А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Вендетта. День первый" (страница 28)

   – Так, так, наша великая Таня Куницына... – протянул саркастически Артем Полторанин. – Значит, хотите спихнуть телевизионную Мадонну с мраморного пьедестала? Что же, охотно вам помогу. Ненавижу людей, которые всюду заявляют и тебе в нос тычут, что работают исключительно с учетом моральных принципов, а в итоге выясняется, что продажнее тебя самого!
* * *
   Настя считала, что сделала правильный выбор: Полторанин был продажным мерзавцем, но это-то и делало его чрезвычайно эффективным и, как ни странно, надежным. Однако береженого бог бережет – кабинет, квартира, автомобиль журналиста были оснащены подслушивающими устройствами, а в компьютере, как на работе, так и дома, имелись программы-шпионы. Обжегшись однажды на Татьяне Куницыной, Настя решила больше никому не доверять.
   Полторанин обладал поразительной работоспособностью, и у него, что немаловажно, не было слабых мест: возжелай Остоженский оказать на него давление, то потерпел бы крах. Родители журналиста умерли, имелась, правда, старшая сестра, но он с ней не общался не менее пятнадцати лет, и судьба ее была ему абсолютно безразлична. Бывшие жены и нынешние пассии для Полторанина ничего не значили, а детей у него не было. Следовательно, взять его в оборот дядя Глеб не мог.
   Журналист очень быстро освоился в новом офисе, сколотил команду из таких же, как и он сам, продажных, но чрезвычайно компетентных типов, и принялся выполнять задание Анастасии. У Полторанина всюду имелись знакомые, друзья и информанты. Он мог раздобыть любой компромат и умел сделать из мухи слона, представив абсолютно безобидный поступок чуть ли не преступлением века.
   В распоряжении Анастасии были практически неисчерпаемые средства, предоставляемые ей Ираидой Георгиевной Штокберг. Всего один раз Настя слетала в Европу, где в Андорре, в эксклюзивном отеле, встретилась со своей новой знакомой.
   – Милая Анастасия Всеволодовна, я очень довольна вашей работой, – сказала дама. – Однако не забывайте, прошу вас: вы не должны становиться на одну ступень с Глебушкой! Он должен понести заслуженное наказание, однако все должно произойти в рамках законности.
   Анастасия не стала посвящать Ираиду Георгиевну в свои планы. Та слишком долго прожила за границей и была слишком старомодна, чтобы понять: для победы над Остоженскими нужно играть по их же правилам.
   Она безумно скучала по Игорьку, который вместе с Еленой Павловной находился в далекой Южной Америке, ежедневно разговаривала с Монтевидео. Однако использовала особо выделенную линию, Остоженский наверняка пытался установить, где находится ее ребенок.
   Один из типов, совершивших нападение на виллу под Ниццей, наконец-то начал давать показания. Всплыло имя правой руки Остоженского, начальника его аналитического отдела, который лично отдал приказ «похитить мальчишку, а всех свидетелей ликвидировать». Интерпол запросил у Генпрокуратуры России выдачи этого человека, и генерал-лейтенант, несмотря на свои связи с сильными мира сего, не смог предотвратить неминуемое. Остоженский лишился своего лучшего сотрудника – тот, не дожидаясь, когда его передадут в руки французского правосудия, предпочел инкогнито покинуть Россию и скрыться в неизвестном направлении. Настя не сомневалась, что ему помог дядя Глеб, обеспечивший свою правую руку поддельными документами и деньгами.
   Глеб Романович, как ей донесли шпионы (в особняке Максима работали две горничные, регулярно поставлявшие информацию Анастасии), был разъярен, даже разбил старинную фарфоровую китайскую вазу, пнув ее от злости. Настя поняла: ее удар достиг цели – противник выведен из равновесия.
   Но и Остоженский не дремал. В течение одной недели на Анастасию было совершено три покушения. Сначала по пути в поместье на трассе взорвалась радиоуправляемая бомба, и только мастерство шофера спасло ей жизнь. Два дня спустя, когда Анастасия заходила в московский офис одного из банков, с которым вела переговоры о покупке активов, в нее стрелял снайпер. Настю заслонил один из телохранителей, но сам скончался на месте. И, наконец, в воскресенье, в день рождения Анастасии, который она не намеревалась отмечать, пришла посылка: коробка шоколадных конфет от делового партнера. Настя тотчас позвонила тому, чтобы поблагодарить, и узнала, что мужчина ничего ей не посылал, так как даже представления не имел, когда у Насти день рождения. Анализ конфет показал, что они нашпигованы полонием-210. Если бы она съела хоть одну, то стала бы ходячим трупом, и даже лучшие врачи не спасли бы ее, смерть последовала бы в ближайшие недели.
   То, что убийца использовал редкий радиоактивный материал, к тому же чрезвычайно дорогой, помогло установить – за третьим покушением (как, впрочем, и за двумя другими) стоит не кто иной, как Глеб Романович Остоженский.
   Тем временем Настя продолжила наступление. Из-под носа у Максима она увела банк, который тот собирался купить, затем при помощи коварной интриги помешала заключению сделки по поставке древесины между дядей Глебом и китайцами. И снова опередила своих врагов, сделав зависимого от нее менеджера главой металлургического завода, на который положили глаз Остоженские.
   Игра доставляла Анастасии большое удовольствие – она знала, что ее противники, в особенности дядя Глеб, чрезвычайно болезненно переживают каждую неудачу. Еще бы, ведь их обвела вокруг пальца женщина!
   Полторанин полностью оправдывал те огромные деньги, которые тратила на обеспечение бесперебойной работы пиар-отдела Анастасия. Продажный журналист смог накопать много неприглядных фактов из жизни дяди Глеба, а еще больше измыслить, причем так искусно, что никто никогда не усомнился бы в их правдивости. По своим каналам Полторанин распространял порочащие Остоженского сведения, и вскоре Настя узнала о том, что жюри одной из наиболее известных литературных премий России, финансовую поддержку которой обеспечивал в том числе и Остоженский, попросили Глеба Романовича подать в отставку с должности почетного председателя. Настя послала дяде Глебу бутылку шотландского виски пятидесятилетней выдержки, к которой была приложена записка: «Дорогой дядя Глеб, нового Саввы Морозова или Николая Третьякова из вас, увы, не получилось, однако надеюсь, что мой дар поможет вам развеять плохое настроение. Ваша Анастасия. P.S. Можете потреблять безо всякой опаски – полония в бутылке нет!»
   Виски, как узнала Настя, Остоженский велел уничтожить, сначала, правда, подвергнув химическому анализу. Он очень надеялся, что там обнаружится отрава, ведь тогда можно будет напустить на Анастасию правоохранительные органы.
   Дядя Глеб и без этого пытался использовать свои связи, чтобы навредить Насте, однако та, пользуясь советами Полторанина, обхаживала наиболее важных чиновников и влиятельных политиков, не забывая щедро оплачивать их услуги и делать чрезвычайно дорогие подарки их женам, детям и любовницам.
   – Деньги решают все! – заверял ее Артем. – Остоженский им тоже платит, но старик, по слухам, скуповат. Заплатите в два раза больше, чем он, и жалкие людишки будут преданы вам, как ручные крысы!
* * *
   Наконец настал момент поквитаться с Татьяной Куницыной. Через подставные компании Анастасия завладела контрольным пакетом акций телевизионного канала, генеральным директором которого была бывшая звезда информационного блока. Кстати, Остоженский ни за что бы не продал ни контрольный пакет, ни даже одну-единственную акцию, если бы узнал, что за всем стоит Анастасия Басалыго, но он был уверен, что заключает сделку с заслуживающим доверия российско-немецко-итальянским консорциумом, желающим инвестировать многие десятки миллионов.
   Когда договор был подписан, Анастасия послала Остоженскому корзину черных роз (ровно сто штук) и короткую записку: «Дорогой дядя Глеб, вечно признательна вам за щедрый подарок!»
   На следующий день Анастасия прибыла с визитом на принадлежащий ей телевизионный канал. Ее встречало руководство и в том числе Татьяна Куницына. Журналистка радостно улыбнулась, завидев Настю, – она и не подозревала, что та знает о ее предательстве и неприглядной роли в истории с покушением на Игоря и Машеньку.
   – Анастасия Всеволодовна, добро пожаловать! – воскликнула Татьяна.
   Настя пожала ей руку и изобразила на лице некое подобие улыбки.
   На следующий день Настя пригласила Татьяну к себе в офис. Журналистка прибыла, как всегда, минута в минуту: Куницына никогда не опаздывала.
   Ее провели в кабинет Насти – на стене висело два больших портрета – Игоря и Машеньки. Куницына, в глазах которой возник страх, быстро взяла себя в руки и, качая головой, произнесла:
   – Какая страшная трагедия... Я тогда хотела помочь тебе, но не знала, как именно. Да и ты так быстро уехала за границу...
   Настя предложила гостье кофе, зная, что Татьяна подлинная кофеманка и не устоит перед соблазном насладиться ароматным напитком. Как она и ожидала, Куницына заказала свой любимый эспрессо.
   Они поговорили о старых делах, предались общим воспоминаниям, Татьяна выпила две чашки кофе и размякла. Настя пристально смотрела на журналистку, удивляясь, какой же выдержкой надо обладать, чтобы спокойно сидеть и мило болтать с женщиной, мужа и падчерицу которой убили при помощи информации, проданной Татьяной.
   – Таня, – произнесла вдруг Анастасия, – мои юристы обнаружили кое-какие финансовые несоответствия на вашем, вернее, теперь уже на моем канале. Не можешь ли ты мне дать совет?
   И она пододвинула к журналистке несколько документов. Та, быстро просмотрев их, задумчиво сказала:
   – Да, подпись стоит моя, я не отрицаю. Но к махинациям я не имею ни малейшего отношения. В конце концов, я подписывала лишь то, что от меня требовалось. Ты же знаешь... – Она понизила голос и затараторила: – Глеб Романович Остоженский, бывший владелец контрольного пакета акций, отмывал через наш канал деньги, заработанные криминальным путем. Это было известно многим, но что я могла поделать?
   – Таня, а как тебе удалось после Басалыго переметнуться к его злейшему врагу Остоженскому? – спросила Анастасия. – Причем тебя взяли на работу в тот день, когда я покинула Россию, и сразу на должность генерального директора!
   Куницына мягко улыбнулась (и Настя поняла, что у журналистки давно готов ответ на щекотливый вопрос):
   – Настя, ты же знаешь, что для меня в первую очередь важна профессиональная этика. После того, как я потеряла возможность работать на твоего покойного мужа, мне пришлось думать о хлебе насущном. Поэтому я приняла предложение Остоженского, однако с условием, что он не будет вмешиваться в информационную политику канала.
   – Неужели? – спросила Настя. – А говорят, что канал работал исключительно на дядю Глеба и представлял его интересы: топил его противников и занимался соответствующей пропагандой.
   – Неправда! – вспыхнула Куницына, но тут же сделала шаг назад: – А если и кое-что имело место, то я об этом не имела понятия!
   – Тогда ты не будешь возражать, если я передам подписанные тобой сомнительные документы прокуратуре? – спросила Анастасия. – Ведь если тебя против воли заставили принимать участие в махинациях, о которых ты не имела понятия, то надо наказать виновного. То есть Глеба Романовича Остоженского.
   – Настя, мы же свои люди, зачем поднимать такой шум? – спохватилась Татьяна. – Нельзя ли забыть о злосчастных бумажках? Все равно делу хода не дадут. Ну, ты понимаешь, ведь у Глеба Романовича могущественные друзья. А ты, насколько я в курсе, не в самых лучших отношениях с Остоженским.
   – Таня, ты предлагаешь мне замять дело? – спросила с изумлением Анастасия. – А как же твои высокоморальные профессиональные принципы? Впрочем, ты давно изменила им... еще в тот момент, когда продала Игоря и меня дяде Глебу.
   Такого поворота Татьяна не ожидала. Ее лицо покрылось бордовыми пятнами, Куницына прошептала:
   – Я не позволю тебе кидаться такими обвинениями! Если хочешь, то увольняй меня, я быстро найду себе новую работу.
   – Даже если эти документы получат широкую огласку? – спросила Анастасия, указывая на бумаги. – Не думаю, что тогда кто-то захочет иметь с тобой дело, Таня.
   Куницына тяжело задышала.
   – Ты не посмеешь! Да и кто гарантирует, что документы подлинные, а моя подпись настоящая? Я потребую проведения графологической экспертизы, и кто знает, к какому выводу придут эксперты. Не забывай, Настя, что репутация у тебя далеко не самая идеальная: сидела на зоне за попытку ограбления квартиры, затем, по слухам, занималась проституцией, подцепила себе Басалыго, «крестного отца» питерской мафии, оказалась замешана в великое множество сомнительных сделок... Ты – бизнес-леди с криминальным прошлым и настоящим, а я – самая известная тележурналистка России!
   – Не забудь упомянуть, что у тебя имеется «Тэфи», масса других наград, а также титул «Совести российской журналистики», присужденный тебе в то время, когда ты продавала Игоря и меня.
   Куницына зло бросила:
   – Никто вас не продавал! А что бы ты сама сделала, если бы твоему ребенку угрожала опасность? Остоженский поставил меня перед выбором, и я не могла ответить ему отказом. Все, разговор закончен. Благодарю за кофе, кстати, не очень хороший. У тебя его не умеют готовить.
   Журналистка поднялась и направилась к выходу, а Настя бросила ей в спину:
   – Ну, наверное, дело в той субстанции, что была добавлена по моему приказу в кофе. Хотя вроде бы она не обладает ни вкусом, ни цветом, ни запахом. Все же одна из наиболее секретных разработок лабораторий ЦРУ...
   Татьяна Куницына развернулась, на лице у нее застыла маска отчаяния и ужаса.
   – Настя, скажи мне, что это дурная шутка! – простонала она. – В кофе ведь ничего не было?
   – А как насчет того кофе, которым потчевала меня ты? – спросила Анастасия. – В нем ведь была какая-то гадость, которую ты подсыпала по приказу Остоженского, чтобы я не имела возможности лететь в Лондон? Конечно, иначе во время перестрелки в аэропорту я тоже могла бы погибнуть. И кто бы тогда переписал все имущество на дядю Глеба?
   Журналистка словно подкошенная рухнула в кресло и зарыдала.
   – Я не хотела... Там было что-то безобидное... и только на время выводило тебя из строя... Настя, скажи, что ты дала мне?
   – Название и химическая формула вряд ли скажут тебе что-то, – заметила Анастасия. – Субстанция быстро всасывается в кровь, однако обладает поразительным свойством: если в течение примерно двух часов после ее принятия жертва получит сыворотку, то токсическое действие яда будет нейтрализовано. Первую чашку кофе ты выпила... Да, примерно час назад. Значит, у тебя в запасе еще час, чтобы спастись.
   Куницына сползла с кресла на пол и завопила:
   – Настя, дай мне сыворотку! У меня ребенок! У меня муж! У меня пожилые родители! Я не хотела... Я не знала, что затевает Остоженский... Мне очень жаль!
   – И мне тоже! – жестко сказала Анастасия. – Я считала тебя подругой и доверенным лицом, а ты предала меня и обрекла на смерть Игоря и Машеньку. И не уверяй меня, будто не подозревала о страшных последствиях. Ты ведь такая умная, Таня! Естественно, ты все понимала с самого начала.
   Журналистка, глотая слезы и размазывая по лицу косметику, прошептала:
   – Настя, сжалься надо мной! Я хочу жить, очень хочу жить! Мой ребенок, мой муж...
   – Ты взываешь к моему милосердию? – усмехнулась Анастасия. – Вспоминаешь о своем ребенке и муже? А ведь ты украла у меня моего мужа и моего ребенка! Машенька стала для меня дочкой, а ты...
   – Я не хотела! Я не думала, что все так закончится! Я...
   Татьяна Куницына забилась в истерике. Встав из-за стола и подойдя к бывшей подруге, Анастасия сказала:
   – Сыворотка у меня есть...
   – О, прошу, дай мне ее! – закричала Татьяна. – Настя, я чувствую, что уже не могу подняться на ноги... Я же знаю, ты добрая, ты хорошая, я изучила твой характер!
   – Видимо, не до конца, – холодно обронила Настя. – Ладно, так и быть, ты получишь сыворотку. Однако вначале сделаешь признание. И оно будет записано на пленку. Согласна?
   Куницына яростно закивала:
   – Конечно, я согласна! Я все расскажу!
   – Вот и отлично. – Настя открыла дверь в смежную комнату.
   Там была установлена видеокамера, а перед ней – кресло. Татьяна, пошатываясь, прошла туда и неловко опустилась в кресло. Анастасия протянула ей бумажную салфетку.
   – Приведи себя в порядок, Таня, – приказала она. – И советую тебе сконцентрироваться на самом важном, ведь время идет. Поведай о том, как тебя завербовал Остоженский, а также о том, какой была твоя роль в убийстве моего мужа и похищении Машеньки.
   Затем Настя нажала на кнопку «Пуск». Куницына моментально преобразилась – то ли сказалась привычка концентрироваться перед камерой, то ли подействовали слова Анастасии. Журналистка без запинки и повторов рассказала обо всем: как Остоженский угрожал причинить вред ее сыну и мужу, как предлагал в качестве вознаграждения за предательство пост генерального директора на подконтрольном ему телеканале. В конце Татьяна произнесла:
   – Вот все, что я могу сказать. Мне очень, очень, очень жаль! Я тоже любила Машеньку, но...
   Анастасия выключила камеру, вынула кассету и вернулась в кабинет. За ней нетвердой походкой последовала и журналистка.
   – Настя, прошу тебя, я выполнила твое требование. Где же сыворотка? Ты ведь не оставишь меня сейчас умирать? Так будет нечестно. Умоляю тебя, Настя!
   Анастасия положила кассету в стенной сейф, закрыла дверцу и повернулась к Татьяне со словами:
   – Я всегда сдерживаю свои обещания. – Затем взяла со столика изящный хрустальный графин, налила из него воды в бокал и протянула его дрожавшей Куницыной. Та непонимающе уставилась на Настю.
   – А сыворотка где? Это таблетка или инъекция?
   – Пей! – приказала Анастасия, и Татьяна торопливо осушила бокал.
   – Сыворотка, как и сам токсин, тоже без вкуса, цвета и запаха? – спросила Татьяна. – Потому что я ничего не почувствовала. Похоже на обыкновенную минералку...
   – Обыкновенная минералка и есть, – усмехнулась Настя. – А до того ты выпила две чашки обыкновенного эспрессо. Но ты права, моя секретарша не умеет готовить кофе.
   В течение нескольких секунд Татьяна Куницына переваривала услышанное. Ее лицо постепенно приняло нормальный оттенок, и странным, срывающимся голосом она спросила:
   – Значит, яда не было? И моя жизнь не была в опасности?
   – Как бы иначе я заставила тебя рассказать все и сделать запись? – в упор взглянула на нее Настя. – Конечно, я могла бы похитить твоего горячо любимого сыночка, однако я предпочла иной, тоже эффективный, но менее хлопотный вариант.
   – Ты обманула меня! – взвизгнула Татьяна. – Ты... мерзавка, исчадие ада, последняя тварь! Я буду все отрицать, скажу, что ты принудила меня сказать неправду, я...
   – Кстати, а если о том, что ты сделала признание, узнает Остоженский? – спросила Настя. – Какой, думаешь, будет его реакция? Он ведь не любит предателей и предпочитает их уничтожать, не так ли?
   Татьяна, рыча, выбежала из кабинета. В дверь заглянула встревоженная секретарша, но Настя успокоила ее:
   – Все в полном порядке, только, к огромному сожалению, Татьяне Вениаминовне не понравился ваш эспрессо.
* * *
   На следующий день Настя набрала телефонный номер человека, которому, как она теперь считала, можно доверять.
   – Воскобойников слушает, – раздался мужской голос на другом конце провода, а Настя, набрав в грудь побольше воздуха, произнесла:
   – Андрей Олегович, добрый день. Вас беспокоит Анастасия Басалыго. Помнится, вы сказали, что я могу звонить вам в любое время дня и ночи. У вас найдется для меня свободная минутка?
   Они встретились в модном суши-баре на Тверской. Настя прибыла одна, без телохранителей. Большие солнцезащитные очки скрывали лицо – ей не хотелось быть узнанной. Воскобойников уже ждал ее.
   – Анастасия Всеволодовна, рад вас видеть, – произнес он со скрытой иронией. – Вы не так давно вернулись в Россию, однако уже совершили столько подвигов!
   Настя пояснила:
   – Дядя Глеб должен понести наказание за то, что совершил. На его совести смерть Игоря и Машеньки, а также моих родителей. А помимо этого – множества других людей...
   – Поэтому вы взяли на себя функции богини возмездия Немезиды? Анастасия Всеволодовна, бросьте! Месть никогда не бывает продуктивна. Она нанесет вред не только вашему врагу, но и вам самой.
   – А что бы сделали вы, если бы Остоженский убил вашу жену и вашего ребенка? – спросила Анастасия с вызовом.
   Воскобойников ответил с грустной улыбкой:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 [28] 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация