А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Не молчи, или Книга для тех, кто хочет получать ответы" (страница 14)

   ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ,
   в которой
   автор разбирается в том, к каким группам принадлежат вопросы

   Чтобы интервью получилось, вопросы должны быть... Какими?
   Хорошими!
   Гениально, потрясающе, невероятно! Шесть баллов по пятибалльной системе.
   Теперь бы еще понять: а что такое, собственно говоря, хороший вопрос в интервью?
   Вопрос, который позволяет получить информацию.
   И опять-таки – поразительно, точно, верно. Ура!
   Теперь бы еще вспомнить, что такое есть информация?
   Информация есть полезная новость.
   Абсолютно точно.
   Из всего сказанного делаем вывод: хороший вопрос в интервью – это тот вопрос, который позволяет вам получить полезную новость.
   Из этого вывода следует еще один – быть может, самый главный, когда речь идет о вопросах. Я даже выделяю его особо.
   Никогда нельзя задавать человеку вопрос, ответ на который вы знаете сами.
   Никогда!!!
   Во-первых, спрашивая о том, что вы знаете и так, – вы никакой информации не получите, то есть новости не узнаете – это очевидно.
   Но есть еще и во-вторых, которое не менее (а глядишь, и более) важно: если вы задаете собеседнику вопрос, ответ на который вам известен, – собеседник убеждается в том, что он вам абсолютно неинтересен.
   Вы чего хотели сделать с помощью интервью? Вытащить человека из толпы? Показать ему самому его неординарность и самобытность? Не вышло у вас ничего. Задав вопрос с очевидным ответом, вы доказали обратное: человек вам настолько неинтересен, что вы даже не можете использовать его как источник информации.
   Некто получил награду. К нему подбежал журналист и спросил: «Вы счастливы?» Бред.
   Бегун прибежал к финишу первым, к нему подлетел репортер: «Вы верили в победу?» Идиотизм.
   В постели после ночи любви девушка спрашивает у парня: «А ты меня, правда, любишь?» Вопрос с лирической точки зрения объяснимый, но с точки зрения интервью – дурацкий.
   Подобные вопросы демонстрируют одно: вам собеседник не интересен!
   Интервьюер должен относиться к собеседнику как к источнику информации и черпать из него максимум в единицу времени.
   И что, вообще никогда, никогда, никогда нельзя задавать вопросы, ответы на которые знаешь?
   Никогда. А что, есть возражения?
   Имеются. Представим себе такую ситуацию: вот например, у меня есть некоторая приятная для собеседника информация и я задам вопрос, который эту информацию подтвердит. Собеседнику будет приятно, и возникнет контакт.
   Другими словами, вы предлагаете спросить певца: «Вы – один из самых известных певцов нашего времени, не так ли?»
   Ну, типа того.
   Что остается певцу? Ответить «да» и выглядеть полным идиотом? Еще у награжденного можно спросить: «Вас только что наградили высокой наградой?» и при этом еще хитро улыбнуться: мол, это ведь так, правда?
   Все это – глупости. Поэтому подчеркнем еще раз: хороший вопрос в интервью – это вопрос, ответ на который вы не знаете.
   И все, что ли? А вот еще говорят, что хороший вопрос – «острый» вопрос.
   Так называемых острых вопросов я лично не люблю. Давайте сразу выясним, что мы называем «острым» вопросом?
   Острый вопрос – это вопрос, задавая который, мы хотим поставить собеседника в неловкое положение.
   Если речь идет о теле– или радиоинтервью, то нам кажется, что такая ситуация вызовет интерес зрителя. Это выбор журналиста: чем именно он хочет привлечь внимание к своей передаче – раскрытием собеседника или спором, который периодически переходит в битву.
   Но и в бытовом интервью нам иногда кажется, что, если поставить собеседника в неловкое положение, он раскроется и выдаст ту информацию, которая нам необходима. Мол, спросишь у инспектора ГИБДД: «Что ж это вы не представились, когда подошли?» – он сразу стушуется и станет мягким.
   Конечно, бывает по-всякому. Люди ж – разные, они и на острые вопросы реагируют неодинаково. Но все-таки надо помнить: если вы сознательно хотите поставить собеседника в неловкое положение, вы должны помнить, что, скорее всего, он будет не раскрываться, а защищаться.
   Острый вопрос – это оружие. И, как и при применении любого оружия, используя его, надо быть внимательным и осторожным.
   Вопросы, которые мы задаем в интервью, можно разделить no-всякому на разные то есть группы. Например, их можно разделить на две большие группы вопросов: те, которые заставляют собеседника думать, и те, которые заставляют собеседника вспоминать.
   У каждого читателя этой книги, надеюсь, хоть раз в жизни случалась любовь. Что делают влюбленные первым делом?
   Про это даже как-то неловко говорить.
   Нет, то, о чем неловко – это не первым делом. Первым делом влюбленные начинают говорить. О чем? О себе. Любовь становится осязаемой, когда два человека рассказывают друг другу о самих себе и понимают, что, когда рассказываешь другому человеку о своей жизни, ему это интересно.
   О чем это говорит или, даже можно сказать, свидетельствует? О том, что нам вспоминать приятно. Даже если мы вспоминаем что-то ужасное, – мы всегда знаем, что это ужасное закончилось. Причем даже самое ужасное, трагическое все равно всегда заканчивается хорошо: ведь после самых ужасных трагедий мы продолжаем жить и создавать новые воспоминания. Не зря Пушкин утверждал, что «воспоминания есть лучшая способность души нашей».
   Свои воспоминания мы считаем ценными и этой ценностью хотим поделиться с человеком, который стал нам дорог.
   Поэтому вопросы, которые заставляют человека вспоминать, приятны.
   Значит, в начале интервью вопросы, заставляющие собеседника вспоминать, могут помочь наладить контакт.
   А что, разве нет таких людей, которые вообще не любят вспоминать?
   Наверное, есть. Люди – они разные.
   Ну вот.
   Но я лично не встречал человека, который бы не хотел вспоминать про свое детство, каким бы тяжелым оно ни было. Или про свои успехи. Или про собственные победы.
   Тут проблема другая. Большинству людей настолько приятны свои воспоминания, что, уж если они окунуться в свое прошлое, их бывает очень нелегко оттуда вытащить.
   И тут снова надо вспомнить о цели интервью.
   Если цель – человек как новость, то воспоминания могут многое о нем рассказать.
   Если цель, скажем, узнать про сегодняшнее дело человека или выявить какую-то актуальную проблему, то в какой-то момент надо переходить к вопросам, которые заставляют думать.
   Думать – вообще-то это непростое занятие. Надо напрягаться, анализировать, делать выводы... Вспоминать куда легче, а значит, приятнее.
   Поэтому человеку, прежде чем начать думать, как правило, нужно сделать над собой усилие. И если мы хотим, чтобы наше интервью дало результат, – мы должны собеседнику помочь.
   Как?
   Правильный вопрос. Мы должны, хотя бы для начала, заставить человека думать над теми вопросами, над которыми ему думать интересно.
   Когда в «Ночной полет» приходили актеры, я очень часто говорил с ними о смысле их дела. У меня есть любимый вопрос: «Зачем?» «Зачем вы выходите на сцену?» – например. Я понимаю, что этот вопрос, с одной стороны, заставит человека думать, а с другой, не застанет его врасплох.
   Когда я беседовал с Мирей Матье, то сначала она долго и очень интересно рассказывала про свое детство, про многодетную маму, про постоянную нехватку денег. А потом я спросил: «Как вам кажется, благодаря чему, самому главному, вы смогли стать мировой звездой?» То есть, оттолкнувшись от воспоминаний, я попробовал заставить певицу думать.
   Когда у меня на эфире был Анатолий Чубайс – человек, к которому всегда есть актуальные вопросы, – я спросил его: «А что такое вообще деньги? Какова их философия?» Я понимал, что Анатолию Борисовичу говорить об этом интересно. Отвечая на этот вопрос, он, что называется, «разомнется», а дальше уж...
   Как у вас все хорошо получается...
   Давайте сразу договоримся: у меня по-всякому получается. Как именно – можно по телевизору глянуть. Я привожу это примеры как примеры теории, а не как факты моей замечательной работы. Продолжаем?
   Конечно.
   Хорошо. Тогда вопрос: на какие еще группы можно разделить вопросы?
   Еще можно разделить. И снова – на две группы.
   Опять – две?
   А что ж я могу поделать, если вопросы бывают открытые и закрытые.
   Как двери?
   Абсолютно точно!
   Закрытые – это те вопросы, на которые вы ожидаете ответ «да» или «нет».
   Открытые – это те вопросы, на которые односложно ответить нельзя.
   Правильно ли я понимаю, что, как и двери, закрытые вопросы хуже открытых? У Булата Окуджавы даже есть такие строки: «Дверям закрытым – грош цена. Замку цена – копейка».
   Замечательные стихи, кто бы спорил? Однако подход, согласимся, во многом романтический. Мы прекрасно знаем, что в реальной жизни без закрытых дверей не обойтись. Также и в интервью не обойтись без закрытых вопросов.
   Но если двери служат для защиты, то закрытые вопросы – для нападения.
   Задача интервьюера какая?
   Получить информацию.
   Да. Не устану повторять это многократно. И вот если собеседник никак не может (а иногда и не хочет) предоставить вам информацию, очень помогут закрытые вопросы.
   С той же сметаной, про свежесть которой мы пытаемся на протяжении всей книги узнать у продавца. Если торговец сметаной начинает долго и вдохновенно рассуждать про сложности мясо-молочной промышленности или про погоду, закрытый вопрос «свежая или нет?» поможет-таки получить информацию.
   Если любимая девушка никак не решится сказать, едет она с вами вместе на море или нет, только закрытый вопрос может решить дело.
   Для политика, особенного российского, ответ на такой вопрос – мука мученическая. Поскольку политики очень любят словосочетание «все не так однозначно».
   На провинциальном телевидении я видел собственными глазами и слышал собственными ушами, как кандидат, по-моему, в местную думу на вопрос: «Вы дадите пенсионерам транспортные льготы?» – отвечал около пяти минут! Хотя это, в чистом виде закрытый вопрос, требующий простого, однозначного ответа.
   Если человек уходит от ответа на закрытый вопрос, значит, он что-то скрывает, не хочет говорить. В некоторых случаях (скажем, в политическом интервью) – это тоже полезная информация.
   В фильме «Адъютант его превосходительства» мальчик Юрий спрашивает у разведчика Кольцова: «Пал Андреич, вы шпион?» Ответ Кольцова стал, что называется, классикой кинематографа: «Видишь ли, Юра...»
   Когда задаешь закрытый вопрос, самое главное – понимать: установлению контакта это способствовать не будет. Но это может способствовать получению информации, что в интервью все-таки – самая главная задача.
   Открытый опрос, как правило, открывает новую тему разговора. Закрытый, возникающий в случае необходимости, подводит ее итог.
   Задаете ли вы открытый или закрытый вопрос, самое главное – получить ответ.
   Проблема получения ответа настолько серьезная, что, прежде чем к ней перейти, я хочу сделать перерыв.
   Перерыв.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация