А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Фальшивая убийца" (страница 23)

   – Свободен. Куда ехать?
   – Вон за той машиной! – плюхнувшись на сиденье, выпалила я. – Муж к любовнице отправился, надо проследить!
   Водитель хмыкнул и прытко вывел машину на проезжую часть.
   – Только осторожно, – молила я, не отпуская глазами задний бампер «ауди». – Он у меня раньше в милиции работал, хвост мигом засечет!
   – Не переживайте, барышня, – уверенно басил шофер в потертой кожанке и заляпанных маслом джинсах. – Мы тоже не пальцем деланы! Доставим в лучшем виде.
   А я тем временем обыскивала карманы и сумку в поисках сотового телефона. Муслим Рахимович ищет негодяев по всей Москве, я тут сижу у них на хвосте, надо сообщить о пути следования, продиктовать номер «ауди» и вообще доложить о ситуации.
   Довольна я была собой сверх меры! Какая молодец – определила неприятеля, подслушала, теперь вот догоняю…
   Ни в сумке, ни в карманах мобильника не оказалось. Мой телефон остался в купе, в кармане атласного костюма.
   «Бестолочь! – ругала я себя на все корки. – Дура бестолковая! Ворона! Тупица! Обрадовалась: меня простили, меня простили! Забыла обо всем на радостях, идиотка!!»
   – Простите, у вас мобильник есть? – спросила я шофера.
   – Разряжен, – буркнул тот.
   – Я заплачу!
   – Это само собой, – согласился водитель и вывел машину на МКАД. – Но он разряжен. – И покосился с подозрением: – А деньги у тебя, голубушка, вообще-то есть? На слежку хватит?
   Я молча показала раскрытый кошелек, и шофер заткнулся.
   «Как все не вовремя! Непрофессионально, глупо!»
   Еще пеняла на привязанность к законам жанра… Вот, нате, получите – все как по писаному! Когда необходима связь, она отсутствует. Как мозги в некоторых головах.
   Об идиотках, наверное, и романы легче сочинять. Их, поди, и запутывать не надо, сами себе проблем накрутят…
   И кстати, не поглупеть ли срочно Алле? Для обогащенного развития сюжетной линии, так сказать…)
   Минут через двадцать «ауди» свернула к городу. Мы, прячась за безумно торопящейся маршруткой, повторили их маневр. Еще через пять минут подъехали к стоянке гипермаркета.
   – Ждать будем? – зевнул шофер. – Или зазноба тут работает?
   – Нет, будем ждать, – категорически заявила я, думая: «А не сбегать ли рысью до телефона-автомата? Вон их сколько на крыльце…»
   Но не решилась. Откуда знать, зачем отправился в магазин крепыш в норковой шапке? Вдруг на минутку за бутылкой и буханкой за глянул?
   Но поднадзорный появился на ступенях магазина только через двадцать минут. С тяжелым пакетом и сотовым телефоном.
   Разговаривая по телефону, он дошел до «ауди», забросил пакет на заднее сиденье и, открывая переднюю дверцу, бросил скользящий взгляд налево.
   Я тут же сползла почти до пола. Но подумала при этом почему-то вот что: «А у Лидии Ивановны, наверное, уже тесто для кулебяки поднялось… На старых дрожжах».

   Проехав насквозь высокорослый спальный район, «ауди» проскочила вдоль промышленных заборов и углубилась в переулки сталинской застройки. На малой скорости обогнула дом с арочным въездом и порулила во двор.
   – Мне заезжать? – спросил водитель.
   – Нет, – подумав секунду, ответила я и, расплатившись за работу, вышла на улицу. Двор шестиэтажного дома, судя по всему, имел единственный проезд, и нам в нем незачем было светиться.
   Бегом преодолев длинный арочный тоннель, подошла к углу и выглянула.
   «Ауди», как назло, остановилась между двумя подъездами, четвертым и пятым, и понять, куда именно зашли два мужика, было невозможно. Но на свежем снегу должны были остаться отпечатки следов.
   Я все же выждала несколько минут за углом, а потом пошла вперед медленным прогулочным шагом.
   Отправилась в разведку, надеясь, что определение подъезда длинного многоквартирного дома поможет Муслиму Рахимовичу с вычислением берлоги неприятеля.
   Во дворе гуляли дети. Малыши и каникулярные подростки. Они катали рыхлые шары из свежего снега и строили крепость.
   Я обошла двор по пешеходной дорожке, добрела до «ауди» и тут же похвалила себя за догадливость: цепочка из слегка присыпанных снежком следов четко вела к четвертому подъезду. Я подошла ближе к крыльцу, собираясь запомнить нумерацию квартир, но дверь распахнулась, едва не ударив меня по носу, и на улицу вышла сгорбленная подслеповатая бабушка в коричневом пальто и вязаном платке.
   Мой контингент. Люблю бабулек.
   Я улыбнулась:
   – Простите, а какая это улица? Я заблудилась…
   Бабулька назвала мне точный адрес и приветливо сказала:
   – А какой дом тебе нужен? Какая улица?
   – Да я записку с адресом потеряла, – «смутилась» я. – А где у вас ближайший телефон-автомат?
   – Ой, далеко, – огорчилась за меня старушка. – Тут все поснимали, поломали… Придется до метро топать. – И прищурилась. – А тебе позвонить нужно?
   – Да. Срочно.
   – Так пойдем. От меня позвонишь. Если срочно нужно…
   И, не дожидаясь моего согласия, повернулась к двери.
   Пожалуй, сегодня звезды были благосклонны, мне везло. Если Муслим Рахимович скажет – оставайся там неподалеку и жди группу захвата (как-никак я одна знаю в лицо двух бандитов), – дожидаться буду в тепле. Напрошусь в гости к приветливой старушке, проведу время до приезда органов не только в комфорте, но и с полезностью. Расспрошу бабулю о соседях. О том, кто живет в подъезде, кто приезжает на синей «ауди»…
   В подъезде пахло кошками и щами из квашеной капусты. Мы поднялись на третий этаж, бабулька позвякала ключами и распахнула дверь:
   – Вон телефон на тумбе. Звони.
   Я перешагнула порог, сняла шапочку, взяла трубку совершенно нового, весьма навороченного аппарата.
   Замки за моей спиной продолжали щелкать. Задвинулась щеколда…
   Я оглянулась и увидела… совсем другую бабушку.
   Под голой лампой на длинном шнуре про вода стояла странно помолодевшая женщина – лет пятидесяти, ни годом больше! – и стягивала с русой головы старушечий застиранный платок. Ее только что отвисший подбородок заострился, губы подобрались в недобрую усмешку, глаза смотрели зорко и оценивающе, как перед схваткой.
   Стоя крепко на полных ножках, обутых в боты «прощай молодость», она перегораживала мне выход.
   Из недр большой квартиры раздался звук шагов, и я затравленно оглянулась.
   Из комнаты, которой заканчивалась длинная прихожая, вышел крепыш. Уже без куртки и шапки, в вязаных носках и шлепанцах.
   – Сама пришла, – сказал бандит довольно.

   Не зазеркалье, но застенки

   В просторной квадратной комнате с допотопной мебелью, куда меня оттеснила «бабулька», сидел на стуле, оседлав его, водитель «ауди». Я узнала его по крепкой набыченной шее и короткой стрижке.
   Крепыш схватил меня за плечо и, прихватив добрый кусок фальшивой кроличьей шубки, втолкнул в комнату. Замахнулся, собираясь дать оплеуху для острастки, но его остановил водила:
   – Ша, Митя. Не порть девочке вывеску.
   В его губах мелькала зажатая зубочистка. Слова он цедил лениво и медленно, но Митя не ослушался. Толкнул меня на потертый продавленный диван и встал, нависая сверху, как поднявшийся на дыбы «фольксваген» – «жук».
   Зубочистка порхала из одного уголка рта в другой, гипнотизировала. Войдя в эту жуткую комнату, я так и не сказала ни слова.
   Только думала. Суматошно и бестолково.
   Крепыш звонил кому-то, когда шел от магазина до машины. Меня, точнее автомобиль «не пальцем деланного» шофера, он, судя по всему, засек. И дал команду «бабке» – выйди, проверь, кого везем. «Бабуля» вышла и ловко заманила в западню Алису-простофилю.
   Пока по «бабуле» МХАТ рыдает!
   Совсем как надзирательница из фильмов про гестапо, она стояла, опираясь спиной о дверной косяк, и буравила затылок взглядом, от которого мурашки ползли вниз до копчика. «Налетчица-наводчица»… Содержательница притона и верная подруга медвежатника… Сколько она берет за постой?..
   В голову лезла подобная чепуха, и я цеплялась за нее, чтобы не грохнуться в обморок.
   (Интересно, а как бы повела себя Алла?..
   Уж она бы точно не растерялась! Села бы вольно, оголила бы стройное бедро – она б и в магазин за дрожжами в мини-юбке и сапогах на шпильках пошлепала! – и соблазнила бы «фольксваген» и типа с зубочисткой…)
   – Ну? – тихо сказал бритоголовый. – В молчанку играть будем?
   Я вытаращила глаза, крепыш замахнулся:
   – А ну побулькай, молотилка: где Наташка?!
   Весомый шлепок по затылку очистил голову от чепухи.
   Мысли засновали бойко и деловито. Мне только что дали главную зацепку: девушку, погибшую на остановке, звали Наталья!!!
   Я вжала голову в плечи, облизала губы и чужим, дрожащим и хриплым голосом проскулила:
   – Не бейте! Я ее сестра!!
   – Сестра? – Водитель, не меняя позы, метнул взгляд на крепыша.
   – Да не было у нее никакой сестры! – завопил Митя, пугая меня вытаращенными бесноватыми глазами.
   – А я двоюродная!! Меня Алиса зовут!!
   Водитель вынул зубочистку, покрутил ее в пальцах, раздумывая над чем-то, и, судя по тому, что думать ему никто не мешал, я догадалась, что этот тип здесь главный.
   Тип, глядя больше на тонкую игрушку в руках, чем на меня, проговорил чуть слышно, как будто для себя:
   – И откуда же ты взялась, Алиса?
   – Наташка меня к Вяземским отправила, – опустив лицо вниз, буркнула я.
   – Зачем? – монотонно выговорил бандит.
   – Она под машину попала, нога плохо двигалась. Куда в таком виде горничной наниматься? Вот она и позвонила мне. Иди, говорит, Алиска, устраивайся на работу. Момент упустим, потом фиг в этот дом попадем.
   – Так и сказала? – поднимаясь со стула, спросил бритоголовый.
   – Ну, так и сказала, – пожала я плечами. – Мы иногда вместе работаем.
   Мужики переглянулись. Старший подошел к окну и выглянул во двор. Вероятно, девушка Наташа была еще той штучкой. И работала давно, упорно, скорее всего, не только с этой бандой. Потому что пока моя ложь сильных сомнений не вызвала.
   Водитель вернулся, вновь оседлал стул и посмотрел на меня пытливо и пристально:
   – Ну давай, девочка, рассказывай, чего вы там с Наташкой намутили?..
   – Да не верю я ей, Маркел! – разгорячился за моей спиной крепыш. – Гонит она! – И собрался вновь двинуть мне по шее.
   – Ша, Митя, дай девочке немного пошуршать.
   Я испуганно съежилась, но, приободренная Маркелом, постаралась расправить плечи, поправила сбившийся от трепки шарфик и пустилась врать.
   (Тонны прочитанных книг и усвоенных сюжетов стояли за моей спиной. Читая «Графа Монте-Кристо», я закрывала книгу на самом интересном месте и думала: а как бы поступила я? Как наказала бы врагов и предателей, какую бы казнь им изобрела?
   Увлеченная «Всадником без головы», я останавливалась на месте суда и представляла, как гордый мустангер мог бы оправдаться, не подвергая честь возлюбленной опасности.
   Работая над собственным романом, я не успокаивалась на первой же придуманной сюжетной линии, а размышляла, как обострить ситуацию, как сделать интереснее.
   И вот одним из этих вариантов был финт с сестрой. Не близнецом, конечно, – это уже совсем бразильское «мыло», – но с сестрой двоюродной, очень похожей…
   Получалось, что теперь на моей стороне стояли прочитанные книги и размышления.
   На стороне бандитов оставались опыт и знание материала.)
   – Наташка позвонила и вызвала меня в больницу. Дала паспорт, назвала адрес и сказала: устраивайся горничной, жди меня.
   – Какой паспорт она тебе дала? – перебил меня Маркел.
   – На имя Алины Копыловой, – без запиночки отбарабанила я.
   – А почему ты назвалась Алисой? – прищурился главарь.
   Я опустила глазки и плаксиво пожаловалась:
   – Да перепутала в горячке! Свое имя и чужое!
   Они ж похожи… Назвалась, а потом уже поздно было. Пришлось отдавать свой паспорт, а там никто и внимания не обратил, что фамилия другая… Или, может быть, решили, что хозяйка имена перепутала?
   – Складно чешешь, – одобрил Маркел. – Дальше? – Я хлопнула ресницами и шмыгнула носом. – Дальше?! – прикрикнул он.
   – Наташка сказала: уберешь горничную из своей смены и пристроишь меня на ее место…
   – И!.. – подстегнул Маркел.
   – Я и убрала! Дала «инсулин», та… откинулась.
   – Во намутили дуры! – разозленно буркнул крепыш.
   – И где теперь Наташка? – не обращая внимания на высказывания подельника, продолжил Маркел.
   – Не знаю, – насупилась я. – На место горничной взяли другую девушку, Свету. Она чья-то там родственница…
   – А ты?
   – А я что? На меня хозяйский сынок глаз положил…
   Гестаповская «бабулька» – надзирательница, не так давно переставшая полировать спиной косяк и обосновавшаяся у наблюдательного поста возле окна, перекинула голову через плечо, оценивающе посмотрела на мою трясущуюся фигуру и гадко хмыкнула.
   Маркел задумчиво побарабанил пальцами по спинке стула, достал из кармана брюк мобильный телефон, но звонить не стал. Зажал его в руке и резко выбросил вопрос:
   – А за нами чего потащилась?
   – Да кинет меня Наташка! – горько воскликнула я. – Как только деньги получит, так сразу и кинет!
   – Какие деньги? – изображая непонимание, прищурился Маркел.
   – За ребенка! Она сказала: надо вам долю отдать… А я ей не верю! Она деньги получит и подорвется! А я… А меня вам оставит! – И добавила грустно: – Я ее знаю…
   – Во б… – длинно и матерно выругался Митя. – Точно подорвется! Всех на динамо поставит и кинет! Давно чую – мутит девка!
   – Угу, – всхлипнула я и опустила голову. – Вот я и решила, лучше с вами напрямую договориться.
   – Так что же не стала договариваться? – сделался очень внимательным Маркел. – Прямо там, в аптеке…
   – Так испугалась.
   – А кому сейчас звонить пошла?
   – Наташке, – тихо-тихо призналась я. – Хотела условие поставить – или она меня с вами сводит, и мы договариваемся, или я сама… пойду. Она в последнее время что-то чудить стала…
   – Заметили, – разглядывая меня пристально, прищурился старшина бандитов. – А ты сама нам по телефону никаких эсэмэсок не отправляла?
   Вот он, самый тонкий момент разговора. Я совершенно ничего не знала о том, как получился телефонный прокол. Мне на ходу приходилось исправлять ошибки комитетчиков, задававших в переписке не те вопросы. Приходилось изобретать оправдания, выдумывать небылицы и на голубом глазу валить все на хитрющую «сестрицу».
   – Не отправляла я ничего, – ответила, изображая испуг. – Сам подумай, с вами только Наташка связывалась. Если бы я могла с вами поговорить раньше, разве потащилась бы сюда?
   – Не потащилась бы, – вглядываясь в меня, как в поддельную купюру, согласился Маркел, а Митяй вредно прогнусавил:
   – Я говорил, Маркел, предупреждал – мутит сука! Мудрит чего-то!
   Маркел вытянул губы, подобрал подбородок и, наконец, вспомнил о мобильном телефоне. Нажал на несколько кнопок и сказал в трубку:
   – Это я. Тут у нас одна «сестрица» нарисовалась…
   Говоря все это, он поднялся с оседланного стула и перешел в смежную комнату, плотно прикрыв за собой дверь.
   А я вдруг поняла, откуда взялось мучившее меня с самого начала определенное несообразие. Ни один из этой компании не выглядел шибко умным товарищем. Не монтировалась их серая внешность и узкие лбы с серьезной киллерской организацией. Даже Маркел с его гипнотизирующей зубочисткой и толковыми вопросами не тянул на личность, изобретавшую многоходовые комбинации с убийством, замаскированным под несчастный случай или смерть от естественных причин. Масштаб не тот, подобные убийства – высший пилотаж.
   Теперь, после ухода Маркела, многое становилось понятно. Только сейчас, узнав от меня, что именно произошло в Непонятном Доме, откуда взялись нестыковки с именами, он пошел докладывать начальству. Мозговой центр преступной группировки находился не в этой комнате.
   Это обнадеживало.
   Крепыш Митя подошел к гестаповке, наблюдающей за улицей, и громко зашептал ей в ухо:
   – Прав был Иван! Эта сука нас подставить решила! Сама все деньги заграбастает, ноги подошьет, а нас мильтонам сдаст! Со всеми потрохами, чтоб не догнали!
   – Тихо, Митя! – прикрикнула «бабка» и оглянулась на меня.
   Я сидела вся из себя приличная, девочка-одуванчик. Но все мотала на ус. Точнее, на тычинку.
   Маркел вернулся в комнату и оседлал стул.
   – Так, слушай сюда, – сказал он весьма строго. – Что тебе в последний раз говорила Наташка?
   – Ничего, – пожала я плечами. – Сидеть тихо. Ждать команды.
   – Какой команды? – въедливо поинтересовался бандит.
   – На Артема.
   – А разве она тебе не сказала, что заказ отменен?
   – Нет, – вроде бы опешила я.
   – Значит – не сказала? – уточнил он.
   – Нет! Да и зачем? Артем-то при смерти.
   – А если выживет?
   – А если выживет, – я опустила глаза, – тогда бы… я его… или Наташка б подписалась…
   – Понятно. Ребенок – наследник, деньги в кубышку. Звони Наташке.
   – Зачем?! – совершенно натурально перепугалась я. Где я возьму для них натурально живую «сестрицу»?!
   – Звони, пусть приезжает.
   – Да не приедет она! К вам не приедет!
   – Она не знает этого адреса, – отмахнулся Маркел. – Звони, скажи, что хочешь поговорить, пусть приезжает. – Достал из тумбы под телевизором мобильный телефон, протянул его мне и добавил: – Звони, трубка чистая.
   И тут на меня волнами стала накатывать дурнота.
   Я не знала телефонного номера, по которому киллеры связывались с «торпедой», я вообще не знала, что мне делать. Маркел протягивал мне мобильник, но моя рука не поднималась.
   Я мягко завалилась на диван, и потолок сомкнулся надо мной грязно-белым куполом.
   – …Эй, ты чего?! – Шлепки ладоней по щекам вернули меня в реальность. Склонившиеся лица…
   – Да она ж беременная! – зло, но обеспокоенно шептала бывшая бабка. – У них бывает!
   – А вдруг она того… скинет?! Может, скорую?
   – Я тебе дам скорую! Тащи воды!
   Мысль о бригаде врачей скорой помощи показалась мне здравой. Я застонала и схватилась за живот…
   – Тащи ее в ванную! – командовала «бабка». – Если откроется кровотечение, вызовем лепилу!
   – Какого?! – приседал Митяй.
   – Нашего, нашего! Обколет ее…
   О том, что значит «лепила» на блатном жаргоне, я догадалась сразу, несмотря на туманные последствия обморока.
   – Не надо никого вызывать, – простонала я, изображая стойкость. – Мне лучше. – Что будет, если приехавший лепила-врач не обнаружит у меня никакой беременности – за прокладками в аптеку я не зря ходила, – даже страшно было представить. Все нагромождения лжи рухнут в один момент! – Принесите мне крепкого кофе…
   – Какое тебе кофе?! – взвилась «бабка».
   – Я знаю, что мне делать! – прикрикнула я. – Несите кофе! Крепкий! У меня давление низкое, потом не откачаете!
   Митяя сдуло до кухни в одну секунду.
   …Пока я пила кофе, бандиты наблюдали за мной, словно я была их горячо любимой беременной дочерью.
   А я тянула время и шустро ворочала прибитыми обмороком извилинами.
   – Давай телефон, – сказала, наконец, Марке лу панибратски и даже повелительно. Тот протя нул мне трубку, и я набрала номер сотового теле фона… Ирины Владимировны Вяземской. Да еще объяснила попутно: – Татка номер сменила. По вашему не ответит. Ирина Владимировна сказала мрачное: «Алло».
   – Здорово, Наташка, – поприветствовала я миллиардершу грубовато. – Это Алиса.
   – Алиса?! – заверещала Вяземская; Митяй сделал попытку приложить к трубке ухо с другой стороны, но я его оттолкнула. Недавний обморок и последовавшая за ним суета давали мне право на некоторые капризы. Я стала любимой «дочкой», строптивой и насквозь беременной. – Ты где?! Тебя все ищут!!
   – Нам надо поговорить, сестренка, – невозмутимо продолжила я.
   Женщина, поднявшая начатый мужем бизнес до небывалых высот, не может быть глупой. Я сделала ставку на способности Ирины Владимировны к мгновенной адаптации.
   И не прогадала.
   – Говори, Алиса, – тут же стала серьезной Вяземская.
   – Меня скоро увозят за границу. Это последний шанс договориться. Обо всем, – воткнула я многозначительно. – У тебя есть под рукой ручка?.. Тогда пиши адрес. Я жду.
   – Алиса, тебя захватили?!
   – Много текста, родная, – оборвала я, так как
   Митяй снова прикладывал ухо. – Пиши адрес…
   Я жду тебя. – И проорала, отстранив трубку от щеки и поставив ее напротив лица: – И меня не интересует, можешь ты или нет! Это последний шанс! Иначе не увидишь денег! И меня не найдешь никогда!!
   Потом вроде бы успокоилась – Митяй сидел уже прямо, а не склонясь, – приложила трубку обратно к уху.
   – Поняла, Алиса, – раздалось оттуда.
   – Если будешь задерживаться, перезвони по этому номеру. Но долго ждать не буду. Пока.
   Я отключила связь.
   – Ну? – поднял брови сидящий напротив Маркел.
   – Она приедет, – устало выговорила я. – Только не скоро. Она не в Москве, рядом.
   – И сколько ждать?! – взревел очень уж нервный Митяй.
   «Да, сколько? Сколько времени потребуется Муслиму Рахимовичу для организации захвата этого логова и моего спасения? Ведь если меня возьмут в заложники, да еще в многоквартирном доме, разборка пойдет нешуточная…»
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 [23] 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация