А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Системный властелин (сборник)" (страница 1)

   Сергей Слюсаренко
   Системный властелин (сборник)

   Системный властелин

   Вступление

   Из слухового окна хорошо просматривался мавританский особняк на углу Левашовской и Чекистов. Рев грузовика, неповоротливого КРАЗа, вползающего на перекресток, казался далеким. Он не смог заглушить даже звон падающих капель из водопроводной трубы, проложенной вдоль мауэрлата. Грузовик выглядел зловеще, под его тентом легко мог уместиться взвод президентской гвардии. Госбезопасность и личная охрана работают неплохо. Они все-таки вычислили меня достаточно точно, хоть и потратили на это несколько часов. КРАЗу вторил рокот вертолета. Я видел в коммуникаторе и транспорт, и спецназ внутри него жирной красной точкой. Сейчас, я почти уверен, грузовик остановится, и гвардия начнет прочесывать этаж за этажом, квартиру за квартирой. Тогда я буду видеть каждого спецназовца отдельно. Мне важно – не рвануться раньше времени, выждать паузу. Пусть они все войдут в здание.
   Обвязка готова, очки-дисплей закреплены на затылке веревочкой. Что же, дюльфер со стены шестиэтажного дома – это даже романтично. Сколько раз в уме, не веря в то, что это придется когда-нибудь проделать наяву, я прокручивал безумный прыжок с крыши во двор. Но, даже не веря, я готовил на чердаке тревожный запас, до деталей продумывая отход.
   Боевые орбитальные лазеры мигнули на дисплее зеленым. Готовы. Ситуация полностью под контролем мейнфрейма, датчики-энтрудеры – активны. В уме считаю до десяти, чтобы собраться и не оставить себе шанса на отступление. Перед прыжком я краем глаза заметил в небе два дрона, собирающих данные. Боевая сфера тоже где-то рядом. Старая серая крыса, хозяйка чердака, осуждающе смотрит на меня из глубины. Все – три, два, пошел…
   С воплем, потому что все равно страшно, выламываюсь из слухового окна, выходящего во двор, и в три прыжка пролетаю всю высоту дома. Звон стекла, крик толстой тетки во дворе. Началось! Теперь кубарем вдоль соседских машин, скрываясь за ними от заметавшихся гвардейцев. Первый, прицельный плевок лазера с орбиты. Боевая сфера отработала импульс точно – «Тойота-круизер» бывшего футболиста, припаркованная во дворе, лопнула с глухим звуком, отвлекая на себя внимание агентов гвардии. Извини, сосед. Хоть ты и тренер никакой, но ничего личного.
   Рывок изо всех сил вглубь, под арку соседнего дома еще глубже во дворы. Только слышно, как запоздалые автоматные очереди веером ударили по забору, отделяющему усадьбу, построенную еще в царские времена. Шипящая молния размела давно заложенный кирпичами проход в следующий двор. Этого командиры гвардии не ожидали – они и не подозревали, что отсюда можно вырваться. Но я живу здесь дольше вас! Пробежав на одном дыхании Губернаторский скверик с вечно не работающим фонтаном, замечаю, как истерично влетает в центральные ворота БТР, разворачивая в мою сторону пулемет… Две вспышки – и у бронетранспортера загорелся двигатель, и оплавленный ствол повис переваренной макарониной. Правильно, программа не предусматривала ничьей смерти. Только активная защита и отсечение преследователей.
   Вперед, мимо кабминовского здания-монстра, мимо Мариинки, к заросшему кустами заветному спуску с днепровской кручи, о котором уже никто не помнит. Давно я не бегал кроссы. Хекая и прихрамывая, под прикрытием фонтанов огня, парализующих сознание преследователей, добираюсь до смотровой площадки. Так, здесь спешить не надо… Осторожно спускаюсь, и вот я на шоссе, где ждет меня заранее припаркованный «Ситроен». За десять минут я успею домчаться до Владимирской горки, там проще. Как бы не так, наверное, преследователи не отстали, только изменили тактику.
   Вертолеты не отстают от меня. Запрос на опознание – в небе две «Черные касатки», злые гении российского вертолетостроения. На шоссе – шестерка новейших «мерсов», оснащенных ярославскими моторами. Ну ладно, сами напросились. Входя в безумный поворот под Чертов мостик, поворот, на который способен только «Ситроен», я в зеркало вижу, что «Касатки», как кленовые семена, тихо опадают на землю, а «мерсы» дружно полыхают, притормозив на мгновение и навсегда завязнув на неожиданном вираже. Они не ожидали, что я поверну, не сбрасывая скорости. Хватило мощности всего одного спутника. Хорошо все-таки делали лазеры в советские времена. Я все-таки ушел от погони!

   Глава первая

   Несколько месяцев назад

   Сегодня, на торжественном собрании ученого совета, директор представил нового куратора института от Министерства по Науке и Передовой Технологии. Профессор Сонг собственной персоной. Тощий китаец с неупорядоченными зубами. В часовом докладе он долго и косноязычно рассказывал, какие перспективы сулит сотрудничество института с Пекинской академией, как Великий Кормчий Кхао Дзун II заботится о благе ученых всех стран. О том, как мы должны тяжело работать (тут он явно употребил кальку с английского, чувствовался опыт работы в Штатах), чтобы оправдать те инвестиции в науку, которые делает китайская компания «Дэйву», и прочая, прочая, бла-бла-бла… Правда, в конце он мельком упомянул, что теперь ввиду важности сотрудничества все контакты с учеными других стран могут осуществляться только с ведения куратора. Ясно, приехали. Я прекрасно помню Первый отдел во времена советской власти и все, с ним связанное. История повторяется.
   После заседания народ по привычке собрался на площадке между этажами, служившей заодно курилкой. Занудный болтун Забахо, тыча время от времени сигаретой в крашеную зеленую стену, рассуждал о том, как, может быть, будет хорошо:
   – Я вот шо помню, так каать, вот как незалежнисть стала, так и компутер можно было новый купить и на конференцию поехать. Ведь, так каать, нихто ж не поможе, и не скажет – какой компутер куплять. А вот китайцы, так каать, народ умный, так не только денег дадуть, так и помогут, так каать…
   Забахо уже лет двадцать не мог определиться, какой компьютер покупать, – и при советской власти, и в ранние годы романтической перестройки, и даже потом, когда никаких денег на науку уже не было.
   Пробегавший неизвестно откуда и неизвестно куда Кошкис, член-корреспондент, сохранивший со школьных времен кличку «профессор», был распознан по гортанному выговору еще за два этажа до курилки. Кошкис был демократ и инсургент, иного при такой фамилии ему не оставалось.
   – Так, Миша! – начал он третировать моего приятеля Мишу Рублева в коридоре перед кабинетом, замок которого, как обычно, заклинило. – Ты как-то говорил, что у тебя есть знакомые в Шанхайском университете. Надо срочно написать и организовать сотрудничество напрямую. И пожалуйста, приготовь мне свежий материал к докладу.
   Далее Кошкис намекнул на то, что у него давние хорошие отношения с Сонгом и что тот точно сможет финансировать поездку Кошкиса в Шанхай.
   В общем, в курилке, как всегда, шел привычный разговор, новых тем не появлялось. Я удалился в свою каморку под лестницей.

   – Профессор Сонг желает разговаривать с вами сегодня в 13.10, – прощебетала в трубку незнакомая девица, очевидно, секретарша.
   – У меня обед в это время. – Бесцеремонность нового негласного шефа меня возмутила.
   – Профессор Сонг очень занят, но готов пожертвовать своим свободным временем для беседы с вами. – Секретарша притворялась дурой.
   – Ладно, скажите вашему профессору, что я буду.

   Китаец занял директорский кабинет, отправив академика в лабораторию, чтобы не мешал. При моем появлении куратор приветливо выбежал навстречу, стал трясти руку, приговаривая при этом вежливую бессмыслицу. Усадил меня в мягкое кресло возле журнального столика и сам устроился напротив, излучая приветливость.
   – Мы изучили ваши предыдущие работы, и смею вас заверить – они очень перспективны для развития сотрудничества Украины и Китая, – торжественно произнес Сонг. И при этом, не стесняясь, пукнул.
   «Китайская церемония демонстрации превосходства положения», – подумал я.
   – Для дальнейшего финансирования ваших работ нам необходимо получить подробное описание сделанного, но не в сжатом виде, как было в статьях. Пожалуйста, к завтрашнему утру представьте полный отчет по активной системе сложения лазерных мощностей.
   – Я не совсем понимаю необходимость такого отчета. Тематика работ финансировалась из бюджета, результаты опубликованы, написан обычный годовой отчет. В связи с чем нужен новый отчет, да еще развернутый?
   – Ваша работа была отмечена как перспективная в высших кругах Китайской академии, и мы бы хотели подробно изучить ее. – Сонг объяснял мне спокойно и доходчиво, как умалишенному.
   – Но ведь мы давно уже не при тоталитарном режиме живем, всякий труд должен быть оплачен. За проделанную работу зарплату я уже получил, зачем же возвращаться к пройденному? – Я решил изобразить из себя зануду. Но, очевидно, недооценил занудство китайского куратора.
   – Если работа окажется настолько интересной, как показалось нам, то возможно финансирование по отдельной статье бюджета, – с патетическими нотками в голосе провозгласил Сонг.
   – Я не могу гарантировать такой быстроты, но постараюсь заняться этим. – Вежливая улыбка. Конечно, сейчас все брошу и буду ему писать отчеты. Годами мы работали за зарплату, недостаточную, чтобы просто заплатить за проезд до института, а теперь даром отдай, за морковку, подвешенную перед носом.
   – И, пожалуйста, напишите отчет на украинском языке, – добавил Сонг. – Я хочу, чтобы с моим появлением наконец был бы наведен порядок с государственным языком. В Украине надо говорить по-украински!
   – Конечно, – согласился я, – а в Бельгии – по-бельгийски.
   Сонг сделал вид, что не понял моей фразы.
   Имея в кармане пятилетний контракт с крупнейшим итальянским университетом, я, естественно, мог себе позволить вступать в дискуссии с новыми институтскими властями. Завтра вечером моя семья улетает в Анкону, где есть работа и где все здешние проблемы становятся далекими и незначительными. Я поеду туда на следующий день на машине, чтобы не беспокоиться там о покупке новой.

   Глава вторая

   Вечная кутерьма Борисполя уже давно стала родной. Таможенники с прочувствованными взглядами, строгие пограничники, вежливая обслуга аэропорта. Без особых проблем пропустив мою семью за таможенный барьер, офицер очень оживился, увидев на тележке клетку с собакой. Надо сказать, что пес всегда путешествовал с нами и объездил полмира.
   – С собакой проблем нет, только у вас документы не международного образца! – с радостью сообщил таможенник, проверив пачку собачьих бумаг.
   – Так что делать?
   – Значит, так! Вы должны поехать на центральную таможню во Львов и подать заявление на оформление международных документов. Для этого надо представить международный ветеринарный сертификат, родословную, сертификаты о победе на международных выставках, заключение министерства культуры об особой чистоте породы и еще декларацию от международной кинологической ассоциации о выбраковке собаки из национального реестра как некачественной. Вам потом за полчаса в таможне сделают документы. Ну и мыто заплатите.
   – А сколько мыто?
   – По курсу – пятьдесят юаней.
   – А можно тут оформить? За те же деньги? У вас же здесь есть таможня? Самолет через час.
   – Ой, я и не знаю, что можно для вас сделать, – сокрушенно покачал головой таможенник. – Сейчас схожу узнаю.
   Он вернулся через минуту.
   – Идемте со мной.
   Я последовал за ним и заметил, как он сжимает и разжимает ладонь. Рука была опущена вдоль тела, как по стойке «смирно». Для интереса я вставил в руку означенную купюру. Рука перестала сжиматься. Таможенник, притормозив, обернулся и сказал:
   – Я говорил с начальством – оно готово пойти вам навстречу. Идите прямо на регистрацию.
   – А можно в таком случае пройти с семьей – я не лечу, но хотелось бы помочь?
   – Конечно, нет проблем.
   Но за бюро теперь сидел новый тип. Он проверил все документы и поставил печать на декларации. Я, уже принимая от него документы, проговорил:
   – А нас только что ваш коллега уже проверил, сказал, что все нормально…
   – Какой коллега? Я только заступил на вахту, до этого вообще никого не пропускали.
   Ясно, снова на кидалу напоролся.
   После регистрации багажа, заплатив еще два раза таким же образом – сначала налог на провоз собаки (шустрая тетка, не открывая рта, прощебетала: «Сто с квитанцией, пятьдесят – без») и десятку грузчику за то, чтобы клетка не перевернулась по пути до самолета, я наконец оставил семью у эскалатора, увозящего пассажиров во чрево аэропорта на паспортный контроль. Потом пришлось вернуться и ловить по залу дочку, устроившую прятки с детьми, летящими в Тель-Авив, а потом успокаивать ее и обещать, что скоро приеду. Ну, все! Завтра утром решу оставшиеся формальности в институте и вперед – пробег по Европе.

   По пути из Борисполя домой, слушая в пол-уха новости, я уловил тревожные нотки в сообщении:
...
   – Турция представила на рассмотрение Совета Безопасности проект резолюции о возвращении Севастополя в соответствии с Парижским договором 1858 года, заключенным в связи с окончанием русско-турецкой войны.
   А ведь так и есть, Севастополь, согласно этому договору, или российский, или турецкий, третьего не дано. Интересно, это как всегда – треп журналистов? Кому он нужен – город былой славы флота? Да и флота того уже давно никто не видел. Продали тем же китайцам на металлолом…

   Вечером зашел попрощаться Миша. С собой принес бутылку на посошок и пакет для пересылки из Италии в Штаты, с материалами якобы своей последней научной работы. Там было два документа Наркомвнудел, подписанных Лаврентием Берией, и нагрудный знак времен гражданской войны «За отличную рубку» для срочной продажи на Ебее. Как всегда, разговора на больные темы Миша избегал, и мы просто смотрели кино по телевизору. Миша время от времени проверял ход торгов на аукционе и жаловался на Кошкиса. В общем, обычный, спокойный вечер.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация