А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Война 2033. Пепел обетованный" (страница 7)

   – Все о’кей! – прохрипел я. – Сейчас пройдет. Не смотри!!!

   Пустоши.
   Окрестности купола Оазис
   Локальные координаты 125835
   Но Кира не послушалась. Она присела рядом, откинула со лба челку и посмотрела мне в глаза.
   – Не пойду никуда. Тебе больно, я же слышу!
   Вот стичий хрен! Ничего не спрячешь от этих пси.
   – И не вздумай меня прогонять! Лечить я сейчас не могу, но зато могу просто посидеть рядом.
   – Ну, хорошо, – сдался я. Сил не было спорить. – Оставайся, только смотри в другую сторону. Лечить незачем, сейчас само подействует. Давай пока поболтаем.
   – О чем?
   – О чем хочешь. Можешь рассказать, например, как тебя угораздило попасть в такую передрягу.
   Кира вдруг замкнулась. Едва заметно покачала головой, потом даже тряхнула ей, как будто отгоняла неправильные мысли. Спорит сама с собой, достоин ли доверия странный парень Андреналин? Похоже на то. Я, кончено, просто так спросил, чтобы отвлечься беседой от пульсирующего жжения в ноге. Да и какие могут быть тайны у такой молодой девчонки? От папы с мамой сбежала мир покорять? А суровый родитель небось большая шишка в мэрии Невы, Китежа или даже Новой Москвы.
   Но жизнь научила меня уважать чужие тайны, какими бы смехотворными они ни казались. Ведь для кого-то они могут оказаться делом или мечтой всей жизни. Выстраданной годами.
   Захочет – скажет. Сам настаивать не буду: чужой секрет, нашептанный на ухо, становится твоим. И все проблемы, с ним связанные, тоже.
   – Только… ты ведь никому не скажешь, да? – неожиданно спросила Кира.
   Я молча кивнул. Меня сейчас больше занимал датчик здоровья в КПК. Когда наконец погаснет истеричная надпись «Серьезные повреждения, передвижение ограниченно!», а нога виртуальной фигурки с подписью «Андреналин» сменит ярко-красный цвет хотя бы на желтый?
   Тогда и двинем в Оазис.
   А пока отвлекусь, да и время скоротаем.
   – Нет, ты должен пообещать!
   Забавно, женщины почему-то всегда уверены, что их секреты важнее всего на свете, и ты обязательно должен поклясться жизнью хранить молчание. «Конечно, не расскажу! Я могила!» Потом, когда страшная тайна шепотом и с оговорками все-таки рассказана, сидишь и думаешь, что же в ней такого смертельно важного? Кому она вообще интересна?
   Пришлось, конечно, поклясться самыми страшными клятвами. Никому, мол, и никогда, хоть на куски меня режь, хоть на костре жарь.
   – Меня ждут в Москве, понимаешь? Очень ждут. Еще в Вавилонском центре когда училась, только и разговоров было, что пси-потенциал у меня очень высокий. Предполагали даже, что если правильно обучить, то я смогу лечить не только раны и ожоги, но и вирус X. Потому что моя пси-сила умеет и ре-ге-не-рировать, – Кира старательно произнесла по слогам сложное научное слово, – и перестраивать клетки. Вот так. А в Новой Москве десятки лабораторий над этим бьются! Как про меня узнали, так сразу к себе затребовали.
   «Вот оно как бывает… Лежишь весь в крови с простреленной ногой в окружении десятка трупов и слушаешь историю о регенерации пси. Как будто нет ничего важнее».
   – Что ж они тебе охрану не выслали? Взвод МП с парой боевых роботов. Куда быстрее и безопаснее довели бы до столицы, чем старательский караван.
   Конечно, конечно. Это у медиумов вообще идея фикс, особенно у новичков неинициированных. Мол, как только победим вирус X, так сразу наступят благодать и процветание.
   Ага. А мутанты, дроиды, силы Вторжения – сами подохнут, наверное. От зависти. Еще эти, новенькие, имперские ублюдки Артура Шварца. В Вавилоне про них и не слышали, а если в Неве расспросить – много веселого расскажут. Если сразу в рыло не дадут.
   И, конечно, в Москве только о том и мечтают, когда же, наконец, сильный медиум появится, чтобы заразу побороть. Счаз. Да на иммунках от вируса сонмище фармакологических лабораторий кормится, не говоря уж о кустарях всяких с экстракторами. Скорее всего, в ответ на восторженное послание из Вавилона в столице никто и не почесался. Прислали радиограмму с казенной благодарностью, предложили направить феномен для всестороннего изучения, да и забыли. А город и рад стараться – отправил беззащитную девчонку через весь континент. После громкой во всех смыслах истории с нелегальной разработкой ядерного оружия Вавилон пользуется любым поводом, чтобы продемонстрировать лояльность новомосковским властям.
   – Они и отправили, – укоризненно сказала Кира. – Рейнджеров. Мы шесть дней ждали, а когда уже перестали – сообщение пришло: нашли их. Мертвых. Они с диверсантами столкнулись, из подразделения «Зета». И все полегли.
   Если были вообще. Зета-сквад – это, конечно, те еще головорезы с рельсовыми пушками, но и рейнджеры ребята не самые криворукие. В лоб на диверсантов не полезут, из засады перещелкают, как на учениях. Так что отмазка из Москвы не прокатит.
   Как скучно быть циником. Навидавшимся к тому же всякого дерьма.
   – Тогда мэр отправил меня с грузовым караваном.
   – Одну?
   – Ну почему «одну»? С охраной. В вавилонском союзе несколько боевых кланов, они большие грузы всегда сопровождают.
   – А как же тебя родители отпустили?
   Ее губы задрожали:
   – Мама и папа умерли.
   «М-да. Ну и толстокожий же ты, брат Андреналин. Как крашер какой-нибудь!»
   – Прости, Кира, я не хотел…
   Она тряхнула головой, положила руку мне на запястье.
   – Нет-нет, не извиняйся, ты же не знал. Они погибли, когда я была совсем маленькая. Я их почти не помню.
   Я молчал, не зная, что говорить. Соболезнования прозвучат фальшиво, просить рассказывать дальше – бестактно. Сделал вид, что опять смотрю показания датчиков.
   Кира вышла из положения сама.
   – Не переживай, Андрей. Все нормально, я давно привыкла.
   Не знаю, как к такому можно привыкнуть. Мои погибли, когда мне было двенадцать, и я до сих пор не могу их забыть.
   – Меня в учебном центре воспитывали. Там как раз и высчитали пси-потенциал, про который я рассказывала. Они же уговорили мэра отправить меня в Москву, когда охрана из столицы не прибыла. Но наш караван только до портала дошел. А там стояли корсары.
   Она провела пальчиком по земле – по сухому грунту зазмеилась замысловатая линия.
   – …не знаю, кого они ждали, может, и не нас. Но напали сразу же, без обычных своих угроз, ну знаешь: «грузы на пол и на выход!»
   – Да уж, наслышан…
   – Тех, кто воевать не умел, охранники спинами прикрыли, довели до портала и впихнули за ворота. А сами снаружи остались. Что было дальше, я не знаю, но на той стороне мы их двое суток прождали. Никто так и не появился. Тогда я и прибилась к старательскому каравану – они как раз в Оазис шли. Я… я просто не знала, куда податься. Идти в Москву одной – боялась, а возвращаться стыдно.
   Датчик здоровья переполз в розовую зону. Боль в ноге начала понемногу стихать.
   – Дальше ты сам все видел, – продолжала Кира. – Дориус, он был у нас вроде как за главного, предложил собраться большой кучей и выйти вечером. Мол, мародерам такая толпа не по зубам, а когда спадет жара, проще…
   Внезапно я перестал ее слышать. Голос Киры и внешние звуки как отрезало – я оглох. Виски сдавило так, будто кто-то невидимый пытался изо всех сил расплющить мою голову.
   В ушах зашумело, потом из глухого шипения выделились размеренные ритмичные удары.
   Бам! Бам! Бам!
   Пульс бился с грохотом орудийной пальбы.
   Мать моя бабушка! Я совсем забыл об этом!
   – Кира! – прохрипел я. – Кирааааа!
   Она недоуменно посмотрела на меня, быстро-быстро заговорила.
   Потом отшатнулась. И начала медленно отползать от меня, смешно перебирая ногами.
   Прицел увидела. Прости, девочка, я просто забыл.
   Что-то странное творилось с глазами. Я то отчетливо видел каждую травинку рядом с собой, то вдруг переключался на гребень холма, который неожиданно становился близким, руку протяни – и вот он! И тут же наползала мутная пелена, и я переставал видеть вообще.
   – Что бы со мной ни происходило – не бойся. Это… – в голове уже гремело без пауз, – …побочные эффекты.
   Бам! Бам! Бам!
   Мир поднимался вверх и все норовил стукнуть меня в лоб. Мутило страшно. Вдобавок пошла носом кровь – на верхнюю губу потекло, во рту ощущался солоноватый привкус.
   – …я тебе… ничего не сделаю… все бу… дет хоро… шо.
   С последним ударом я четко ощутил – надо бежать! Силь где-то совсем рядом, это она зовет меня на помощь, бьет тревогу в моей голове.
   «Сейчас, Силь, я иду! Держись!»
   Я вытащил пистолет, поднялся во весь рост, сделал шаг, другой. Ноги отлично слушались меня – можно идти, бежать, прыгать. Хоть всю ночь. И обязательно добраться до Силь.
   Или мне показалось?
   Нет, ходить по-прежнему тяжело – на каждой ноге словно повисла дополнительная ноша, в полменя весом. И я, похоже, даже не вставал. Лежал на траве, извиваясь червяком. Кто-то цепко держал меня за пояс. Обхватил руками и держал. Изредка я слышал голос – тихий, с трудом прорывающийся сквозь громовые раскаты в голове:
   – Андрей! Андреееей! Что с тобой!
   Силь? Неужели я нашел ее?!
   Но она никогда не звала меня так. Энди-Энжи, Андреналином, когда злилась, но не Андреем.
   – Тебе нельзя! Куда ты?! Подожди!
   Кричала девушка. Но не Силь, а какая-то другая.
   По-моему, она даже обнимала меня, прижималась изо всех сил, чтобы никуда не пускать.
   Почему она удерживает меня? Я должен идти! Я должен спасти Силь!
   Я снова начал подниматься, но смог лишь встать на колени. Меня опять попытались уложить, и я потянулся оттолкнуть мешавшие мне чужие руки. Даже вроде бы сделал движение плечом.
   И упал на спину. От бессилия хотелось орать и ругаться последними словами.
   В голове продолжал бить чудовищный набат. Я чувствовал, как по лбу течет горячий, едкий, как стичий плевок, пот. Еще немного, и он начнет жечь кожу.
   Я попытался вытереть горячие капли, но руки не послушались.
   – Сейчас! – сказал кто-то, и на голову опустилась удивительно приятная прохлада. Сопротивляться не было сил, да и не хотелось. Пусть моя бедовая черепушка лопнет, как паровой котел.
   Плевать.
   И тут все закончилось. Бежать расхотелось. Наоборот, сначала навалилась неестественная апатия и усталость: вдруг стало все равно, что случится со мной сейчас, через день и через несколько лет. Лежать бы вот так все время, спокойно, неподвижно, ощущать на разгоряченном лбу прохладу, а рядом с собой – человеческое тепло.
   Я протянул руку к голове и наткнулся пальцами на мокрую ткань. Похоже, кто-то смочил водой тряпицу и положил мне на лоб.
   Кира!
   Проклятье! Что она видела?! Там, у мамы Коуди, во время приступов меня удерживали сталкеры, охотники, рейдеры – люди опытные, всякого навидавшиеся. И потому не очень-то пугливые.
   А она что подумала?
   Гребаный имплантат! Ведь я ни хрена не знаю, как он работает! Не знаю, когда и почему он снова даст сбой, от которого я опять стану неуправляемым безумцем.
   Ничего я не знаю.
   Пока ясно только одно – имплантат не переваривает некоторые боевые стимуляторы и заживляющие препараты с нейроэффектами. Потому я и лечился так долго у мамы Коуди – только пластиком, никакой химии. Попытки подкормиться регенераторами немедленно оборачивались такими же приступами.
   Значит, и культары тоже. Неприятное открытие… Да и фотоимпульсная вспышка в глаза – тоже не подарок. Кто его знает, железяку долбаную, на чем его заклинило!
   Я повернул голову и тут же натолкнулся на испуганный взгляд Киры. Глаза у нее были величиной с пару медяков.
   – Ты в порядке? – дрожащим голосом спросила она.
   – Почти, – я глянул в КПК. Анализатор состояния оценивал повреждения как «средние, не опасные для здоровья», но советовал не злоупотреблять нагрузками, иначе возможны «болезненные реакции, замедление передвижения».
   Мать его, дермовый казенный язык! То есть ходить я могу, но далеко и недолго – так, что ли? Рана вроде затянулась, кровь не идет, боли нет.
   Значит, культар таки сработал. И то хлеб.
   Земля вокруг меня была изрыта, как будто рядом топтался не один десяток богомолов. Ладони саднили, из кровоточащих порезов торчали небольшие кусочки прозрачного пластика. Вот, значит, что я сжимал в руке. Не пистолет, а пустую ампулу, хрупкую, как крысиные косточки.
   Подтянув к себе рюкзак торговца, я ощупал боковые карманы в поисках аптечки. Ну точно, вот она. Смазал йодом порезы, вскрыл бинт, аккуратно замотал ногу свободной повязкой – по-сталкерски, как учили.
   Кира медленно приходила в себя.
   – Что… что это было?
   Я замялся. Сделал вид, что занят повязкой, потом – что приводил в порядок одежду. Но ответить все-таки пришлось.
   – А-а, ерунда. Побочные эффекты.
   Кира осторожно подняла с земли упаковку с культарками и, держа двумя пальцами на вытянутой руке, словно кокон арахнида, быстро сунула ее в рюкзак торговца.
   – И так каждый раз?
   Я поднялся, попробовал наступить на простреленную ногу. Она онемела и почти не сгибалась, зато никакой боли – лишь немного тянуло под кожей. Вот и отлично. Теперь можно спокойно опираться на нее всей тяжестью, а при известной сноровке – даже ходить.
   – Нет, только у меня, – сказал я и, отвечая на невысказанный вопрос, добавил: – Ты тут не одна с секретом.
   Кира насупилась.
   – Может, ты все-таки объяснишь? Я тебе все рассказала, а ты!..
   «Да, пожалуйста. От меня не убудет. Только зачем они тебе, мои проблемы?»
   – Как действует культар, я знаю. Меня учили. И ни о каких побочных ужасах не рассказывали. Андрей, объясни, пожалуйста.
   – Хорошо. Смотри.
   Я передернул затвор «ПМ», подхватил с земли три куска песчаника и швырнул их в небо. Проводил стволом первый и трижды нажал на спуск.
   Грохот выстрелов, как всегда при такой стрельбе, слился в один.
   Все три камня разлетелись на куски. Сверху посыпался песок.
   – Ух, ты! – Кира восхищенно смотрела на меня. – Здорово! Ты отлично стреляешь! Просто молодец!
   Я тона не принял. Ответил с мрачной миной:
   – Это не я молодец. Имплантат. Сидит у меня в голове и помогает палить во все, что движется. Прицел на глазу видела?
   – Да-а…
   – Из той же обоймы штуковина, бесплатное приложение. Откуда у меня вся эта красота взялась – не спрашивай, не скажу. Главное, что работает, и работает неплохо. Но иногда сбоит. Отчего, почему, я пока точно не знаю. На химию с нейростимуляторами почему-то реагирует, на регенератор или вот на культары, как теперь выясняется. Так что, – я улыбнулся, – придется лечиться у тебя? Не откажешь?
   – Нет, – ответила она совершенно серьезно.
   – Вот и отлично. Тогда будем собираться. Отведу тебя в Оазис, там сейчас тихо. Дождешься большого каравана в Москву или к полиции напросишься.
   Кира кивала. Но видно было, что она меня не слушает, погрузившись целиком в свои мысли.
   – У тебя деньги-то есть? – спросил я.
   – А? Что? Да… немного осталось.
   – Немного – это сколько?
   – Семнадцать монет, – гордо сказала она.
   – Этого даже на дорогу не хватит, не говоря уж о портале. Я понимаю, бестактно спрашивать об этом девушку, но… Кира, сколько ты весишь?
   Она, естественно, немедленно покраснела и завертелась на месте, осматривая себя.
   – А что? Я ужасно толстая, да?
   – Нет, – хмыкнул я. – Просто в порталах оплату транспортировки считают по весу. Сколько в тебе? Пятьдесят?
   – Сорок восемь! – она даже ногой топнула от возмущения.
   – Это все равно.
   – Нет, не все! На целых два килограмма меньше!
   Полтора часа назад эта девочка была в шаге от смерти и трепетала в руках подонка с ножом, а сейчас спорит о какой-то ерунде. Счастливая. Мне бы научиться так быстро забывать все плохое.
   – Плата за полные десять кило, так что возьмут как за пятьдесят. Да еще снаряжение, одежда. Ладно, с деньгами что-нибудь придумаем. Пошли.
   Кира подняла с земли фонарь, побежала за мной. Догнала – что было не трудно, – ухватила за руку и спросила:
   – Мы… к ним идем? Да?
   – Если хочешь, можешь не ходить. Надо похоронить убитых. Собрать оружие, снаряжение – все, что можно продать. Я один справлюсь.
   – Нет, – сказала она твердо, – ты же ранен. Я буду помогать.
   Провозились мы долго, часа три, наверное. Первым делом двумя старательскими кирками вырыли могилы для погибших. Обливаясь потом, перетащили всех шестерых – я со своей ногой ковылял еле-еле, поэтому большая часть работы пришлась на долю Киры.
   Она не скулила. Хотя и побледнела до синевы – смотреть страшно. Раньше ей точно не доводилось носить на руках мертвецов.
   Завалили могилы землей, а Кира, стирая руки в кровь, натаскала по моему совету камней поверх насыпных холмиков. Чтоб динго не разрыли.
   А пока она возилась с ними, я взял кирку и снова врубился в землю, шагах в ста от последнего пристанища шахтеров. Нога мне почти не мешала, разве что напоминала иногда непривычной тяжестью: эй, там, наверху, ты не забыл, что во мне пуля сидит?
   Закончив свою работу, Кира подошла ко мне.
   – А это зачем? Тех… ну, других… хоронить?
   «Мародеров не хоронят, девочка».
   – Они этого не заслужили.
   – Почему? Потому что воры, да?
   – Нет, не поэтому. Корсары… у-ух… – тоже воры и грабители, но их хоронят, и притом с почестями. Те же… у-ух… рейнджеры и сталкеры, которые бьются с ними до последнего. Потому что корсары враги, а врага можно… у-ух… уважать. Особенно сильного и умелого.
   Я с ненавистью рубил землю. Кира молча ждала продолжения.
   – А эти, они шакалы. Стервятники. Трупоеды. Зачем оставлять о них хоть какую-то память?
   Она не возражала. Видимо, этот негласный закон пустошей не вступил в противоречие с ее этикой. Но любопытство не давало покоя.
   – Зачем же тогда яма?
   – Старательский груз закопаем. Помоги дотащить.
   Странно, но она ничего не сказала, а я уже ждал очередных обвинений в мародерстве. Нет, Кира без лишних слов взялась за ближайший мешок. По-моему, Иксмена. Пока мы пыхтели, подтягивая груз к яме, я объяснял:
   – У старателей есть нечто вроде законов чести – Кодекс Шахт. Он хоть и неофициальный, но действенный, за исполнением следит не столько охрана, сколько людская молва. Нарушившему закон под землю лучше не спускаться. А если доведется мастеру оступиться – ему и подавно больше веры не будет.
   – Правильно! – Кира на минуту остановилась, вытерла пот, устало привалилась к мешку.
   – Не думай, что все так радужно. Подонки есть везде. Но я знаю в Оазисе одного настоящего, – я выделил голосом, – мастера. Мы скажем ему, где лежит груз погибших сегодня парней. Он пошлет своих, товар откопают и доставят в город. Если не найдут наследников – продадут, а деньги положат в фонд помощи. На пенсии семьям тех, кто так и не вышел из шахты, на оружие и снаряжение для новичков.
   Глаза Киры загорелись.
   – Ты молодец, Андрей! Так и сделаем! А… а он не возьмет деньги себе? Твой мастер?
   – Не возьмет. Все равно дознаются. И не быть ему тогда мастером. Ни на одной шахте, даже за сто переходов отсюда.
   Мы плотно утрамбовали мешки. Прежде чем засыпать, я вынул из кармана одного из них серебристый тюбик метчика. Отвернул крышку, выдавил пасту и крест-накрест пометил наш схрон.
   – Заваливай! – я махнул Кире рукой.
   Конечно, она не утерпела.
   – А что ты сделал?
   – Обозначил место радиоактивной пастой: ею старатели новые забои столбят и проходы размечают. Счетчиком Гейгера потом найти – раз плюнуть.
   Пока Кира прилежно маскировала схрон какими-то веточками, я собрал оружие. «ППШ», разболтанные рабочие лошадки старателей, поставил рядом с камнем. В реальном бою толку от них ноль, а для крыс 72 патрона в дисковом магазине – сюрприз неприятный. Ребятам Дигмана пригодятся. «АКМ» Смазчика, к сожалению, оказался испорчен. То ли задело в перестрелке, то ли ствольную коробку сорвало от падения. Автомат вообще выглядел изрядно поношенным, за такой много не выручишь, только лишний груз протаскаешь. Пусть Том разбирается, если охота, может, есть у него умельцы, починят.
   А вот «ХМ8 Компакт» Скинни оказался в приличном состоянии, да еще с подствольником – монет на триста скупщики всяко разорятся. «СВД» я навьючил на себя. Полезная вещь в пустыне, незачем такими подарками разбрасываться.
   С поясов Грува и Скинни я снял две рации (шестеркам они, судя по всему, не полагались, или не успели скопить еще). Код скремблера, конечно, так спроста не подберешь, но кто сказал, что он вообще нужен? Я выворотил кодирующие модули, размахнулся и закинул далеко в сторону. В Оазисе поставлю новые, все будет работать на ура.
   Денег у всех четверых с собой не оказалось. Зато в КПК у Грува торчал чудесный модуль электронного увеличителя. Ну, понятно, снайперу без бинокля никак. А раз он ему больше не нужен, пристрою себе.
   КПК с радостью заглотнул апгрейд, прогнал тесты и остался доволен:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация