А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Бескровная охота" (страница 10)

   Глава девятая: Пустыня Культуры

   Башня Спасения и Сфинкс находились примерно в сорока километрах к югу от города, в пустыне Культуры, Сфинкс чуть поближе. Сама пустыня образовалась еще в первой половине прошлого века, после экологической катастрофы, связанной с применением некоторых видов оружия, сейчас уже полностью исчезнувших на земле. Поначалу пустыня представляла собой беспорядочное нагромождение огромных валунов, простирающееся на несколько сот километров, но затем ветры начали наносить первые частички почвы в глубокие щели между камнями, и пустыня приняла более гостеприимный вид. Сейчас пустыня представляла собой травяное море, с отдельно стоящими деревьями здесь и там, в основном акациями и реликтовыми тапиастрами, сохранившимися еще со времен древнего леса. Из травы выглядывали каменные спины холмов, расписанные непристойными надписями и несанкционарованной рекламой. Ходить в пустыне разрешалось только по дорожкам. Во-первых, из-за большого количества змей; во-вторых, из-за огромного количества разнообразного мусора, поверх которого трава росла. С наступлением темноты многочисленные, но мелкие местные хищники выходили на охоту, поэтому находиться в пустыне ночью было опасно. Из хищников особенно интересны были собаки нескольких эндемичных пород, всех размеров и расцветок. Встречались даже невидимые экземпляры, выведенные в свое время для декоративных целей. Хищники были злы и голодны, потому что удачная охота отнюдь не означала для них насыщения: по пустыне бегало, прыгало и скакало множество роботов-игрушек, брошенных или потерянных, с виду неотличимых от вкусненькой дичи, но внутри начиненных глупейшей металлосинтетикой.
   Сфинкс стоял (точнее, бегал) на самом краю пустыни и представлял собой довольно солидное устройство. Высота этого резинового зверя в холке была около двенадцати метров, а разлет челюстей – метра полтора. Челюсти были оснащены шестисантиметровыми феррокарбоновыми зубами, неровно заточенными для большего страху. Когда Сфинкс зевал, было видно, что в его глотку без труда пройдет целый автомобиль, потому что челюсти его раздвигались на манер змеиных. Сфинкс имел внутренний процессор, который позволял генерировать в среднем по одной новой загадке в час на протяжении бесконечно долгого времени. Таким образом, каждый раз загадка была новой и неожиданной. Разработчики Сфинкса в свое время утверждали, что ни одна из загадок не повторится за шестнадцать миллионов лет. Конечно, это был всего лишь рекламный трюк. Тот человек, который разгадал загадку Сфинкса, допускался в Башню Спасения. Несмотря на то, что загадки оказывались несложными, желающих всегда было мало, и Сфинкс частенько простаивал. Чаще всего эта машина использовалась руководителями криминальных кланов, которые посылали к Сфинксу неугодных им людей. Тот, кто прошел Сфинкса и остался жив, считался прощенным. В двадцати шагах от Сфинкса стоял большой плакат: «Пустыня Культуры. Посетите наши бордели.» Бордели находились здесь же, у самой границы пустыни, общим числом шесть штук. Они считались неплохими, недорогими и достаточно стильными.
   – Почему ее так назвали? – спросил охотник о пустыне.
   – Не имею представления, – ответила Лора, – она всегда так называлась. Кажется, с изобретением пластиковых книг, сюда стали свозить и сжигать все бумажные. Пластиковые гораздо удобней и экологически чище: они автоматически самоуничтожаются после третьего прочтения и не занимают места в доме. С экономической токи зрения это прогресс, книги стали лучше раскупаться. И перестали занимать столько места на полках. Но меня волнует вот что. Ты уверен, что мы сумеем ответить на вопросы Сфинкса? Может быть, нужно было заплатить тому парню?
   Как только они появились в окрестностях Сфинкса, к ним пристал агент, пытавшийся продать ответы на сегодняшние загадки. Каждый из ответов стоил всего двести уешек. Расчет агента был прост и безупречен: если ответ окажется неправильным, то человек все равно не вернется, чтобы забрать деньги обратно. Агент был одет в пеструю рубаху с бегущей строкой на пузе.
   – Мы ответим и так, – сказал Охотник. – Все заинтересованы в том, чтобы мы прошли в Башню. Шоу не должно закончиться в самом начале.
   – Может быть, – заметил Алекс, – но Сфинкс сможет съесть одного из нас, а шоу будет продолжаться.
   Их без затруднений пропустили к Сфинксу. Резиновая зверюга сейчас гуляла в вольере, огражденном колючей проволокой. На проволоке были шипы, выделяющие специальное вещество, которое причиняло Сфинксу сильную боль. В четырех углах большого вольера стояли прочные вышки с кабинками для операторов. Сегодня все четыре кабинки были заняты. На небольших трибунах собралось несколько сот зрителей. Пока представление не началось, они фотографировались на фоне Сфинкса и заключали пари о сложности сегодняшних загадок. Время от времени Сфинкс делал вид, что бросается на ограждение, но в последний момент останавливался. Заметно было, что он тоже волнуется и играет в предвкушении праздника. Несмотря на огромный вес, он двигался легко и быстро, с грацией пантеры. Его резиновое тело было покрыто короткой черной шерстью, которая блестела на солнце с желтоватым отливом. Жара началась уже с утра, поэтому Сфинкс, пробежав кружок по своей площадке, каждый раз возвращался к цистерне с водой и шумно пил, крутил головой и брызгал во все стороны. Иногда он подхватывал здоровенную автомобильную покрышку, трепал ее в зубах и забрасывал за спину, причем делал это совершенно по-собачьи.
   Когда три потенциальные жертвы были впущены в вольер через низкий и очень неудобный лаз, Сфинкс подбежал к ним, остановился и лег на землю – так, что люди оказались у его передних лап. Он наклонил голову с выражением удивления.
   – Целых три человека? – сказал он мелодичным женским голосом. – Как приятно. Как приятно мне будет сделать их не-целыми.
   Трибуны шумно зааплодировали столь изысканному проявлению остроумия.
   – А вы не будете убегать? – поинтересовался Сфинкс.
   – Нет, красавица, не будем, – ответил Охотник. Все знали, что Сфинкс был самкой, хотя по его полузвериной морде трудно было определить пол.
   – Ой, какая галантность. Для тебя будет особая загадка, я люблю героев. В них больший процент мяса, а их косточки так приятно обсасывать. Что, приступим к делу?
   Сфинкс махнул хвостом и стукнул этим тяжеленным предметом о землю. Сфинкс обычно не сжирал проигравших сразу, он играл с ними, как кошка, и иногда использовал в игре тяжелый хвост. Представьте себе, что может сделать резиновая дубинка в восемь метров длиной и шестьдесят сантиметров в диаметре.
   – Я думаю, что первой будет дама, – предположил Сфинкс и на мгновение отвлекся, пытаясь поймать укусившую его электронную блоху. Блохи были посажены на него для большей реалистичности.
   Лора вышла вперед. Почти выползла, потому что ноги ее не держали. Поначалу она не боялась. Она знала, что загадки Сфинкса обычно легко разрешимы, но сейчас, когда морда этой черной громадины нависала над ней, в ее организме что-то сработало: проснулся древний генетический страх, который парализовал каждую мышцу. Наше тело знает, что в присутствии огромного хищника нужно сжаться и замереть, тогда есть шанс, что он тебя не заметит. Может быть поэтому многие жертвы Сфинкса не могли ответить на самые простые, совершенно детские загадки. Не могли ответить и погибали.
   – Слушай загадку, – сказал Сфинкс и начал читать нараспев:
...
   Я говорю «Ля-ля». Что впереди меня?
   Лора молчала, совершенно парализованная ужасом.
   – Даю полторы минуты, – сказал Сфинкс, – время пошло. Секунды считать вслух?
   – Не надо, – прошептала Лора и начала отходить назад. Охотник толкнул ее вперед, она сделала несколько шагов и упала между лап Сфинкса. Чудовище склонило голову над ней и подуло ей на макушку.
   – Ку-ку, – сказало оно, – а время-то идет.
   – Не надо! – заорала Лора. – Не надо! Не надо!
   Она закрыла голову руками и каталась по земле.
   – Ответ правильный! – возвестил Сфинкс. – В своей загадке я намекал на устойчивое словосочетание «Не надо ля-ля!». Перед «Ля-ля» стоит слово «не надо». Итак, сегодня девушка остается несъеденной! Аплодисменты, пожалуйста!
   После первой загадки Сфинкс отправился попить воды и задержался, чтобы вылизать заднюю лапу. Лора в это время давала интервью и раздавала автографы. «Трусики, трусики!» – скандировала толпа. Мужская, значительно большая часть аудитории, хотела, чтобы Лора бросила им свои трусики.
   Вторая загадка оказалось такой:
...
   Она конечностями махает, в синем небе трепыхает?
   Отвечать должен был Алекс.
   – Террористы сбросили девочку с самолета, – сказал он.
   Сфинкс наклонил голову и заглянул ему в глаза. Сфинкс улыбался.
   – А ты уверен? – спросил он.
   – Конечно.
   – Может быть, передумаешь? Я даю тебе шанс. И даже подскажу. Может быть, это просто птица. У птицы ведь тоже есть конечности. Она ими махает и трепыхает, когда летит по небу. А? Возьмешь птицу?
   – Не возьму.
   – А хочешь призовую игру? Давай сыграем по-крупному: сразу на две жизни. Если ты выиграешь, то можешь приходить ко мне еще раз, и я тебя не съем. Давай?
   – Нет.
   – Но так же неинтересно, – упрямился Сфинкс, – смотри, сколько людей ждут, что ты возьмешь призовую игру. Послушай, как они кричат.
   Толпа перестала выкликивать последние, уже почти затихшие «трусики» и заорала «призовую».
   – Хватит, помолчите, – сказал Сфинкс. – Так ты уверен, что это девочка, которая выпала из самолета, да? Сейчас твое последнее слово.
   – Нет, это девочка, которую выбросили из самолета.
   – А кто ее выбросил?
   – Это не имеет значения, – сказал Алекс.
   – Еще один вопрос. Как ты догадался?
   – Все твои загадки одинаковы.
   – Они ни разу не повторялись, – возразил Сфинкс.
   – Они одинаковы по стилю.
   – Ну-ну. Безумству мудрых поем мы славу, – загадочно выразился зверь и добавил, – Но сегодня я обязательно должен кого-то съесть. Приступим ко вкусной части праздника. Я собираюсь съесть героя.
   – Давай я отгадаю загадку вместо него, – предложил Алекс.
   – Ты с ума сошел? – удивился Сфинкс.
   – Я серьезно. От этого шоу станет только интереснее.
   – Постойте тут. Я пока подумаю.
   Сфинкс удалился и лег в тени, положив голову на лапы. Он полуприкрыл глаза и, казалось, дремал. Тотализатор временно приостановил выплату выигрышей по второму пари, пари на жизнь мужчины, и это вызвало справедливый гнев большей части зрителей. У окошка кассы началась потасовка. Кого-то били и тащили, одна из камер на вышках развернулась, чтобы снять это зрелище.
   – Ты с ума сошел? – повторила Лора слова Сфинкса. – Ты думаешь, что, если ты угадал в первый раз, то угадаешь и во второй?
   – Да это же все подстроено, разве ты не видишь?
   – Что подстроено?
   – Он специально вел себя так, чтобы ты сказала слово «не надо». Он хочет съесть только охотника. А без него мы пропали. Без охотника у нас нет никаких шансов пройти Башню. Или ты хочешь, чтобы мы пошли туда сами?

   Башней Спасения называли популярный центр экстремального туризма. Башня стояла в глубине пустыни Культуры. Со всех сторон от нее возвышались холмы хорошо утоптанного мусора, оставленного десятками тысяч туристов и сотнями тысяч зрителей. Популярная примета гласила: если ты оставил что-нибудь в пустыне Культуры, и произнес при этом соответствующее заклинание (бумажные полосочки с заклинаниями продавались здесь же), то заклинание исполнится с точностью наоборот. Заклинания бывали самые разные, а оставлять в пустыне предпочитали что-нибудь ненужное, то есть, мусор. Мусор спрессовывался и образовывал холмы, которые постепенно покрывались цепкой травой. Люди приходили сюда несколькими путями. Большинство покупали билеты. Причем цены на билет были самыми разными: от двадцати до двадцати тысяч уешек. Внутри башни имелось множество маршрутов, все разной степени экстремальности. На самые экстремальные маршруты билеты стоили дороже всего. Здесь был самый большой риск, но и самый большой выигрыш. То есть, конечно, по-настоящему большой выигрыш находился на вершине башни, в том месте, куда пока никто не добрался и, скорее всего, не доберется. Этот выигрыш был всего лишь приманкой, но были и другие, не маленькие. В этом году экстремалы уже дважды умудрились выиграть призы по сорок и сорок пять тысяч уешек, и едва не выиграли девяностотысячник.
   Все, что происходило внутри башни, снималось множеством камер и показывалось сразу по нескольким каналам, как в прямом эфире, так и в записи.
   Некоторые, очень немногие, попадали в Башню после того, как разгадали загадку Сфинкса. Обычно это были опасные преступники, которые спасались от правосудия. Человек, поднявшийся на вершину Башни, считался прощенным, какие бы преступления он ни совершил раньше. Отсюда происходило название аттракциона. На вершине башни стоял ящик с десятью миллионами уешек и отлично оборудованный десятиместный звездолет, который мог доставить беглеца, не пожелавшего остаться на Земле, в любую нужную точку ближнего или дальнего космоса. С десятью миллионами уешек можно было прожить где угодно. Но до сих пор никто не поднялся на вершину и не забрал приз. Возможно, это было вообще не в человеческих силах. Преступники редко попадали в башню, может быть, лишь два или три раза в год.
   Однако, если это случалось, шоу запоминалось надолго.
   В этот день жители палаточного городка у подножия башни развлекались как обычно: прыгали с высоты головой вниз, а затем скользили без трения по грависпирали. Рядом с грависпиралью работал экстремальный бар, в котором ели холодец из водки. Готовится он так: бутылку водки выливаешь в тарелку и размешиваешь с жидким азотом, а после того, как азот испарится, остается водочный холодец. Здесь же, в баре был оборудован электронный стенд, демонстрирующий ход очередных выборов президента. Президента выбирали каждую неделю, потому что не имело значения, кто он такой, и существует ли вообще.
   И как раз в разгар веселья в небе появился неопознанный летающий объект, напоминающий зеркальный шар. Но не прошло и трех минут, как объект оказался опознан и признан за новую бомбу, аналогичную вчерашней, той, что взорвалась на центральной площади. Камеры, расположенные на стенах башни, показывали людей, бросившихся в рассыпную, как цыплята, увидевшие в небе ястреба. Однако объект не обратил на них никакого внимания. Он проследовал мимо башни по прямой траектории, едва не зацепив ее на высоте восемьдесят третьего этажа. Потом удалился в сторону города – черная точка еще долго висела над горизонтом и казалась неподвижной. Наконец, она исчезла.

   – Ты прав, – сказал охотник, – пожалуй, ему нужен только я. Значит, это нечестная игра. И значит, он не согласится на подмену.
   – Я буду настаивать, – сказал Алекс.
   – Не волнуйся, он меня не съест. Это не так просто сделать.
   – Он в сто раз больше тебя.
   – Зато я в сто раз опытнее, – возразил охотник. – Я шестнадцать лет занимался охотой на кибернетического зверя. Этот киберзверь не самый страшный из тех, которых я убивал.
   Охотник вынул из ремня на поясе узкую длинную ленту, напоминающую гибкую металлическую линейку.
   – Что это? – спросила Лора.
   – Это оружие. На тот случай, если он выберет меня.
   Зверь приблизился. Сейчас он не улыбался. Сейчас он был серьезен.
   – Я собираюсь вынести свой вердикт, – сказал Сфинкс. – Но вначале, внимание всем! Рекламная пауза!
   Охотник достал несколько крючьев и теперь закреплял из на запястьях. Он работал не спеша, спокойно и уверенно, как электромонтер, который собирается отключить провод высокого напряжения. Закрепив крючья, он проверил их: крючья легко сгибались и разгибались наподобие стальных изогнутых пальцев с когтями. Сфинкс внимательно смотрел на эти приготовления и даже совсем не слушал рекламу. Только раз он развернул уши, тогда, когда рекламировались гигиенические прокладки «шире, чем четыре». Прокладки предназначались для девушек особо крупной комплекции.
   Когда реклама закончилась, Сфинкс объявил, что в любом случае будет задавать загадки Охотнику. Зрители остались недовольны. За время рекламной паузы их стало намного больше. Сейчас все скамейки были заняты, хотя девушки и дети сидели на чужих коленях. Дети жевали гуинпленчики – специальные таблетки, действующие на мышцы лица и на несколько минут превращавшие жующего в жуткого урода. Девушки пили банальное пиво. Несколько молодцов повисли на ограждении и пытались свистеть, засовывая свободные пальцы в рот. Во всех проходах продавали футболки со свежеотпечатанными портретами участников сегодняшнего шоу.
   – Слушай загадку, герой, – сказал Сфинкс.
...
   Четыре черные ноги, под ними две других твои?
   – Это стол, – ответил Охотник. А еще это самая дрянная загадка, которую я когда-нибудь слышал.
   Сфинкс пропустил выпад между ушей.
   – Ты уверен? – спросил он. – А вдруг это не стол, а например, корова, которую ты доишь?
   – Я никогда не доил коров и никогда в жизни их не видел.
   – Ты не любишь молоко? Впрочем, какая разница. Это не стол. Это то, что останется от тебя, когда я тебя сейчас укушу за макушку.
   Сфинкс изогнулся и подпрыгнул, так, чтобы упасть на жертву сверху – так лисица ловит мышей. Несколько секунд казалось, что все кончено, но Охотник появился на спине зверя. Он вцепился крюком в его шею. Он поднял второй окровавленный крюк в воздух, и толпа заревела. Сфинкс подпрыгнул в воздух метров на десять, изогнувшись кольцом и грохнулся так, что загудела земля. По его шее стекала кровь. Двести двадцать человек выиграли пари о том, что Сфинкс все-таки имеет кровь, а так же выиграли четырнадцать, утверждавшие, что кровь Сфинкса должна быть красного цвета. Бой продолжался, но Сфинкс двигался гораздо медленнее. Сейчас он в основном катался по земле, пытаясь раздавить намертво вцепившуюся букашку, но букашка оказалась слишком проворной. Сфинкс налетел на ядовитое ограждение и замяукал от боли. Охотник соскочил с него и отошел в сторону на несколько метров. В угловых башнях включили музыку и зрители встали со своих мест, чтобы скакать в такт. Девушки и дети остались недовольны. Сфинкс подползал и готовился к прыжку. Музыка стихла и сменилась барабанной дробью. Дробь отзвучала, сменившись тишиной. Каждый смотрящий затаил дыхание. Охотник поднял оружие – тот предмет, который поначалу казался гибкой металлической лентой. Теперь лента превратилась в тонкое лезвие полуметровой длины. Сфинкс припал на передние лапы и мелко перебирал задними, собираясь прыгнуть.
   – Может, не будешь? – тихо сказал Охотник, но микрофоны разнесли и усилили его голос.
   В этот момент прямо над вольером появился зеркальный шар, знакомый всем и каждому по вчерашним кадрам теленовостей. С этой секунды события развивались непредсказуемо и хаотично. Многие бросились бежать. Все камеры ненадолго переключились на шар, забыв о Сфинксе и обо всем, что происходило внизу. Девушки и дети начали визжать. Мужчины лезли по головам и сыпались со стены, как тараканы, которых ошпарили струей аэрозоля. Шар медленно опускался. Когда он завис на высоте метров пятидесяти, в нижней его части показалось что-то напоминающее хоботок. Сфинкс и охотник стояли друг напротив друга, неподвижно, как статуэтки. Одни смотрели друг другу в глаза, ожидая, кто первый потеряет концентрацию, чтобы нанести мгновенный удар.
   – Может, и не буду, – ответил Сфинкс и бросил вперед левую лапу.
   Шар взорвался, осыпав землю множеством зеркальных осколков.
   Алекс не видел, как это произошло. В тот момент он пытался открыть заслонку, закрывавшую выход из вольера. Он старался изо всех сил. Сердце стучало, пот заливал глаза, кровь сочилась из-под сломанного ногтя. Заслонка была довольно сильно исцарапана, а земля под нею оказалась разрыта – видимо, теми несчастными, которые из последних сил пытались сбежать, вырыв голыми пальцами подкоп. Он услышал звук взрыва, довольно негромкий, но странно неприятный, будто быстрый летучий взвизг ножа по стеклу. Когда он поднял глаза, шара уже не было, на его месте осталось лишь облачко зеленоватого пара; сверкающие осколки опускались на землю, как безумный снег. Тогда Алекс понял, что сегодняшний шар на самом деле совсем не похож на вчерашний. Уже завтра этот шар назовут вавилонской бомбой.

   Вавилонские бомбы оказались началом следующей попытки вторжения. В течение часа (или около того) их были сброшены миллионы – на все крупные скопления людей, по всей планете. Взрывы порой вызывали панику и ужас, но только по ассоциации со вчерашней бомбардировкой. На самом деле вавилонские бомбы действовали совершенно иначе: они мешали людям понимать друг друга. Поэтому их так и назвали. Каждый, кто видел взрыв, оказывался поражен непониманием. Люди продолжали говорить на одном и том же языке, их речь не теряла ни логики, ни связности, но никто не мог понять, о чем же говорит собеседник. Многие сильно раздражались и просто бесились от того, что их не понимают, поэтому следующие дни были отмечены множеством мелких драк. Еще две недели после этого дня больницы будут переполнены избитыми и ушибленными. Продавцы не понимали покупателей, следователи не понимали подозреваемых, начальники – еще больших начальников, а те – совсем больших. От бомб прямо пострадала добрая треть населения планеты, а некоторые большие города были заражены полностью. Но, несмотря на это, исправно продолжал ходить общественный транспорт, самолеты вылетали по расписанию, налоги взымались вовремя, а соседи, как это ни странно, враждовали так же, как и раньше. Все, от чего зависела ежедневная жизнь людей – от выпекания булочек до изготовления снарядов – все контролировалось автономными системами. Если бы человечество вдруг, в один миг, исчезло с лица этой прекрасной планеты, заводы бы не остановились, поезда и метро не перестали бы ходить, оборонительные системы продолжали бы ежесекундно сканировать просторы ближнего и дальнего космоса, а многочисленные залы объемной порноанимации все так же развлекали бы и веселили условного зрителя. И это продолжалось бы тысячи тысяч лет.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 [10] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация