А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Костер для инквизитора" (страница 3)

   Глава третья

   Господин Мичиков, преуспевающий коммерсант, расстегнул ширинку и с наслаждением пустил струю в фаянсовую пасть. Хорошо. Все хорошо. Дела хорошо. Девочки хорошо. Водочка, ух хороша! «Ах, варьете, варьете, шум в голове…»
   За мурлыканьем струи, уходящей в белоснежный зев, за приятными мыслями господин Мичиков не услышал, как в чистенький туалет ресторана «У Манежа» вошли еще два господина. А третий почему-то остался снаружи, прикрыв дверь и прислонившись к ней широкой спиной.
   Два господина встали справа и слева от Мичикова, но расстегивать штаны не стали.
   – Здорово, алкаш,– сказал один из них, Василий Пятиралов, ласково именуемый друзьями «Вагоновоз».
   Мичиков глянул – и враз сбледнул с лица.
   – Чё не здоровкаешься? – спросил Пятиралов.– Язык проглотил?
   И сунул коммерсанту поддых.
   Мичиков отпал в руки второго господина, а тот, взявши Мичикова за редеющую шевелюру, деловито окунул его личиком в писсуар.
   – Покаж,– бросил Василий напарнику через пару минут.
   Тот разогнул Мичикова и продемонстрировал Пятиралову мокрую перепуганную физиономию коммерсанта.
   – Ну, что видишь? – поинтересовался Василий.– Херово тебе?
   Мичиков пробормотал нечто согласное.
   – Не,– расплывшись в широкой улыбке, заявил Вагоновоз.– Это еще не!
   И несильно ткнул коммерсанта в нос. Кровь в два ручья хлынула на белую манишку.
   Василий извлек из кармашка Мичикова носовой платок, промокнул заботливо юшку.
   – Денежки брал? – осведомился Василий ласково.– А отдавать, значится, дядя Федя будет?
   – Вагоновоз, шухер,– негромко предупредил напарник.
   Пятиралов обернулся и обнаружил позади субъекта в синей замызганной униформе и совершенно безобразной шапочке, надвинутой на самые брови. Щеки и подбородок субъекта заросли двухнедельной щетиной; короче, вид – самый ханыжный.
   Пятиралов умом не блистал, но соображал быстро. Как и полагается мастеру спорта по боксу в тяжелом весе. И прикинул: если ханурик вошел в дверь, значит, друган, оставленный на стреме, его не остановил. А если не остановил, значит, не смог, а если не смог…
   Кулак Пятиралова пушечным ядром метнулся в голову субъекта.
   Пок! – голова самого Пятиралова дернулась назад, а затылок выплеснулся в лицо Мичикова.
   Коммерсант сдавленно пискнул.
   – Отпусти его,– негромко приказал субъект.
   Напарник Вагоновоза выпустил коммерсанта. Мичиков и лишенный мозгов Пятиралов повалились на пол почти одновременно.
   Глазок глушителя уставился на дружка Пятиралова.
   – Бумажник,– коротко бросил субъект, протягивая левую руку.
   – Счас, мужик, мигом, полная спокуха,– быстро забормотал напарник Вагоновоза, сунул руку за пазуху… и выдернул пистолет. Так и так не жить!
   Пок!
   Рука пятираловского дружка переломилась в локте, пистолет лязгнул о кафель.
   Пок!
   Еще одна порция мозгов расплескалась по стене.
   Субъект поднял пистолет и опустил в карман, затем достал бумажник убитого и отправил туда же. Аналогичную операцию проделал над телом Вагоновоза.
   Мичиков взирал на человека в синей спецовке мутными от ужаса глазами.
   «Застрелит,– лихорадочно думал он.– Наверняка застрелит. Свидетель».
   Убийца остановился над ним. Вид у Мичикова был непрезентабельный. Средний человек сблевал бы от этого вида в шесть секунд. Но убийца, вероятно, привык.
   – Бумажник,– спокойно сказал он.
   Будь у Мичикова пистолет (и смелость в придачу), он бы наверняка последовал примеру пятираловского дружка и враз рассчитался бы со всеми долгами. Но пистолета не было, и коммерсант дрожащей рукой протянул убийце бумажник.
   Человек опустил его в карман, туда же уронил пистолет и, ни слова не сказав, покинул помещение. Три минуты спустя Мичиков вышел из туалета, перешагнул через третий труп и явил свой забрызганный кровью и мозгами лик достойнейшей «уманежной» публике.
   Три часа спустя, умытый и переодетый, он давал показания.
   Убийцу он не описал. Сказал: не видел, поскольку лежал мордой вниз. Береженого Бог бережет. И долг Мичиков отдал на следующий же день. Что, впрочем, не вернуло ему удачи. Через пять дней сильно обезображенный труп коммерсанта прибило к берегу неподалеку от Лисьего Носа.
   – Спортсмен? Это Абрек. С тебя причитается.
   – Узнал? – обрадовался Андрей.– Кто?
   – Ты не поверишь.
   – Кто?
   – Нет уж, приезжай. Хочу видеть твою физиономию.
   Тротуар перед входом в фирму был так густо заставлен машинами, что Ласковин сумел приткнуться только за углом. Вывеска тоже сменилась. Появилась приписка. «Рослагбанк. Обмен валюты. 2 этаж».
   И охранник у входа, немедленно притормозивший Ласковина.
   – Куда?
   – В «Шлем».
   – Зачем?
   – Работаю там,– начиная сердиться, сказал Андрей.
   – Что-то я тебя не помню. Оружие, газовое, огнестрельное, средства самозащиты? Предъявить.
   Андрей подавил искушение «предъявить». Ои-цки в челюсть.
   – Вон телеком,– ткнул он.– Позвони и скажи: Ласковин пришел.
   Абрек спустился лично.
   – Ты что ж, жопа, сотрудников моих не пускаешь? – рыкнул он.
   – Откуда ж я знаю, что сотрудник? – возразил охранник.– Он же не предъявил.
   – Посмотри на него внимательно,– Абрек взял охранника за загривок и развернул в нужном направлении.– Это Спортсмен. Запомни и заруби на носу.– И подмигнул Ласковину.– Страна должна знать своих героев! Пошли.
   Ласковина он сразу повел в кабинет.
   – Потом, успеете еще,– бросил он Фариде и курьеру Славе, желавшим пообщаться с Андреем.
   – Ну? – спросил Андрей, когда Абрек запер дверь.
   – Сядь.
   – Кто?
   – Гришавин.
   И целую минуту любовался произведенным эффектом.
   – Точно? – недоверчиво уточнил Андрей.
   – Сто процентов. У меня брательник осенью откинулся. Теперь у Гриши в охране. Желаешь подробности? Тогда слушай…
   – Кого на место Берестова поставим? – спросил Гришавин.– Идеи есть?
   – Хрен знает? Может, Ермолу? – предложил Короед.
   – Не пойдет. Исполнитель. Вот Корвет бы подошел. Да, жаль человека. Как не вовремя умер.
   – Я тут кинишко видел,– сказал Короед.– Про призраков. И там все в точности, как с Корветом. Призрак понимаешь, такой. За сердце – хап. И концы. Ни хрена. Никаких следов. Пока его один экстрасенс не прижучил.
   Голая чернявая девка убирала со стола. Короед покосился на нее и вдруг ловко щипнул за интим.
   Девка шлепнула гостя по руке.
   – Не лапай,– недовольно пробурчал Гришавин.– Она тут не для егзды, а для дизайну. Ты лучше проясни насчет Корвета. Только не надо двигать про призраков. Может, тебе кассету воткнуть, где этот Спортсмен Хана мочит? Призрак, бля!
   – Да видел я! – отмахнулся Короед.– Как раз та тема. Помнишь, как он его башкой вниз киданул? Человек так не может.
   – Человек все может,– наставительно произнес Гришавин.– Я читал: один мужик на хребте четвертьтонный сейф пер полкилометра.
   – Написать всякое можно! – Короед пренебрежительно махнул рукой.– Я сам, бывало, такое для прокурора писал!
   – Призрак, бля! – повторил Гришавин с прежней интонацией.– А Берестов с ребятами?
   – А при чем Спортсмен? Его ж там не было. Алиби – сто процентов. Он в это время того доктора-целителя мочил. В порядке самозащиты! – Короед хихикнул.– И маслину схлопотал. Ты ж сам проверял. Причем, мусора – без вопросов. Обоюдная разборка. Виноватых нет, одни трупаки.
   – Не верю,– покачал головой Гришавин.– А без вопросов, потому что уплочено. Мной. Ты хоть видел, как Берестов стрелял?
   – Ну.
   – С завязанными глазами, бля, в колокольчик.
   – Ну.
   – Гну! Ствол у него в руке нашли. И обойма наполовину полная. А убили его руками!
   – Да не было там Спортсмена!
   – Не верю! Баба – его, так? Теперь слушай меня, как оно было. Подвалили наши. И левые. Схватились. Наши замочили тех. А потом пришел он. Положил наших, сам – в тачку и лепить отмазку. Похоже?
   – Ну, вроде того… – не слишком уверенно проговорил Короед.
   – Такой кадр! – с завистью произнес Гришавин.– Вот кого я бы вместо Берестова поставил.
   – Ну?
   – Но – сомнительный, не рискну… – огорченно сказал «крестный тобольский папа».– Что-то свербит в селезенке.
   – Тогда надо мочить,– уверенно заявил Короед.– За Берестова. За Корвета.
   – Корвет под вопросом,– возразил Гришавин.– Это первое. Второе: кто мочить будет? Если он даже Берестова шлепнул, можно сказать, мимоходом.
   – Тоже проблема! – фыркнул Короед.– Хошь организую? У Мухаммеда есть девка-эстонка. Из СВД за километр хрен у мухи отстрелит. Насчет Корвета тоже могу проверить. Колдун есть один. Должника мне искал.
   – Не кизди. Серьезный разговор.
   – Так нашел же, бля! Конкретный колдун, рабочий! Хошь приведу? Дай ему фотографию Корвета, он тебе все обскажет.
   – Да чушь это! – без прежней уверенности пробурчал «крестный папа».– А, хрен с ним, веди!
   – А эстонка?
   – С ней повремени. Успеем.
   – Вот такая тема,– Абрек развалился в кресле, крайне довольный собой.
   – А дальше? – спросил Андрей, напротив, весьма обеспокоенный.
   – Дальше еще веселее. Короед привел колдуна. Прикинь, Андрюха, бывший второй секретарь райкома КПСС – и колдун! Круто, да?
   – Давай, не тяни! – нетерпеливо воскликнул Ласковин.
   – Спокойно, кореш, на тот свет не опоздаем! – Абрек загоготал, но потом смилостивился: – Ладно, поехали дальше. Колдун этот как зыркнул на фотку Корвета, так сразу заявил: «Этот человек умер неправильно!» Каково? Умер неправильно! Андрюха, скажи как другу: ты его положил? Спокойно! У меня «жучков» нет!
   – Я,– признал Ласковин.– А Берестова – нет.
   – Ну, про Берестова это Гришкины заморочки. Я ж тебя знаю: не настолько ты хитрожопый, чтобы алиби стряпать. На хрен тебе алиби с такой мастью! Короче! Вякнул колдун насчет «неправильно умер»,– Абрек снова хохотнул.– И пожелал взглянуть на тебя. Фотки у них не было, воткнули твой бой с Ханом. И тут… – Абрек сделал драматическую паузу.– Колдуна чуть дристун не пробрал! Приссал, в натуре! И попытался по-тихому свалить. Это от Гриши! От него свалишь, бля! Взял экстрасенса за вымя и выжал… – Абрек сделал драматическую паузу,– …что тебя лучше не трогать. Потому как можно киздюлей огрести немерено! Брательник так понял: ты – супер! Покруче любого колдуна, если кто вознамерится тебя за мягкое пощупать. Что, прав колдунец? – он с интересом поглядел на Ласковина.
   Тот пожал плечами.
   – Ну, короче, Гриша въехал,– продолжил Абрек.– Въехал и проникся. Решил: с тобой лучше вась-вась. А мозга у него как работает? Однозначно. Или мочить, или купить. Заправил тебе бабки и, как я понимаю, озадачил Короеда, чтобы тот вроде как по пьяни брательника моего просветил. А брательник – меня. А я – тебя. Вот уж кто хитрожопый, так это Гриша! Зелень ты взял, значит, без обид. Тем более не до тебя сейчас Грише. Кто-то бычков его мочканул. В кабаке. Да так аккуратненько, что концов не осталось. Не слыхал?
   – Не я,– ухмыльнулся Андрей.
   – Ясное дело. Ты ж все больше ручками шалишь, а там – маслинки.
   Неподалеку от угла Клинского и Серпуховской остановились две автомашины: неуклюжая краснозадая «вольва» и гладкий, облизанный, словно тюлень, «форд». Из «форда» вышли двое крепких ребят и без суеты уселись на заднее сидение «вольвы». Обменялись настороженными приветствиями. Затем от пассажиров «форда» к пассажирам «вольвы» перекочевал коричневый кейс объемом примерно на пять бутылок водки.
   Сидевший рядом с водителем открыл кейс, заглянул… и прикрыл его, удовлетворенный.
   – Комплект,– сообщил он водителю.
   В это время некто поскребся в правую переднюю дверь. Державший кейс поднял голову и обнаружил заглядывающего в окошко грязного мужика в оранжевой безрукавке дорожного рабочего.
   – Здоров,– сказал мужик и открыл дверцу.
   От такой наглости опешили все четверо. Первым опомнился тот, кто держал кейс.
   – Офуел? – поинтересовался он.– Куда прешь?
   И примерился дать борзоте по чавке… Но передумал. Потому что увидел в руках мужика два очень весомых аргумента.
   – Ну, козлы… – злобно сказал парень с кейсом.
   – Это не мы,– возразил один из пассажиров «форда» напряженным голосом.– Ты, кореш, с гранатой-то поосторожнее. Обращаться умеешь?
   – Обучен! – отрезал «кореш».– Портфельчик открой.
   – Ты, земляк, понимаешь, что делаешь? – поинтересовался сидевший справа от водителя.– Ты врубаешься, что с тобой будет?
   Вместо ответа обладатель оранжевой безрукавки нажал на спуск пистолета. Громкий хлопок, удар пули – и в кейсе образовалось аккуратное отверстие.
   Державший чемоданчик стал бледен, как алебастр. Очень осторожно он сдвинул кейс и обнаружил, что пуля вошла в сидение, чуть-чуть не задев его мужских достоинств. Но была очень близка к тому, чтобы задеть.
   Сразу став покладистым, парень открыл кейс.
   Внутри лежали банковские упаковки стодолларовых купюр. Больше ничего.
   – Стволы сюда,– распорядился экспроприатор.
   С завидной быстротой два пистолета и один револьвер переместились из кобур хозяев в простреленный кейс.
   – Ты? – зрачок пистолета глянул на водителя.
   – У меня нет,– ответил тот.– Можешь обыскать.
   – Ключи от машины,– потребовал экспроприатор.
   Затем сунул пистолет за пояс, схватил соседа водилы за руку и шлепнул ему в ладонь гранату.
   – Держи крепче,– посоветовал обладатель оранжевой безрукавки.
   Подхватил кейс и побежал по Клинскому.
   Ограбленным потребовалось секунд двадцать, чтобы разобраться с гранатой и пуститься в погоню. Но единственной их добычей оказались три бабы и один мужик в аналогичных оранжевых безрукавках, рывшие канаву поперек Бронницкой. Мужику сгоряча дали в рыло, но ни ему, ни опростоволосившимся «бойцам» от этого легче не стало.
Чтение онлайн



1 2 [3] 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация