А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Девушка, которая играла с огнем" (страница 52)

   – Гм… – промычал Йеркер Хольмберг. – Но хозяин этого дома – покойный адвокат Бьюрман, и он уж точно здесь не живет.
   – Возможно, был еще и третий участник, и он уехал на машине.
   – А почему бы им тогда не уехать на ней вдвоем? Я исхожу из того, что в этой истории угон мотоцикла «харлей-дэвидсон» не главное, как бы правдоподобно это ни выглядело на первый взгляд.
   Подумав немного, он попросил у начальника пикета выделить двоих полицейских, чтобы они посмотрели, не найдется ли где-нибудь на лесной дорожке оставленного средства передвижения, а затем порасспрашивали бы соседей, не заметил ли кто-нибудь чего-нибудь необычного.
   – В это время года народу здесь не густо, – сказал начальник пикета, но обещал, что сделает все возможное.
   Затем Хольмберг открыл так и оставшуюся незапертой дверь летнего домика и сразу же наткнулся на лежащие на кухонном столе папки с документами о Лисбет Саландер, которые собрал Бьюрман. Сев на стул, он принялся читать.

   Йеркеру Хольмбергу повезло. Уже через тридцать минут после того, как начался обход домов, полицейские наткнулись на Анну Викторию Ханссон, которая в этот весенний день убирала мусор в саду возле дороги, ведущей в глубь дачного поселка. «Как же! – сказала она. – Вижу я, слава богу, хорошо». Выяснилось, что видела она одетую в черную куртку девицу маленького роста, прошедшую мимо примерно во время обеда. В пятнадцать часов проехали двое на мотоциклах, треск стоял ужасный. А вскоре девица проехала в обратном направлении на одном из тех мотоциклов. Ну а потом появились полицейские.
   В то время как Йеркер Хольмберг выслушивал этот отчет, к домику подъехал Курт Свенссон.
   – Что тут было? – спросил он.
   Йеркер Хольмберг мрачно взглянул на своего коллегу.
   – Сам не знаю, как это объяснить, – ответил Хольмберг.
   – Никак ты, Йеркер, собираешься меня убедить, что Лисбет Саландер объявилась у летнего домика Бьюрмана и сама набила морду высшему руководству «Свавельшё МК»? – спросил по телефону Бублански. Голос его звучал напряженно.
   – Ну так она же тренировалась под руководством Паоло Роберто…
   – Перестань, Йеркер!
   – Тогда слушай. У Магнуса Лундина стреляная рана в ступню. Он может остаться хромым на всю жизнь. Пуля прошла ему через пятку.
   – По крайней мере, она не стала стрелять ему в голову.
   – Вероятно, в этом не было необходимости. Согласно докладу пикета, Лундин получил тяжелые травмы лица, у него сломана челюсть и выбито два зуба. Врач «скорой помощи» подозревает сотрясение мозга. Кроме раны в ноге он жалуется на сильные боли внизу живота.
   – А что там с Ниеминеном?
   – У него, кажется, никаких травм. Но по словам мужчины, который позвонил в полицию, он застал его лежащим без сознания. Он не отвечал на вопросы, но потом пришел в себя и пытался удрать с места происшествия, как раз когда подъехал пикет.
   Впервые за долгое время Бублански выглядел совершенно растерянным.
   – Одна непонятная деталь, – добавил Йеркер Хольмберг.
   – Еще что-то?
   – Не знаю, как и описать. Кожаная куртка Ниеминена… Он ведь приехал туда на мотоцикле.
   – Да?
   – Куртка у него была порвана.
   – Как порвана?
   – Из нее был выдран кусок. Приблизительно размером двадцать на двадцать сантиметров. На спине куртки вырезан лоскут как будто ножницами или ножом, и как раз в том месте, где была надпись «Свавельшё МК».
   Бублански приподнял брови.
   – Зачем Лисбет Саландер было вырезать кусок его куртки? Как трофей, что ли?
   – Не представляю себе. Но я тут подумал… – сказал Йеркер Хольмберг.
   – О чем?
   – Магге Лундин толстопузый, он блондин, носит конский хвост. Один из парней, похитивших приятельницу Лисбет Саландер Мириам Ву, по описанию был тоже блондином с пивным брюшком и конским хвостом.

   Лисбет Саландер давно уже не испытывала такого захватывающего ощущения – с тех пор как побывала в «Грёна Лунд»[78] и увидела там аттракцион «Свободное падение». Она прокатилась три раза и с удовольствием каталась бы еще, если бы у нее не кончились деньги.
   Она поняла, что одно дело водить легкий «кавасаки» с двигателем на 125 кубиков, который, в сущности, всего лишь немного усиленный мопед, и совсем другое – управлять «харлей-дэвидсоном» с двигателем на 1450 кубиков. Первые триста метров пути по ухабистой лесной дороге были хуже американских горок, ее так и кидало во все стороны. Два раза она чуть не вылетела из седла вверх тормашками и только в последнюю секунду справилась с управлением. Эта езда напоминала скачку верхом на взбесившемся лосе.
   Вдобавок страшно мешал шлем, который то и дело съезжал ей на глаза, несмотря на то что она подложила в него для плотности кожаный лоскут, вырезанный вместе с подкладкой из куртки Сонни Ниеминена.
   Но остановиться, чтобы поправить шлем, она не решалась, опасаясь не справиться с тяжестью мотоцикла. Ноги у нее были слишком коротки и не доставали до земли, так что она боялась опрокинуться вместе с агрегатом. Если он упадет, ей уже ни за что его не поднять.
   Дело пошло лучше, когда она выехала на проселочную дорогу, ведущую в глубь дачного поселка. А свернув через несколько минут на Стренгнесское шоссе, она даже решилась отпустить одну руку, чтобы поправить шлем. Тогда она нажала на газ. Расстояние до Сёдертелье она одолела в рекордное время, и всю дорогу с ее лица не сходила восторженная улыбка. У въезда в город ей повстречались два ярко раскрашенных автомобиля с включенными сиренами.
   Умнее всего было бы, конечно, бросить «харлей-дэвидсон» прямо в Сёдертелье и в облике Ирене Нессер отправиться на пригородном поезде в Стокгольм, но Лисбет Саландер не смогла устоять перед искушением. Она выехала на шоссе Е4 и надавила на газ. Она внимательно следила за тем, чтобы не превысить скорость, по крайней мере, не превысить ее слишком сильно, и все же ее ощущение было подобно полету. Только подъезжая к Эльвшё, она свернула с Е4, добралась до Мэссан и умудрилась остановиться, не повалив своего коня. С огромным сожалением она бросила там мотоцикл вместе со шлемом и лоскутом кожи от куртки Сонни Ниеминена, на котором красовалось название его клуба, и пешком отправилась на станцию. Она сильно промерзла, хорошо, что до станции Сёдра оставалось ехать всего одну остановку. А дома она сразу залезла в ванну.

   – Его зовут Александр Залаченко, – сказал Гуннар Бьёрк. – Но его как бы нет. Вы не найдете его в переписи населения.
   Зала. Александр Залаченко. Наконец-то прозвучало имя.
   – Кто он такой и как мне его найти?
   – Это не тот человек, чтобы его можно было найти.
   – Поверьте, я очень хочу его видеть.
   – То, что я скажу вам теперь, это засекреченные данные. Если всплывет, что я вам это рассказал, я попаду под суд. Это один из самых больших секретов Шведской службы государственной безопасности. Вы не можете не понимать, почему для меня так важны гарантии моей анонимности как источника информации.
   – Я это уже обещал.
   – Вы достаточно взрослый человек, чтобы помнить времена холодной войны.
   Микаэль кивнул. Ну давай же, переходи наконец к делу!
   – Александр Залаченко родился в сороковом году в Сталинграде, в тогдашнем Советском Союзе. Когда ему исполнился год, началась операция «Барбаросса» и наступление немцев на Восточном фронте. Родители Залаченко оба погибли во время войны. По крайней мере, так думает Залаченко. Сам он не помнит, что тогда было. Самые ранние его воспоминания относятся к тому времени, когда он жил в детском доме на Урале.
   Микаэль снова кивнул, показывая, что внимательно слушает.
   – Детский дом находился в гарнизонном городе и спонсировался Красной армией. Залаченко, можно сказать, с ранних лет прошел хорошую военную школу. Было это в худшие годы сталинизма. После падения Советов было опубликовано множество документов, свидетельствующих о том, что в стране осуществлялись различные эксперименты по созданию особенно хорошо подготовленных элитных военных кадров из числа сирот, воспитывавшихся государством. Таким ребенком был и Залаченко.
   Микаэль снова кивнул.
   – Если вкратце пересказать его длинную биографию, то в пять лет он был отдан в армейскую школу. Он оказался очень способным мальчиком. В пятьдесят пятом году, когда ему исполнилось пятнадцать лет, он был переведен в военную школу в Новосибирск, где в числе двух тысяч воспитанников в течение трех лет проходил спецназовский тренинг, что соответствует подготовке русских элитных частей.
   – О'кей. В детстве он был бравым солдатом.
   – В пятьдесят восьмом году, когда ему было восемнадцать лет, его перевели в Минск и направили в специальное училище ГРУ. Вы знаете, что такое ГРУ?
   – Да.
   – ГРУ расшифровывается как Главное разведывательное управление – это военная разведка, находящаяся в непосредственном подчинении верховного военного командования. Не надо путать ГРУ с КГБ, который обычно представляют себе как главную шпионскую организацию, действующую за границей. В действительности КГБ занимался главным образом вопросами внутренней безопасности, в его ведении были сибирские лагеря для заключенных, а также в лубянских застенках КГБ выстрелом в затылок убивали оппозиционеров. За шпионаж и проведение операций за границей, как правило, отвечало ГРУ.
   – Это становится похоже на лекцию по истории. Продолжайте!
   – В двадцать лет Александр Залаченко впервые был послан за границу. Его отправили на Кубу. Это был период обучения, и он по-прежнему оставался в звании, соответствующем нашему прапорщику. Но он провел там два года, при нем происходил Кубинский кризис[79] и операция десанта в заливе Свиней[80].
   – О'кей.
   – В шестьдесят третьем году он вернулся в Минск, чтобы продолжить там обучение. После этого его отправляли сначала в Болгарию, затем в Венгрию. В шестьдесят пятом году он получил звание лейтенанта и впервые был назначен на службу в Западную Европу, в Рим, где провел двенадцать месяцев. Это было его первое задание под прикрытием. То есть он жил там как гражданское лицо по фальшивому паспорту, не контактируя с посольством.
   Микаэль опять кивнул. Он невольно увлекся рассказом.
   – В шестьдесят седьмом году он был переведен в Лондон и там организовал казнь перебежчика из КГБ. В последующие десять лет он стал одним из лучших агентов ГРУ и принадлежал к элите преданных политических бойцов. Он обучался этому делу с детских лет, бегло говорит по крайней мере на шести иностранных языках. Он работал в обличье журналиста, фотографа, специалиста по рекламе, моряка и в очень многих других. Он был мастером выживания, маскировки и отвлекающих маневров. Под его началом находились другие агенты, он организовывал и проводил собственные операции. Часть этих операций касалась различных убийств, многие из которых совершались в странах третьего мира, но кроме этого он выполнял также задания своего начальства, связанные с шантажом и запугиванием. В шестьдесят девятом году он стал капитаном, в семьдесят втором – майором и в семьдесят пятом году – полковником.
   – Как он оказался в Швеции?
   – Сейчас я до этого дойду. С годами он слегка развратился и стал понемногу прикарманивать денежки. Он любил выпить и заводил слишком много романов с женщинами. Все это отмечали его начальники, но он по-прежнему находился на хорошем счету, и подобные мелочи ему прощались. В семьдесят шестом году его послали по заданию в Испанию. Нам незачем входить в подробности, но там его поймали, и он совершил побег. Задание было провалено, и он неожиданно попал в немилость, ему было приказано вернуться в Советский Союз. Он не выполнил приказа и очутился таким образом в еще более затруднительной ситуации. ГРУ поручило тогда военному атташе советского посольства в Мадриде встретиться с ним и наставить его на истинный путь. Во время этой беседы что-то не заладилось, и Залаченко убил представителя посольства. После этого у него уже не было выбора. Он сжег за собой мосты и решил стать перебежчиком.
   – О'кей.
   – Он скрылся в Испании, оставив за собой ложный след, который вел в Португалию и заканчивался автомобильной катастрофой, но также наметил еще один след, якобы ведущий в США. На самом же деле он выбрал для себя самую неожиданную страну в Европе. Он отправился в Швецию, где вышел на связь со Службой безопасности и попросил политического убежища. В сущности, это было очень умно придумано, так как здесь его вряд ли стали бы искать убийцы, подосланные КГБ или ГРУ.
   Гуннар Бьёрк умолк.
   – И что из этого вышло?
   – А как может поступить правительство, если один из лучших шпионов внезапно становится перебежчиком и просит политического убежища в Швеции? Это случилось в тот самый момент, когда у нас пришло к власти буржуазное правительство. Премьер-министр только что вступил в должность, и это стало самым первым делом, которое нам надо было как-то решить. Политики, конечно же, перетрусили и попытались поскорее сбыть его с рук, но не отсылать же его было в Советский Союз – это вызвало бы чудовищный скандал. Его попробовали выпихнуть в США или в Англию, но Залаченко наотрез отказался. США его не устраивали, Англию же он считал одной из тех стран, где на высших должностях в разведслужбе сидят советские агенты. Ехать в Израиль он не пожелал, так как не любил евреев. Поэтому Залаченко решил остаться в Швеции.
   Все это казалось настолько невероятным, что Микаэль даже заподозрил, что Бьёрк водит его за нос.
   – Так он остался в Швеции?
   – Именно.
   – И об этом никто ничего не узнал?
   – Много лет сведения об этом деле составляли величайшую государственную тайну. Дело в том, что Залаченко оказался для нас очень полезен. В период с конца семидесятых годов и до начала восьмидесятых он был коронным алмазом среди перебежчиков даже в международном масштабе. Никогда раньше ни один из оперативных начальников элитного подразделения ГРУ не становился перебежчиком.
   – Значит, он мог продавать информацию?
   – Именно так. Он хорошо разыграл свои карты и дозировал выдаваемую информацию выгодным для себя образом: сначала сдал агента в командовании НАТО в Брюсселе, потом агента-нелегала в Риме, потом связного шпионской сети, действующей в Риме. Назвал имена убийц, которых он нанимал в Анкаре или Афинах. О Швеции ему было известно не так много, зато у него имелись данные об операциях за границей, которые мы затем могли частями передавать и получать за это ответные услуги. Он был настоящий кладезь!
   – Иными словами, вы начали с ним сотрудничать.
   – Мы дали ему новую личность. Все, что от нас требовалось, это предоставить ему новый паспорт и немного денег, дальше он мог позаботиться о себе сам. Именно этому он был обучен.
   Микаэль помолчал, переваривая эту информацию, затем посмотрел на Бьёрка:
   – В прошлый мой приезд вы мне солгали.
   – Это вы о чем?
   – Вы утверждали, что встретили Бьюрмана в полицейском стрелковом клубе в восьмидесятые годы. На самом деле вы познакомились с ним гораздо раньше.
   Гуннар Бьёрк задумчиво кивнул:
   – Привычка. Эти сведения засекречены, и у меня не было никаких причин выдавать подробности нашего знакомства с Бьюрманом. И только когда вы спросили про Залу, я связал одно с другим.
   – Расскажите, как это было.
   – Мне было тридцать три года, и я уже три года работал в Службе безопасности. Бьюрману было двадцать шесть лет, и он пришел прямо со студенческой скамьи. Его взяли в Службу безопасности на работу делопроизводителем по юридическим вопросам, практикантом. Бьюрман родом из Карлскруны, и его папаша служил в военной разведке.
   – Ну и?
   – У нас с Бьюрманом вообще-то было слишком мало опыта для того, чтобы вести дела с такими людьми, как Залаченко, но он вышел с нами на связь в самый день выборов семьдесят шестого года. В полицейском управлении не оказалось никого из главных шишек, все работали на обеспечении безопасности выборов, а многие должности вообще оставались на тот момент вакантными. И именно этот день Залаченко выбрал для того, чтобы явиться в полицейский участок Норрмальма, заявить, что он просит политического убежища, и попросить о встрече с каким-нибудь представителем Службы безопасности. Он не назвал своего имени. Я был на дежурстве и подумал, что это обыкновенный беженец, потому я взял с собой Бьюрмана в качестве юриста. Мы встретились с ним в полицейском участке Норрмальма.
   Бьёрк потер глаза.
   – И вот он, сидя перед нами за столом, спокойно и деловито сообщил, как его зовут, кто он такой и чем занимается. Бьюрман вел записи. Скоро я понял, кого я вижу перед собой, и осознал, во что ввязался. Поэтому я прервал наш разговор и вместе с Бьюрманом увел Залаченко с глаз долой из полицейского участка. Не зная, что делать, я снял номер в отеле «Континенталь» напротив Центрального вокзала и сплавил его туда. Оставив Бьюрмана сторожить его, я спустился к портье и оттуда позвонил своему шефу.
   Бьёрк вдруг хохотнул:
   – Я часто потом думал, что мы повели себя как самые что ни на есть дилетанты. Но что было, то было.
   – Кто был вашим шефом?
   – Это не имеет значения. Я не собираюсь выдавать лишних имен.
   Микаэль пожал плечами и не стал спорить.
   – Мы с шефом оба поняли, что речь идет о секретнейших вещах, так что чем меньше людей в это будет замешано, тем лучше. Особенно Бьюрману совершенно незачем было иметь отношение к этому делу, оно было гораздо выше его уровня, но раз уж он узнал эту тайну, то лучше было оставить его, чем приобщать к ней кого-то другого. Что касалось такого юнца, как я, тут, по-видимому, сыграли роль те же соображения. Считая нас с Бьюрманом, только семь человек в Службе безопасности знали о существовании Залаченко.
   – Сколько всего человек знают об этой истории?
   – За период с семьдесят шестого года и до начала девяностых их было приблизительно двадцать человек из правительства, высшего военного руководства и Службы безопасности.
   – А сколько их стало с тех пор?
   Бьёрк пожал плечами:
   – С того момента, как распался Советский Союз, он перестал представлять для нас интерес.
   – Но что происходило после того, как Залаченко обосновался в Швеции?
   Бьёрк молчал так долго, что Микаэль забеспокоился.
   – Если честно… С Залаченко нам очень повезло, и все, кто был связан с этим делом, построили на этом свою карьеру. Не подумайте, что это было легко! Работать приходилось в любое время суток. Я был приставлен, чтобы присматривать за ним, и в первые десять лет мы встречались по несколько раз в неделю. Это были самые важные годы, когда он был еще полон свежей информацией. Но кроме того, приходилось следить, чтобы он ничего не натворил.
   – Это в каком смысле?
   – В Залаченко точно бес сидел. Иногда он был само обаяние, но иногда безумствовал, как законченный параноик. Время от времени у него начинался запой, и тогда он вытворял всякое. Мне не раз приходилось отправляться ночью в спасательную экспедицию, чтобы выручить его из какой-нибудь дикой истории.
   – Например?
   – Например, он мог пойти в пивную и затеять там ссору. Однажды он до беспамятства избил двух охранников, которые пытались его успокоить. Он был маленький и щупленький, но имел потрясающую подготовку по рукопашному бою, которую иногда демонстрировал по самому неподходящему поводу. Один раз мне пришлось вызволять его из полиции под подписку.
   – По вашему рассказу можно подумать, что он сумасшедший. Ведь так он рисковал привлечь к себе внимание. Как-то это не очень профессионально!
   – И все-таки он был профессионалом. В Швеции он не совершал преступлений, и его ни разу не задерживали и не арестовывали. Мы снабдили его шведским паспортом и шведской фамилией. Полиция оплачивала ему квартиру в пригороде Стокгольма и платила жалованье, а он за это был обязан по первому требованию являться в ее распоряжение. Но мы же не могли запретить ему ходить в пивную и завязывать отношения с женщинами. Мы могли только прибрать за ним. Это было моей обязанностью вплоть до восемьдесят пятого года, когда меня перевели на другую должность, а за Залаченко стал присматривать мой преемник.
   – А в чем заключалась роль Бьюрмана?
   – Если честно, от Бьюрмана были только лишние заботы. Он не блистал талантами и очутился не на своем месте. Ведь он же по чистой случайности оказался причастен к истории с Залаченко, и то в основном в самом начале и потом еще несколько раз, когда нужно было утрясти кое-какие юридические формальности. Мой шеф решил проблему с Бьюрманом.
   – Каким образом?
   – Единственно возможным способом. Бьюрман получил работу вне системы полиции в адвокатском бюро. Это решение напрашивалось само собой…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 [52] 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация