А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Я подарю тебе Луну" (страница 7)

   – Виктор Васильевич, извините, что побеспокоил вас в праздник, – сказал наконец Семенов, дрожавшими пальцами терзая невинный мобильник. На лбу его проступили мелкие капли пота.
   – Да не извиняйся, Саша, найдем твою благоверную, из-под земли достанем, – вдруг разнесся по квартире мощный голос.
   Александр отнял телефон от уха и удивленно посмотрел на экран, будто воочию лицезрел абонента.
   – А мне что делать? – спросил покинутый муж, осторожно приникая ухом к сотовому. – А-а, понятно, сначала позвонить подругам, друзьям, кому еще позвонить, Виквасилич? Любовникам? Да нет у Надьки любовников, нет же, говорю я вам, Виктор Васильевич! – Семенов бросил сотовый на стол.
   Он подержался за сердце, потер виски, зачем-то схватился за нос. Произведенные манипуляции никакого результата не дали. И тогда Александр вновь принялся звонить. Каково же было его удивление, когда он выяснил, что пропала не только Надежда Павловна, исчезли Светлана, Татьяна, Анна и кто-то еще. Осиротевшие мужья пропавших дам обрадовались, услышав голос собрата по несчастью. Многие, пользуясь отсутствием женской половины, уже употребили значительное количество крепких напитков. Семенова удивило количество пропавших женщин и равнодушное отношение мужчин, ведь ни один из мужей не выразил желания организовать поисковый отряд. Пришлось снова звонить Виктору Васильевичу. Это был самый важный клиент Семенова. И этот клиент работал в силовых органах оч-чень большим начальником. В свою очередь Семенов бережно и нежно ухаживал за его «Мерседесом». До сих пор они благополучно ладили друг с другом. Клиент гордился своим высоким положением, а Семенов без устали начищал бока и без того сверкающего автомобиля. И все соответствовало табели о рангах. До поры до времени.
   – Виктор Васильевич, а Надежда не одна пропала, с ней ушли еще женщины. Сколько всего пропало? Не знаю, штук пять, наверное, – кричал, надрываясь, Семенов в трубку. Связь периодически пропадала, звук терялся в волнах эфира.
   – Ты не кричи, Саша, успокойся, – донеслось из трубки, – ты, Саша, иди-ка в отделение милиции и напиши заявление. Надо проучить этих баб, чтобы в следующий раз неповадно было. Ишь, нашли моду, пропадать под Новый год, развели тут разные антимонии.
   Связь вновь оборвалась. Семенов растерянно посмотрел на сотовый. Лицо покинутого мужа вытянулось, стало обиженным, как у ребенка. Александр не знал, можно ли еще раз набрать номер важного клиента. Вдруг опять обругает? И Семенов не стал набирать номер. Он набросил куртку, сунул мобильник в карман и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. Александр был зол, очень зол, на себя, на жену и даже на Новый год. Какой-то он в этом году необычный, с происшествиями, а плохими или хорошими – пусть покажет время. Семенов посмотрел на часы. Стрелки показывали два часа ночи нового года.

   А у Виктора Васильевича сразу же раздался следующий звонок. Взбешенный, он снял трубку.
   – Виктор Васильевич, с Новым годом, с новым счастьем, благополучия и процветания, здоровья и успехов, – защебетала Диана Витальевна медоточивым голосочком.
   – Дианочка, свет моих очей, рад слышать, девочка моя, с Новым годом, – в тон ей вторил Виктор Васильевич, он был самым любимым клиентом «Медиа-банка».
   Его деньги лежали в бронированном бункере, подземном и надежном, как казалось простодушному клиенту до этой минуты. Но вся уверенность мигом схлынула, едва Виктор Васильевич понял, что Диана Витальевна звонит с просьбой, да еще с какой.
   – Виктор Васильевич, у нас маленькая неприятность, небольшая, совсем крохотная, – понизила голосок красавица банкирша. – Боюсь говорить, не знаю даже, с чего начать.
   – А с кого хочешь, с того и начинай, – неудачно скаламбурил Виктор Васильевич и сконфузился.
   Он даже покраснел от смущения. Диана Витальевна давно нравилась ему как женщина. Симпатичная такая, в шубе из сибирского соболя. Он не представлял Диану Витальевну без шубы, ему казалось, великолепная женщина всегда ходит в мехах: и зимой и летом, и днем и ночью.
   – Викторчик Васильевчик, один служащий унес деньги из ячейки, его объявили в розыск, план-перехват разный, и до сих пор никаких известий из отделения. Нам никто не звонит! Надо же повнимательнее относиться к происшествиям, мы же не простые люди, не лохи какие-нибудь, – тараторила банкирша.
   И Виктор Васильевич медленно осел набок. Этого еще не хватало! Мало того, что деньги клиентов не могут сохранить как следует, так еще и нотации читают в Новый год. Он выбросил из головы мысли о меховом великолепии, вмиг позабыв, что ему нравится симпатичная жена управляющего.
   – Вы, Диана Витальевна, осторожнее на поворотах. Милиция вам не для того дана, чтобы ваши промахи замазывать! Вы сами за своими служащими следите да по рукам бейте, если воруют, – надменно процедил Виктор Васильевич. – Надеюсь, это не мои деньги стырили?
   – Не-ет, что вы, Виктор Васильевич, за вашими «бабочками» особый контроль, ни одна копеечка не пропадет, – до смерти перепугалась Диана Витальевна. – Тут по мелочи пропало.
   Диана Витальевна не видела, что к ней внимательно прислушивается Михаил Воронин, сидевший на корточках за барьером.
   – Ну раз по мелочи, тогда не волнуйтесь, сейчас сделаем звонок в отделение милиции, и вашего негодяя доставят к вам, как миленького, на тарелочке с голубой каемочкой принесут, – повеселел Виктор Васильевич. – Сейчас распоряжусь.
   А Михаил Воронин уже поднимался во весь рост, будто собирался идти в атаку на буржуев всех времен и народов. Его кулаки дыбились над головой, крепкое оружие, почти ядерное, обладающее собственным разумом. Диана Витальевна побледнела и посмотрела в зал, Леонид Львович стоял вдалеке, и на его груди покоилась голова той самой особы, что пока еще числилась банковским пиар-менеджером. Странная особа выглядела чрезвычайно придурковато. Вероятно, не только выглядела, она таковой и являлась от рождения. И Диана Витальевна зло усмехнулась. Надо было спасать акции, банк, мужа, семью и всех присутствующих в зале. И банкирша всей своей пышной грудью бросилась на бушующий смертельным огнем дзот.
   – Вы у нас потерпевший? – спросила Диана Витальевна, подавляя клиентский бунт в зародыше.
   Надо вырвать зло с корнем, чтобы другим неповадно было.
   – Ну, потерпевший я, – послушно кивнул Воронин.
   – А зачем вам понадобились деньги в столь поздний час? – спросила Диана Витальевна, искоса посматривая на мужа.
   Леонид Львович в этот момент спокойно грел чужую женскую голову на своей банкирской груди. Жена далеко, пока она подскочит, можно легко спрятаться за спинами охранников.
   – Да хотел жене сапоги купить, – признался Михаил и покраснел.
   Причина выглядела смешной и нелепой, особенно в эту минуту, когда в зале собрались все сотрудники банка, включая управляющего и начальника службы безопасности.
   – А-а, так вы очень жену любите? – протянула Диана Витальевна, завидуя незнакомой женщине острой и глубинной завистью. Жена Воронина и глупая женщина на груди мужа слились воедино. И не известно, кому из них больше завидовала несчастная банкирша.
   – Очень люблю, больше жизни, но она куда-то пропала, телефон не отвечает, – невольно вырвалось у Михаила.
   Воронин даже задохнулся от нахлынувшей тоски. Все закончилось для него: и жизнь, и семья, и улыбка.
   – Тогда идите в милицию, Михаил, и заявите о том, что ваши деньги украли, и о том, что жена пропала. Сейчас в отделение позвонит один большой начальник, он мой хороший знакомый, почти близкий друг. После его звонка органы непременно примут меры для задержания преступника и поисков вашей жены, а потом приходите сюда, мы вернем вам ваши деньги, – ласково и нежно пропела банкирша. Она разговаривала таким тоном с простыми людьми, будто с сумасшедшими. И Воронин повелся, чуть-чуть расслабился, он теперь знал, что ему делать дальше. А Диана Витальевна, утихомирив разъяренного Михаила, направилась в центр зала. У нее даже руки чесались от нетерпения, но Леонид Львович кожей почувствовал опасность, он тут же тихонько скрылся из поля зрения благоверной супруги. Банкирша решила немедленно проучить неверного супруга, чтобы в следующий раз неповадно было. Грех пригревать чужие женские головы на глазах благоверной супруги. И Диана Витальевна вновь набрала номер Виктора Васильевича. А Михаил Воронин отправился в отделение милиции.

   С двух сторон к отделению двигались две странные фигуры. Это шли покинутые мужья. Семенов и Воронин. Они еще не знали, что Надежда и Татьяна давно находятся в милиции. Одна из них задержана как подозрительная личность, а вторая пришла добровольно, движимая исключительно благими намерениями, в виде милосердия и сострадания.
   А дежурный майор под сурдинку задремал. Группа женщин активно бурлила в актовом зале, еще одна находилась в комнате для задержанных нарушителей, один мужчина из подозрительных личностей мирно спал в «аквариуме». Дежурный опер находился на заявке. В целом и в частности Новый год прошел спокойно, без сбоев и происшествий. Майор сладко зевнул. Ему снилась жареная утка по-пекински, с яблоками, обильно политая соком. Дежурный не успел досмотреть сон, желанная утка осталась несъеденной. Задребезжал телефонный аппарат. Майор нехотя снял трубку.
   – Спишь? – ехидно поинтересовалась трубка.
   – Ну, сплю, – сердито прокряхтел майор.
   – Я тебе посплю, я тебе так посплю, ты у меня до конца дней не уснешь! – загрохотал на всю катушку высокий командный голос.
   Дежурный вскочил, одернул китель. Утка плавно махнула крылом на прощание. Майор успел отметить, что одно крылышко слегка пережарилось. И пусть. Все равно утка была иллюзорной, из дежурных снов.
   – Никак нет, товарищ генерал, – подбоченился дежурный, встал по стойке смирно и даже отдал честь, приложив два пальца к всклокоченной голове, – нахожусь на дежурстве. Все в порядке, чрезвычайных происшествий не зарегистрировано.
   – Да уж, не зарегистрировано, – хмыкнул Виктор Васильевич, – у тебя, майор, на территории женщина пропала без вести, она как бы за хлебом ушла, и в банке бабки умыкнули из ячейки. Так что приготовься, сейчас придут потерпевшие, прими у них заявления и всех разыщи. И бабу, и вора. И сразу мне доложи. Мой мобильный знаешь?
   – Знаю-знаю, товарищ генерал, немедленно доложу! – гаркнул дежурный и услышал короткие гудки.
   От майорского сердца отлегло. Пронесло, стороной обошло. Да и что это за происшествия? Женщина за хлебом ушла и не вернулась. Сотрудник банка бабки увел. Все вернется. И жена придет. И деньги на полку положат. Майор посмотрел в монитор. На крыльце топтались двое. Потерпевшие. Надо принять заявления. Дежурный нажал на пуск.

   Анна сидела на диване и ждала возвращения Владимира. Телевизор шумел праздничной суматохой. Но праздника не было. Знакомые лица на экране мельтешили и вздрагивали от напряжения, им очень хотелось понравиться зрителям. Но Анне они не нравились, ей было не до веселья. Пустая квартира, сразу видно, что здесь живет холостяк. Причем живет в свое удовольствие, квартира напичкана разнообразной аппаратурой, отремонтирована в стиле хай-тек, везде чисто, но очень одиноко. Анна ощутила холодный приступ отчаяния. Как здесь одиноко. Бедный Владимир! Девушка жалобно нахмурила брови, осмотрелась, нет, не высидеть. Она пришла в квартиру Владимира, благо ключи у нее были. Но не смогла пробыть и часа, душа рвалась прочь отсюда, нужно было искать любимого, а не сидеть сложа руки. И Анна выбежала на улицу. Праздничная суматоха уже улеглась, но отовсюду раздавались выстрелы, бабахали петарды, создавалось впечатление, будто в городе началась война. Мельникова побежала по набережной, увидев памятник Петру Первому, остановилась, ей показалось, что вздернутая рука императора слегка вздрагивает.
   – С Новым годом, государь император, – сказала девушка. – Где мне искать моего жениха, куда он спрятался от меня?
   Анна проследила за вздрагивающей рукой. Неужели Морозов ушел на Васильевский остров? И вдруг она увидела улыбку каменного императора. Памятник направлял Анну в другую сторону. Морозов находится на другой стороне, на Гороховой улице. Девушка прошла мимо памятника, отметив гордую посадку всадника. Римская тога слегка задралась, открывая сильные ноги. Император рвался вперед, к новым свершениям. Не было ему покоя на этой земле.
   – Спасибо за подсказку, император, – улыбнулась Анна и побежала по Александровскому саду.
   У памятника Гоголю она вновь остановилась. На двух скамейках возле памятника валялись пустые бутылки из-под шампанского, пивные банки, окурки, обертки, повсюду громоздились груды мусора. Ночью в саду побывало много народу, но памятник остался целым и невредимым, не тронули, не повредили, пощадили бедного литератора.
   – С Новым годом, Николай Васильевич, подскажите мне, как найти моего жениха? – прошептала Анна.
   Памятник задрожал и безмолвно указал на Гороховую улицу. Анна старалась не замечать издержек народного почитания. Надо было срочно найти сбежавшего жениха. И Мельникова побежала дальше. Она уже обошла всех друзей и знакомых Морозова и выяснила, что его нигде нет и не было, он бесследно пропал. О нем не было известий с прошлого года. И Анна решила навестить «Медиа-банк» на Гороховой. Наверное, Владимир сегодня дежурит. Поссорился жених с невестой и отправился на работу. Мужчины всегда так поступают. Они часто глушат тоску работой. На Гороховой Анну не ждали. По крайней мере так рано. Веселье в «Медиа-банке» крутилось уже по четвертому заходу. С каждый разом обороты усиливались. В полумраке танцевали влюбленные пары. Кстати, они влюбились друг в друга во время экстремального события, пока ждали ареста главного подозреваемого. Не дождавшись заключительного аккорда, решили влюбиться на время, стремясь хоть чем-нибудь заполнить тягучую нескончаемую ночь. Диана Витальевна назло управляющему напропалую любезничала с Виктором Васильевичем. Важный клиент приехал в банк по первому зову, надеясь проверить надежность хранения личных средств, нажитых непосильным трудом. И банкирша открыто заигрывала с ним, чтобы насолить и заодно наперчить родному мужу. Но Леонид Львович находился под надежной охраной отпрысков, они вчетвером оттирали от управляющего нахальную дамочку глуповатого вида. Анатолий Алексеевич ястребом кружил по залу, не упуская из виду никого, включая управляющего, его детей, супругу и важного клиента. Сотрудники, пользуясь временной передышкой, ударились в любовный флирт. И когда на пороге возникла Анна Мельникова, всех присутствующих охватила жажда справедливости. Вполне объективное чувство. Зря страдали, что ли.
   – А я к Морозову, – сказала Анна, – к Владимиру. Он здесь, с вами?
   – Здесь-здесь, с нами, с нами, – растерянно подтвердила Диана Витальевна, она оставила важного поклонника и направилась к двери, боясь упустить из рук пугливую жертву.
   – Наверное, Владимир на дежурстве? – спросила Анна, бледнея от страха.
   Мельникова впервые посетила банк, то место, где проводил основное время ее возлюбленный, суженый, так сказать.
   – На дежурстве, на дежурстве он, – кивнула Диана Витальевна, измеряя холодным взглядом съежившуюся девушку.
   И вдруг банкирша согнулась, будто перед прыжком в воду, в пропасть, в бездну, уже не важно – куда она собиралась прыгать, прижала сильные руки к крутым бедрам и крикнула фальцетом: «Держите ее, она – сообщница!» И Анну схватили. Скрутили сзади руки и провели к барьеру. Усадили на стул. Анна помертвела от неожиданности.
   – Звони в отделение, Толя! – приказала Диана Витальевна. – Вызывай наряд.
   Анатолий Алексеевич расторопно бросился выполнять поручение.

   А в отделении милиции и без того было полно работы. Михаил Воронин заявлял о хищении крупной суммы денег из банковской ячейки. Александр Семенов поодаль писал заявление о том, что его законная супруга – Надежда Павловна Семенова – пропала без вести с прошлого года, дескать, ушла за хлебом и не вернулась. А Надежда Павловна в комнате для задержанных строчила жалобу прокурору о незаконном задержании, и эта жалоба была уже десятой по счету. На столе скопилась целая стопка обращений. А в «аквариуме» спал Морозов, он ничего не писал и во сне терпеливо ждал оперуполномоченного. В это время старательный сержант привел еще двоих задержанных. Пожилая пара смущенно щурилась, отводя взгляды то ли от яркого света, то ли от пытливых глаз майора.
   – Эт-то что такое, сержант? – крикнул дежурный.
   – Это задержанные, товарищ майор, они сидели на лестнице, чем мешали покою и отдыху граждан, – сказал сержант, принимаясь за составление рапорта.
   – Чей покой и отдых они нарушили? Кому эти старики помешали, черт бы тебя побрал, сержант? – еще громче кричал майор.
   – Соседям, товарищ майор, мне соседи позвонили и сказали, что на лестнице спят подозрительные люди. Пришлось задержать для установления личностей.
   И сержант с чувством собственного достоинства вывел заглавную букву. «Начальнику отдела Петрову. За нарушение покоя граждан в новогоднюю ночь в отделение милиции доставлены супруги Мельниковы». Майор остолбенел. Окаменел. Его не смогла бы вернуть к жизни даже реальная утка по-пекински.
   А тем временем Анну Мельникову собирались транспортировать в это же отделение. Охранник банка и Анатолий Алексеевич вывели девушку во двор, вежливо усадили в машину и повезли в отделение.
   А дежурный майор тем временем тупо смотрел в экран монитора. Как и Морозов, он ждал оперуполномоченного.
   – Товарищ майор, а вы что, кого-то ждете, что ли? – спросил помощник, осторожно выдирая из-под руки оцепеневшего дежурного журнал учета доставленных нарушителей.
   – Опера жду, – каким-то беспомощным и глухим голосом буркнул майор.
   – А он у себя в кабинете, я в канцелярии журнал искал, не знал, что он у вас под руками лежит, и мимо розыскников проходил, слышу, а в кабинете опера кофеварка шипит, вкусно так пахнет, на весь коридор кофе несет, – засмеялся помощник.
   – Коль, ты что, смеешься надо мной? – дежурный даже вскочил со стула.
   – Нет, а зачем мне смеяться над вами? Народу вон все прибывает. Типа цыганский табор у нас, а не отделение милиции. Бабы в актовом зале буянят, жалобы пишут в пять рук разом, в комнате для задержанных уже целую книгу бедная женщина написала, все слезы выплакала. Не-ет, мне не до смеха, товарищ майор, – помощник доходчиво и терпеливо, как душевнобольному, обрисовал дежурному майору сложившуюся ситуацию.
   И впрямь, всем было уже не до смеха. Народу в отделении становилось все больше. Неуемный монитор отобразил новую живую картинку. У входа остановился шикарный джип, и какие-то люди манерно выпроводили из него девушку. Красивая такая девушка, просто загляденье. Настоящая блондинка в шоколаде, великолепная, стройная, видная. И тогда майор пошел ва-банк. Он поднялся на второй этаж, где дислоцировалась служба уголовного розыска, пинком вышиб хлипкую дверь и собственными глазами увидел душераздирающую картину в рождественском стиле. Оперуполномоченный смотрел по телевизору новогоднее представление и умильно поедал шоколадку. Нет, он не был пьян, вовсе нет, трезвый и умиротворенный, лежа на диване, опер тихо поедал шоколад, повсюду валялись бумажки и обертки от конфет.
   – Ты здесь шоколадом объедаешься, а там, внизу, народ прибывает, – заорал дежурный.
   – Шоколад – не сало, – глубокомысленно произнес оперуполномоченный, – много не съешь. А откуда ты народу столько набрал, Дмитрич, а?
   – С неба нахватал, – сдержанно ответил майор, – спускайся, работы до утра хватит.
   И они направились вниз, не ругаясь, не выясняя отношения. Новый год все-таки. Не до ругани. Опер пошел в «аквариум», а охранник банка в это время писал заявление о том, что сотрудниками банка задержана особо опасная преступница Анна Мельникова. И все вновь смешалось, завертелось, закружилось, понеслось вихрем. Стали выяснять подробности и ужаснулись. Морозов предстал перед органами с деньгами, с чистой совестью, трезвый, как стеклышко. Анна бросилась ему на шею. Надежда, увидев мужа, упала в обморок, но быстро ожила и упала ему на грудь, вцепилась, и уже никто не смог отодрать Надежду Павловну от ее благоверного. Поисковая группа, возглавляемая Татьяной Ворониной, наконец-то обнаружив живой и невредимой Анну Мельникову, набросилась на девушку всем отрядом и едва не задушила красавицу в женских объятиях. Михаил Воронин пытался найти в толпе свою жену. Бедный майор в состоянии тихого ужаса спрятался от всех в «аквариуме», прикрыл дверь и закрыл лицо руками. Помощник в суматохе вновь потерял журнал учета доставленных нарушителей. Оперуполномоченный впопыхах доедал очередную шоколадку. Его губы были в шоколаде. Праздничный карнавал внезапно был прерван, в отделение приехал сам Виктор Васильевич под руку с Дианой Витальевной. Банкирша успешно отомстила мужу. Она выбрала себе нового ухажера, случайно выиграв вполне удачную партию. И карнавальный шум мгновенно стих, журнал сразу нашелся, а бедный майор добровольно вышел из «аквариума». А Морозова в срочном порядке этапировали обратно, туда, откуда только что вышел дежурный. Виктор Васильевич отдал все необходимые распоряжения.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация