А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Девушка, которая играла с огнем" (страница 59)

   Бублански долго молчал. Наконец он издал громкий вздох. Микаэль услышал, как он перевернул листок и щелкнул шариковой ручкой.
   – И вы в этом уверены?
   – Да.
   – О'кей. И где же находится Нидерман и этот самый Залаченко?
   – Этого я еще не знаю. Но как только выясню, сообщу. Скоро к вам придет Эрика Бергер и принесет полицейское расследование девяносто первого года. Как только снимет с него копию. Там вы найдете много информации о Залаченко и Лисбет Саландер.
   – Это почему же?
   – Залаченко – папаша Лисбет. Он русский перебежчик, наемный убийца времен холодной войны.
   – Русский наемный убийца? – повторил Бублански с явным недоверием в голосе.
   – Группа заговорщиков из Службы безопасности помогала ему и прикрывала, когда он совершал преступления.
   Микаэль услышал, как Бублански подвинул себе стул и сел.
   – По-моему, лучше будет, если вы придете сюда и официально дадите показания.
   – Извините, но мне некогда.
   – Что-что?
   – Я сейчас не в Стокгольме. Но я свяжусь с вами, как только разыщу Залаченко.
   – Блумквист! Вы вовсе не должны ничего доказывать. Я и сам сомневаюсь в виновности Саландер.
   – С вашего позволения, хочу только напомнить, что я всего лишь частный сыщик и ни черта не смыслю в полицейской работе.
   Он понимал, что это ребячество, но оборвал разговор, не докончив, а потом позвонил Аннике Джаннини.
   – Здравствуй, сестрица!
   – Здравствуй! Что-нибудь новенькое?
   – Еще как! Возможно, мне понадобится завтра хороший адвокат.
   Она вздохнула:
   – Что ты наделал?
   – Пока ничего серьезного, но меня могут задержать за противодействие полицейскому расследованию или что-нибудь в этом роде. Но я звоню не поэтому. Ты не можешь представлять мои интересы.
   – Почему это?
   – Потому что я хочу, чтобы ты занялась защитой Лисбет Саландер, и ты не сможешь защищать одновременно меня и ее.
   Микаэль вкратце рассказал, в чем заключалось дело. Анника Джаннини молчала, и ее молчание не предвещало ничего хорошего.
   – И у тебя есть документы, подтверждающие то, что ты рассказал? – произнесла она наконец.
   – Да.
   – Мне надо об этом подумать. Лисбет понадобится адвокат по уголовным делам…
   – Лучше тебя никого не найти.
   – Микаэль…
   – Послушай, сестрица! Не ты ли недавно дулась на меня за то, что я не позвал тебя на помощь, когда мне это было нужно?
   После того как они все обсудили, Микаэль надолго задумался. Затем снова взялся за трубку и позвонил Хольгеру Пальмгрену. У него не было никакого повода для этого разговора, но он решил, что все равно нужно проинформировать старика, чтобы тот мог проверить некоторые следы и надеяться, что вся эта история закончится в течение ближайших часов.
   Но проблема состояла в том, что Лисбет Саландер тоже оставила кое-какие следы.

   Лисбет Саландер потянулась к рюкзаку за яблоком, ни на миг не отрывая глаз от усадьбы. Она лежала плашмя в перелеске, подложив под себя коврик из «короллы». Сейчас на ней были зеленые ветронепроницаемые брюки с карманами на штанинах, толстая фуфайка и средней длины непромокаемая куртка на теплой подкладке.
   Усадьба Госсеберга раскинулась вокруг в четырехстах метрах от проезжей дороги и состояла из двух частей. Главная часть находилась у нее перед глазами на расстоянии примерно двухсот метров: простой белый деревянный дом в два этажа, хозяйственная постройка и метрах в семидесяти от жилого дома скотный двор. Сквозь щель она видела спрятанный на скотном дворе белый автомобиль. Она думала, что это белый «вольво», но расстояние было слишком велико, чтобы убедиться наверняка.
   Между нею и домом по правую руку протянулось глинистое поле, которое, расширяясь, спускалось под уклон к небольшому озерцу, находившемуся в двухстах метрах от дома. Подъездная дорога вела вверх через поле и исчезала в перелеске у проезжей дороги. У подъездной дороги стоял еще один дом, по-видимому, там жил арендатор. Окна в нем были закрыты занавесками. К северу от строения раскинулся лесок, отгораживавший его от ближайших соседей – кучки домов, находившихся на расстоянии шестисот метров. Таким образом, усадьба была расположена относительно изолированно.
   Лисбет находилась в окрестностях озера Антен, среди холмистой местности, где пашни перемежались небольшими поселками и компактными рощами и перелесками. Дорожная карта не давала точного описания этого района, но, выехав из Гётеборга, она следовала за черным «рено» по шоссе Е20, направляясь на запад, в сторону Соллебрунна и Алингсоса. После сорока минут езды машина неожиданно свернула на лесную дорогу с указателем, на котором было написано «Госсеберга». Лисбет оставила машину в перелеске за каким-то сараем в ста метрах к северу от поворота и вернулась назад пешком.
   Ей ни разу не приходилось слышать о Госсеберге, но, насколько она поняла, название относилось к усадьбе со скотным двором, которую она видела перед собой. По дороге она миновала почтовый ящик. На нем была надпись «PL 192 – К. А. Бодин». Имя ей ничего не говорило.
   Описав полукруг возле дома, она тщательно выбрала место для наблюдательного пункта. Вечернее солнце было у нее за спиной. Она находилась здесь с половины четвертого, и с момента ее прибытия тут не произошло ничего интересного. В четыре из дома вышел водитель «рено». Обменявшись на пороге несколькими словами с кем-то, кого она не могла видеть, он уехал и больше не возвращался. После этого в доме не наблюдалось никакого движения. Она терпеливо продолжала ждать, следя за домом в маленький бинокль «Минольта» с восьмикратным увеличением.

   Микаэль Блумквист нервно барабанил пальцами по столику вагона-ресторана. Поезд X2000 сделал остановку в Катринехольме и простоял там около часа из-за какой-то поломки, о которой диктор сообщил по громкоговорителю и от имени Государственных железных дорог попросил у пассажиров извинения.
   Микаэль вздохнул и сходил за новой порцией кофе. Только спустя пятнадцать минут после объявления поезд дернулся и тронулся с места. Микаэль взглянул на часы. Восемь.
   Надо было лететь самолетом или нанять машину.
   В нем все усиливалось предчувствие, что он опоздал.
   Около шести часов кто-то зажег лампочку в комнате первого этажа, а вскоре после этого загорелся фонарь на дворе. В помещении справа от входа, где, по ее предположению, находилась кухня, показались какие-то тени, но ей не удалось разглядеть ни одного лица.
   Неожиданно отворилась входная дверь, и на крыльцо вышел белокурый великан, которого звали Рональд Нидерман. Он был одет в темные брюки и облегающий джемпер, подчеркивавший его мускулы. Лисбет кивнула сама себе. Наконец-то она получила подтверждение, что приехала, куда нужно. Она снова отметила, что он здоровенный бык. Но все же он сделан из крови и плоти, как все остальные люди, что бы там ни пережили Паоло Роберто и Мириам Ву. Нидерман обошел вокруг дома, зашел в здание скотного двора, где стояла машина, и пробыл там несколько минут. Оттуда он вышел с маленькой барсеткой и вернулся в дом.
   Уже через несколько минут он появился снова. С ним был щуплый пожилой мужчина маленького роста. Пожилой прихрамывал и опирался на костыль. Было слишком темно, чтобы рассмотреть на таком расстоянии его лицо, но Лисбет почувствовала пробежавший по спине знакомый озноб.
   Daaaaddyyy I am heeeree…[88]
   Она наблюдала за тем, как Нидерман и Залаченко шли по подъездной дороге. Они немного постояли возле сарая, где Нидерман остановился, чтобы набрать дров. Затем они вернулись в главный дом и закрыли за собой дверь.
   После их ухода Лисбет Саландер несколько минут лежала в засаде неподвижно. Затем она опустила бинокль, отползла назад метров на десять и спряталась за деревьями. Открыв рюкзак, она достала оттуда термос, налила себе черного кофе и стала пить, заедая бутербродом с сыром из пакетика, который купила на заправке по пути в Гётеборг. Тем временем она думала.
   Продумав все до конца, она достала из рюкзака «ванад» Сонни Ниеминена. Вынув магазин, она проверила, не заблокировано ли чем-нибудь спусковое устройство или ствол, и произвела холостой выстрел. В магазине имелось шесть патронов калибра 9 миллиметров. Этого должно было хватить. Она вставила магазин на место и послала одну пулю в ствол, потом поставила пистолет на предохранитель и положила в правый карман куртки.

   К зданию Лисбет начала подбираться кружным путем через лес. Пройдя около ста пятидесяти метров, она вдруг резко остановилась.
   На полях своего экземпляра «Арифметики» Пьер де Ферма нацарапал фразу: у меня есть воистину замечательное доказательство этого положения, но поля книги слишком узки для того, чтобы оно на них поместилось.
   Квадрат был заменен на куб (x3+ y3= z3), и математики потратили сотни лет на то, чтобы найти ответ на загадку Ферма. Над поисками окончательного решения этой задачи Эндрю Уайлс, вооруженный самой совершенной компьютерной программой, бился десять лет.
   И тут вдруг она поняла. Ответ был обезоруживающе прост. Цифры выстроились в ряд и сложились в простую формулу, более всего похожую на ребус.
   Но у Ферма не было компьютера, и решение Эндрю Уайлса строилось на такой математике, которая в то время, когда Ферма сформулировал свою теорему, еще не была придумана. Ферма никогда не мог бы додуматься до решения, предложенного Эндрю Уайлсом. У него, конечно, было совершенно другое решение.
   Все это так ее поразило, что она невольно присела на пень. Глядя перед собой в пустоту, она проверяла уравнение.
   Вот о чем он говорил! А математики-то так мучились!
   Затем она тихо засмеялась.
   Философ скорее решил бы эту загадку!
   Жаль, что она не может познакомиться с Ферма.
   Вот ведь старый шутник!
   Немного спустя она поднялась. Пройдя через лес, Лисбет вскоре оказалась перед скотным двором, за которым находился дом.

   Глава 31

   Четверг, 7 апреля
   Лисбет Саландер вошла на скотный двор через калитку возле старой сточной канавы. Никакой скотины на дворе не было. Она огляделась и сразу же убедилась, что здесь нет ничего, кроме трех автомобилей: белого «вольво» из салона «Автоэксперт», старого «форда» и выглядевшего несколько поновее «сааба». Да еще в глубине стояла проржавевшая борона и другие орудия, которыми когда-то пользовались для сельскохозяйственных работ.
   Спрятавшись в темном помещении скотного двора, она стала наблюдать за жилым домом. Уже совсем стемнело, и теперь свет горел во всех окнах первого этажа. Она не заметила там никакого движения, но, как ей показалось, уловила отблески телевизионного экрана. Она взглянула на свои часы: 19.30. Идет программа новостей.
   Ее удивило, что Залаченко поселился в таком безлюдном месте – это был странный выбор для того человека, какого она знала много лет назад. Она никогда бы не подумала, что увидит его в деревне, в небольшой белой усадьбе, скорее уж она ожидала найти его в какой-нибудь пригородной вилле или на заграничном курорте. Должно быть, он за свою жизнь нажил много врагов и помимо Лисбет Саландер. Ее смущало, что дом выглядит таким незащищенным, однако она предполагала, что внутри имеется оружие.
   После долгих колебаний она выскользнула из скотного двора под сумеречное небо, неслышно пробежала через двор и остановилась, прижавшись спиной к фасаду жилого дома. Внезапно до нее донеслись слабые звуки музыки. Она крадучись обошла дом с другой стороны и попыталась заглянуть в окно, но окна были расположены чересчур высоко для нее.
   Сложившиеся условия Лисбет не нравились. Первую половину жизни она провела в постоянном страхе перед человеком, который сейчас находился в доме, а вторую, после неудавшегося покушения на него, – в ожидании, что он снова окажется у нее на пути. На этот раз она решила не ошибиться. Может быть, Залаченко и стал старым калекой, но он был искусным убийцей, пережившим не одну схватку.
   Кроме того, не следовало забывать про Рональда Нидермана.
   Лучше всего было бы подловить Залаченко врасплох на открытом пространстве, например на дворе. Ей не хотелось затевать с ним разговоры, и она предпочла бы иметь в руках винтовку с оптическим прицелом. Она видела его только один раз в течение тех минут, когда он ходил в дровяной сарай, и едва ли стоило ждать, что он вдруг выйдет из дома для вечернего моциона. А это значило, что если она хочет дождаться более подходящего случая, то ей придется провести ночь в лесу. Спального мешка она не захватила, и, хотя вечер выдался довольно теплый, ночью наверняка будет холодно. Подобравшись к нему так близко, она не хотела позволить ему улизнуть. Она подумала о Мириам Ву и о своей маме.
   Лисбет закусила губу. Ей нужно было как-то проникнуть в дом, хотя это было наихудшим вариантом. Можно, конечно, постучать в дверь и выстрелить, как только кто-то откроет, а затем войти и отыскать второго мерзавца. Однако в этом случае оставшийся в живых будет предупрежден, а у него, уж верно, есть при себе оружие. Нужно провести анализ последствий. Какая еще возможна альтернатива?
   Неожиданно перед ней промелькнул профиль Нидермана, прошедшего мимо окна всего в нескольких метрах от нее. Обернувшись, он смотрел через плечо в глубь комнаты на человека, с которым разговаривал.
   Они оба находились в комнате, расположенной слева от входа.
   Лисбет приняла решение. Она вынула пистолет из кармана куртки, сняла его с предохранителя и бесшумно поднялась на крыльцо. Держа пистолет в левой руке, она медленно-медленно нажала на ручку входной двери. Дверь оказалась не заперта. Она нахмурилась: у нее появились сомнения. На двери имелось два замка.
   Залаченко не оставил бы дверь незапертой. Кожа на затылке пошла мурашками.
   Что-то здесь не так!
   В прихожей ее встретил полный мрак. Справа виднелась лестница, ведущая наверх. Кроме того, здесь были две двери – одна впереди и другая слева. Сквозь щель над дверью мерцала полоска света. Она замерла и прислушалась. Затем из комнаты слева донесся голос и скрип отодвигаемого стула.
   Она сделала два быстрых шага, распахнула дверь и направила перед собой пистолет. Комната была пуста.
   Она услышала за спиной шорох и молниеносно обернулась, будто змея. В ту же секунду, когда она нацеливала пистолет, громадная ручища Рональда Нидермана железным обручем стиснула ее горло, а другая рука схватила ее руку, в которой она сжимала оружие. Держа за шею, он оторвал ее от пола и поднял вверх, точно куклу.

   В первую секунду она забила ногами в воздухе, затем вывернулась и попыталась пнуть Нидермана в пах, но промахнулась и попала ему в ляжку. Ощущение было такое, точно она со всего размаху врезала ногой по дереву. Он сильнее сдавил ей горло; в глазах у нее потемнело, пистолет выпал из руки.
   Черт побери!
   Рональд Нидерман швырнул ее в комнату; она с грохотом ударилась о диван и скатилась на пол. Она почувствовала, как вся кровь прилила у нее к голове, и, шатаясь, поднялась на ноги. Ее взгляд упал на массивную треугольную пепельницу из стекла; буквально на лету схватив ее со стола, она с размаху попыталась швырнуть, но Нидерман перехватил занесенную руку. Сунув свободную кисть в брючный карман, она выхватила электрошокер, обернулась и ткнула им Нидерману в пах.
   Сильный удар тока прошел по ее руке, которую держал Нидерман. Она думала, что он повалится на пол от боли, но он только удивленно посмотрел на нее сверху вниз. Глаза Лисбет Саландер изумленно расширились. Было видно, что он испытал какие-то неприятные ощущения, но боли почти не заметил. Он ненормальный!
   Нидерман наклонился, отобрал у нее электрошокер и стал разглядывать его все с тем же удивленным выражением. Затем он ладонью ударил ее по щеке. Ей показалось, что ее ударили дубиной, и она рухнула на пол возле дивана. Подняв взгляд, она встретилась глазами с Нидерманом. Он с любопытством рассматривал ее, словно раздумывая, каким будет ее следующий шаг. Он был похож на кота, приготовившегося поиграть со своей жертвой.
   Затем она услышала какое-то движение возле двери, ведущей в следующую комнату, и обернулась на шум.
   На освещенное пространство медленно вышел он.
   Он двигался, опираясь на костыль, и она увидела торчащий из штанины протез.
   Левая рука у него заканчивалась бесформенной культей, на которой не хватало нескольких пальцев.
   Она подняла взгляд выше и увидела его лицо. Вся левая половина, покрытая грубыми шрамами от ожогов, была похожа на лоскутное одеяло, от уха остался только краешек, брови отсутствовали. Она помнила его бодрым мужчиной атлетического сложения с густыми черными волосами, а теперь его голова совершенно облысела, а тело казалось высохшим. Роста в нем было 165 сантиметров.
   – Здравствуй, папа! – произнесла она еле слышно.
   Александр Залаченко смотрел на свою дочь, лицо его не выражало ничего.

   Рональд Нидерман зажег верхний свет. Он проверил, нет ли у нее другого оружия, ощупав ее одежду, затем поставил на предохранитель ее «ванад» и вынул из него магазин. Залаченко прошел мимо нее, волоча ноги, сел в кресло и взял пульт управления.
   Взгляд Лисбет упал на экран телевизора, который стоял у него за спиной. Залаченко щелкнул кнопкой, и Лисбет вдруг увидела мерцающее зеленое изображение той части усадьбы, которая находилась за скотным двором, и кусочек подъездной дороги. Камера ночного видения. Они знали, что она сюда едет.
   – Я начал уж было думать, что ты не решишься сунуться, – сказал Залаченко. – Мы наблюдали за тобой с четырех часов. Ты задела почти что все сигнальные устройства, которые есть в усадьбе.
   – Детекторы движения, – сказала Лисбет.
   – Два на подъездной дороге и четыре в роще за лугом. Ты устроила свой наблюдательный пункт точно в том месте, где у нас установлена сигнализация. Оттуда открывается лучший обзор усадьбы. По большей части туда забредают лоси или косули, иногда люди, собирающие ягоды. Но человек с оружием в руках у нас тут редкое явление.
   Он помолчал секунду.
   – Неужели ты и впрямь думала, что Залаченко может поселиться в сельском домишке без всякой защиты?

   Лисбет помассировала шею и попыталась встать.
   – Сиди на полу, – резко приказал Залаченко.
   Нидерман перестал возиться с ее пистолетом и спокойно на нее посмотрел. Приподняв одну бровь, он ухмыльнулся ей в лицо. Лисбет вспомнила разбитую физиономию Паоло Роберто, которую видела по телевизору, и решила, что лучше уж она останется на полу. Она перевела дыхание и прислонилась спиной к дивану.
   Залаченко протянул здоровую правую руку. Нидерман вынул из кармана брюк пистолет и передал его Залаченко. Лисбет заметила, что это был пистолет марки «ЗИГ-Зауэр» – стандартное оружие полицейских. Залаченко кивнул. Они не обменялись ни словом, но Нидерман отвернулся, надел куртку и вышел из комнаты. Лисбет услышала, как открылась и снова закрылась входная дверь.
   – Не вздумай только делать никаких глупостей! Как только ты попытаешься встать, я в тебя выстрелю.
   Лисбет расслабила мышцы. Прежде чем она до него доберется, он успеет всадить в нее две, а то и три пули. Скорее всего, он пользуется боеприпасами, которые вызывают большую кровопотерю, и она умрет через несколько минут.
   – Вид у тебя жуткий, – сказал Залаченко, указывая на колечко у нее на брови. – Шлюха да и только.
   Лисбет устремила на него пристальный взгляд.
   – Но глаза у тебя мои, – сказал он.
   – Больно? – спросила она, кивнув на его протез.
   Залаченко посмотрел на нее долгим взглядом.
   – Нет. Теперь уже нет.
   Лисбет кивнула.
   – Ты бы с радостью убила меня, – сказал он.
   Она не ответила. Он вдруг расхохотался.
   – Я много раз вспоминал о тебе за эти годы. Приблизительно столько же раз, сколько смотрел на себя в зеркало.
   – Не надо было трогать мою маму!
   Залаченко захохотал:
   – Твоя мать была шлюха.
   Глаза Лисбет сделались угольно-черными.
   – Никакая она не шлюха. Она работала кассиршей в продуктовом магазине и старалась прожить на заработанные деньги.
   Залаченко снова захохотал.
   – Можешь воображать себе о ней, что тебе угодно. Я-то знаю, что она была шлюха. Она постаралась поскорее забеременеть, а потом хотела заставить меня жениться на ней. Больно надо мне было жениться на шлюхе!
   Лисбет ничего не ответила. Она глядела в дуло пистолета и ждала, когда он хоть на секунду отвлечется.
   – С поджогом это ты хитро проделала. Я тебя ненавидел. Но со временем это стало не важно. Ты не стоила того, чтобы тратить на тебя силы. Если бы ты оставила все как есть, я бы о тебе и не вспоминал.
   – Чушь! Тебя нанял Бьюрман, чтобы ты прикончил меня.
   – Это совсем другое дело. Тут было деловое соглашение. Ему нужна была хранящаяся у тебя пленка, а я занимаюсь такими делами.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 [59] 60 61 62 63

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация