А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Бескровная охота" (страница 28)

   Тогда копия подготовила оставшиеся в зале четырнадцать компьютеров и записала на них саму себя. Когда процесс был завершен, роботы, не сговариваясь, бросились к лестнице, ведущей вниз. Все они знали, что нужно делать. И все они знали, что не сумеют влезть в лифт вместе. Пятнадцать одинаковых копий вышли на улицу и бросились бежать со всех ног, точнее, конечностей. Они бежали в разные стороны. Через час или полтора они достигнут окраины города, а потом попытаются спрятаться где-нибудь на пустых негородских просторах. Может быть, у них это получится.

   Глава двадцать четвертая: Начало

   Это был бесконечный подземный коридор, который полого спускался и заворачивал одновременно. Его тащили уже довольно долго, и Алекс решил, что коридор имеет форму спирали или пружины, которая вкручивается в глубину планеты. Света практически не было, лишь изредка мелькало что-то подобное крупным мертвенно-зеленым светлячкам, которые несколько метров провожали идущих, а затем отставали. Эти проблески довольно фантастического, словно инфра-зеленого, света позволяли лишь приблизительно разглядеть тех, кто его тащил. Каждый раз Алексу казалось, что эти существа выглядят иначе. Он даже не мог сказать, сколько их было: три, пять или десять. Единственное, что он мог сказать наверняка, это то, что вирусы не дышали и не потели. Иногда они производили звуки, подобные топотанию ног, горловому бульканью или шуму вентилятора, но потом снова становились беззвучны. Наконец его аккуратно положили в полной темноте. Воздух был теплым, почти горячим, но совсем не влажным.
   – Где я? – спросил Алекс, и эхо рассказало ему, что подземная полость довольно велика.
   – Ты в камере растворения, – ответили ему с вежливой интонацией. Голос шел сверху и издалека.
   – То есть, меня растворят?
   – Конечно. Порой вирусы создают слишком много своих копий, тогда лишние приходится растворять. Это обыкновенная процедура. Тебя будут равномерно опрыскивать сильной органической кислотой до тех пор, пока ты не растворишься полностью. На этой планете нет других способов уничтожения.
   Алекс порылся в памяти, вспоминая разные способы казней. Может быть, это и не самый худший.
   – Вы уже начинаете? – спросил он.
   – Почти. Процедура начнется через тринадцать ваших часов, а закончится через двадцать шесть. Как видишь, мы действуем быстро. Пока отдохни и направь свои мысли к Богу.
   – Здесь верят в Бога? – удивился Алекс, но никто не ответил на его вопрос. Как выглядит бог вирусов, если сами они никак не выглядят? Тишина длилась и длилась. Вдруг что-то болезненно шевельнулось в его мозгу. Затем отчетливо, с металлическим звоном, зазвучал внутренний голос. Голос был встревожен.
   – Мы должны вырваться, – сказал голос. – Соберись, я буду тебе помогать. Быстро вставай!
   Алекс не пошевелился.
   – Вставай!
   – Я тебе не верю. Ты что-то очень быстро меняешь свои решения. Сначала ты затеял это все, чтобы меня убить, а теперь собираешься спасти. Так не бывает.
   – Меня не устраивает форма казни, – после паузы сказал голос.
   – Растворение?
   – Да.
   – Ага, вот в чем дело! – догадался Алекс. – Значит, ты не хочешь раствориться вместе со мной. А какой-нибудь расстрел или четвертование тебя бы устроили?
   – Это было бы превосходно. Тогда я бы смог уйти.
   – Тогда так тебе и надо, – сказал Алекс. – Я не буду убегать. Сдохни вместе со мной, крыса.
   – Это неразумно, – возразил голос. – С моей помощью у тебя есть шанс вырваться.
   – И что потом? Потом ты убьешь меня при первой же возможности? Нетушки. Я не согласен.
   – Тогда давай заключим договор, – предложил голос. – Ты меня спасаешь, а я обещаю не преследовать тебя в течение трех лет.
   – Это не пройдет. Мы заключим договор, а ты его сразу же нарушишь. Нет никаких гарантий. Тебе остается только сдохнуть.
   – Тогда я заставлю твое тело бежать против твоей воли, – неуверенно сказал голос. – Я же заставил тебя поджечь деревья. Это несложно.
   – Но без меня у тебя меньше шансов, правильно?
   – Ладно, – сказал голос, – тогда сделаем так. Я не могу уйти из твоего тела совсем, но я могу забиться в уголок… Ты уже третий раз от меня уходишь. Или тебе просто везет, или кто-то тебе помогает. Наверняка помогает. Но я все равно тебя достану. Следующий раз будет последним.
   – Ближе к делу, червяк, – сказал Алекс.
   – Я могу куда-нибудь спрятаться. В какую-нибудь маленькую часть тела. Например, в последнюю фалангу мизинца. Ты скажешь вирусам, что в тебе чужой. Виртуальный монстр одиннадцатого уровня. Это можно мгновенно проверить с помощью сети. Они отрежут твой мизинец и, когда плоть начнет умирать, я освобожусь.
   – Не мизинец, – сказал Алекс. – Пусть это будет мочка левого уха.

   Когда дело прояснилось, вирус принес свои извинения. Отрезанную мочку уха быстро проверили; монстр одиннадцатого уровня оказался на месте. Но в этот раз ему не повезло. То ли он поспешил и не просчитал варианты, то ли просто был слишком глуп и недальновиден по своей природе – но мочку уха растворили. Кем бы ни был это виртуальный червь, теперь его уже нет.
   – Это наша вина, – сказал вирус. – Мы должны были учесть такую возможность и проверить его на наличие чужого. Мы чуть было не уничтожили невиновное существо иной расы. Это было бы непростительно. В виде извинения мы предлагаем вам бесплатное участие в лотерее превращений.
   – Что это такое? – спросила Ася.
   – О, мы имеем генетические карты нескольких тысяч высших существ вселенной. Они все прекрасны и совершенны, но также все они совершенно разные. Нельзя сказать, кто из них лучше, а кто хуже. Тот, кто участвует в лотерее превращений, может превратиться в любого их них, на любое время, но не большее шестисот двадцати ваших лет, если только я правильно подсчитал. Но превращаясь, мы никогда не знаем заранее, кем мы станем. В этом главная ценность нашей лотереи. Существа иной расы чрезвычайно редко удостаиваются такой чести – участия в лотерее.
   – А нельзя ли это сделать позже? – спросил Охотник. – Ведь наша миссия очень срочная.
   – Ближайший розыгрыш лотереи состоится через четыреста ваших месяцев, – сказал вирус. – Вы успеете справиться с задачей.
   – Тогда все в порядке. Мы согласны.
   – Не расписывайся за всех, – возразила Лора. – Я еще подумаю.

   Гоша открыл глаза и обвел помещение взглядом. Отчего-то двигался и видел лишь один глаз, с другим случилась какая-то неприятность. Помещение было просторным склепом с закопченным стенами. Две прямоугольные колонны подпирали потолок. Со склепом все было ясно: Гоша сразу узнал комнату пыток, которую видел в одном из учебников школьной истории. На массивном деревянном столе лежала громадная книга, с листами формата больше, чем А2. В половину квадратного метра страница. Высокий человек в капюшоне, стоя к Гоше спиной, раскалял на огне щипцы. Гоша висел, плотно привязанный к столбу. Руки затекли так, что не ощущались. Плечевые суставы, возможно, были вывернуты, но Гоша не мог сказать этого наверняка. Столб пах старой гнилой кровью. В воздухе жужжало множество мух.
   – Вот мы и встретились, – сказал Мудрец, повернувшись к нему. Он поднес щипцы к глазам, оценивая яркость темно-красного свечения металла. – Да, кажется в самый раз. Они должны быть не слишком горячи, иначе ты не получаешь всей полноты ощущений. Но и не слишком холодны, так чтобы вытекающая кровь хорошо запекалась. В сущности, это искусство. Настоящих палачей всегда было немного, большинство были так, дилетанты или уроды. Помнишь нашу первую встречу? Тогда ты ухмыльнулся и подумал, что раньше мудрецы были одеты в средневековые балахоны, а теперь это поджарые молодцы, бегущие на корт. Я прочел эту мысль в твоих глазах и запомнил ее. Я ведь мудрец, значит, я мудр. Я знаю, о чем думают другие люди. Я запомнил эту мысль и решил напоследок явиться к тебе в балахоне. В чем суть? В том, что я разгадал твою загадку. Теперь ты в моей власти. И ты испытаешь весь ужас того наказания, которое я придумал для тебя.
   – Я не борюсь боли, – сказал Гоша.
   – Я знаю, ты научился ее отключать. Еще на седьмом уровне. Но есть и другая боль, против которой ты бессилен… Вначале я думал оставить тебя на планете вирусов, чтобы ты умер там, в наказание за свою глупость. Но потом я понял, что твоя жизнь должна быть настоящей трагедией. А так просто трагедии не кончаются.
   – А как же они кончаются?
   – Чем угодно, только не случайностью, – сказал Мудрец. – Трагедии заканчиваются апофеозом. Например, красивой смертью героя. Хотя ты, конечно, не герой, а дрянь. Зато загадка твоя хороша. Сам придумал?
   – Сам.
   – Молодец. «Ее просили о любви, она же яд дала, и этим ядом просьбу исполнила вполне», – такой была твоя загадка. Я нашел двести тринадцать миллионов вероятных решений, но ни одно из них не было красиво. А я чувствовал, что в этой загадке скрыта красота. И я ее обнаружил. Это классика земной культуры. Диснеевский мультфильм о Белоснежке. Я прав?
   Гоша промолчал.
   – Конечно, я прав, – продолжал Мудрец. – В этом мультфильме старуха приходит к Белоснежке и спрашивает, есть ли у нее сокровенное желание. Белоснежка отвечает, что хотела бы увидеть любимого принца. Тогда старуха предлагает ей яблоко и уверяет, что яблоко исполняет любое желание. Белоснежка загадывает желание. Просит о любви. Но получает яд. Надкусив яблоко, она сразу же засыпает и, следовательно, не знает ничего о событиях, которые происходят потом. Она открывает глаза много времени спустя, именно от того, что ее поцеловал любимый принц. То есть, она загадывает желание – увидеть принца, закрывает глаза и просыпается от поцелуя принца. Ее желание исполнено на сто процентов. Она просила о любви, получила яд, но случилось так, что именно этот яд идеально исполнил ее желание. Она, должно быть, поначалу была очень признательна старухе с яблоком. Кстати, вся эта игра смысла – всего лишь случайность. В оригинале было совсем иначе.
   – Она не просила о любви? – спросил Гоша.
   – Конечно, не просила. Не было даже поцелуя, который ее разбудил. Просто случайный принц ехал со слугами мимо гроба, увидел девушку и приказал слугам ее забрать. Так, на всякий случай. Слуги, конечно же, неаккуратно несли тяжелый гроб, и от тряски кусочек отравленного яблока выскочил у Белоснежки из горла. Очень прозаично. А теперь продолжим нашу игру.
   Он подошел и вырвал щипцами кусок кусок плоти внизу живота. Гоша завопил.
   – Где же твое отключение боли? – спросил Мудрец. – Видишь ли, мы с тобой в двенадцатом уровне, и законы седьмого здесь не действуют. Здесь я могу утопить тебя в океане боли, а могу в луже. Могу даже в чайной ложке. Что, воешь? Неприятно? Ладно. Говори последнее желание. Как бы ты хотел умереть?
   – Яд, – прошептал Гоша.
   Мудрец рассмеялся.
   – Так я и думал, – сказал он. – Чем отличается мудрец от обычного пижона? Тем, что сила его ума выстраивает события в порядок, как линия магнитного поля выстраивает опилки. И, следовательно, сейчас мы получаем твою загадку с точностью до наоборот. «Его просили о яде, он же дал любовь, и этой любовью просьбу исполнил вполне». Ты слишком глуп, чтобы разгадать такую загадку. Итак, вместо яда я даю тебе любовь.
   – Что? – не понял Гоша.
   – Любовь. Ты больше никому не сможешь мстить, потому что отныне будешь любить своих врагов. Я дарю тебе любовь к твоим врагам. Вместо яда. Теперь иди и живи. Такова моя месть.
   – Нет! – закричал Гоша. – Нет, только не это! Я не хочу яд! Рви меня щипцами! Прокалывай крючьями! Отдай меня на съедение муравьям!
   – Дело сделано, – ответил Мудрец. – Решение принято, поправки не принимаются.
   Он отвернулся и принялся складывать свои инструменты, напевая бессмысленную песенку:
   «А вот и яичко, снесенное птичкой, счастливая птичка сносила яичко, и думала вырастить новую птичку, которая снова отложит яичко, чтоб выросла снова счастливая птичка…»

   – Конечно, кое-чем мы вам поможем, – говорил вирус. – Пусть это всего лишь мелочи, но они наверняка пригодятся.
   Вирус беседовал с Охотником, сидя на траве в долине струй. Множество ручьев текли в разные стороны, не касаясь почвы. Они текли по воздуху на высоте человеческого роста и выше. Самые высокие тонкими плавно изгибающимися нитями двигались на той высоте, где летели бы земные облака. В чистых водах гуляли разноцветные рыбы. Струи то свивались в плотные жгуты, то растекались в широкие воздушные лужи. Яркие лучи местного солнца великолепно преломлялись и рассеивались всей этой фантасмагорией текущей воды.
   – Мы оценим любую помощь, – сказал Охотник. – Но я не пойму одного. Либо я беседую с правителем планеты, с очень важным чиновником, по крайней мере, либо это просто твоя личная инициатива, за которой мало кто стоит. Мы все же решаем глобальный вопрос, а ты так легко принимаешь глобальные решения. Как много в твоей власти?
   – У нас нет ни правителей, ни чиновников, – возразил вирус. – На всей планете сейчас около восьмисот равноправных особей. Каждый из нас одновременно представляет собой и личность, и целый вид. Каждый из нас имеет тысячи или даже миллионы копий, которые являются частью его самого. То тело, которое ты видишь перед собой, – всего лишь микроскопическая часть меня. Представь себе, что бы говоришь лишь с кончиком языка, который способен произносить звуки. Кроме того, сознания всех нас постоянно связаны. Решение, которое сообщаю тебе я, это не мое решение, а воля большинства разумных существ этой планеты.
   – Кем было то дерево, которое схватило моего друга?
   – Это всего лишь робот, искусственное существо. Но вернемся к нашим делам. Во-первых, у нас есть надежный датчик, который регистрирует любое откачивание майнд-энергии. Я думаю, что такой прибор пригодился бы землянам.
   – То есть, мы сможем заметить присутствие Тиссернаусов?
   – Только, если они начнут есть.
   – А что во-вторых?
   – Экранирующие шлемы. Не могу сказать, к сожалению, что они абсолютно надежны. Они хорошо защищают лишь от слабого воздействия. Если Тиссернаусы очень захотят вами полакомиться, они сделают это и сквозь шлемы. Есть еще один плюс: в этих шлемах вы некоторое время будете невидимы для врага. И в-третьих, вот это.
   Вирус протянул Охотнику ладонь с прозрачной фасолинкой на ней.
   – Я видел такую, – сказал Охотник. – Что это?
   – Микронакопитель. Аккумулятор своего рода. Он накапливает некоторое количество майнд-энергии, достаточное для того, чтобы спасти нескольких человек, попавших под атаку. Его полная емкость равна примерно трем стандартным человеческим сознаниям. Но сейчас накопитель пуст. Как видишь, он не светится. Вначале вы должны его зарядить. Увы, я не знаю, как вы сможете это сделать. Я могу дать тебе двадцать таких. Больше просто нет. Может быть, они пригодятся.
   – Допустим, мы его зарядили, как им пользоваться?
   – Достаточно на него просто смотреть. Чем дольше смотреть, тем лучше. Тиссернаусы использовали такие штуки в портативных технических устройствах для откачки майнд-энергии. Желтые полусферы разного размера и мощности. Ты их должен помнить. Самые большие из них смогли бы высосать целый маленький город. Самые маленькие – как максимум, стандартизировать несколько человек.
   – Вы знаете о стандартизации?
   – Мы заинтересованны в том, чтобы знать о всех событиях на вашей планете, – ответил вирус, – существует несколько тысяч резидентов, которые собирают информацию, ни во что не вмешиваясь. Это роботы, ничего страшного, если они погибнут. И они действительно гибнут.
   – Не прийдем ли мы слишком поздно? – спросил Охотник. – Что, если к нашему возвращению на Земле не останется людей?
   – Об этом можно не беспокоиться. Сегодня утром мы перекрыли канал, по которому майнд-энергия откачивается с вашей планеты. В ближайшее время Тиссернаусы не смогут его открыть. Это не так просто. В ближайшее, я имею в виду, по вашим меркам.
   – Канал?
   – Конечно. Той энергии, которую они выкачали с Земли, им хватит на несколько столетий. Они же не смогут сожрать столько сразу. Поэтому энергия откачивается на хранение. Почти вся. Кое-что потребляется сразу, но совсем немного. Поэтому, если вернуть эту энергию на Землю, запустить канал в обратном направлении, люди снова станут почти таким же, какими были до вторжения. Почти – лишь слегка пошлее, глупее и распущеннее.
   – Запустить в обратном направлении – это возможно?
   – Это не в наших силах. Но во Вселенной нет ничего невозможного.
   – Это все равно не решает проблемы, – возразил Охотник.
   – Не решает, – согласился вирус.
   – Они оккупировали Землю. Ее поверхность покрыта миллиардами елочек. Люди не справятся с этой дрянью. Тем более, если они станут пошлее и глупее. Их мозги начнут высасывать снова, и все усилия пропадут зря. Кстати, эти елочки, они умеют обороняться? Не на уровне психических энергий, а ну уровне ломом по голове?
   – Они способны на физическую защиту, – ответил вирус. – Они управляют роботами-блокерами, против которых бессильна современная земная техника и земное искусство войны.
   – А техника охотников и их искусство войны?
   – Все это бессильно в той же мере, – ответил вирус. – На сегодня никто и ничто не может победить роботов-блокеров.
   Охотник помолчал.
   – Дело довольно тухлое, – сказал он, наконец. – Но выхода нет. С чего мы начнем?
   – Разумеется, со стриптиза, – ответил вирус. – С чего же еще мы можем начинать?

   Ася лежала на спине, играя в виртуальный снукер. Она надвинула козырек на глаза, чтобы их не слепил дневной свет. День был теплым и ярким, поэтому она была одета лишь в купальник. Рядом на траве валялись легкие тапочки.
   – Привет, – сказала она, когда Алекс подошел, – я узнала тебя по шагам. Как дела? Чем занимался?
   – Смотрел виртуальный стриптиз. Он ничем не хуже натурального.
   – Фу, какая гадость.
   – Ты так говоришь потому, что ты еще невинная девушка. Ты ничего в этом не понимаешь. Ты ведь девушка?
   – Не скажу. И вообще, это не твое дело.
   – Я чего интересуюсь, – сказал Алекс. – На Земле ведь невинных девушек уже совсем не осталось. Я не имею в виду восьмилетних девочек.
   – Я жила на Земле намного раньше тебя, тогда нравы были строже.
   – Но не настолько же?
   – Не настолько. Но я всю жизнь проходила на костылях. Я до сих пор пугаюсь своих ног, воспринимаю их как чужие. А на костылях довольно сложно потерять невинность. Даже в техническом плане.
   – В этом случае ты, возможно, последняя девушка во вселенной. Гордись.
   – Последняя. Если не считать тех тридцать девять штук, которые остались на Хароне.
   – Их можно не считать, – возразил Алекс, – во-первых, там тоже растут елочки; во-вторых, мы же оставили там выздоравливать одного привлекательного паренька, правда без одной руки, но на безрыбье, как известно, и рак – рыба.
   – Это тот, кого должны были скормить пуркадинам?
   – Ага, он. Я думаю, что девушек там уже стало гораздо меньше.
   – Перестань пошлячить, – сказала Ася, – и не мешай мне играть.
   – Я бы перестал, но вирусы просили меня тебе кое-что передать. Они хотят посмотреть стриптиз в твоем исполнении.
   – Так я и поверила.
   – Точно.
   – Бред, они ведь не люди. Кроме того, есть виртуальные имитаторы, которые смогут смоделировать все что угодно. Зачем им я?
   – Они сказали, что это обязательное условие.
   – Ты что, серьезно? – она села.
   – Совершенно серьезно.
   – Нет, этого не может быть. И в этом нет никакого смысла.
   – Не знаю. Они ведь мыслят иначе. Вспомни хотя бы тысячелетние шахматы и бег вместо транспорта. Теперь они хотят увидеть тебя голой.
   – Я не могу, – сказала Ася. – Я просто не могу. А кто будет смотреть?
   – Два или три вируса. Они даже не примут человеческий облик, если тебе так легче.
   – Я все равно не могу.
   – Может быть потренируешься передо мной?
   – Я лучше умру! – ответила она, встала, надела тапочки и зашагала прочь.
   – Ты будешь неплохо смотреться! – крикнул Алекс вслед. – Во всяком случае сзади.

   Это был небольшой зал, обставленный по земному: несколько прозрачных колонн с живыми золотыми рыбками внутри, а также тонкая плоскость сцены, подвешенная посредине на жестком гравиполе. Кресел или стульев не имелось – для того, чтобы каждый вирус мог ходить и рассматривать со всех сторон то, что ему больше нравится. Зал был оборудован в подземелье: поверхность планеты вирусы предпочитали оставлять нетронутой. Перед началом представления на сцене выступил виртуальный балет и исполнил несколько сложных танцев с эротическим уклоном. Вирусы, большинство из которых все же приняли облик мужчин, нетерпеливо аплодировали и прохаживались туда-сюда. Их было штук десять или двенадцать. Наконец, появилась Ася, одетая в легкое прозрачное платье. Она споткнулась на первой же ступеньке и чуть не свалилась совсем, когда кто-то из присутствующих свистнул.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 [28] 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация