А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Банды Нью-Йорка" (страница 24)

   3

   В Нью-Йорке в послевоенный период действовало несколько хорошо организованных группировок кладбищенских воров, но в большинстве случаев они ограничивались могилами негров и неимущих, продавая тела врачам и студентам мединститутов. Полиция доставала их редко, потому что они не привлекали к себе большого внимания, вплоть до смерти Александра Т. Стюарта, крупного торговца, который стал объектом самого необычного преступления, когда-либо совершенного в городе. Стюарт начал свою карьеру скромным бухгалтером, был продавцом, швейцаром и рассыльным одновременно. Прилагая громадные усилия и проявляя чрезмерную прозорливость, он разбогател и умер владельцем роскошного магазина на пересечении Бродвея и Чанберг-стрит, в здании, которое сейчас занимает «Сан». Стюарт работал за наличный расчет и легко выдерживал конкуренцию; многие из его продавцов были раньше самостоятельными торговцами, вытесненными им из бизнеса. У него было несколько детей, но все они умерли в младенчестве, друзей тоже было очень мало, если вообще таковые имелись, хотя из-за своего богатства и положения он обладал большим влиянием. Стюарт относился ко всем подозрительно; говорят, он сделал своим правилом никому не доверять – ни женщинам, ни мужчинам. Это был человек небольшого роста, худой, с жесткими красноватыми волосами и заостренными чертами лица; синевато-серые глаза его выражали невероятный холод. Он умер в 1876 году, имея состояние в 30 миллионов долларов, и был похоронен на кладбище при церкви Святого Марка в Бауэри, на пересечении Второй авеню и Десятой улицы. Не успели тело Стюарта опустить в могилу, как уже появились слухи, что якобы кладбищенские воры планируют украсть тело и потребовать за него выкуп. Нескольких хорошо известных преступников видели околачивающимися возле церковного кладбища в последующие несколько недель; полиция получала доклады, в которых говорилось, что Джордж Леонидас Лесли и его банда планируют совершить набег на кладбище, но до 8 октября 1878 года попыток зайти в склеп не совершалось.
   В тот день могильщик Хамиль заметил, что плита с именем усопшего грубо поднята с травы, но под землей ничего подозрительного не обнаружили. Согласно указаниям Генри Хилтона, поверенного миссис Стюарт и управляющего имуществом, на ворота церковного кладбища были поставлены новые замки, а плита с именем передвинута на 10 футов южнее могилы, где она утонула в траве, чтобы ввести в заблуждение кладбищенских воров. Место, где плита лежала раньше, аккуратно обложили дерном, а в качестве еще одной меры предосторожности был нанят сторож, который должен был посещать церковное кладбище каждый час в течение всей ночи и предостерегать прохожих, чтобы они не заходили на огороженное место. Но ничего не происходило, и 3 ноября 1878 года сторожа освободили от работы, так как Хилтон решил, что опасность миновала.
   Через четыре дня, рано утром 7 ноября, помощник могильщика Фрэнк Паркер зашел на церковное кладбище и был потрясен, увидев холм перевернутой земли у входа в склеп Стюарта. Не обследовав места, он побежал к Хамилю, живущему на Десятой улице, и тот немедленно пришел в церковь. Зайдя в склеп, Хамиль обнаружил, что тело торговца украдено. Он поспешил в магазин Стюарта, но, узнав, что Хилтон еще не приехал, нанял экипаж и поехал в дом юриста на Тридцать четвертую улицу, по соседству с особняком, в котором проживала миссис Стюарт. Хилтон немедленно уведомил полицию, и суперинтендент полиции Джордж В. Уоллинг взял расследование под личный контроль.
   Склеп Стюарта был кирпичным, 10 на 15 футов, 12 футов в глубину и на 3 фута покрыт землей. Располагался он почти в середине кладбища, восточнее церкви, а по бокам от него находились могилы Бенджамина Уинтропа и Томаса Биксби, членов старинных семей Нью-Йорка. Кладбищенские воры проигнорировали плиту с именем, которая должна была сбить их с толку, и направились прямо к могиле, в которую спустились, сняв защитный слой земли. Они отвинтили крышку большого кедрового ящика, вскрыли внутренний свинцовый гроб и вынули тело. Также преступники унесли с собой дорогие рукоятки и пластинку с именем, которая была на могиле, и кусок внутренней обивки из бархата, вырезав ее в форме неправильного треугольника. На месте преступления они оставили новую лопату для угля и фонарь. Тело торговца весило около 100 фунтов, и оно не было забальзамировано. По-видимому, его увезли в телеге, следы которой были обнаружены у восточных ворот.
   8 ноября в утренних газетах Хилтон объявил, что обещает награду в 25 тысяч долларов за возврат тела, а также за поимку воров. Преступление так ошеломило весь Восток, что в течение долгих месяцев сыщики-любители настойчиво обыскивали амбары и сараи и всматривались в подозрительно выглядевшие телеги и повозки. Были вскрыты десятки свежих могил в надежде, что они могут содержать исчезнувшее тело, а газеты пестрели комментариями и догадками. У могилы Вандербилта, которая находилась на Стейтен-Айленде, была выставлена двойная охрана, а вооруженные люди патрулировали кладбища по всему городу. Вскоре полицейские узнали, где были куплены лопата и фонарь, но на этом их успехи закончились.
   Ничего нового по этому делу не обнаруживалось до января следующего года, когда генерал Патрик X. Джонс, юрист, бывший раньше начальником почтового отделения на улице Нассау, 150, явился к Уоллингу и показал ему серебряные рукоятки от гроба Стюарта, бархатную ленту и треугольный кусок бумаги, сказав, что получил все это через почтовую службу Канады. Предъявил он и несколько писем, подписанных Генри Г. Ромэйном, где тот предлагал Джонсу выступить в качестве посредника и обещал организовать возврат трупа торговца за 250 тысяч наличными. Генерала Джонса в дальнейшем попросили вести переговоры через раздел частных объявлений в «Нью-Йорк геральд».
   В одном из объявлений Ромэйн писал:
...
   «Останки были выкрадены до полуночи 6 ноября, а не в три часа утра 7-го. Их увезли в фургоне для бакалейных товаров, а не на тележке. И не в какой-то дом рядом с церковным кладбищем, а в дом на Сто шестидесятой улице. Потом они были заключены в оцинкованный гроб и отправлены рано утром поездом в Платтсбург, а оттуда – в Доминион. Затем они были захоронены. Кроме глаз, которые исчезли, тело все еще остается в хорошем состоянии, поэтому не составит никакого труда опознать его. Вложенный кусок бумаги в точности соответствует размеру куска бархата, изъятого из гроба, в то время как присланная вам лента будет доказательством того, что она часть того же материала, что и обивка гроба.
   Получив инструкции от Хилтона и Уоллинга, генерал Джонс опубликовал 5 февраля объявление в «Нью-Йорк геральд», предлагая начать переговоры. 11 февраля был получен ответ, на котором стоял бостонский штемпель и в котором Ромэйн предложил вернуть труп на следующих условиях.
   «1. Выкуп в 200 тысяч долларов.
   2. Тело будет передано Вам и Хилтону в 25 милях от Монреаля; никто другой присутствовать при этом не должен.
   3. Деньги будут находиться у Вас, пока поверенный Хилтон не выскажет свое удовлетворение, после чего Вы передадите деньги моему представителю.
   4. Обе стороны обязуются никому и никогда не разглашать существующее соглашение».

   Возвращение останков А.Т. Стюарта

   Хилтон не согласился и прекратил переговоры. Тогда Ромэйн предложил генералу Джонсу поговорить с миссис Стюарт, но генерал отказался. Где-то в середине марта Хилтон предложил 25 тысяч долларов за останки Стюарта, но Ромэйн «вежливо и твердо» отказал. Так дело оставалось без изменений более года. Но в конце 1880 года миссис Стюарт обратилась к ворам на свой страх и риск через генерала Джонса, и Ромэйн написал, что вернет тело за 100 тысяч долларов. Миссис Стюарт согласилась немедленно заплатить эту сумму, но Джонс возразил, предложив заплатить 20 тысяч. Ромэйн дал согласие, но снова установил жесткие требования по поводу оплаты и доставки денег. Деньги должны быть помещены в брезентовый мешок, а посыльный должен отправиться из Нью-Йорка около десяти часов в назначенный вечер, в запряженном только одной лошадью экипаже и ехать в Уэстчестер по дороге, которая будет отмечена на карте. Ромэйн написал, что его встретят и дадут дальнейшие указания. Родственник миссис Стюарт добровольно вызвался действовать в качестве посредника и в назначенный час поехал в округ. Несколько раз на протяжении ночи, что он был в пути, ему казалось, что за ним следят, но только в три часа утра появился наездник в маске, который указал ему повернуть свой экипаж в переулок. Через милю посредник подъехал к коляске, стоявшей у обочины, из которой вышли двое мужчин и подошли к нему. Оба были в масках, один из них нес тяжелый мешок. Посреднику был вручен треугольный кусок бархата в качестве доказательства идентичности, и деньги были переданы, тем временем кладбищенские воры погрузили мешок в экипаж и отправились на север на своем транспорте. Родственник миссис Стюарт поторопился назад в город с костями торговца, грохочущими под его ногами. Владелец похоронного бюро поместил их в сундук, и в следующую ночь они были перевезены в специальном грузовом вагоне в Гарден-Сити, где уже был приготовлен пустой гроб в похоронном склепе местного кафедрального собора. Там могильщик разместил кости, и гроб был спрятан в недоступное место в склепе кафедрального собора. Там он находится и по сей день, защищенный на протяжении многих лет тайными пружинами, которые, если дотронуться, приведут в движение колокола в церковной башне и пошлют предупреждающий знак всей округе.

   Глава 11
   «ХИОС» И ИХ ВРЕМЯ

   1

   Самой грозной бандой из существовавших в Нью-Йорке после Гражданской войны были «хиос» – шайка отъявленных головорезов, убийц и воров. Они, как минимум, не уступали в жестокости речным пиратам старого Четвертого округа. Откуда пошло название банды – неясно, считается, что от необычного боевого клича гангстеров; сама же банда откололась в свое время от «чичестеров» из бывших Пяти Точек – таким образом последние пережили и «мертвых кроликов», и «уродские цилиндры», и «рубашки навыпуск», и другие порождения Парадиз-сквер. «Хиос» в основном собирались в Малберри-Бенд, хотя летом многих членов банды можно было найти бездельничающими на кладбище на улицах Парк и Мотт.
   Главной улицей из находящихся во владениях «хиос» была Бакстер, Оранж-стрит старых Пяти Точек, позже ставшая известной благодаря своим магазинам секонд-хенд и зазывалам, которые силком затаскивали клиентов с тротуаров. Именно на улице Бакстер открыл свой магазин Харрис Коэн. Он быстро достиг столь потрясающего успеха в бизнесе, что еще по крайней мере дюжина других инициативных еврейских торговцев вывесили вывески с его именем, и в результате создалось впечатление, что все магазины в квартале и вокруг него принадлежат Харрису Коэну. Один из «Коэнов» держал на окне полную клетку английских воробьев, потому что для его утонченному слуха их пение звучало как «чип-чип-чип!»[9]. Деньги, уходившие на корм для птиц, он считал расходами на рекламу.

   «Адская кухня», Нью-Йорк. Рисунок Чарльза Грэма

   Хотя пристанищем «хиос» и были Бакстер-стрит и другие улицы Малберри-Бенд, их операции охватывали весь город, и некоторые из самых знаменитых своих набегов они провели в нижней части Вест-Сайда и в районе Гринвич-Виллидж. Они всегда отчаянно сражались с другими гангстерами и с полицией и были окончательно истреблены только в середине 1890-х. Последними прибежищами этих головорезов были итальянский кабак на Малберри-стрит и питейное заведение «Морг» в Бауэри, хозяин которого хвастался тем, что его продукция одинаково хорошо подходит как для приема внутрь, так и для бальзамирования покойников.
   Именно в «Морге» произошла последняя большая драка «хиос», начавшаяся из-за того, что Чарли Англичанин и Денвер Хоп поссорились, не поделив добычу, и стали стрелять друг в друга. Вскоре в перестрелке участвовали уже два десятка человек, но все были пьяны, и в результате никто не был даже ранен. Хозяин «Морга» заявил, что глупо было и пытаться причинить кому-то вред, напившись его пойла.
   Расцвет «хиос» пришелся на 1880-е и начало 1890-х годов, когда банда включала в себя множество знаменитых преступников, среди которых были Хогги Уолш, Фиг Мак-Джеральд, Бык Харли, Гуг Коркоран, Бабун Конноли и Ред Рокс Фаррелл. Эти гангстеры были не только убийцами и первостатейными драчунами, но и в большинстве своем специалистами по воровству, взломам и карманным кражам, а многие к тому же – владельцами кабаков и публичных домов. Большой Джош Хайнс прославился тем, что первым провел «стасс»[10], азартную игру, превратившуюся позже в важный источник доходов для еврейских и итальянских банд. Стасс появился в Нью-Йорке примерно в середине 1880-х, и вскоре этой игрой увлекся весь район к востоку от Бауэри от Чэтэм-сквер до Четырнадцатой улицы и на запад до Бродвея.
   Каждый вечер Большой Джош обходил все места, где играли, с двумя револьверами и требовал выплатить проценты с прибыли. Когда хозяева заведений жаловались, Большой Джош возмущенно заявлял о своей щедрости; никто ведь не мог сказать, что весь его заработок был отобран.
   «Эти парни просто психи, – злобно говорил он одному детективу. – Разве было хоть раз, чтобы я ничего им не оставил? Мне нужна только моя доля!»
   Рассказывали, что в период расцвета в банду не принимали никого, кто не совершил бы убийства или, по крайней мере, не сделал попытки утвердить себя подобным образом среди аристократии преступного мира. Видимо, корни этой легенды кроются в замечании, брошенном Майком Мак-Глоином, которого 8 марта 1883 года повесили в Томбс за убийство Луи Ханье, владельца салуна на Двадцать шестой улице. Ханье застал Мак-Глоина за грабежом своей кассы, и возмущенный гангстер убил того одним ударом кистеня. На следующий день после убийства Мак-Глоин сказал: «Пока не уложишь кого-нибудь, крутизны в тебе нет!» «Хиос» стали ревностными последователями догмы Мак-Глоина; многие из них рвались получить заказ убить или искалечить кого-нибудь, рекламируя свою готовность к этим деяниям в печатных и письменных прейскурантах. Пионером такого метода привлечения клиентов был Скряга Райан, исключительно предприимчивый головорез. Когда его в конце концов арестовали за одно из многочисленных преступлений, полиция нашла у него в кармане следующий список:
...
   «Ударить кулаком – 2 доллара,
   подбить оба глаза – 4,
   сломать нос, челюсть – 10,
   завалить дубиной – 15,
   отрезать ухо – 15,
   сломать руку или ногу – 19,
   прострелить ногу – 25,
   пырнуть ножом – 25,
   большая работа – от 100 долларов».
   Райан вовсю пользовался своими возможностями, что было очевидно из записной книжки, также найденной в его карманах. Одна страница так и называлась – «Заказы», а под заголовком шло с полдюжины имен. Напротив некоторых имелись отметки, которые, как объяснил Райан, означали, что заказ выполнен к полному удовлетворению клиента.
   Наиболее известными из вожаков «хиос» были Дэнни Лайонс и Дэнни Дрисколл, возглавлявшие банду совместно. Соответственно, и повесили их в Томбс с разницей в восемь месяцев. В 1887 году Дрисколл и Джон Мак-Карти поссорились из-за девушки по имени Бизи Гэррити, и в последовавшей за этим перестрелке девушка была убита. Дрисколла признали виновным в убийстве и повесили 23 января 1888 года. Лайонс был, наверное, самым жестоким гангстером своего времени. И он же первым из значительных бандитских вожаков стал пользоваться женским эскортом. Он часто появлялся в сопровождении своих девочек – Голубки Лиззи, Нежной Мэгги и Пузатой Кейт; все они работали на улицах и преданно отдавали свой заработок Лайонсу. Но ему показалось мало, и он добавил к своему окружению четвертую девушку, Смазливую Китти Мак-Гаун. Лайонс прогнал ее любовника, Джозефа Куинна, тот поклялся отомстить. 4 июля 1887 года оба отметили усиленными возлияниями, и, когда они встретились на следующее утро в Пяти Точках, расположение обоих было еще более убийственным, чем обычно. Они обстреливали друг друга через весь Парадиз-сквер, и Куинн упал замертво с пулей в сердце. Лайонс скрывался в течение нескольких месяцев, но в конце концов его поймали и казнили 21 августа 1888 года. Пузатая Кейт и Смазливая Китти тут же завели себе других любовников, но Нежная Мэгги и Голубка Лиззи облачились в траур и отказывались принимать любые деловые предложения, пока не прошел приличествующий период траура, чем породили массу толков в преступном мире. Однако временами они выходили освежиться, и, встретившись однажды вечером в каком-то кабаке Бауэри, дамы принялись обсуждать, чья печаль сильнее и к кому Лайонс питал более нежные чувства. В конце концов Мэгги привела окончательный аргумент, ударив Голубку Лиззи в горло ножом для резки сыра, отчего Лиззи умерла. Ее последними словами было обещание встретить Нежную Мэгги в аду и там выцарапать ей глаза.

   Большим авторитетом среди «хиос», еще до Дрисколла и Лайонса, пользовался Денди Джонни Долан, уличный хулиган, взломщик и вор; для него ничто не было слишком большим или слишком незначительным, чтобы это украсть. Среди гангстеров Долан считался человеком большого ума, потому что он усовершенствовал технику выдавливания глаз; именно ему приписывают изобретение приспособления в виде когтя из меди, которое носилось на большом пальце и выполняло эту важную работу аккуратно и быстро. «Хиос» успешно использовали его изобретение в войнах с другими бандами. Долану приписывали также идею вставлять в подошвы боевых ботинок острые лезвия от топора, так что, когда противник был повален и получал несколько ударов ногами, результат боя был окончательным и кровавым. Но обычно Денди Джонни не носил боевых ботинок. Он облачал ноги в самые изысканные произведения сапожного искусства, поскольку служил образцом элегантности для бандитов своего времени и был необычайно скрупулезен в выборе одежды и уходе за собой. Никогда Долан не появлялся в обществе, не уложив и не смазав волосы, даже когда собирался принять участие в драке или набеге, обещавшем богатую добычу. Он имел слабость к платкам с яркой красной или синей каймой и к резным тростям, особенно если на ручке такой трости было изображено животное. Их у Долана имелась целая коллекция, которую он при каждой возможности пополнял; он часто прогуливался по Пяти Точкам и Малберри-Бенд с красивой тростью в руках и ярким платком на шее, в то время как из его карманов высовывались еще несколько.
   Именно страсть к этим украшениям стоила ему жизни. Джеймс Но, изготовитель щеток, летом 1875 года решил расширить свой бизнес и начал строительство новой фабрики на Гринвич-стрит, 275. В его привычку входило каждое воскресенье утром посещать строительство для ознакомления с ходом работ. 22 августа 1875 года он, как обычно, вошел в здание и поднялся по лестницам и строительным лесам на крышу. Там он увидел, как Денди Джонни Долан срывает свинцовые водосточные желоба. Господин Но стащил его вниз, но на первом этаже Денди Джонни ударил бизнесмена по голове железной арматурой. Тот потерял сознание (от полученной травмы мистер Но через неделю умер).

   Джеймс Но застает врасплох Денди Джонни Долана

   Денди Джонни счел уместным ограбить свою бездыханную жертву. Он забрал небольшую сумму денег, золотые часы и цепь, а также унес трость мистера Но, металлическая рукоятка которой была сделана в виде обезьяны. Затем Денди Джонни зачем-то замотал лицо промышленника своим собственным платком. Легенда гласит, что головорез появился в притоне «хиос» в Малберри-Бенд с глазом Но в кармане, но эта басня вряд ли достоверна.
   За это дело взялся детектив Джозеф Дорси и в течение нескольких дней выяснил, что часы и цепь были заложены в маленьком магазине на улице Чэтэм, ныне Парк-роу. Чуть позже две женщины, работавшие ранее на улицах на Денди Джонни, которых он заменил на более молодых и красивых девушек, опознали платок, а детектив получил сведения о том, что Денди Джонни в кабаках Малберри-Бенд и Пяти Точек гордо демонстрировал трость с металлической ручкой в виде головы обезьяны. Денди был немедленно арестован, и в суде его опознали как человека, заложившего часы и цепь. 21 апреля 1876 года его повесили во внутреннем дворе Томбс. Поймавший его Дорси стал одним из самых известных детективов своего времени. В числе его крупнейших достижений была также поимка каноника Леона Бернарда, который присвоил 1 400 000 долларов из фондов епархии Турнэ в Бельгии. Дорси преследовал преподобного негодяя до Веракрус и не только арестовал его, но и вернул 1 200 000 тысяч долларов из украденных денег.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [24] 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация