А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Альфред Йодль. Солдат без страха и упрека. Боевой путь начальника ОКВ Германии. 1933-1945" (страница 11)

   «Der kommando-befehl»

   Так называемый «Kommando-befehl» играет в Нюрнберге очень большую роль. Обвинение относительно этого пункта выдвинуто и против Йодля. Мировая пресса уделяет особенное внимание этому приказу, по большей части не упоминая военные преступления союзников, которые и привели к появлению этого приказа…
   7 октября 1942 года доклад вермахта содержал в себе следующее дополнение: «В будущем со всеми без исключения террористическими и диверсионными группами британцев и с их сообщниками, которые ведут себя не как солдаты, а как бандиты, немецкие войска должны обращаться соответственно и быть безжалостными в борьбе».
   Об этом и о «Kommando-befehl» говорится в 15-м томе судебного протокола, где идет речь о допросе Йодля от 4 июня 1946 года.
   Йодль: «Я прошу суд позволить мне остановиться на этом подробнее. В этом приказе речь идет о многих, не только обо мне; и лично я в этом процессе никакой роли не играю. Речь идет о чести немецких солдат и немецких офицеров, которых я только представляю.
   «Kommando-befehl» неразрывно связан с дополнением к докладу вермахта от 7 октября 1942 года, так как является исполнительным приказом к этому сообщению в докладе вермахта».
   Профессор доктор Экснер: «Кто автор этого сообщения в докладе вермахта? Кто его составил?»
   Йодль: «Этот доклад вермахта от 7 октября 1942 года – точнее, дополнение к докладу вермахта – составлено по большей части мной. Оно опровергает сообщение английского военного министерства, которое я не хотел бы подробнее рассматривать, так как это очень щекотливый вопрос. Обвинение особенно не желает, чтобы я на нем задерживался».
   Профессор доктор Экснер: «Но дополнение…»
   Председатель: «Доктор Экснер! Мы… по крайней мере, я не видел документ от 7 октября 1942 года. Представительство обвинения, насколько нам известно, не протестовало против какого-либо ответа на английский документ».
   Профессор доктор Экснер: «Да, я хотел представить этот документ, но он вызвал возражения».
   Председатель: «Что имеет в виду обвиняемый, говоря, что обвинение не желает, чтобы он на нем задержался или на это ответил?»
   Профессор доктор Экснер: «Вероятно, это означает, что нам не было разрешено представить этот доклад вермахта. Но он может вкратце рассказать о его содержании».
   Председатель: «Здесь может быть ошибка перевода. Но если он имеет в виду, что обвинение не представило ни одного доказательства по этой теме, то ничто не должно противоречить тому, что он так говорит. Но если он утверждает, что представительство обвинения не желает, чтобы он предъявлял что-либо или высказывал свое мнение относительно какого-либо документа, то это совершенно не подобающее объяснение».
   Профессор доктор Экснер: «Ах так, да».
* * *
   Йодль: «…17 октября пришел ко мне главный адъютант фюрера, генерал Шмундт, и сказал, что фюрер требует исполнительный приказ. Я дал ему дословно следующий ответ:
   – Передайте ему привет и скажите, что я не занимаюсь такими приказами.
   Шмундт улыбнулся и ответил:
   – Но я не могу ему это передать. Мой ответ был следующим:
   – Хорошо, тогда сообщите фюреру, что я не знаю, как подобный приказ нужно юридически обосновывать.
   С этим он ушел. Я надеялся, что меня пригласят к фюреру, чтобы еще раз спустя много месяцев поговорить с ним лично».
* * *
   Йодль: «Как я уже объяснял суду, мой штаб, о чем можно прочитать в первом разделе на странице 104, потребовал предложения от Amt Ausland/Abwehr[22] Канариса, так как при нем находились международно-правовые группы, и от правового отдела…»
   На странице 106 в абзаце «А» суд находит предложение, которое сделал Amt Ausland/Abwehr, а именно зарубежное отделение этого отдела:
   «С членами террористических и диверсионных групп… которые… будут встречены без формы или в немецкой форме, следует обращаться как с бандитами… Если они попадут во время боевых действий в немецкие руки, то их тотчас нужно доставить к офицеру на допрос. После этого их следует предать военно-полевому суду».
   Йодль отклонил это предложение ведомства Канариса, написав «нет» на полях и добавив ниже: «Это тоже не подходит. Йодль».
* * *
   Профессор доктор Экснер: «Значит, вы отклонили это предложение. Но приказ фюрера, как вы сами сказали, также вызвал у вас серьезные сомнения. Скажите, какие именно?»
   Йодль: «Вначале у меня были правовые сомнения. Да и вообще приказ был неоднозначен и слишком неясен для практического использования. Как раз в этом случае я считал, что военный суд особенно необходим…»
   Профессор доктор Экснер: «Этим вы хотели начать судебный процесс, если я вас правильно понимаю. Что вы имеете в виду под неясным и неоднозначным?»
   Йодль: «Мысль была такой, что если солдаты ведут себя не по военным законам, то они не имеют права на то, чтобы с ними обращались по военным законам. Этот принцип признан в международном праве, например в определении шпиона или франтирера.[23]
   Этот приказ должен был устрашить английские диверсионно-разведывательные группы, чтобы они не применяли грязные методы борьбы. Но приказ Гитлера пошел дальше. В нем говорилось, что все диверсионно-разведывательные группы должны уничтожаться. А относительно этого у меня уже были серьезные сомнения…»

   Методы убийств в Дьепе

   Профессор доктор Экснер: «Чтобы с вражескими бойцами, которые вели себя не по-солдатски, обращались не как с солдатами, для вас это понятно?»
   Йодль: «Мне это абсолютно понятно и не только мне, фюрер часто получал очень печальные сообщения. Мы перехватили все приказы канадской десантной бригады из Дьепа. Я их лично видел. В этих приказах говорилось, чтобы, где это возможно, немецким военнопленным связывали руки. Но спустя некоторое время я получил от главнокомандующего с запада судебные протоколы и показания свидетелей, к которым прилагались фотографии. Из них мне было ясно видно, что многие люди, принадлежащие к Organisation Todt,[24] отцы семейств, безоружные, пожилые люди, но все с повязками со свастикой на руке – что было их отличительным знаком – были связаны так, что на их шеях были петли, а концы веревок привязывались к голени, так что люди сами себя душили…»
   «…Спустя некоторое время произошел еще один случай на острове Сарк с участием диверсионно-разведывательной группы. Снова мы получили официальные протоколы о том, что солдаты, немецкие военнопленные, снова так связывались. И в конце концов мы сумели добыть английский устав о рукопашном бое, и для фюрера это была последняя капля. Я тщательного изучил этот устав. В нем приводились изображения, как можно связать человека, чтобы он сам себя задушил. Там даже точно было записано, когда наступит смерть».
* * *
   В своих дальнейших показаниях Йодль указывает на другие, не входящие в Женевскую конвенцию военные действия западных союзников, из-за которых Гитлер отдал «Kommando-befehl». Он упоминает пресловутые пистолеты под мышками, которые члены диверсионных групп прятали под одеждой и из которых они стреляли после того, как поднимали руки, чтобы якобы сдаться.
   Когда Йодль упоминает, что немецким военнопленным в Северной Африке по приказу союзных офицеров не давали питьевой воды до окончания дачи свидетельских показаний, председатель суда отклоняет предложение о расследовании этого эпизода:
   «Трибуналу не кажется возможным расследовать все эти события, которые произошли так давно…»

   Передача приказа фюрера

   На вопрос защитника, в чем вообще заключалось участие Йодля в «Kommando-befehl», он ответил:
   «Мое личное участие заключалось лишь в том, что я распространял или приказывал распространить этот приказ, подчиняясь категоричному распоряжению».
   Профессор доктор Экснер: «Обвинение устно утверждало, что вы подписали приказ, один из двух приказов – не знаю, какой именно. Это так?»
   Йодль: «Нет. Я подписал лишь общее распоряжение о неразглашении тайны к этому приказу».
   Профессор доктор Экснер: «Скажите, пожалуйста, вы могли отказаться передать этот приказ?»
   Йодль: «Нет. Если бы я отказался передавать приказ фюрера, меня бы на месте арестовали, и, должен сказать, по праву. Но как уже было сказано, я был совершенно не уверен, был ли этот приказ в целом, так же как и его отдельные части, противозаконным. Я и сегодня этого не знаю. Я убежден, что, если бы здесь был созван консилиум специалистов по международному праву, у всех были бы разные точки зрения» (Т. 15).
   «Kommando-befehl» был отдан Верховным главнокомандующим вермахтом Адольфом Гитлером 18 октября 1942 года. В нем содержались следующие положения:
   «Совершенно секретный документ!
   1. Уже долгое время наши противники используют в ведении войны методы, которые противоречат международным нормам Женевской конвенции. Особенно грубо и вероломно ведут себя члены так называемых отрядов особого назначения, которые, как установлено, частично состоят из криминальных элементов наших противников. Из захваченных приказов следует, что им поручили не просто связывать пленников, но и убивать беспомощных людей, когда они считают, что пленные могут представлять собой балласт или препятствие для достижения целей. Также обнаружены приказы, предписывающие убивать пленных. (Немецких пленных убивали не только диверсионные группы. На наступательном фронте и после перехода через Рейн, как и в Баварии, немецкие пленные были расстреляны по приказу командования. – Примеч. авт.)
   2. Еще 7 октября 1942 года в дополнении к докладу вермахта говорилось, что Германии следует прибегать к таким же методам в отношении диверсионных групп британцев и их сообщников, иными словами, где бы таковые группы ни появлялись, они должны безжалостно уничтожаться немецкими войсками.
   3. Исходя из вышеизложенного, приказываю: Отныне вся вражеская агентура, выполняющая задачи коммандос в Европе или в Африке и участвующая в боевых действиях против немецких войск, независимо от того, носят они военную форму и оружие или нет, действуют на поле боя или в тылу, подлежит истреблению до последнего человека. При этом абсолютно все равно, как они добираются до места действия: на корабле или на самолете или прыгают с парашютом. Даже если эти субъекты при обнаружении якобы начнут готовиться сдаться, им принципиально не должно быть никакой пощады. Об этом в любом случае следует подробно доложить в ОКВ.
   4. Если отдельные члены таких коммандос – агенты, диверсанты и т. д. – другим путем, например, благодаря полиции на оккупированных нами территориях, попадут в руки вермахта, то они должны быть немедленно переданы службе безопасности. Любой военный надзор, например в лагере для военнопленных, строго запрещен, если это не временная мера.
   5. Это распоряжение касается не только обращения с теми вражескими солдатами, которые будут захвачены в плен или сдадутся в рамках нормального сражения (крупной наступательной операции, крупной десантной операции, крупной воздушно-десантной операции) в открытом бою. Это распоряжение также касается тех солдат, что попадут к нам в руки после сражения на воде или в воздухе, после вражеской попытки спасти свои жизни при помощи прыжка с парашютом.
   6. За невыполнение этого приказа все командиры и офицеры будут отвечать перед военным судом, либо за то, что не исполнили свой долг и не сообщили войскам об этом приказе, либо за то, что действовали вопреки этому приказу».
   В «Руководстве по необычному ведению войны», которое попало в руки немцев до «Kommando-befehl», но которое не было допущено в качестве доказательства на Нюрнбергском процессе, британское командование приказывало следующее:
   «Дни, когда можно было придерживаться спортивных законов, прошли. Сейчас каждый солдат должен быть потенциальным преступником и должен быть готов применять преступные методы» (курсив автора). Немецким ответом на это был гитлеровский «Kommandobefehl».
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация