А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Сильвия и Окулист" (страница 2)

   – Нет, – сказал робот.
   – Но почему нет?
   – А что, если мое тело тоже начнет молодеть с уменьшением высоты?
   – Тогда ты вернешься, вот и все. Но это вряд ли случится, поверь мне.
   – Я не буду рисковать, – ответил робот.
   – Почему?
   – Потому что мой возраст меняется не непрерывно, а скачком. Вначале я был набором деталей, а потом сразу стал мыслящим существом. Поэтому, если мой возраст понизится до определенного предела, я превращусь в набор деталей и не сумею вернуться. Задание окажется невыполненным. Я не стану спускаться на равнину.
   – Ты чудовище!
   – Нет, я просто инструмент. Ты пытаешься отнестись ко мне как к человеку и каждый раз ошибаешься.
   Вскоре наступила очередная короткая ночь. Драконов покопался в одном из отсеков корабля, развороченном вражеской торпедой, и нашел стальную деталь, напоминающую тяжелую дубину. Пром сидел отвернувшись, исследуя очередной экземпляр мелкого животного. Было совершенно темно, и только пальцы робота и мех зверька были освещенны голубым сиянием, исходящим из его глаз. Голубое свечение означало нормальный режим работы.
   Драконов подкрался к роботу сзади, размахнулся и изо всех сил ударил робота по голове. Удар высек искры. Голова загудела как колокол. Пром слегка покачнулся, потом положил зверька и повернулся к Драконову.
   – Теперь я предупреждаю тебя в последний раз, – сказал он. – Если ты хоть как-то попытаешься мне помешать, я убью тебя на месте. А сейчас иди спать, шеф. Тебе нужно отдохнуть.
* * *
   Утром Драконов пригласил Прома на прогулку.
   – Зачем? – спросил робот.
   – Я хочу, чтобы ты увидел все это своими глазами. Я хочу подняться как можно выше и стать как можно старше. Возможно, я стану совсем дряхлым стариком, и у меня не останется сил, чтобы спуститься. Тогда ты мне поможешь вернуться. По пути ты будешь исследовать этот мир. Я уверен, что в нем осталось еще много проблем.
   Пром согласился.
   Они поднимались почти двое суток по местному времени, пока не увидели вершину. Она была совершенно голой и пустой. Невдалеке от вершины был лес огромных мертвых деревьев, которые давно потеряли кору. Исполинские корни торчали высоко над камнями, как кривые узловатые руки с растопыренными пальцами. Место выглядело довольно жутко. Драконов шел с трудом, эта высота была для него почти предельной. Временами из-под его ботинок выскальзывали осыпи мелких камешков. Чем выше, тем более непрочной и выветренной становилась скала.
   – По-моему, мы пришли, шеф, – сказал Пром. – Еже несколько метров вверх, и ты станешь трупом. Давай передохнем и пойдем вниз. К тому же, здесь опасно находиться: эти камни совершенно неустойчивы.
   Метрах в ста от них низвергался в ущелье горный ручей.
   – Возьми меня на руки и поднеси к водопаду, – попросил Драконов. – Я хочу напоследок полюбоваться его красотой.
   Пром взял его на руки и понес. Затем поставил у самого края глубокого ущелья, прорезанного водой за многие тысячи лет.
   – Смотри, как красиво, – сказал Драконов, – ты знаешь, а таких водопадов, наверное, нет на Земле. Глубина ущелья не меньше километра.
   Пром прищурился и заглянул вниз.
   – Два километра и двести тринадцать с половиной метров до самой глубокой точки. Этот ручей падает практически вертикально до самой равнины.
   – Ты можешь определить расстояние с такой точностью?
   – Конечно. У меня интерференционное зрение и лазерный дальномер в сетчатке правого глаза.
   – По-моему, ты ошибаешься, – возразил Драконов.
   – Ошибаюсь?
   – Здесь не больше двух километров и двухсот десяти метров.
   Робот еще сильнее склонился над пропастью и замер на мгновение, вычисляя глубину. В этот момент Драконов толкнул его вниз.
   Пром пролетел десяток метров, затем перевернулся и схватился пальцами за скользкий мокрый камень.
   – Ты труп, – крикнул он снизу. – Не пытайся уйти, я тебя все равно поймаю.
   Его голос казался совершенно спокойным.
   Драконов собрал последние остатки сил, и столкнул вниз несколько крупных камней. Робот отпрыгнул в сторону и схватился пальцами за новую выемку в каменной стене. Драконов продолжил сбрасывать камни. Почва под его ногами поплыла, и ему чудом удалось удержаться на скале. Громадный обломок скалы свалился совсем рядом с ним, подпрыгнул и полетел, переворачиваясь, в пропасть, полную радужных брызг. Несколько камней ударили Прома по голове и плечам. Робот сорвался, но зацепился за стену снова. Сейчас он быстро, как паук, уползал по стене в сторону, уходя от возможного следующего камнепада.
   Тогда Драконов испугался. Он бросился вверх с той скоростью, которую пока позволяли его немощные старческие ноги. Он упал, снова поднялся и, задыхаясь, продолжил карабкаться вверх. Обернувшись, он увидел, что Пром несется на него снизу, перемещаясь громадными нечеловеческими прыжками. Он сделал еще шаг вперед, подвернул ногу, попытался схватиться пальцами за большой корень мертвого дерева. Камни уплывали у него из-под ног. Внизу гремела настоящая каменная лавина. Дерево покачнулось и наклонилось. Затем свалилось, чудом не раздавив Драконова. У него больше не было сил пошевелиться. Он ждал, пока появится Пром.
   Но робот не появлялся. Несколько минут спустя Драконов сполз вниз и почувствовал себя достаточно сильным, чтобы встать на ноги. Он склонился над головокружительно пропастью. Там, в самом низу, виднелась микроскопическая черная движущаяся фигурка. Это был робот, идущий в сторону равнины.
   Ствол мертвого дерева лежал рядом. Драконов с удивлением заметил, что на ветвях появились почки.
   Все остальное сложилось довольно удачно. К счастью, Сильвия действительно оказалась запертой в переднем отсеке, а на чужом корабле нашелся исправный ховер. Сильвия превратилась в младенца не больше нескольких недель отроду, но это все было поправимо. Пром перенес ее в ховер, затем перенес туда же бомбу, взлетел и направился назад.
   Когда он прилетел, Сильвия уже училась ходить.
   – Почему ты не поднялся снова, чтобы убить меня? – спросил Драконов.
   – В этом не было смысла, – ответил Пром. – Я оказался на равнине, при этом я был жив и исправен. Я убедился, что Элия никак не влияет на механические организмы. Тогда я отправился за бомбой.
   – И тебе не хотелось поквитаться со мной?
   – Ничуть. Ты снова путаешь меня с человеком.
   – Что ты будешь делать дальше? Осталось слишком мало времени до взрыва бомбы. Ты сможешь остановить часовой механизм?
   – Нет, – ответил Пром, – я думаю, что мы взлетим, и просто попытаемся улететь так далеко, как сможем, в сторону межгалактической пустоты. Через шесть суток бомба взорвется прямо у нас на борту.
   – Тогда оставь нас двоих здесь, – предложил Драконов. – Ты ведь можешь это сделать?
   – Но я никогда не вернусь за вами.
   – И не надо. Элия – это планета, где мы можем оставаться молодыми вечно, и вечно любить друг друга. Со временем мы заведем много детей и будем любить их тоже. Сильвия займется математикой. Я буду лечить своих потомков. Я, конечно, всего лишь окулист по образованию, но в других областях медицины тоже кое-что понимаю. Поэтому улетай поскорее, меня уже от тебя тошнит.
   Пятнадцать минут спустя «Прометей» растворился в голубом небе. Сильвия еще не стала взрослой, но уже все вспомнила. Ее глаза и улыбка стали прежними.
   – Как я выгляжу? – спросила она. – Смотри, у меня уже начала расти грудь. Тебе нравятся молоденькие девочки?
   – Ты выглядишь так, будто из тебя извлекли корень, – ответил Драконов.
   – Неужели мы навсегда останемся с тобой здесь?
   – Навсегда.
   – И мы вечно будем молодыми? – спросила она.
   – Конечно.
   – И наша любовь никогда не постареет?
   – Разумеется.
   – И ты сделаешь мне кучу детей?
   – Обязательно, – ответил Драконов. – Ты знаешь, здешние млекопитающие откладывают яйца в горные ручьи, и яйца плывут вниз по течению до самой равнины. По-моему, это извращение. Наконец-то на этой планете появится кто-то, кто сможет родить ребенка по-настоящему. Первым будет мальчик, как мы и договаривались.
   – Постой, постой, – задумалась она. – Возраст новорожденного равен нулю, а возраст матери гораздо больше. Это значит, что мать и ребенок не могут находиться в одной и той же точке пространства одновременно. Возникает совершенно особая геометрическая проблема… Как же я смогу родить ребенка?
   – На то ты и математик, чтобы решать геометрические проблемы, – ответил Драконов. – Думаю, что ты решишь и эту.
Чтение онлайн



1 [2]

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация