую кость правой руки.
   Несколько мгновений я изучал следы, оставленные женщиной, гадая: кто она, что задумала? Почему?
   По долине я шел по их следам двести ярдов, прежде чем они исчезли на каменистом склоне.
   Когда я начал подниматься по нему, зазвонил спутниковый телефон.
   – Одд Томас? – спросила она.
   – Кто еще?
   – Я видела твою фотографию.
   – На фотографии уши у меня всегда больше, чем на самом деле.
   – Ты так выглядишь.
   – Как выгляжу?
   – Как мундунугу.
   – Что это за слово?
   – Ты знаешь, что оно означает.
   – Извините, понятия не имею.
   – Лжец. – Злости, однако, в голосе не слышалось.
   – Тебе нужен этот маленький урод?
   – Мне нужен Дэнни. Живым.
   – Ты думаешь, что сможешь найти его?
   – Я пытаюсь.
   – Раньше ты был таким шустрым, а теперь вдруг стал чертовски медлительным.
   – Что вы, по-вашему, знаете обо мне?
   – А есть что знать, беби? – воркующим голосом спросила она.
   – Не так чтобы много.
   – Надеюсь, это неправда, иначе Дэнни не поздоровится.
   Внезапно у меня возникло крайне неприятное ощущение, что доктора Джессапа убили… из-за меня.
   – Вы же не хотите навлекать на себя еще большие неприятности.
   – Никто не сможет причинить мне вред, – заявила она.
   – Это правда?
   – Я непобедима.
   – Хорошо.
   – И знаешь почему?
   – Почему?
   – У меня их тридцать в амулете.
   – Тридцать кого? – спросил я.
   – Ti bon ange[23].
   Я никогда не слышал такого термина.
   – И что это означает?
   – Ты знаешь.
   – Да нет же.
   – Лжец.
   Она не разорвала связь, но больше ничего не сказала, вот я и сел на землю, глядя на запад.
   – Ты еще здесь? – наконец спросила она.
   – А где мне быть?
   – Так где ты?
   Я ответил вопросом на вопрос:
   – Могу я поговорить с Саймоном?
   – С Саймоном Симплом или Саймоном Сэзом[24]?
   – Саймоном Мейкписом, – уточнил я.
   – Ты думаешь, он здесь?
   – Да.
   – Не угадал.
   – Он убил Уилбура Джессапа.
   – Да ты на этом свихнулся.
   – На чем?
   – Не разочаровывай меня.
   – Я думал, вы сказали, что уже разочаровал.
   – Больше не разочаровывай меня.
   – На предмет чего? – спросил я и тут же об этом пожалел.
   – Как насчет того…
   Я ждал.
   – Как насчет того, чтобы найти нас на закате солнца? А не то мы сломаем ему обе ноги.
   – Если вы хотите, чтобы я вас нашел, скажите, где вы!
   – А зачем? Если ты не найдешь нас к девяти вечера, мы сломаем ему и обе руки.
   – Не делайте этого. Он не причинял вам вреда. Он никому не причинял вреда.
   – Как насчет первого правила? – спросила она.
   Вспомнив наш первый и самый короткий разговор прошлой ночью, я ответил:
   – Я должен прийти один.
   – Если ты приведешь копов или кого-то еще, мы разобьем ему лицо, и тогда он станет уродом от пяток до макушки.
   Она отключила связь, и я нажал на клавишу «END».
   Кем бы она ни была, я имел дело с безумной женщиной. Ладно, мне уже приходилось иметь дело с безумными женщинами.
   Но эта была безумной и злой. Впрочем, и такое сочетание не отличалось новизной.

   Глава 20

   Я снял рюкзак, порылся в нем в поисках бутылки «Эвиан». Вода согрелась, но все равно осталась такой вкусной!
   Вода в пластиковой бутылке не была «Эвиан». Я набрал ее из-под крана на кухне.
   Если вы готовы платить высокую цену за бутилированную воду, почему бы вам не заплатить больше за пластиковый пакет со свежим воздухом Скалистых гор, если он когда-нибудь появится в продаже?
   Пусть и нельзя сказать, что у меня нет ни гроша в кармане, долгие годы я жил скромно. Будучи поваром блюд быстрого приготовления, я получал пристойное жалованье, но не огромные деньги, собирался жениться, а потому мне приходилось откладывать часть заработанного на будущую семейную жизнь.
   Теперь она ушла, я – один, и меньше всего мне нужны деньги на свадебный торт. Однако в силу многолетней привычки я с крайней неохотой расстаюсь с каждым центом, когда деньги нужно потратить на себя.
   Учитывая мою необычную и полную приключений жизнь, я не собираюсь долго задерживаться на этом свете, а потому едва ли врачи успеют обнаружить у меня увеличение предстательной железы, но, если каким-то чудом мне стукнет девяносто лет, прежде чем я отдам концы, я, скорее всего, превращусь в одного из тех эксцентриков, которых все считают нищими, но после себя они оставляют миллионы долларов, рассованные по старым банкам из-под кофе, с четкими инструкциями, что потратить эти деньги надобно на бездомных пуделей.
   Допив «Эвиан» из-под крана, я засунул пустую бутылку в рюкзак, а потом оросил небольшой участок пустыни «Оддовским лучшим».
   Я подозревал, что приближаюсь к цели, а теперь мне еще назвали крайний срок. Закат солнца.
   Но прежде чем преодолеть последний участок пути, мне требовалось узнать, как обстоят дела в реальном мире.
   Ни один из номеров чифа Портера не был занесен в записную книжку спутникового телефона Терри, но я давно уже запомнил их все.
   Позвонил на мобильник, и чиф ответил после второго гудка:
   – Портер.
   – Сэр, извините, что прерываю.
   – Прерываешь что? Или ты думаешь, что я захвачен водоворотом полицейского расследования?
   – А разве нет?
   – В данный момент, сынок, я ощущаю себя коровой.
   – Коровой, сэр?
   – Коровой, стоящей на пастбище и жующей траву.
   – Но по голосу не чувствуется, что вы расслаблены, как корова.
   – Я ощущаю не коровье расслабление. Коровью тупость.
   – Никаких ниточек к Саймону?
   – Саймона-то мы нашли. Он в тюрьме в Санта-Барбаре.
   – Быстрая работа.
   – Более быстрая, чем ты думаешь. Его арестовали два дня тому назад за драку в баре. Еще он ударил и полицейского. За это, собственно, он и сидит.
   – Два дня тому назад. Значит…
   – Значит, все обстоит совсем не так, как мы думали. Саймон не убивал доктора Джессапа. Хотя, по его словам, рад, что доктора убил кто-то еще.
   – Может, наемный киллер?
   Чиф Портер невесело рассмеялся.
   – Отсидев такой срок, Саймон смог получить только работу уборщика отхожих мест. Он снимает комнату.
   – Некоторые люди готовы убить и за тысячу баксов, – заметил я.
   – Готовы, но единственное, что они получат от Саймона, так это очищенную выгребную яму.
   Пустыня вдруг задышала. Заколыхалась, зашелестели кусты, но тут же все стихло, воздух вновь застыл.
   Посмотрев на север, на далекие грозовые облака, я спросил:
   – А как там белый фургон?
   – Украден. Отпечатков пальцев нет.
   – Другие зацепки?
   – Никаких, если только эксперты округа не найдут чью-либо ДНК или другие улики в доме Джессапа. Что у тебя, сынок?
   Я оглядел окружающую меня пустыню.
   – Я за городом.
   – С магнетизмом все в порядке?
   Я скорее солгал бы ему, чем себе.
   – Меня тянет, сэр.
   – Тянет куда?
   – Пока не знаю. Я еще в пути.
   – И где ты теперь?
   – Я бы предпочел не говорить, сэр.
   – Ты собираешься изображать Одинокого ковбоя? – обеспокоившись, спросил он.
   – Если это окажется наилучшим вариантом.
   – Без Тонто, без Сильвера[25]… едва ли это разумно. Подумай как следует, сынок.
   – Иногда лучше полагаться не на голову, а на сердце.
   – Спорить с тобой смысла нет?
   – Нет, сэр. Но что вы можете сделать, так это провести обыск в комнате Дэнни, посмотреть, не появилась ли в последнее время в его жизни женщина.
   – Ты знаешь, я не жестокий человек, Одд, но я – коп. То есть обязан всегда оставаться на земле. Если бы у бедного мальчика появилась девушка, наутро об этом знал бы весь Пико-Мундо.
   – Эти отношения могли не афишироваться, сэр. И я не говорю, что Дэнни получил то, на что надеялся. Боюсь, на его долю выпала только новая боль.
   Заговорил чиф после паузы:
   – Ты хочешь сказать, что он мог быть очень уязвимым. Для хищницы.
   – Одиночество подрывает защитные редуты.
   – Но они ничего не украли, – заметил чиф. – Не перевернули дом вверх дном. Даже не потрудились забрать деньги из бумажника доктора Джессапа.
   – Значит, от Дэнни им требовались не деньги, а что-то еще.
   – Если не деньги… то что?
   – Я еще не знаю, сэр. Вроде бы догадываюсь, но предположение слишком уж неопределенное.
   Далеко на севере, между черным небом и серой землей, повисла пелена дождя.
   – Мне надо идти, – добавил я.
   – Если мы что-нибудь найдем насчет женщины, я тебе позвоню.
   – Нет, лучше бы вам не звонить. Мне нужно держать линию свободной и экономить заряд аккумулятора. Я позвонил, чтобы сказать вам, что в этом замешана женщина. Хотел дать вам отправную точку, если со мной что-то случится. Женщина и трое мужчин.
   – Трое? Тот, кто стрелял в тебя из «тазера»… а кто еще?
   – Думал, что один из них Саймон, – ответил я, – но ошибся. О других я могу только сказать, что у одного большой размер ноги.
   – Большой размер ноги?
   – Помолитесь за меня, сэр.
   – Я это делаю каждый вечер.
   Я разорвал связь.
   Закинув на спину рюкзак, продолжил подъем, прерванный звонком женщины. Склон был длинным, но не крутым. Сланцевая глина крошилась и выскальзывала из-под ног, проверяя мою проворность и умение держать равновесие.
   Маленькие ящерицы бросались врассыпную, я поглядывал на землю, остерегаясь гремучих змей.
   Может, мне и не следовало тревожиться из-за обуви, змей и умения держать равновесие, раз уж судьба решила, что меня убьет некто, затаившийся за белой филенчатой дверью. С другой стороны, я не хотел полагаться на гипотезу, что повторяющийся сон обладает определенной степенью достоверности, поскольку его могло вызвать потребление избытка жареного и сальсы[26].
   Где-то вдалеке и на небесах с грохотом откатились огромные ворота, и ветерок вновь шевельнул день. Когда же раскат грома смолк, воздух не успокоился, как прежде, наоборот, ветер набрал скорость, словно бросился вдогонку за стаей койотов.
   А я, добравшись до вершины пологого холма, понял, куда иду и где увижусь с захваченным в заложники Дэнни Джессапом.
   Вдалеке лежала автострада, от нее четырехполосное шоссе вело в долину, которая находилась подо мной. Шоссе упиралось в полуразрушенное казино и почерневшую башню, куда приходила поиграть смерть и, как всегда, сорвала банк.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация