А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Выход 493" (страница 14)

   – Каран! Каран!!! – Он слепо нашаривал ручку задней дверцы.
   Все надежды на то, что Каран покинул борт до того, как на него свалилась трехсоткилограммовая тяжесть, разбилась в прах при одном только виде забрызганных кровью стекол. Из-за руля виднелись окровавленные штаны и подрагивающая рука.
   С другой стороны машины появилась темная фигура Секача с выведенной на шлеме красной эмблемой в виде перекрещенных серпа и молота, которая всегда вызывала у Кирилла Валерьевича непреодолимое желание окунуть Секача в бочку с черной краской.
   – Он жив! – радостно закричал Секач, приподняв край искореженной крыши с пассажирской стороны.
   – Я здесь. – Его окровавленная рука слегка шевельнулась.
   – Успел, бродяга, залечь! – так же радостно выкрикнул Секач. – У-у-у, водила, мать твою так! Кирюха, тяни дверь, я крышу подержу!
   Похоже, что азиат все-таки не так уж и прост, как это могло показаться поначалу. Живуч оказался, зараза! И слава Богу!
   И все бы хорошо, все бы просто замечательно, если бы не жгущее головы восходящее солнце и не возникшая где-то на полпути между «Чистильщиком» и ближайшим холмом широкая тень второго крылача.
   Подобно летчику-камикадзе, крылач устремился на врага. Понимая, что ему уже все равно не найти укрытия от безжалостно палящего солнца, крылач с увесистым камнем в лапах бесстрашно летел навстречу пулеметам.
   Нарушая отданный Крысоловом приказ, стражники открыли огонь. Они не стали дожидаться, пока тварь приблизится на среднюю дистанцию. Первым, кто ослушался приказа, был молодой сталкер по прозвищу Лек – ведь самого Крысолова прикрывает! Большая часть пуль ушла в молоко, но нескольким все же удалось поразить главную цель.
   Крылач задергался, будто кто-то прикоснулся к его оголенным нервам, чаще замахал левым крылом и сменил свой первичный курс, решив сделать круг и подойти с тыла.
   – Как же ты меня затрахал, чертов летун! – выругался Лек, следя за тем, как тварь начала отдаляться.
   Решив, что пулемет с такой дистанции малоэффективен, он упаковал его обратно в ящик. Не обращая внимания на жгучую боль в спине, будто кто-то засыпал ему за шиворот раскаленных углей, согнулся, пошарил рукой внутри капсулы и вытащил свое любимое оружие.
   – Ну, – довольно ухмыльнулся он, – покажи мне, как ты умеешь летать!
   Парень, которому было чуть больше двадцати лет, считался талантливым стрелком и опытным для своего возраста сталкером. Имел много успешных выходов на поверхность, и это при том, что у него вот уже три года как не было левого глаза – вечное напоминание о первой вылазке. Он носил на надетой наискось шлейке круглую резиновую заглушку а-ля морской пират, что отнюдь не помешало ему обрести славу отличного стрелка.
   Ему была доверена единственная из уцелевших в Укрытии винтовок с оптическим прицелом. И пускай возраст «старушки» уже подходил к столетней отметке и вид она имела архаичный, свою работу Gewehr 43 в умелых руках выполняла на все сто. В сложных ситуациях, когда прикрывать группу нужно было с дальних дистанций, равных старой немецкой винтовке не было.
   Правда, дряхлая, капризная старушенция была не всем по зубам. Лишь старому оружейнику Юххе, любившему ее всей душой, удалось укротить строптивую немку. А после того как он умер пару лет назад, она словно выражала свой протест перед другими стрелками, то заклинивая, то стреляя совсем не по цели. И даже Леку, которому оружие также пришлось по душе, обучение стрельбе с оптикой далось даже не с двадцатого раза. Лишь разобрав и собрав винтовку раз сто и в точном соблюдении с записями старика проведя ее чистку, смазку и подгонку, ему удалось кое-как завоевать железное сердце ветеранки, по злой иронии судьбы в свое время отбиравшей жизни у солдат Красной Армии. О ее судьбе и петляющем жизненном пути, что привел в итоге к Укрытию, можно сложить целую историю…
   Лек принялся «нащупывать» в прицеле летучую тварь. Он должен был положить пулю непременно в голову, попадание в туловище крылач просто не заметит. Однако стрелок никак не мог поймать чудовище в перекрестье, после отчаянной пальбы из пулемета перенапряженные руки мелко дрожали. Нужно было принять устойчивое положение. Снайпер поспешно улегся на крышу, широко разведя ноги и опершись на локти.
   – О, вот это дело! – обрадовался приникший к прицелу Лек, когда голова летящей твари оказалась надежно «зажата» между остриями трех черных полосок.
   – Пли! – сам себе скомандовал снайпер, выбрал момент между ударами сердца и плавно вдавил спусковой крючок. Маленький кусочек свинца яростно громыхнул, покидая ствол, и устремился к месту, где Леком ему была уготована встреча с черепом крылача.
   Сделано! Карминовый фонтанчик, вырвавшийся из правого виска твари, превратился в едва различимое кровавое облачко. Кто-то еще стрелял по инерции из пулеметов, но в этом уже не было нужды. Гигантские кожистые крылья застыли, так и не завершив взмах, а в следующее мгновение безвольно обмякли, массивная туша крылача вслед за выпавшим камнем устремилась навстречу земле.
   Лек ликовал! Он был просто вне себя от радости! По возвращении домой он будет рассказывать салагам из учебки, как одним выстрелом снял крылача. Нет, не так: как одним четким, точным выстрелом, экономя последние боеприпасы, вышиб мозги не какому-то там мизернику или гребаному банкиру, а самому фантому! С какого расстояния? Да метров с пятидесяти, не меньше. А то и все шестьдесят! Пулеметчики что делали? Да ничего, собственно, палили себе в небо, им-то что? Патроны не они ведь чеканят! Нет, попадали, конечно, вон первого крылача завалили. А второго я грохнул. Тоже хотите так стрелять? Ха, щеглы еще, поживите для начала с мое, тогда и научитесь.
   Вскочив на ноги, ликующий Лек принялся исполнять незамысловатый победный танец, состоявший по большей части из ритмичных движений тазом и размахивания руками. Новоиспеченный герой слишком увлекся хореографией и не обратил внимания на то, что «Чистильщик» тронулся с места. Даже легкого сдвига «Форта» под ногами оказалось достаточно, чтобы парень, совершив неудачный пируэт, потерял равновесие и полетел с крыши прицепа на асфальт. Так слетает с тарелки в мусорное ведро недоеденный кусок мяса.
   Натужно взвыв, «Чистильщик» рванул вперед, подняв в небо столб черного дыма. Лек, здорово шлепнувшись об асфальт спиной и по инерции кубарем прокатившись несколько метров, с минуту извивался на спине, как ошпаренный, хватал ртом воздух и пытался закричать. Когда будто сдавленные прессом легкие отпустило, из гортани вырвался нечеловеческий вопль. Но никто не услышал его, да и не мог услышать.
   «Чистильщик» скрылся из виду быстро. Гораздо быстрее, чем Лек понял, что он уже никогда не сможет рассказать салагам из учебки, как он снял одним выстрелом крылача, в то время как пулеметчики расстреливали облака.
* * *
   Крысолов уснул. После нескольких поистине тяжелых дней ему наконец удалось уснуть. И крысы больше не донимали его.
   Снился пляж и набегающие на него белые барашки волн. Он никогда не видел моря вживую, но откуда-то знал, как шумит прибой. Как кричат чайки. Как поглаживает лицо легкий теплый бриз. Как бегут где-то в вышине белые пушистые клочки облаков. Как мягко и приятно шевелится под ногами золотистый песок. Как заманчиво шелестят широколистные кипарисы.
   Господи, какая же это идиллия! Полжизни не задумываясь отдал бы, чтоб только оказаться в этом месте не во сне. С разгону вбежать в это бескрайнее синее море, поднять в воздух мириады брызг и отдать все свое тело, без остатка, в объятия нагретых щедрым южным солнцем волн. И больше ничего не просил бы от жизни. Клянусь, больше ничего…
   – Беда, Крысолов! – вырвал его из идиллии голос Секача.
   – Что случилось? – мгновенно проснувшись, вскочил на ноги Крысолов.
   – Каран плох… и это… парня одного нет. – Лицо Секача все блестело от капелек пота, глаза бегали, как у неловко признающегося в любви мальца.
   – Стоп, Серега. Давай по порядку. – Крысолов незамедлительно спрыгнул на землю и потянулся за матрацем, чтобы скрутить его в рулон и забросить за сиденье до следующего случая. – Что с Караном?
   – Плохо. Михалыч говорит, что слишком много крови потерял, нужен донор. Но сначала ему нужны анестетики или как там их… а их нет. Последнего ламара на мелкого этого истратили, ну, которого Тюрьма воспитывал. Ты же сам хотел, чтобы его быстро восстановили… Вот и…
   – Быстро восстановить и лечить ламарами – это разные понятия. Пора бы уже знать. Скоро будут ими головную боль лечить, расточители, м-мать.
   – Так Михалыч говорит, что это Юлька так решила. А ты вроде как сказал…
   – Тоже мне, нашел чьи решения!.. – оборвал его Крысолов, но в следующую секунду остыл. – Так, ладно, а что за парень пропал? С чьего экипажа?
   – С нашего. Парень в последнем отсеке дежурил. Леком кликали, помнишь такого?
   – Конечно помню. – Лицо у Кирилла Валерьевича потускнело, брови свелись к переносице. – Это ж наш ворошиловский стрелок. Куда же он мог пропасть?
   – Не знаю, – развел руками Секач. – Капсула его была открыта, а отсек – закрытым изнутри.
   – Может, его крылач это?.. – Он провел большим пальцем по горлу.
   – Да нет, – отмахнулся Секач, – ребята сказали, что это как раз он второго крылача и снял. Одним выстрелом. Мы как раз в машину садились, когда он ему мозги из «старухи» вышиб. А влезал ли он назад в отсек, никто не видел.
   «Из „старухи“? – задумался Крысолов и, плотно сжав губы, выпустил ноздрями воздух. – Значит, покидал-таки капсулу, гад».
   – Вроде как грозовые тучи идут, – сказал Секач, заглянув в иллюминатор над головой Крысолова.
   – Тучи – это хорошо, – протянул Крысолов и сверился с барометром. – Это очень хорошо, – утвердительно повторил он, убедившись в правоте напарника.
   Не говоря ни слова больше, он открыл водительскую дверь «Чистильщика», небрежно закинул матрас за сиденье, затем повернулся к напарнику и наткнулся на ничего не понимающий взгляд.
   – Ты что, собрался идти искать его?
   – А есть другие варианты? Или… – он специально выдержал как можно дольше эту гнетущую паузу, словно проверяя товарища на вшивость, – так поедем? Оставим его здесь?
   – Но с чего ты взял, что он жив? Он пробыл под солнцем больше восьми часов! Считаешь, он может выжить?
   – Почему же не может? Ты забыл, как Сенька Дух в поле нашел где укрыться от солнца? А Лек – парень толковый, выживет, если захочет.
   – Тогда я с тобой, – решительно сказал Секач.
   – Тогда чего стоишь? Тащи баллон, резак, «Разведчика» я что, по-твоему, на обратном пути подбирать буду? Разбуди Бороду и давай объявляй общее построение.
   Но делать этого уже было не нужно. Большинство сталкеров сами высыпали наружу, обсуждая случившееся. И даже те, кто спал, услышав гомон, тоже присоединились к обсуждению. Новость разжевывали в подробностях. Кто-то отрицательно мотал головой и, словно говоря о мертвеце, выгибал губы луной, кто-то отмахивался, как от пустой затеи. А кто-то, наоборот, поглядывал в сторону Крысолова и Секача и догадывался, о чем они говорят.
   – Э, мужики! – окликнул Крысолов, и толпа тут же затихла. – Мы с Секачом выходим. Пока погода позволяет, попробуем найти Лека и вернуть «Разведчик». На все про все мы берем себе час. Если за час не вернемся, уезжайте. «Чистюлю» пускай ведет Бешеный. Старшим оставляю… – Кирилл Валерьевич посмотрел на Василия Андреевича, подумав было передать бразды правления ему, но на фоне дюжих, здоровых ребят-сталкеров он выглядел совсем уставшим и потрепанным, – Стахова. Никитич, – он обратился к вышедшему из толпы бывшему начальнику заставы, – тебе все понятно?
   – Да, – ответил он.
   – Значит, схема такая. Если у нас все выгорит и мы справимся раньше часа, то на перекрестке оставим метку и, не заезжая в город, будем двигаться к следующей контрольной точке – Пирятину. До него шестьдесят километров. Думаю, если дорога будет нормальной, вы за часа три туда вразвалочку доберетесь. Если метки не найдете, значит, мы либо застряли в городе, либо каюк «Разведчику». На всякий случай пускай Борода съездит проверит, если нас возле уазика нет – отправляйтесь дальше. Не будем превращать нашу экспедицию в поиск поисковиков, потому что с таким успехом до Харькова не доедет никто.
   – Так почему бы вам не взять «Бессонницу», Кирилл? – возник у Стахова резонный вопрос. – Погода все равно портится. Сейчас сложим купол, и айда. А мы вас тут подождем или на перекрестке.
   – Змей!
   – Я здесь, Кирилл Валерьевич. – Заскрипела старыми колесами похожая на большой скейтборд каталка, на которой механик «Бессонницы» последние дни проводил почти все свободное время. Да и сейчас все его лицо было перепачкано мазутом, в руках он держал большие разводные ключи, а на асфальте у его ног лежали детали разобранного привода.
   – Сколько еще времени займет ремонт? – спросил Крысолов не столько для себя, сколько для того, чтобы Стахов понял ответ на свой вопрос.
   – Часа два, а если кто поможет, то где-то полтора, – передернул плечами Змей. – Эти, блин, мудаки из слесарки все мне тут напутали. Они же думают, что это им в «зилке» сто тридцатом ступицу поменять. А это ж техника!
   – Ладно, мужики, не будем тогда минорить, – ободряюще подмигнул сталкерам Крысолов. – Думаю, у нас должно получиться. Всё, – он прихлопнул в ладоши, – даст Бог, свидимся.
   Они вышли, когда по небу, от края до края, сверкнула первая молния, отразившись в осколках слез мертвого города своим белесым светом. Затем вселенную сотрясли раскаты грома.
   Снова собирался дождь.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация