А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Рыцарь московской принцессы" (страница 11)

   – Никакого воспитания, – фыркнула Белка. – Манеры, юноша, манеры.
   – Ща всем налью, – немного смутился он. – Просто пить ужасно хотелось.
   Закинув в рот маленький пирожок с ароматной мясной начинкой, он снова схватился за ручку кувшина и, не переставая жевать, разлил морс по стаканам.
   Зоя прыснула, Егор даже не обратил на это внимания. При виде разнообразных яств им овладел волчий аппетит. Есть-то ему хотелось еще в лабиринте, а с той поры еще минимум два часа прошло. Пирожки, бутерброды, пирог с яблоками, фруктовый салат и фруктовое желе – все смешалось на его тарелке и хаотично перекочевывало оттуда в его желудок.
   – По-моему, сейчас у кого-то будет заворот кишок, – словно бы вскользь отметила Белка, брезгливо щелкая мелкие круглые орешки с блестящей черной скорлупой и малинового цвета ядрышками. – Тоже мне заведение для особо важных персон. Покупают сплошь дешевую дрянь.
   – Ты это про пирожки? – удивился Егор. – А по-моему, очень вкусно.
   – Она про орешки мчеле, – внесла ясность Зоя. – Действительно, самые дешевые и доступные. Созревают в любых условиях. Посадил кустик – через месяц снимай урожай. И между прочим, считаются очень полезными для кожи и фигуры.
   – На вкус так полная гадость, – скривилась Белка. – А насчет своей фигуры я не волнуюсь. Потому что много двигаюсь. Кожа у меня и подавно под шерстью, все равно не видна, и гоношиться по ее поводу – только время попусту тратить.
   Егор, вооружившись щипцами, расколол скорлупу и осторожно положил на язык малиновое ядрышко, приготовившись сморщиться от чего-нибудь едкого, кислого или горького. Ничуть не бывало. Совершенно нейтральный вкус. Напоминало обычные семечки подсолнуха, разве что с небольшим скипидарным привкусом. А в остальном вполне съедобно. И цвет приятный.
   Все это он высказал Белке. Та лишь с отвращением сплюнула скорлупу от очередного мчеле в тарелку.
   – Не гурман ты, милый. Развивать надо вкусовые рецепторы. Одновременно с работой над манерами.
   Егор даже не обиделся. Сыто развалившись на стуле, он блуждал лениво-осоловевшим взглядом по комнате.
   Они находились в узкой каморке с крохотным оконцем под самым потолком. Наверное, примерно в такой обитал бедняк папа Карло с деревянным сыночком своим Буратино. Вдоль двух противоположных стен стояло по небольшому топчанчику. В центре – стол, за которым они сидели. Возле двери по одну сторону шкаф, по другую – умывальник. На стене – плакат, призывающий голосовать за мэра Москвы. Мол, только он один в силах обеспечить процветание города и жителей.
   – У вас, я гляжу, выборы скоро? – полюбопытствовал Егор.
   – Нет, это с позапрошлых осталось, – начала объяснять Белка. – Тогда еще выбирали. Но выбрали как-то неправильно. Вот Константин все и вернул к стародавней практике. Теперь назначают, а не выбирают. – Она хихикнула. – Но, конечно, потом говорят, что того-то и этого поставили управлять, исключительно руководствуясь волей народа. Ладно. Не забивай себе голову ерундой. Вон зеваешь уже. Ложись отдохни. А то Аглая придет.
   – А где мы вообще находимся? – до сих пор не совсем понимал Егор. – Я как-то не разобрался, это кафе или гостиница?
   – Салон красоты и спа-гостиница, – сообщила Зоя. – Для высокопоставленных клиентов.
   – Примерно из той среды, представителей которой теперь не выбирают, а назначают, – вставила Белка.
   – В основном, конечно, клиенток, – продолжала девочка. – Ну, их здесь стригут, маникюр-педикюр делают и корректируют фигуру посредством разных косметических процедур.
   – Поня-ятно, – протянул мальчик. – Только, знаете, я ничего из этого не умею делать.
   – А тебе и не надо, – успокоила его Зоя. – Мы здесь просто прячемся.
   – Но Аглая сказала, что заставит нас работать, так как мы заняли комнату ее уборщицы…
   – Не заставит, – отрезала Белка. – Где это видано, чтобы дофина работала…
   Дверь резко распахнулась. На пороге, закрывая своим пышным телом почти весь проем, стояла Аглая Раджевна.
   – А мне все равно! – безапелляционно заявила она. – Уборщица позарез нужна. А уж кто там из вас за это возьмется, дофина или соус из тмина, мне совершенно без разницы. Решайте сами. Главное, чтобы в салоне была чистота и порядок.
   Егор, глянув на Зою, понял: кроме него идти больше некому.
   – Я, – с неохотою вызвался он.
   – Он не должен! – властно выпятила подбородок Зоя. – Приказываю оставить его в покое!
   Глаза ее гневно сверкнули, однако хозяйка салона ничуть не смутилась и покровительственно ей бросила:
   – Дорогуша, сейчас ты не в тех обстоятельствах, чтобы приказывать мне. Я вам помогаю, рискуя не только собственным бизнесом, но даже жизнью. Вот и вы должны мне помочь.
   – За твой риск будет щедро заплачено, – грозно процокала Белка.
   – О да. Не сомневаюсь, – подперла бока руками Аглая Раджевна. – Только обещанного три года жди. А пол уже сейчас грязный. Так что решайте.
   – Зоя, я пойду, – повторил Егор.
   На кону были судьба и жизнь Зои, а возможно, и его собственные жизнь и судьба, и вопрос, убирать им салон «Эйфория» или не убирать, в сравнении с этим казался мальчику совершеннейшей ерундой. Да и тетка какая-то неприятная. Запросто выставить может на все четыре стороны или, что еще хуже, Оресту заложит.
   – Тогда и я с тобой, – решительно вскочила на ноги девочка.
   – Ну уж нет! – воскликнула Белка. – Тебя ведь сразу узнают!
   – Да я же сказала: переоденем, загримируем. Мальчишку – девчонкой, а ей – паричок, лицо подмажем, чтобы постарше казалась. Родная мама не узнает.
   При слове «мама» Зоя вздрогнула, будто ее ударили, однако Аглая была чересчур толстокожей, чтобы обращать внимание на подобные мелочи, и, даже не обернувшись, продолжала энергично рыться в шкафу.
   – Вот платьице для мальчишки, а халатик – для Зои.
   Потом она принесла походный чемоданчик с косметикой и париками. Пятнадцать минут спустя Егор и Зоя с изумлением взирали на собственные отражения в зеркальной дверце шкафа. Его бы, Егора, мама точно не узнала. Он превратился в томную бледную блондинку неопределенного возраста. Зоя же стала ярко-рыжей и пухлой. Видно, Аглая Раджевна положила ей что-то под одежду.
   Зое выделили одну лишь швабру, а Егору – еще тряпку и ведро с мыльной водой.
   – Не хотела бы все же я их одних отпускать, – волновалась Белка. – Может, и для меня у вас какой-нибудь подходящий костюмчик найдется?
   Аглая Раджевна, критически оглядев зверька, задумалась, словно что-то прикидывая, и, пробормотав «айн момент», ненадолго исчезла, вернувшись с чучелом огромного серого пушистого кота под мышкой.
   – Наследство любимой бабушки, от сердца, можно сказать, отрываю, – с пафосом объявила она и, вспоров шов на чучеле, вытряхнула из него гору опилок.
   – Залезай, – скомандовала она Белке. – Зашью прямо на тебе. К сожалению, молния не предусмотрена. Зато в этом теперь можешь бродить где хочешь. Только мурлычь погромче. Клиенткам это нравится. Говорят, уют создает.
   Белка, брезгливо натягивая на себя кошачьи лапы, оскорбленно ворчала:
   – Вот уж не думала не гадала, что доживу до такого позора.

   Глава VII

   Егор поднялся по лестнице для персонала на второй этаж. Теперь ему надо было найти второй номер. Он увидел две двери, однако без всяких цифр. Выбрал наугад правую и, отворив, обрадовался. Вперед уходил коридор, по обе стороны которого тянулось множество пронумерованных дверей.
   Номера два тем не менее вблизи от лестницы не было. Видать, Аглая Раджевна в запарке что-то напутала. Ну, ничего. Вот четвертый номер, следовательно, рано или поздно и второй найдется.
   Руки у Егора были заняты: одна шваброй, другая – ведром. Поэтому ручку он нажал локтем, а дверь толкнул плечом. В номере два было пусто и, как ни странно, но к большой радости мальчика, достаточно чисто. Лишь в одном месте на светлом мраморном полу растеклась лужица какой-то зеленой жижи. Сейчас он в два счета ее уберет и, как говорится, свободен до дальнейших распоряжений.
   Номер только какой-то странный. Больше смахивает на медицинский кабинет. Ну да, возможно, у них так полагается. Наверное, для того, чтобы можно было делать процедуры прямо по месту проживания и не светиться, таким образом, перед другими постояльцами.
   Зеленая жижа оказалась крайне зловредной. Она не стиралась, а, наоборот, размазывалась по полу. Егор тер и тер, но от этого становилось лишь хуже. Она затекла уже за ширму, стоящую в углу комнаты.
   Обогнув ее, мальчик собрался тереть с другой стороны, но, потрясенный, застыл на месте. На кушетке лежала мумия! Настоящая! Ее конечности, тело и голова были запеленуты в бинты. А бинты такие древние, что покрылись буро-зеленой слизью. К тому же мумия воняла – нестерпимо и неописуемо. Сразу чувствовалось, что она тухла уже много лет, а вероятно, даже веков.
   «Наверное, они используют ее в качестве добавки к каким-нибудь косметическим средствам, – мелькнула догадка у мальчика. – Ну, как рога марала или желчь медведя. Браконьеры за тем и другим постоянно охотятся. Или мумиё. А у Аглаи мумия в ход пошла. До чего же она смердит!»
   Ему хотелось зажать нос и бежать отсюда куда подальше. Но для этого нужно было как минимум сдвинуться с места, а Егора сковал леденящий ужас, который еще усилился, когда он обнаружил, что мумия смотрит на него блестящими карими глазами. Очень даже живыми глазами. Память его моментально воскресила все фильмы ужасов, которые он видел. Вопль вырвался из его груди. Мумия, не оставшись в долгу, тоже взвыла. Басом!
   В номер вихрем ворвалась Аглая Раджевна.
   – Что происходит? – огибая ширму, рявкнула она.
   Егор и мумия, разом умолкнув, немо уставились друг на друга. Зеленый зловонный палец мумии крупно дрожал.
   – Ты что, противная девчонка, здесь делаешь! – накинулась на Егора Аглая Раджевна и, крепко схватив его за ухо, поволокла к двери.
   – Вы же сами велели убираться, – отбивался, как мог, от нее Егор.
   – Я тебе приказала второй номер вымыть, а не второй кабинет, – садистски выворачивала его ухо хозяйка салона.
   – Но я-то не знал. Вижу цифра «два» – и вошел. То есть, конечно, вошла, – поправился Егор. – И грязь на полу там имелась.
   – Марш во второй номер, – наконец оставила его ухо в покое Аглая Раджевна. – Дверь налево от лестницы.
   Она пинком вышвырнула его в коридор. Дверь захлопнулась. Из-за нее до Егора донеслось льстивое сюсюканье:
   – Вы уж премного меня извините, многоуважаемая Биана. Прислуга новая, неопытная. Первый день сегодня работает. Порядки наши еще до конца не усвоила. Такая проблема стала хорошую уборщицу найти. Бухгалтера – пожалуйста, законника – сколько хочешь. А пол помыть ну совершенно некому. Все стали умные, образованные, черной работы гнушаются. Ни за какие деньги не сыщешь.
   – Совершенно с вами согласна, дорогуша, – ответили басом. – У меня с прислугой тоже большая проблема. Никак горничную не найду. Хоть из Океании аборигенку выписывай. Наши-то если и работают, то обязательно хамят. А не хамят, так воруют. А то еще к тому же и пакостят. И мужу норовят глазки состроить. Времена пошли! – Бас стал возмущенно-жалобным. – Ничего у людей святого не осталось!
   Егор, подхватив ведро, поплелся в другую часть здания. Номер второй он обнаружил на сей раз без проблем и, прежде чем приступить к работе, тщательно его обследовал, опасаясь новых сюрпризов в виде каких-нибудь псевдомумий, или что еще у них здесь такое заведено. Номер отличался элегантной аскетичностью антуража. Кровать. На стене – панель телевизора. Зеркала вовсе отсутствовали. Егор разгадал причину: видно, в период лечения обитатели не должны были на себя смотреть, чтобы не расстраиваться, пока оно не закончилось. Шкаф встроенный. Санузел совмещен с душевой кабиной.
   Егор повозюкал мокрой тряпкой по совершенно чистому полу, после чего с чистой же совестью вернулся в комнату уборщицы. Там бурно выясняли отношения Зоя и Аглая Раджевна.
   – Вы специально меня к ней послали? – возмущалась девочка. – Просто чудо, что она меня не узнала! Пришлось мне все время спиной к ней поворачиваться.
   Белка в образе кошки восседала рядом.
   – Что случилось? – тихо осведомился у нее Егор.
   – Зою послали подметать в комнату, где стригли тетю Ореста, – начала объяснять Белка. – А она Зою прекрасно знает с младенчества.
   – Я пытаюсь уйти, – продолжала девочка, – а она все расспрашивает меня о чем-то. Когда я вынуждена была ей ответить, она прямо подпрыгнула в кресле, видно, голос узнала. Парикмахерша, бедная, от неожиданности клок ей на макушке выстригла. А тетушка Ореста лорнет свой нашарила и на меня сквозь него таращится. Смотрела, смотрела, головой качала. А потом говорит парикмахеру: «Как поразительно люди бывают порой похожи!» В общем, если б не рыжий парик, он только ее и сбил с толку, везли бы меня под конвоем обратно в Башню.
   – Сама виновата! – грянула Аглая Раджевна. – Кто тебя просил своим голосом ей отвечать. Пошипела бы там или попищала. Да, впрочем, она все равно ничего бы не разглядела. Слепа как крот. Меня-то едва узнает при встрече.
   – Все равно, знаете ли, – продолжала возмущаться Зоя.
   – На споры у меня больше времени нет, – со свойственной ей бесцеремонностью заявила Аглая Раджевна. – Но мы договорились. Не стану больше посылать тебя к твоим знакомым, хотя контингент мой сплошь из твоих знакомых и состоит. Отныне ты будешь убирать только пустые комнаты. А ты, молодой человек, – переключилась она на Егора, – дуй вместо нее в салон. Там уже горы волос с клиентов настригли.
   Белка отправилась с ним, преследуя какие-то свои цели и интересы. Егор вскоре понял, в чем дело. Она растянулась на полу около трех светских дамочек, которые одновременно оживленно болтали, пили кофе и делали педикюр. Пока мальчик подметал вокруг них, он успел узнать все последние сплетни из Башни.
   Белке только того и было надо. Послушать, однако, ей удалось недолго. В салон вальяжной походкой вошел черный мускулистый кот в белой манишке. Углядев Белку в костюме кошки, он изумленно выпучил ярко-зеленые глаза, в которых было написано: «Кто посмел без моего разрешения посягнуть на мою территорию?»
   Шерсть на коте встала дыбом. Глаза кровожадно сузились. Он вынес негодяйке смертный приговор. Затем, покружившись около Белки и принюхавшись, каким-то там своим образом пришел к выводу, что перед ним не соперник, а дама и притом, на взгляд кота, весьма очаровательная. И раз уж ему, прямо на его территории, привалило такое нежданное счастье, он решил за ней поухаживать.
   Делал он это весьма настойчиво и нахально, что Белке совсем не понравилось. Пришлось Егору вмешаться и придержать кота шваброй, дав лжекошке возможность ретироваться в комнату уборщицы.
   Кот яростно шипел, кусал швабру и драл ее когтями. На его защиту встали все дамы салона:
   – Как вам, девушка, не стыдно? Где вас воспитывали? – верещала толстая тетка в розовом пеньюаре с розовыми бигуди на голове.
   – Бедное животное! – трагически заламывала руки другая, щупленькая, с коричневой маской на лице и с начесом каштановых волос на половине головы, так как вторую половину еще начесать не успели.
   – Бесчеловечное отношение! – брезгливо морщилась третья, с огромными ярко-красными ногтями на длинных холеных пальцах. – Что ж вы хотите, плебеи.
   Аглая Раджевна разъяренной фурией влетела в салон. Сперва она наподдала коту. Потом, схватив за ухо Егора, уволокла его в дверь с надписью: «Только для персонала».
   – Ничего поручить нельзя, – свирепо шипела она ему на ходу. Когда же они скрылись от посторонних глаз и ушей, она добавила: – Прячутся они, видите ли. По-моему, вы только и заняты тем, что привлекаете к себе внимание.
   – Во всем виноват ваш кот! – категорически отрицал какую-либо свою вину Егор.
   – Марш в свою комнату и больше оттуда не высовывайтесь. – Она тяжело перевела дух. – Слава Правителю, вы у меня только до сегодняшней ночи. И то всю работу дезорганизовали. Впору санитарный день устраивать. Еще одного такого денька я бы точно не выдержала.
   «Какая противная тетка, – подумал Егор. – Наверное, ей за нас заплатили как следует, поэтому нам и помогает. А так наверняка бы сдала Оресту. Мы явно ей очень не нравимся».
   В комнате Белка ожесточенно драла когтем себе спину.
   – Бери ножницы и помогай снять! – скомандовала она Егору. – Больше ни секунды в этой блохастой шкуре ходить не желаю. Такого позора набраться! Кот увязался. И Аглая, душа тараканья, орехи у нее никуда не годятся, и кот совершенная дрянь. Недоумок, за кошку меня имел наглость принять. Подружку себе, видите ли, нашел! – продолжала бурчать она. – Как я только еще сдержаться сумела и всю морду ему не расцарапала. Я… – Она задохнулась. – Оказывается, я кошка драная!
   – Наверное, у чучела запах от прежней кошки остался, – предположил Егор и, не сдержавшись, хихикнул.
   – А я, между прочим, не вижу в сложившейся ситуации ничего забавного! – выпуталась наконец из ненавистной шкуры Белка. – Но, раз нас выгнали, можем хоть отдохнуть. Ночка-то нам предстоит тяжелая. Слава ореху, что мы долго здесь не задержимся. Я-то боялась, нам придется дня на три осесть у Аглаи в ожидании перевозки.
   – Хочешь сказать, за нами сегодня ночью приедут и заберут? Кто? Куда? – сгорал от любопытства мальчик.
   – Много будешь знать – снова в лабиринт попадешь, – не собиралась делиться подробностями Белка. – Приедут – увидишь, доедем – узнаешь.
   В комнату вошла Зоя.
   – Аглая меня прогнала. Говорит, мы ни на что не годимся, – с довольным видом объявила она. – Вас тоже турнули?
   – Ага, – в унисон подтвердили Егор и Белка. – Ложись отдыхай. Вечером уезжаем.
   Егор было открыл рот, чтобы развлечь Зою рассказом о донжуанстве кота, но Белка, разгадав его намерение, зыркнула столь свирепо, что мальчик почел за лучшее отложить курьезную историю на потом, когда Белки не окажется рядом.
   – Ой, как же я рада, что мы уезжаем отсюда, – призналась Зоя. – Мне тут не нравится.
   – Никому не нравится, – буркнула Белка. – В подобных местах, если ты не вип-клиент, чувствуешь себя отвратительно. Хотя, на мой взгляд, Аглая поступила с нами недальновидно. Ведь пройдет еще несколько лет…
   Поняв, что она имеет в виду, Зоя поморщилась и перебила ее:
   – Главное, мы совсем скоро с ней расстанемся. Ой, как же мне хочется спать!
   Она вытянулась на узком топчанчике. Егор последовал ее примеру. Блуждание по лабиринту, а потом беготня с полными ведрами по этажам «Эйфории» порядком его измотали.
   Разбудила мальчика Белка:
   – Вставай и не поднимай шума.
   В комнате было темно. Лишь сквозь пыльное оконце под потолком просачивался тусклый свет фонаря. Зоя, уже совершенно готовая, стояла с рюкзачком за плечами. Егор уловил шум мотора, доносившийся с улицы.
   Все трое на цыпочках пробрались к коричневой обшарпанной двери. Там стояла Аглая Раджевна, облаченная в застиранный махровый халат. Видимо, вне поля зрения ВИП-клиентов она о своем внешнем виде особенно не пеклась.
   – Счастливого пути. И ни пуха вам ни пера, – пожелала она путешественникам, отпирая дверь.
   – И тебе ни дна, ни покрышки, – процедила Белка и, уже когда дверь за ними захлопнулась, добавила: – Можно подумать, я о ней хоть чуточку беспокоюсь.
   Во дворе, слившись с ночной темнотой, стоял темно-серый микроавтобус с погашенными фарами. Едва троица поравнялась с ним, из него вылез щуплый небольшого роста мужчина и, коротко поприветствовав их, открыл перед ними салон.
   Они устроились на сиденьях. Машина немедленно тронулась. Разговор никто завести не пытался, в салоне было темно, и вскоре Егор опять задремал под мерное урчание мотора.
   К действительности его вернул резкий толчок. Машина, жалобно скрипя старыми рессорами, запрыгала по ухабам и рытвинам. Уже светало. Они ехали по грунтовой дороге, шедшей сквозь огромное поле. Простор вокруг – на сколько хватало глаз. Лишь слева дальним намеком темнел лес.
   – Нам еще долго ехать? – полюбопытствовал мальчик у водителя.
   – Приедем, тогда и увидишь, – скрипучим голосом отозвался тот и умолк, продолжая крутить руль то вправо, то влево, объезжая ухабы.
   Зоя тоже проснулась и посмотрела в окно.
   – Узнаешь местность? – посмотрел на нее Егор.
   Она покачала головой:
   – Никогда раньше здесь не была.
   Белка произнесла хриплым спросонья голосом:
   – Поспать не даете, неугомонные. Куда едем, туда и едем. Когда остановимся, тогда и приедем.
   – Мы за городом? – попытался еще раз выяснить их маршрут Егор.
   – Нет, в самом центре Москвы. У Ореста в гостях. Сейчас его жена и детишки развлекать нас пожалуют. Танец станцуют, песню споют про счастливую родину, которая под мудрым руководством Константина Шестого все пышнее цветет и сильнее пахнет. Не задавай глупых вопросов, надоел. – И Белка снова захрапела.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11] 12 13 14 15 16 17 18 19 20

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация