А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Альфред Йодль. Солдат без страха и упрека. Боевой путь начальника ОКВ Германии. 1933-1945" (страница 3)

   1940 год – благородные немецкие победители

   10 мая 1940 года начинается западная кампания «Желтый план», для которой Йодль разрабатывает директивы. Первостепенные оперативные вопросы играют главную роль. Немецкое наступление на запад заканчивается почти через шесть недель поражением Франции, которая не справилась с современной немецкой танковой стратегией и чувствует себя «преданной и проданной» британскими союзниками.
   21 и 22 июня 1940 года Йодль принимает участие в немецко-французских переговорах о перемирии в лесу Шампани и иногда председательствует, исполняя обязанности генерал-полковника Кейтеля, шефа ОКВ. С проигравшим противником обращаются благородно. Лишь победители 1945 года станут недостойно обходиться с проигравшими и их правительством…
   Генрих Гертле пишет в своей книге «Оправдательный приговор Германии» о переговорах о перемирии в Шампани:
   «Германия, не находившаяся ни в малейшей опасности, в 1939 году объявила войну Франции, заложившей в Версальском мирном договоре мины, которые в 1939-м должны были взорвать европейский мир (Данцигский коридор). Теперь Франция побеждена и просит о прекращении военных действий.
   21 июня генерал фон Типпельскирх встречает членов французской переговорной комиссии во главе с генералом Хунтцигером. Перед железнодорожным вагоном, в котором в 1918 году немцы были вынуждены подписать условия перемирия в присутствии маршала Фоха, сейчас стоит рота почетного караула из полка СС, встречающая французов. Когда же французские офицеры поднимаются в вагон, рота встает на караул. Генерал Хунтцигер и его офицеры отдают честь перед немецким флагом.
   В вагоне генерал-полковник Кейтель, как шеф ОКВ, от имени Гитлера зачитывает следующее заявление: «Франция после героического сопротивления в череде кровавых сражений обессилела и проиграла. Германия не собирается вводить оскорбительные условия в переговоры о перемирии со столь мужественным соперником».
   22 июня переговоры, проводимые со всей порядочностью и благородством, окончены; французское правительство приказывает поставить свою подпись генералу Хунтцигеру. Он говорит генерал-полковнику Кейтелю: «Господин генерал, вы – солдат и знаете, как тяжело солдату делать то, что я сейчас сделаю». Йодль и Кейтель, оба воевавшие во время Первой мировой войны на Западном фронте, глубоко тронуты, и генерал-полковник Кейтель отвечает: «Очень почетно для победителя чествовать побежденного. Мне очень хочется отдать дань мужеству французских солдат. Я прошу о минуте молчания в память о тех, кто с обеих сторон проливали свою кровь за Отечество».
   Молча поднимаются немцы и французы. Кейтель и Хунтцигер подписывают документ, все поднимаются и отдают честь».
   Это благородное, солдатское рыцарство – его категорически требовал Гитлер – должно вспомниться читателю, когда ближе к концу книги пойдет речь о событиях мая 1945 года: о капитуляции немецкого вермахта, гангстерских методах во время последовавшего спустя 14 дней «ареста» немецкого правительства и высшего командования в Фленсбурге и «судебных убийствах» восточно-западного «межсоюзнического военного трибунала» в Нюрнберге.
* * *
   После победоносного окончания Западной кампании британское правительство не просто не приняло гитлеровское предложение мира, оно его грубо отклонило. Тогда Йодль по приказу Верховного главнокомандующего набрасывает планы дальнейшего ведения войны, которые излагаются в «Директиве № 16 о подготовке операции по высадке войск в Англии». В отличие от Гитлера, который очень надеется, что «братский Германии народ» примет протянутую ему руку мира, Йодль видит главного противника Германии именно в Англии. Именно она всегда в европейской истории выступала против сильных в экономическом и военном отношении держав на континенте. «Чудо Дюнкирхена» и надежда Гитлера, возможно, все-таки прийти к взаимопониманию с британским «братским народом» спасают Англию от немецкого вторжения. Просчет Гитлера вовремя дарит перспективный шанс на успех вывести из игры английский авианосец по ту сторону канала и придать войне другое направление.
   Альфред Йодль 19 июля 1940 года становится генерал-лейтенантом и одновременно генералом артиллерии. 24 апреля он, как представитель высшего главнокомандования вермахта, подписывает соглашение о перемирии с Грецией.
   Война с Грецией была спровоцирована итальянским союзником без ведома и одобрения Гитлера. В последний момент своим энергичным вмешательством Гитлер сумел предотвратить поражение итальянских войск.
   «Тем самым война приняла наиболее неприятное для Германии направление», – пишет генерал-полковник Хайнц Гудериан, автор и теоретик немецкой танковой войны, в своей книге «Воспоминания солдата». Потеря времени, вызванная греческой «личной войной» Муссолини и ее последствиями, должна была дать о себе знать в 1941 году в первую военную зиму в России.

   Превентивная война против Советского Союза

   Пакт о ненападении между Германией и Советским Союзом, подписанный 23 августа 1939 года, сделал возможным нападение Гитлера на Польшу. Войска Советского Союза входят в Восточную Польшу 18 сентября 1939 года и принимают участие в операциях до поражения Польши.
   29 сентября 1939 года между Берлином и Москвой заключаются Договор о дружбе и границе и Хозяйственное соглашение, что значительно облегчило Германии ведение войны. Чтобы устранить существующие трудности между союзниками, советский министр иностранных дел Молотов был приглашен в Берлин. Там 12–13 ноября 1940 года он выдвигает советские требования: включение Финляндии в сферу интересов Советского Союза, признание российских интересов в Румынии, Болгарии и на Дарданеллах. Гитлер, глубоко разочарованный и смущенный этими требованиями, отвечает уклончиво и оставляет записку из Москвы на эту тему без ответа.
   Гудериан: «Выводом, сделанным им (Гитлером) из хода визита Молотова, было убеждение, что войны с Советским Союзом не избежать» («Воспоминания солдата»).

   Берлин опережает Москву

   Как пишет Герхард Бук в «Немецком солдатском ежегоднике 1970 года», Йодль узнает о беспокойстве Гитлера относительно наступательных намерений русских лишь 29 июля 1940 года, сразу же после обсуждения положения на фронте. Штаб оперативного руководства получает указание разработать приказ, целью которого является улучшение возможностей развертывания войск на востоке. Но общее оперативное планирование плана «Барбаросса» остается Генеральному штабу армии. Бук: «Йодль еще в начале кампании был убежден, что удастся быстро разгромить Советский Союз. Эту точку зрения полностью разделял начальник Генерального штаба армии генерал-полковник Гальдер».
   Было ли искренним убеждение Гальдера, который, как противник Гитлера и «борец Сопротивления», в 1938 и 1939 годах тайком установил связи с Лондоном и британским послом в Берлине Хендерсоном, сегодня остается неизвестным.
   События перед началом Русской кампании живо описывает генерал-полковник Гальдер после войны в своем сочинении «Гитлер как военачальник» следующим образом:
   «Советский Союз ввел во входящие в сферу его интересов Балтийские страны сильные войска, на немецко-русской демаркационной линии более миллиона солдат в боевых формированиях с танками и воздушными эскадрильями противостояли на широких растянутых участках фронта малым немецким предохранительным взводам». Гальдер пишет далее: «…он (Гитлер) был твердо и небезосновательно убежден, что Россия готовится к нападению на Германию. Сегодня мы знаем из достоверных источников, что он был прав».
   Британский историк, профессор А.Дж. П. Тэйлор, которого никак нельзя «обвинить» в симпатиях к немцам, подтверждает мнение Гальдера: «Вне всяких сомнений то, что он (Гитлер) расширил войну 1941 года лишь по превентивным причинам».
   Алексей Марков, бывший советский генерал, назначенный в 1941 году войсковым командиром на восточной границе России, признает в сообщении американской газете «Сэтердэй ивнинг пост» от 13 мая 1950 года, что Сталин после поражения Франции летом 1940 года приказал начать подготовку к войне против Германии, «так как Гитлер победил слишком быстро». На вопрос генерала Маркова – также пишет американская газета, – сколько времени дается ему для боевой подготовки его состава, советский Генеральный штаб отвечает следующее: «До осени, мы еще не готовы. Мы нанесем внезапный удар, как только нам будет удобно».
   Александр Верт, британский еврей, как корреспондент, участвовавший в войне на советской стороне, после войны пишет о произнесенной Сталиным 5 мая 1941 года речи: «Вся моя информация в основных чертах совпала с важнейшими пунктами речи Сталина: с убеждением, что «почти неминуемая война» должна начаться в 1942 году, при этом при случае Советы должны захватить инициативу». (См.: Гертле. Оправдательный приговор Германии.)
   Эти точки зрения подтверждаются высказываниями генерал-полковника Йодля в Нюрнберге, другими историческими источниками. Перед трибуналом победителей в Нюрнберге Йодль говорит о русских кампаниях следующее:
   «Это была, без сомнения, превентивная война. То, что мы установили несколько позже, было абсолютно верным – неслыханная военная концентрация русских около наших границ. Я не хочу вдаваться в подробности, но могу сказать, что хотя нам и удалась тактическая внезапность по дням и часам, но о стратегической неожиданности этого сказать нельзя. Россия в полной мере была готова к войне».
   Относительно превентивной войны против России пишет Поль Карел («Unternehmen Barbarossa»[10]):
   «…Во время немецкого нападения 22 июня тактически нанесение внезапного удара на российские пограничные войска удалось полностью. Например, лишь несколько пограничных мостов на 1600-км фронте русские взорвали вовремя. Самые важные мосты через Неман, Буг, Сан и Прут и даже находящийся в 250 км от границы мост через Даугаву около Дюнабурга немецкие штурмовые группы захватывают либо хитростью, либо рискованными нападениями. Что же это: отсутствие подозрений или беззаботность?
   Но как подойти к тому, что 22 июня на российском фронте 146 атакующим немецким дивизиям с тремя миллионами солдат противостояли 139 советских дивизий и 29 самостоятельных бригад с 4,7 миллиона солдат?
   Советские военно-воздушные войска размещали свои 6000 самолетов в Белоруссии. Нужно признать: большая часть из них устарела, но, по крайней мере, от 1300 до 1500 из них были современной сборки.
   Немецкое люфтваффе имело в своем распоряжении 1800 пригодных к действию машин…»
* * *
   Официальные советские источники утверждают, что в 1941 году советские силы превосходили немецкие и что советское развертывание войск на западе имело наступательный характер. Само собой разумеется, что в современной истории победители прошлого в Германии в этом случае по очевидным причинам дуют в рог антинемецкой пропаганды; для них превентивная война Германии против Советов является, несмотря на все исторические факты, «неспровоцированной наступательной войной».
Чтение онлайн



1 2 [3] 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация