А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Выход 493" (страница 17)

   «Вот ты, значит, какой, невидимый снайпер? – едва не сорвалось у него с губ. – А я-то думал… Не советую делать этого! Я – король яготинской пустоши, приказываю тебе!»
   – Что смешного, мутант? – неподдельно удивился он, сдвинув брови.
   – Мутант? – Крысолов рассмеялся еще сильнее. Он знал, что с таким типом людей шутить не стоит, но сдерживаться больше не мог. Он расхохотался во весь голос, заставив и Секача, и незнакомца смотреть на него как на идиота – с опаской и изумлением.
   – Ну-ка встань! – прошипел яготинец, но на Крысолова каждое слово действовало, как затяжки марихуаны.
   – Ну-ка встань. – Кирилл Валерьевич упал навзничь в раскисшее болото, ощутив, как неприятно вжались в спину баллоны. Он продолжил истерично заходиться со смеху, не в силах остановиться. – Не забудь добавить: «А то худо будет!»
   – Кирилл, может, хватит?
   – Извини, Серега, просто не сдержался.
   – Встать! – приказал незнакомец.
   Но Кирилл Валерьевич лишь вытер глаза от проступивших слез, продолжая валяться в грязи.
   – Сначала скажи, почему ты назвал меня мутантом, – предложил он уже готовому спустить курок стрелку.
   – Это не я сказал, это показал датчик, – охотно ответил тот. – А он никогда не врет. К тому же только мутанты могут общаться с другими мутантами. Я не хотел тратить патроны, думал, собаки вас того… порешат. А ты с ними договорился. Значит, ты не человек.
   – Неопровержимая логика, – снова засмеялся Крысолов, хоть уже и не так громко.
   – Я тебе ответил, теперь подымайся.
   Договор дороже денег. Крысолов ценил это правило, а потому послушно поднялся, стряхнул с себя грязь, похрустел шеей.
   – М-да, многовато сюрпризов на сегодня. Полагаю, ты тоже не скажешь мне, кто ты и зачем хотел пристрелить нас?
   – Тоже? А что, собачки не хотели называться? – Он оскалил желтые, криво воткнутые в воспаленные десна зубы. – Тузик, Рекс? Не представились, да? – Винтовка в его руках заскрипела, костяшки пальцев побелели. – Я не мутант, я могу тебе сказать, кто я. Хочешь, да?
   Он засмеялся, перехватив, видимо, эту волну у Крысолова.
   – Если тебе это так интересно, то я здесь живу, а убить я тебя хотел, потому что ты, как я уже говорил, мута-а-ант, – он снова засмеялся, но, кроме истерии, в этом смехе не было ничего, – а мутанту жить не положено. По крайней мере, в моем городе.
   – Забавно. А можно спросить, какой чудо-датчик подсказал тебе, что я мутант? – прищурился Крысолов.
   – Вот этот. – Незнакомец извлек из кармана плаща прибор, здорово смахивающий на старый калькулятор с большими кнопками и направленным под углом 45 градусов к пользователю экраном. – Смотри. – Он включил свой датчик и направил его на себя. Винтовку при этом он все так же цепко удерживал в правой руке.
   Датчик издал короткий писк, и его обладатель тут же показал Кириллу Валерьевичу экран. На нем засветились три широкие синие полосы.
   – А теперь гляди. – Он направил «калькулятор» на Крысолова, дождался, пока тот подаст сигнал, и снова повернул его экраном к завороженному этим представлением Кириллу Валерьевичу. Датчик показал семь или восемь полосок, причем две последние были уже в красной зоне. – Видишь? Это означает, что у тебя мышление не как у обычного человека. У тебя заострены инстинкты и присутствуют телепатические способнос…
   – А еще ты видел здесь людей? – перебил его Крысолов.
   Лицо у него посуровело, потемнело и застыло железной маской, словно у приговоренного к смерти заключенного, с замиранием сердца прислушивающегося к шагам за дверью – не за ним ли идут?
   Без преувеличения, это был вопрос жизни и смерти. Ведь совсем недавно граждане Укрытия узнали, что кроме них еще есть люди. Пускай в далеком Харькове, но все же есть. С появлением этого яготинского стрелка Крысолову стало понятно, что люди есть не только в Киеве и Харькове. Они есть и в маленьких городках, в периферии. Это значило, что человечество как вид еще не вымерло, что еще продолжает жить, хоть и напоминает собой Большой Умирающий Глаз Яготина. Но вопрос состоял в другом – кто они, выжившие: психованные охотники на мутантов с калькуляторами и винтовками или же остались и вполне нормальные люди?
   Крысолов весь сжался в ожидании ответа.
   – Людей? – переспросил стрелок. Его насмешливый голос трещал, как поленья в костре. – Не-е-ет, людей не видел. Зато нежити здесь хватает. Патронов не напасешься. Скоро с озера вон поползут…
   – А таких, как я, мутантов, ты видел? – снова перебил его Кирилл Валерьевич.
   Незнакомец осклабился.
   – А-а, таких. Таких здесь было полно. – Сердце у Крысолова оторвалось и полетело в бездну. – И сейчас, бывает, попадаются, но реже. Я их это… – Он прижмурился на один глаз и заглянул в оптический прицел. – Пуф-пуф… Мой датчик никогда не врет. Человека издали различить может, да и глаз у меня уже за столько лет наметан.
   – С-сука… – выдавил из себя Крысолов. Вложив в это слово все, что за эти несколько секунд намоталось на колючий шест в его душе. – И что ты собираешься дальше делать?
   – С вами? – Незнакомец оживленно захлопал ресницами. Прям как ребенок, которому пообещали дать конфетку, если он перестанет плакать. – А ты как думаешь?
   – Даже не знаю, что и предположить, – повел плечом Крысолов. – Может, хоть дашь возможность рассказать нам, кто мы и куда направляемся? Глядишь, и поверишь, что мы настоящие люди.
   – Поверить? Вам? – Он снова рассмеялся. – Вы, когда бежали к озеру, не заметили там, у руин, гору костей? Так вот, это те, кто пытался убедить меня в своей человечности. Эх, видел бы ты, какие они тут мне номера исполняли…
   Этот прием Кириллом Валерьевичем уже давно был позабыт, как и те случаи, в которых он спасал ему жизнь, но как же иногда полезно вспомнить что-то из давно забытого прошлого! Итак, как действовать, если вы без оружия, но к правому запястью под костюмом у вас примотан чехол с ножом? Как его извлечь оттуда и незаметно бросить в противника? Начать просто тянуться – заметят, стрельнут. Пытаться достать незаметно – уйдет много времени. Единственный вариант – найти повод, чтобы развести руками, а потом медленно, так чтобы глаза противника привыкли к этому движению, снова свести руки и в конце как бы невзначай прихлопнуть в ладоши. Ну а дальше, как говорится, дело ловкости рук.
   Крысолов свел руки, ладонь к ладони, примерно в тот момент, когда умалишенный стрелок сказал слово «исполняли». Он выбрал удачное время. Тот как раз растянулся в ухмылке и довольно закряхтел, вздымая узкую грудь и шелестя своим плащом.
   Пальцы приятно прикоснулись к рукояти ножа. Еще мгновение, и его лезвие с большой охотой воткнется этому идиоту в шею. Он может выстрелить, но вряд ли уже по цели, скорее всего, пули уйдут в никуда, и это будет единственно, что жаль. Боеприпасы, где бы он их ни взял, все же в этом мире имели ценность не меньшую, чем хлеб.
   – Ах ты ж!.. – вдруг выкрикнул, в ярости исказив лицо яготинец.
   Сомнений насчет того, что он раскрыл Крысолова, не осталось никаких. Даже самых призрачных. Как и насчет того, что сейчас он выстрелит не раздумывая.
   Крысолов замер и прищурился, затаив дыхание. Он знал, чего ожидать. Он уже был готов услышать выстрел и почувствовать, как жгучая боль продирает ему легкие, и даже подался слегка вперед, как бы идя пуле навстречу…
   И выстрел грянул.

   Глава 8

   Минуты быстро истекали одна за другой.
   Возникни у него желание повернуть голову на восток, он смог бы увидеть над линией горизонта краешек ослепительно сверкающего диска. Но желания не было. Леку приходилось однажды видеть смерть не успевших добраться до убежища сталкеров. О том, как они умирали, задыхаясь горячим воздухом и зажариваясь внутри огнеупорных костюмов, он помнил куда лучше, чем о том, как впервые в жизни потрогал за грудь соседку Лену. Запах жженой плоти прочно засел в его памяти, и даже сейчас ему казалось, что тот запах тянется над автострадой М-19.
   Опираясь на окровавленные руки в изорванных перчатках и превозмогая дикую боль во всем теле, Лек встал на четвереньки. Затем шатко поднялся на ноги. Он понимал, что промедление для него играет роль ступеней к эшафоту, но заставить себя бежать не мог. Сделав всего пару неуверенных шагов, он застонал и оперся на колесо автоцистерны. Голова, превратившаяся в звенящий колокол, совсем не соображала, куда идти, перед глазом все двоилось и разбегалось.
   Растерянным взглядом он осмотрелся по сторонам и обнаружил в паре шагов лежащую на дороге винтовку. Неподалеку от нее валялся и его шлем – словно выбившаяся из асфальта голова подземного сталкера-крота. У винтовки мог быть разбит прицел, но его это сейчас беспокоило меньше всего. Сделав несколько нетвердых шагов, он добрался до своего оружия. Согнувшись, сгреб его в руку, отработанным движением закинул на плечо. Схватил шлем и, взвыв, побежал куда глаза глядят. Игнорируя боль, не обращая внимания на жжение в шее, спине и ломоту в ногах, он бежал прочь от дороги, на холм, с холма, по устланной мелкими буграми равнине.
   К черту голову! Лек бежал, не разбирая направления, просто смотря себе под ноги. Он ощущал себя тряпичной куклой – мягкой, пухлой, с трудом удерживающейся на ногах, но в то же время будто обмотанной в несколько слоев крепкой веревкой стремления выжить любой ценой. Это помогло ему какое-то время не чувствовать боль, это помогло не думать о солнце и, превратившись в наконечник стрелы, лететь к цели, пускай маловероятной и призрачной.
   Но она появилась – его путь пересекала проселочная дорога, вдоль которой тянулась сплошная полоса сухих кустообразных зарослей. Издали заросли походили на клубы колючей проволоки со змеящимися по земле и взвившимися к небу лозами.
   Продравшись сквозь кустарник, он выбрался на дорогу. Еще некоторое время продолжал бежать к ржавым воротам и поросшей зарослями будке КПП, пока не ощутил, что ноги перестают ему подчиняться. А уже в следующий миг он летел лицом вперед, не в силах даже выпростать руки и как-то смягчить удар. Только упав на землю, несколько раз перекувырнувшись и застыв в позе эмбриона, увидел, что в его теле торчат не меньше двух десятков тонких острых шипов. Перед глазами помутилось, изо рта повалила белая пена. Если бы он знал, что шипы ксаверуса ядовитого содержат экзотоксины… но он не знал.
   Вмонтированный в шлем сигнализатор, предупреждающий о критической наружной температуре, обычно издающий едва слышимый отрывистый писк, в это мгновение визжал как сумасшедший, придавая и без того гадостной ситуации еще большую безнадежность.
   Сжав зубы так, что заложило уши, Лек перевернулся на живот. И пополз на брюхе, цепляясь сбитыми в кровь пальцами за асфальт и ломая ногти, но не выпуская из поля зрения ржавые ворота. А главное – видневшийся вдали ряд огромных железобетонных резервуаров, выстроенных в несколько рядов, за которыми на пригорке высилось небольшое трехэтажное здание с торчащей из крыши трубой.
   «Сохранка!» – мерцало в его голове единственное слово.
   Но сколько он ни полз, ворота, казалось, не стали ближе и на метр. Выругавшись, он лег навзничь, зажмурился от больно заслепившего глаза света и на ощупь выискал в нарукавном кармане шприц с обезболивающим. Стянул с него защитный колпачок, сделал инъекцию в шею и сразу потянулся за следующим.
   Он впервые в жизни испытывал на себе обезболивающее, но то, что он слышал о нем, подтвердилось – силы и вправду начали наполнять его тело. Впрочем, дожидаться, пока ноги придут в норму, он не мог. Встал на четвереньки и, взяв низкий старт, попытался бежать. Практически не разгибая спины, петляя от одного ряда кустов ко второму, Лек напоминал попавшего на ледовый каток пьяницу, но тем не менее расстояние до ворот сокращалось. Возможно, если бы взошедший над землей ослепительно-белый диск не превратил воздух в обжигающий глотку пар, Лек сумел бы добраться до места… но до ворот ему не хватило каких-то пяти-семи метров. Он упал на колени, согнулся и ухватился руками за горло, будто пытаясь сдержать вытекающую через разрез кровь.
   Горячий, как сковородка, чугунный люк, оказавшийся по чистой случайности прямо перед ним, к превеликому счастью, был на две трети сдвинут и приоткрывал черную бездну колодца. Из него тянуло плесенью и влагой. Влагой… Уцепившись за это слово, Лек, не думая больше ни о чем, одолевая жгучую боль, отодвинул люк дальше и, подтянувшись к краю, бросился вниз.

   Сколько времени прошло после того, как он плюхнулся в вязкую, теплую жижу, Лек не знал. Открыв глаза, он обнаружил себя почти утонувшим в болотной каше, и только лицо держалось на поверхности. Слава богу, после всего, что с ним произошло, он остался невредим. А еще ему повезло: в канализации хоть и стояла невыносимая вонь, но зато там можно было дышать, не рискуя прожечь гортань.
   Окончательно придя в себя, он застонал, несколько минут пытался побороть страшную мигрень, старающуюся во что бы то ни стало выдолбить дыры в его висках. То ли обезболивающее уже не действовало, то ли это были последствия передозировки, но Лек не только не чувствовал ожидаемого облегчения, ему вообще казалось, что он принял лекарство, усиливающее боль.
   Приподнявшись на локтях, он затравленным взглядом осмотрел мерзкую трясину и тут же выдернул из нее ногу. Уф, с конечностями вроде все в порядке. Теперь нужно собраться с силами и с мыслями. И решить, что делать дальше.
   Спустя некоторое время ноги и спина уже не так болели, а стук в висках стал мягче и плавнее. То ли грязевые ванны помогли, то ли наконец подействовало обезболивающее.
   Подняв покрасневшие глаза к круглому отверстию, через которое в канализационную шахту попадал солнечный свет, он прикинул в уме, с какой высоты ему довелось падать. Метра три, не меньше, сломать шею – раз плюнуть.
   Что же делать? Дождаться заката и направиться к городу – искать объект, напоминавший своей формой неправильный прямоугольник, обтянутый чем-то наподобие серебристого брезента? Да, неплохая идея. Думается даже, что найти его не составит большого труда, чай не иглу в стоге сена искать. Но тут могут встать две проблемки, справиться с которыми может быть весьма нелегко. Итак, первая: есть ли у меня оружие? Он пошарил глазами вокруг. Не видать. Если я и захватил винтовку с собой и она лежит где-то на дне этого болота (в чем есть сомнения), то патронов у меня, наверняка отсыревших, целых девять… Не слишком много, учитывая, что с заходом солнца наружу поползет всякая тварь. Поползет, поползет, сомневаться не стоит. Возможно, и собратья тех, кого мы убили, слетятся. А это уже целый джекпот! Да, Лек, ты сорвал банк, разорви твою мошонку! Отстреляться в таком случае девятью патронами будет ох как непросто. Хм… отстреляться… Я же совсем не помню, где бросил винтовку. Возможно, еще когда через кусты продирался, или же лежит она себе преспокойно наверху возле люка и ждет, пока солнце всю смазку в ней не высушит, чтобы превратиться в ненужную железку и остаться в покое хоть на старости.
   Вторая проблема была гораздо хуже первой, и имя ей – Время. Если я не успею за тот короткий промежуток времени, что солнце заходит за горизонт, найти «коробку»… или она укатит быстрее, чем я доберусь до города… Знаю же, что ребята ждать не будут – только жара спадет, криокупол уже будет сложен. И дожидаться сумерек, выглядывая, а не в пути ли наш Лек, тот неплохой парень, что случайно выпал из капсулы, как глупый птенец из гнезда, они, конечно же, не станут. Кто даст гарантию, что я еще жив? Что я не разбил голову при падении и не сгорел заживо, находясь в беспамятстве? А в то, что я мог на открытой автостраде найти убежище от солнца, они, вероятно, и вовсе не поверят. Я бы тоже не поверил. Иначе – где? В лесу? Среди этих голых шпилей? Бред. Переждал жару в медвежьей берлоге? Тоже из разряда фантастики. Счастливый билет – канализация под большими бетонными емкостями? И каков процент вероятности?
   Вот и все, братишка. Вот и все. Тогда останется лишь жалеть, что использовал все патроны до последнего! Эх, о себе-то родном не позаботился!
   Так, ладно, растрепался я тут, потянуло в минор. Чего это меня – от морфина так прет? Брр… В общем, хорош думать, нужно действовать.
   Оставался, правда, еще вариант, что за ним вышлют поисковую группу, но верилось в это с трудом. Леку хорошо было известно, что подобных приказов в Укрытии ни один командир на протяжении уже двадцати лет как не отдавал. Рисковать своей жизнью ради призрачных надежд никто не станет. Чего кривить душой – он бы ведь тоже не стал. Не было у него в Укрытии таких друзей, ради которых он рискнул бы подняться на поверхность. А потому и обижаться, что за ним не придут, Лек не стал. Все предельно честно…
   Он запустил в коричневато-серую жижу обе руки по локти. После нескольких минут сгребания липких сгустков пришел к выводу, что ничего в этой луже не найдет. Отчаянно хлестнув ладонями по вздымающей отвратительные пузыри поверхности, поднялся, выругался и еще раз осмотрелся вокруг.
   Только теперь он обратил внимание, что от того места, где он находился, в обе стороны уходит тоннель. Насколько хватало света, Лек видел кирпичные стены, свисающие с потолка корни деревьев и расходящуюся в обе стороны ту же пузырящуюся реку грязи. Что это был за тоннель, знать ему совсем не хотелось, но, судя по высокому своду, построен он был однозначно не для прокладки труб.
   Внезапно Лек напрягся весь, обмер, раскрыв во всю ширь глаз. Какое-то время он пытался уверить себя, что все это ему показалось. Он упорно не хотел верить в то, что в правом тоннеле был слышен всплеск, будто там, примерно метрах в тридцати, кто-то, так же как и он, упал с трехметровой высоты. Успокоившееся к тому времени болото под его ногами прошлось одной волной и снова затихло. Оно ясно намекнуло, что теперь Лек в тоннеле не один.
   Позабыв обо всем, что сейчас мешало сосредотачиваться, стрелок насторожился, присел и всмотрелся в пульсирующую темноту. Звуков больше не было слышно никаких, но по мелким волнам на поверхности жидкой грязи было ясно, что кто-то движется. В какую сторону, было очевидно.
   Глубоко втягивая в себя ноздрями воздух, Лек остервенело принялся шарить руками по дну. Его пальцы натыкались на обломки кирпичей, подгнившие доски или металлические рейки, в некоторых местах не покрытые холмиками грязи.
   Что-то скользкое и живое прошло у него между пальцев.
   «Рыба», – нашел он объяснение. «Какая рыба?» – усмехнулся ему в глаза страх. Но в следующую секунду Лек уже забыл об этом. Приблизительно в полутора метрах от того места, где он лежал, он нащупал какой-то твердый предмет, формой похожий на приспущенный мяч. Это был его шлем.
   «Шлем – это хорошо, – подумал Лек, отложив его в сторону. – Но где же винтовка?»
   Лек вскинул голову. Увлекшись поисками винтовки, он мог легко подпустить невидимого врага (а кого же еще?) и теперь до появления белых кругов перед глазами всматривался в темноту. Ни хрена не видно. Лишь слышен напоминающий короткие детские всхлипы чей-то чавкающий шаг.
   Лек стер рукой с бороды грязь, поправил резиновую повязку, закрывавшую глаз, сплюнул и поднял взгляд вверх. Отверстие люка оказалось прямо у него над головой. Не то чтобы очень высоко, но не допрыгнуть. Да и выиграешь ли что? Не сдохнешь в болоте, так сгоришь на солнце. Выбор так себе.
   На лице его вдруг появилась странная ухмылка.
   – Вот ты где, – прошептал он, заметив запутавшийся в переплетенных корнях ремень из плотной ткани.
   Он все отчетливее слышал хлюпающие звуки приближавшихся шагов. Медлительная тяжеловесная поступь, скорей всего, принадлежала неуклюжему гиганту, с трудом переваливавшемуся с ноги на ногу. Хотя Лек не исключал, что это акустический обман, а на самом деле к нему вдоль стен бесшумно, выверяя каждый свой шаг, подкрадывается проворный стремительный хищник – куда более опасный враг, нежели неповоротливый тяжеловес.
   Страх холодной рукой прикоснулся к внутренностям.
   Медлить нельзя. Негромко хыкнув, он подпрыгнул и, схватив свисающий ремень, потянул вниз. Слава богу, винтовка была все еще там!
   Больно получив прикладом по голове, он тем не менее вцепился в винтовку бульдожьей хваткой. Она была горячей, будто только что вынутые из печи пирожки. Деревянное ложе и приклад покрылись мелкими трещинами, но он не ощущал жжения в руках – возможность осязать любимое оружие вдохновила его, придала его мятежному характеру боевитости и уверенности в себе.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация