А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Вендетта. День первый" (страница 8)

   Настя упрямо вскинула голову:
   – Но вы же сказали, что верите мне, Андрей Олегович! Если бы вы поговорили со своим начальством, то...
   Воскобойников, усевшись на стул, заявил:
   – Начальство мне, расскажи я ему вашу историю, конечно же, не поверит, и будет совершенно право. Знаете, что мне приходится выслушивать от арестованных, желающих уйти от ответственности? Целые романтические поэмы и приключенческие романы! И, конечно, никто не виноват в том, в чем его обвиняют, и, уж естественно, пойти на преступление каждого заставили особые, невероятные обстоятельства, все разъясняющие и оправдывающие!
   Настя повторила:
   – Вы сказали, что верите мне. Так почему тому же не поверит и ваше начальство?
   Следователь взглянул на Настю и усмехнулся:
   – А вы не допускаете такой возможности, Анастасия Всеволодовна, что начальство тоже является интегральной частью той самой мафии?
   Слова Воскобойникова были так неожиданны, что девушка вздрогнула.
   – Получается, вы знаете, что ваше начальство связано с преступниками, и ничего не предпринимаете... – наконец смогла она заговорить, но следователь ее перебил:
   – Никаких домыслов, Анастасия Всеволодовна! И вообще, мы отклонились от нашего основного занятия – выяснения того, что произошло на квартире потерпевших Хрипуновых.
   – Я вам уже рассказала, что там произошло, и мне больше нечего добавить. Вы... вы должны мне помочь! Андрей Олегович, вы же видите, что никакая я не воровка. Тем более не рецидивистка. Зачем мне понадобилось приезжать из Ленинграда в Нерьяновск – чтобы залезть в квартиру Хрипуновых и стащить двадцать рублей из серванта и пару дутых золотых колец? Это же совершенно неправдоподобно!
   Воскобойников, откинувшись на спинку стула, парировал:
   – Ну почему же, Анастасия Всеволодовна. Многие из грабителей и домушников путешествуют по Союзу, останавливаются в провинциальных городах, совершают преступления и отбывают восвояси.
   – Я – студентка философского факультета ЛГУ! – обиженным тоном заявила Настя. – Мой отец был прокурором города, а мама – доцентом университета!
   – Как будто студентки не совершают преступлений... – усмехнулся Воскобойников. – А должность ваших родителей, к тому же покойных, вообще не имеет значения. Наоборот, можно предположить, что их смерть, а также внезапная потеря вами былого благополучия и привели к тому, что вы решились на квартирные кражи. Вы ведь мошенническим путем проникли в жилище гражданки Петуховой Марьи Прокофьевны и похитили у нее ключи от квартиры Хрипуновых?
   – Да, но... – сказала Настя, но следователь снова ее перебил:
   – А затем открыли квартиру Хрипуновых и пробыли там, по вашим собственным словам, больше часа?
   – Все так, но... – опять попыталась возразить Настя, однако Андрей Олегович, казалось, не замечал ее попыток.
   – И наконец, вы были застигнуты с поличным гражданкой Хрипуновой Лидией Мироновной, в сопровождении гражданина Полянского Анатолия Геннадьевича вернувшейся в квартиру.
   – Я уже сказала, что Хрипунова и бородатый санитар, Полянский, занимались... ну, вы сами понимаете... Они – любовники, а Лидия Мироновна обманывает мужа...
   – К делу ваши спекулятивные заявления отношения не имеют, – отрезал Воскобойников. – Тем более что Хрипунова и Полянский заявляют противоположное. И даже если предположить, что Хрипунова и Полянский в самом деле состоят во внебрачной связи, то это нисколько не умаляет тяжесть совершенного вами преступления, Анастасия Всеволодовна.
   Настя растерялась и пролепетала:
   – Но ведь я не хотела совершать кражу... Вернее, все же хотела, но мне не нужны были деньги, украшения или вещи! Только протокол вскрытия!
   – Вы сейчас так говорите, Анастасия Всеволодовна, – улыбнулся холодно Воскобойников, – но следствие вправе подвергнуть сомнению ваши заявления.
   – Вы же сказали, что верите мне! – взмолилась девушка. – Только что сказали, Андрей Олегович! А теперь выходит, что вы подвергаете все сомнению?
   – Я просто наглядно продемонстрировал вам, Анастасия Всеволодовна, как легко опровергнуть ваши слова и разбить в пух и прах вашу версию. Однако имеются факты, свидетельствующие и в вашу пользу...
   Настя, чувствуя прилив сил, во все глаза смотрела на молодого следователя.
   – К примеру, тот факт, что вы пробыли в квартире Хрипуновых больше часа, косвенным образом доказывает ваши слова. Обыкновенный домушник тратит в среднем от семи до десяти минут на то, чтобы прошерстить квартиру. Но час с лишним – это чересчур! Однако не спешите радоваться. Столь длительное нахождение в жилище Хрипуновых может также говорить и о том, что вы просто неопытная еще воровка. Да и свидетельница, она же пострадавшая, Петухова путается в показаниях, не в состоянии назвать точное время, когда вы покинули ее. Из чего следует, Анастасия Всеволодовна, что ваши показания относительно того, будто вы пробыли в квартире Хрипуновых более часа, ничем не подтверждаются. И даже если будет доказано, что вы, Анастасия Всеволодовна, провели в квартире потерпевших час с лишним, это не будет свидетельствовать в вашу пользу. Наоборот, данный факт можно истолковать как желание собрать как можно больше ценных вещей, что, соответственно, говорит против вас.
   – Сколько мне дадут? – упавшим голосом спросила Настя. Только в тот момент до нее дошло, что дела очень плохи. Она надеялась, что ей поверят, что отнесутся к ней со снисхождением. Она надеялась, что ее отца помнят в прокуратуре и, возможно, сделают ей поблажку.
   Андрей Олегович вздохнул и начал перечислять:
   – Хотя вас взяли с поличным и свидетельская база обширная, вы сами признались в содеянном, что можно истолковать как чистосердечное признание. Милиция ведет расследование ряда краж, произошедших в последние полгода в Нерьяновске, однако вы, тут можно сказать с большой долей уверенности, не имеете к ним отношения – во-первых, там действует банда, во-вторых, вы в последние полгода находились в Ленинграде, что легко доказуемо, и прибыли в Нерьяновск только пять дней назад. Таким образом, подозрения в том, что вы совершаете не первую кражу, снимаются.
   Теперь Анастасия шумно вздохнула, а следователь продолжил:
   – Однако никаких причин для радости нет. Неоспорим факт вашего проникновения в квартиру гражданки Петуховой под ложным предлогом и похищения у нее ключей от квартиры Хрипуновых. Также не подлежит сомнению и то, что вы при помощи похищенных ключей проникли в квартиру Хрипуновых, где пытались, по всей видимости, похитить ценные вещи – ваши отпечатки обнаружены на шкафах, серванте, даже на шифоньере. Конкретную меру наказания определит суд, однако, по всей видимости, вы получите от трех до пяти лет лишения свободы.
   Настя замерла, а затем расплакалась. Сколько она ни силилась сдержать рыдания, ничего не получилось. Воскобойников протянул ей платок и налил из графина воды в стакан.
   – Понимаю ваше состояние, Анастасия Всеволодовна, но таков Уголовной кодекс РСФСР, – сказал он несколько более мягко. – С учетом чистосердечного признания, а также того факта, что вы ранее судимы не были, можно рассчитывать на снисхождение со стороны суда. Я бы сказал – вы получите три или три с половиной года. Если будете себя примерно вести в колонии, то выйдете на свободу досрочно. Не исключен и вариант амнистии. Таким образом, вам придется провести за решеткой примерно два года. При благоприятном раскладе, конечно.
   Два года! Два года в колонии! Среди женщин-преступниц, подобных тем, что находились в следственном изоляторе!
   – А нельзя ли что-то сделать? – робко произнесла, высморкавшись, Настя. Она отпила воды из стакана и с надеждой посмотрела на следователя Воскобойникова. – Если вы все же поговорите со своим начальством... Может быть, мне написать заявление на имя прокурора или министра внутренних дел? Или даже на имя генерального секретаря?
   – Это ваше законное право, но сомневаюсь, что послание достигнет адресата. А если и достигнет, то на вашу судьбу никак не повлияет, – заметил Андрей Олегович. – Разрешите дать вам совет, Анастасия Всеволодовна. Если ваша история правдива, то вам надо держать язык за зубами. Кроме того, Анастасия Всеволодовна, я не намерен рисковать из-за вас и вашей сомнительной истории своей карьерой. Поэтому советую вам забыть о некоем протоколе вскрытия, а остановиться на версии, что вы, терзаемая финансовой нуждой, попытались проникнуть в квартиру Хрипуновых, дабы поживиться деньгами и вещами.
   Настя, вытерев слезы, заявила:
   – Вы что, работаете на них? Ну, на мафию! Склоняете меня к признанию вины...
   Воскобойников хлопнул папкой по столу:
   – Анастасия Всеволодовна, любой другой на моем месте не спустил бы вам подобной реплики, однако я, так и быть, оставлю ее без последствий. Я просто пытаюсь спасти вашу шкуру. Однако если вы хотите, то, так и быть, давайте занесем в протокол все, что вы мне сообщили. И посмотрим, как долго вы после этого проживете. Лично я думаю, даже не успеете попасть в колонию! Неужели вы не понимаете, что единственная для вас возможность спастись в сложившейся ситуации – набрать в рот воды и молчать? Вы находитесь в смертельной опасности!
   – Я не хотела вас обидеть, Андрей Олегович. Мне очень жаль, если я вас обидела, – примирительным тоном сказала Настя. – Но я знаю, кто может мне помочь – Глеб Романович Остоженский! Он сейчас в Москве, но раньше работал в Нерьяновске. Он – генерал-майор КГБ и точно что-нибудь придумает!
   – Скорей всего, Глеб Романович даст вам тот же самый совет, что и я, – забыть о произошедшем, причем раз и навсегда, – возразил Воскобойников. – Вам будет назначен государственный защитник, и, думаю, он не откажет вам в просьбе связаться с генерал-майором Остоженским. На сегодня допрос закончен, Анастасия Всеволодовна. Впереди выходные, так что у вас достаточно времени подумать о том, что я сказал. Забудьте историю о мафии, как страшный сон. Два года колонии – отличный расклад. Когда вы выйдете, то сможете начать новую жизнь, что у вас, не сомневаюсь, получится.
   Следователь нажал кнопку, вызывая в кабинет конвоиров.
* * *
   Когда Настю увели, Андрей поднялся, подошел и откинул занавеску. Девица, скорее всего, говорила правду. Одно из двух – или она непроходимая идиотка, или гениальная актриса. И все же он склонялся к первой версии. Да, попасть в жернова судебной системы очень легко, а вот выбраться оттуда невредимым – практически невозможно.
   Воскобойников осторожно потрогал колючки стоявшего на подоконнике кактуса. Совсем зажух, он ведь не поливал его, пожалуй, с лета. А говорят, что кактусам вода противопоказана!
   О деле Лагодина он, как и все работники прокуратуры, был наслышан. Доходили и смутные, глухие слухи о том, что в смерти тогдашнего прокурора города не все было так просто. Кое-кто намекал, что кончина Всеволода Петровича напрямую связана с его расследованиями и с тем, что он перешел дорогу могущественным людям.
   Андрею было жаль девчонку, но ведь не он ее заставлял лезть в чужую квартиру. Ну, предположим, она бы нашла протокол вскрытия, спрятанный, скажем, под банками с маринованными помидорами в кладовке или под паласом в спальне. И что? Глупышка поскакала бы немедленно в прокуратуру или, возможно, обратилась бы на телевидение. Скандала бы все равно не случилось, так как одного протокола вскрытия мало, но влиятельные люди по своим каналам узнали бы о том, что Анастасия Всеволодовна вышла на их след. И дурочка разделила бы судьбу своих родителей. Еще одно убийство, замаскированное как самоубийство, разбойное нападение на улице или элементарный несчастный случай. Или девчонка просто-напросто бесследно исчезла бы, и ее тело никогда бы не нашли.
   Ей сказочно повезло, что дело о попытке ограбления квартиры Хрипуновых приземлилось на столе следователя Воскобойникова. Другой бы, услышав историю Насти, сразу же доложил начальству, а верхушка наверняка связана с так называемой мафией. Девчонка бы умерла еще в следственном изоляторе. А он фактически спас ей жизнь. Правда, заботился Андрей Олегович Воскобойников в первую очередь не об Анастасии Всеволодовне Лагодиной, а о себе самом.
   Андрей с тоской посмотрел на оживленную улицу около здания городской прокуратуры. Говорили же ему родители, что нечего соваться на юридический. А он их не послушал. Мог бы после армии пойти в медицинский или, на худой конец, в педагогический – мужчин в школе катастрофически не хватает, и он бы смог быстро стать завучем, а потом, глядишь, и директором. А все его тяга к справедливости! В том, что справедливости нет, Андрей убедился еще в армии – ему пришлось побывать в Афганистане. Он ведь мог погибнуть много раз, но жизнь потеряли его лучшие товарищи...
   Воскобойников снова подумал о Насте. Да, он убедит ее забыть об истинных мотивах проникновения в квартиру Хрипуновых. Девчонка отсидит, выйдет на свободу и станет жить как раньше. У нее получится.
   И все же, получается, он покрывает мафию? Что такое мафия, Андрей знал не понаслышке. Из того же Афганистана наркотики переправляли в Таджикистан, а оттуда распространяли отраву по всему Союзу или везли дальше, за границу, в Западную Европу. Довелось ему как-то побывать в доме одного афганского наркобарона – настоящий дворец, все в золоте, везде крутая техника, в гараже – невиданные автомобили. У мерзавца и личный гарем имелся, прямо как у злодея Абдуллы в фильме «Белое солнце пустыни». Причем он был всего лишь мелкой сошкой, одним из местных боссов, который получает не так много по сравнению с теми, кто перепродает зелье и гребет миллионы или даже миллиарды.
   Да, получается, что Андрей покрывает мафию. Как свою, родную, советскую, так и связанную с ней зарубежную. Однако разыгрывать из себя комиссара Каттани из телесериала «Спрут» у него не было ни малейшего желания. Он помог этой идиотке с философского факультета ЛГУ советом, а теперь забудет обо всем, что ему стало известно. Так спать спокойнее.
   Андрей взглянул на снующих по улице людей, на фырчащие автобусы и звенящие старенькие трамваи. Следователь не сомневался: он принял верное решение. Однако почему на душе-то так паршиво?
* * *
   – Дядя Глеб... Глеб Романович, я так вам признательна... – Настя обращалась к подтянутому генерал-майору, поднявшемуся ей навстречу.
   Остоженский за прошедшие годы практически не изменился. Виски только побелели да прибавилось немного морщин, но он был все тот же, прежний: высокий, представительный, излучающий спокойствие.
   Конвоир тактично вышел, оставив столичного генерал-майора КГБ наедине с арестованной Лагодиной. Остоженский с тонкой улыбкой произнес:
   – Настюша, если бы столкнулся с тобой на улице, ни за что бы не узнал. Стала настоящей красавицей!
   Настя повела плечами – Глеб Романович, конечно же, преувеличивает. Четыре дня в следственном изоляторе красоты и шарма ей не прибавили. Одна только радость была: костлявая тетя Женя оставила ее в покое – Настю под свое покровительство взяла Княгиня, она же Елена Павловна Княжина, которая, как выяснилось, обладала непоколебимым авторитетом в преступном мире. Адвокат связался с генерал-майором Остоженским, и не прошло двух дней, как Глеб Романович прибыл из столицы в Нерьяновск. Специально ради нее.
   – Как дела у Максима? – спросила Настя, стараясь, чтобы в ее тоне не сквозил уж слишком рьяный интерес. – Он, я слышала, собирается жениться...
   – Да, да, – рассеянно проронил Глеб Романович. – Нашел себе отличную девушку, Веронику. Они так любят друг друга! От Максима тебе большой привет. Но давай перейдем к делу, Настя. Во-первых, мои соболезнования в связи с кончиной твоей мамы. Как ты знаешь, Галина Сергеевна была у меня незадолго до смерти, но, увы, я ничем не смог ей помочь. Во-вторых, я вижу, что помощь требуется теперь тебе.
   Настя, вздохнув, принялась излагать известные ей факты. Московский гость с непроницаемым лицом восседал на стуле и ловил каждое слово девушки. Настя, поведав о своем задержании, вдруг смешалась и смолкла.
   – Вот, собственно, и все, – произнесла она.
   – Ты кого-нибудь здесь посвящала в свою историю? – спросил генерал-майор Остоженский.
   Настя подумала о следователе Воскобойникове. Первоначальное ее мнение о нем кардинальным образом переменилось. Неприятный тип, себе на уме, к тому же явно инертный или, что хуже всего, связан с мафией. Она рассказала ему обо всем, а он не придумал ничего лучше, как посоветовать ей обо всем забыть. Ну и ну, тот еще служитель Фемиды!
   – Нет, – решительно ответила Настя. – Только вам, Глеб Романович, рассказала. И я верю, что вы поможете мне!
   Генерал-майор потер подбородок, кашлянул и на мгновение задумался. Сначала отец, потом мать... и вот теперь дочь стоит на его пути. Лагодины такие неугомонные! И хуже всего то, что вразумить их нельзя. От Галины Сергеевны пришлось избавиться – это сделала пара зависимых от Остоженского урок. Хлопнули женщину, украли сумку с документами и исчезли. А нынче еще и дочка на горизонте замаячила! Причем докопалась до такого, о чем Глеб Романович и не подозревал. Оказывается, некий патологоанатом Хрипунов обладает протоколом вскрытия трупа прокурора и в состоянии доказать, что Всеволод Петрович не покончил с собой, а был застрелен...
   – Ну и хорошо, что только мне рассказала, – произнес вслух Остоженский. – Кстати, можешь называть меня дядей Глебом. Так вот, Настюша, твой рассказ меня не удивил. Когда я работал в Нерьяновске, он тогда Болотовском назывался, то понял: в городе имеется криминальное сообщество, именуемое в народе мафией. Как и твой отец, я пытался искоренить это явление, однако, увы, не получилось. Сначала Всеволод Петрович погиб, потом меня перевели в Москву. Но то, что ты сообщила мне, является чрезвычайно ценной информацией.
   – Глеб Романович... то есть я хотела сказать, дядя Глеб... – испуганно заговорила Настя. – Поэтому я и обратилась к вам. Вы ведь меня защитите? Я не знаю, на кого мне еще рассчитывать. Следователь... – Девушка снова подумала о Воскобойникове. Если мафию накроют, то наверняка арестуют и противного Андрея Олеговича. – Следователь оказывает на меня давление, для него важно получить от меня чистосердечное признание. А ведь тогда я окажусь в колонии!
   – Настенька, буду с тобой откровенен: избежать суда не удастся. Однако я обещаю тебе, что приложу все усилия, дабы вызволить тебя из мест заключения как можно быстрее. Увы, у нас, в отличие от Америки, нет программы защиты свидетелей, в которую включают лиц, готовых дать показания против мафии. Причем там свидетели получают иммунитет по уголовным делам. Но я должен сказать, Настя, что ты очень смелая девушка.
   Анастасия улыбнулась. Дядя Глеб ее в беде не оставит. Он, в отличие от рыжеволосого следователя Воскобойникова, не станет замалчивать факты, а поможет ей.
   – Однако мне потребуется какое-то время, – продолжал генерал-майор. – Ты сама понимаешь, Настя, что мафия не дремлет, и, если ей станет известно о той информации, которой ты располагаешь, тебе придется туго, тогда даже я не смогу оказать содействие. Нам надо перехитрить мафию. А сделать это очень легко – ты признаешься в содеянном, то есть в проникновении в квартиру тех самых Хрипуновых с целью ограбления...
   – Но ведь я не собиралась их грабить! – воскликнула Настя.
   Дядя Глеб мягко остановил ее:
   – Конечно, не собиралась, мне ли этого не знать. Но пусть мафия ни о чем не подозревает, ведь самое главное – фактор неожиданности. Мне нужно время, чтобы собрать необходимые улики, убедить начальство, разработать операцию. Ты, Настюша, чрезвычайно важный свидетель, но, увы, находишься в следственном изоляторе. Чтобы обезопасить себя от покушений со стороны мафии, ты должна молчать. Если ты молчишь, то мафии ты неинтересна, ты становишься заурядной домушницей, каких тысячи. Отличное прикрытие! Я лично прослежу за тем, чтобы ты попала на образцово-показательную зону. А затем, месяц или два спустя, когда мафию повяжут, ты выйдешь на свободу. Согласна с моим предложением?
   Настя кивнула.
   – Дядя Глеб, я понимаю, что преступила закон, но ведь не для обогащения и не ради корысти, а для торжества справедливости! Ваша идея спрятать меня от мафии в тюрьме просто гениальна. А что будет потом с моей судимостью?
   – Приговор отменят, – заявил с апломбом генерал-майор. – Уж я позабочусь, Настюша.
   – Дядя Глеб, даже не знаю, как благодарить вас! – воскликнула в эйфории девушка. – Вы... вы так много сделали для меня! Без вашей помощи я бы сошла с ума!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 [8] 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация