А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Война 2033. Пепел обетованный" (страница 18)

   – Хватит. Надо идти. Мы и так уже слишком долго здесь светимся.
   Она обиженно замолчала, но спорить не стала. Понимала, наверное, что я прав.
   И что характерно, Кира так и не спросила меня, в какой стороне Вавилон.
   С глаз долой – из сердца вон? Если б все так просто… Ты будешь долго пытаться забыть свой прежний дом, девочка, только он еще не раз напомнит о себе.

   Еще через два перехода унылый коричневатый такыр сменился зеленью. Не сразу, конечно – сначала то тут, то там появлялись редкие островки пожухлой или высохшей травы. Потом ростки начали понемногу зеленеть, сухая паутина глиняных чешуек уступила место еще такой же сухой, но все же настоящей земле.
   А потом, когда восток полыхнул чистым красным заревом, мы с Кирой даже остановились от неожиданности. В ночной темноте мы не заметили, как редкие островки степного бурьяна разрастались и разрастались, пока не превратились в бесконечный зеленый ковер.
   Земля парила на солнце. Вкусно пахло свежей травой.
   И уже виднелись на горизонте первые деревья.
   – Москва рядом, – сказал я.
   Кира с гиканьем бросилась мне на шею, расцеловала в обе щеки, а потом скинула рюкзак и повалилась на землю.
   – Зеленая!! Андрей, она ВСЯ зеленая!
   Привлеченный дикими криками хозяйки на свет выбрался Тикки. С огромным недоумением обнюхал все вокруг, даже попробовал пару былинок на вкус. Чихнул и улегся прямо на траву, нервно подергивая хвостом. Наверное, ему, истинному пустыннику, зелень не понравилась.
   И тут только я сообразил, что Кира, наверное, никогда не видела столько настоящих растений. Вавилон стоит в самом сердце пустошей, а больше она нигде и не бывала. Да, конечно, вокруг Оазиса много небольших озер с буйными зарослями, есть даже несколько деревьев и пальм в самом городе… но чтобы вот так – бесконечное поле ЖИВОЙ травы от горизонта до горизонта – точно не видела.
   Потом, во время стоянки в заброшенной норе какой-то степной твари, она долго не могла заснуть. Специально попросилась на место у самого входа, чтобы «нюхать траву». Я посмеялся про себя, но разрешил. Добавил только:
   – Траву обычно курят или ей пыхают. Нюхают кое-что другое.
   Она, конечно, не поняла. Зато полдня ворочалась с боку на бок, вздыхала и даже, по-моему, немного поплакала. Когда пришло время мне спать, а Кире вставать на стражу, она села в проходе и долго смотрела вперед. Потом сказала:
   – Как здесь красиво!
   В этот момент я заканчивал чистить «СВД» и собирался уже укладываться. Не люблю засыпать в походе раньше, чем приведу в порядок оружие. Мало ли как придется проснуться.
   Кира оглянулась, и я поразился, как сияют ее глаза в полутьме. Вот как оно бывает: то, что для тебя привычно и обыденно, для кого-то может стать самым настоящим чудом.
   – Подожди, – я подмигнул, – еще и не такое увидишь.
   Честно признаюсь, ничего конкретного я тогда в виду не имел. Просто подумал, что раз уж чахлые травинки вызвали такую бурю эмоций, что дальше-то будет? Но Кира почему-то решила, что я опять заготовил для нее сюрприз, и все последующие дни донимала расспросами. Ответ «да просто к слову сказал, здесь вообще места очень красивые» она с негодованием отвергала. Даже деревья, а то и целые перелески, не могли затмить неведомого чуда, которое якобы грозился показать хитрюга Андреналин. Нет, она, конечно, восторгалась зеленью, а на один крепкий с виду дуб попыталась залезть. Еле успел отговорить: радиация уродует растения не хуже животных, только внешне это не всегда заметно. Был у меня случай, когда мы с Силь решили устроить под деревом привал, а оно от первого прикосновения рассыпалось в труху. Один сталкер рассказывал, как чуть не лишился пальцев, когда вздумал потрогать листья вполне мирной осины. К его ужасу они оказались жесткими и острыми, как бритва.
   Кире я ничего говорить не стал – надо идти, мол, времени нет на баловство и игры. Она, конечно, на полчаса обиделась, тут уж ничего сделать было нельзя, да и привык я уже. Но когда оттаяла, снова начала требовать сюрприз.
   Пришлось пораскинуть мозгами. И к концу следующего перехода, ближе к утру я (сама таинственность!) невозмутимо сказал:
   – Сегодня тебя ждет большой привал. И бо-о-ольшая неожиданность.
   – Вот, я так и знала! Все бы тебе секретничать! Насколько я понимаю, мистер Андреналин, что именно за неожиданность меня ждет, ты все равно не расскажешь, так? Ладно, пусть будет сюрприз. Но почему большой привал? Я не устала.
   – Успеешь еще устать. Зато отдыхать будем знатно – весь день и всю ночь. Выйдем с рассветом.
   Кира быстро догадалась.
   – Пустыня кончилась, да? Теперь можно идти днем?
   – Правильно. Да и нарываться не стоит. Чем ближе к куполу, тем опаснее ходить ночью, а у Москвы тем более. Мародеры здесь кишмя кишат.
   Она сразу же притихла, и все оставшееся до привала время испуганно глядела по сторонам. И, естественно, забыла об обещанном сюрпризе. Поэтому, когда я пропустил Киру вперед, положил ладони на плечи, развернул в нужную сторону и сказал:
   – Ну, смотри. Вот твой сюрприз, – она от неожиданности даже пискнула что-то среднее между «ой!» и «ух».
   Да, такое зрелище мало кого оставит равнодушным.
   Изумрудное поле свежей зелени серебрилось росой в розовой рассветной дымке. У самой земли стелился плотный туман, чуть выше дрожало неясное марево, и казалось, что стволы деревьев корчатся от сырости и холода.
   Но все это буйство красок выглядело лишь фоном для мрачного темного остова, проступавшего из-за дымки неясными очертаниями.
   Кира зачарованно сделала несколько шагов вперед.
   Я хотел задержать – не стоит ей входить первой, но она и сама сразу же остановилась. Он показался весь целиком: старый, разрушенный взрывами и временем завод. Зеленые побеги уже вовсю резвились на пенобетонных панелях, корни деревьев вспучили и растрескали плиты подъездных путей, но над буйством природы все еще нависали стальными громадами два гигантских газгольдера. На правом зияла дыра с рваными краями, левый когда-то изрешетили осколки. Обоих густо покрывал слой ржавчины.
   Пахло мокрым металлом и неизвестностью.
   – А… а он… оно… пустое? – прошептала Кира.
   – Сейчас посмотрим, – в тон ей зашипел я и вытащил смарт.
   Вряд ли кто серьезный засел внутри, разве что такие же путники из нашей сталкерской братии. А уж с ними я всегда договорюсь.
   Но проверить, конечно, стоило.
   Я спрятал Киру за деревом и наказал слушать рацию, а сам осторожно пробрался внутрь через выломанную панель в стене. Когда-то здесь стояла охранная башня с автоматической турелью, потом она сдохла, и некий хозяйственный умелец расковырял ее на запчасти.
   Под ногами хрустела бетонная крошка, чавкала влажная ржавая грязь – даже когда завод окончательно рухнет, на земле под ним долго еще не взойдет ни одного ростка: почва на несколько метров пропиталась солями металлов, химией, человеком.
   В цеха я забираться не стал. Судя по чудовищной мешанине искореженных балок, проводов, вывернутых наизнанку станков и транспортеров, живым там делать нечего. Конечно, наш брат сталкер потихоньку таскает отсюда металл на продажу, но ночевать в здравом уме не станет. Того и гляди, свалится на голову какое-нибудь ржавье весом в пару тонн и похоронит к ядреной матери.
   В административном корпусе разрухи, казалось, было поменьше. Впрочем, все сколько-нибудь ценное отсюда давно вывезли, столы-стулья-сейфы – это же не станки в сотню пудов, приваренные к полу. Пыльная лестница была едва ли не до потолка завалена бесполезным хламом. То ли бывшие хозяева так намусорили при эвакуации, то ли мародеры потом, когда грабили остатки.
   Я не знал, что здесь случилось. Честно говоря, никогда не интересовался. Но в общих чертах догадывался. Таких производственных трупов в окрестностях столичного купола – навалом, чуть ли не по штуке на квадратный километр. У Москвы всегда кто-то с кем-то воюет. Наверное, маленький клан ввязался в драку на стороне больших дядей, только не на той, к сожалению: могучие союзники проиграли. В итоге кланчик оттеснили от собственной недвижимости, хорошо если вообще не истребили. А потом, когда от времени вышла из строя охранная система завода и встали сборочные линии, склад взломали, вынесли ценное сырье и движимое имущество, а здание подорвали.
   «Жаль, что мне не довелось оказаться здесь в тот момент, – подумал я мельком. – Ресурсов бы на всю жизнь вперед набрал. Хотя… наверняка и без меня желающих нашлось достаточно».
   На втором этаже заводоуправления я быстро обыскал все помещения, не слишком рассчитывая кого-то найти – просто выбирал комнату почище, без груд хлама и гниющих отбросов. Не без труда, но все же нашел.
   Притянул к губам шарик микрофона, тихо сказал:
   – Кира, все чисто. Заходи.
   Я встретил ее на пороге и, поймав восторженный взгляд, понял, что угодил наконец. Такого жуткого и завораживающего зрелища она и не думала увидеть в своей прежней вавилонской жизни. Эх, жаль, прижали нас у кольцевого заслона тогда! А то бы обязательно показал Кире разрушенный портал. И сводил бы к разбомбленной танковой колонне, легендарной кормилице сталкеров. Вот тогда точно наудивлялась бы до печенок.
   Конечно, она сразу же потребовала экскурсию. И не успел я ничего возразить (сказать по правде, я даже не собирался), как Кира ткнула меня кулачком в плечо и раздельно проговорила:
   – Я. Хочу. Все. Посмотреть.
   С трудом, но я все же подавил смешок. Прямо как пресловутая Сара, холодный искусственный интеллект – предводительница роботов из детских страшилок. Та тоже, если верить слухам, говорит резаными фразами. По легенде, у нее проблемы с речевым блоком.
   – Пожалуйста, – добавила Кира и взяла меня за руку. – Пойдем?
   Не скажу, что я прямо так и растаял, но на сердце потеплело. Сколько у нее, бедной, развлечений в этом походе? Минус сто? То головорезы, то монстры, то роботы… Погони, стрельба, страхи и тяжелые переходы. Да и я постоянно ору на нее, заставляю экономить воду, идти, когда силы на пределе. И глазом своим посверкиваю с прицельными засечками на зрачке. Единственный на весь мир друг – и тот больной на всю голову.
   – Только для тебя и только сегодня. Бесплатная экскурсия по развалинам таинственного завода.
   Долго мы не ходили, хоть я и боялся, что проторчим в цехах и на сборочном конвейере весь день. Но Кира быстро заскучала: чего там смотреть, в самом деле, кругом одна и та же ржавая железная круговерть. Ногу сломать – раз плюнуть.
   Во дворе, в ворохе пузырящейся краски, что отваливалась целыми кусками, как кожа при радиационных ожогах, ржавели остовы погрузчиков. Моторы, сервоприводы, электронику с них давным-давно сняли, остались только неприлично обнаженные скелеты. На складе, как я и предполагал, в свое время хорошо повоевали – мародеры делили ресурсы или охранные автоматы бились из последних сил. Изрешеченные стены давно прогнили, а воронки от подствольных гранат затянула черная жижа. В заводоуправлении Кира внимательно осмотрела три комнаты, в еще две заглянула, остальные даже не стала открывать. Чувствуется, атмосфера тотального запустения приелась и ей.
   «Ценных» трофеев мы добыли немного: помятый рожок от «АКМС», несколько стреляных гильз, изорванный рулон стекловаты и прокисшую от влаги, покрытую плесенью и грибком пустую аптечку. Еще одну находку – мумифицированный труп в армейском х/б я благоразумно от Киры скрыл. Лежит себе и лежит, каши не просит.
   В выбранной комнате мы расчистили ближний к окну угол, постелили на пол пару относительно целых кусков стекловаты. Получилась вполне человеческая лежанка. Кира отпросилась на улицу, где сначала пропала на пару минут, а потом долго бегала по траве, размахивая белым полотнищем. Как оказалось – собирала росу на сменную футболку. Я смотрел из окна, как она двигается, наклоняется к земле, становится на колени, и улыбался неизвестно чему.
   Силь бы меня поняла.
   Собирать росу во фляжки я не разрешил.
   – Почему?
   – Обойдемся пока своими запасами, неизвестно, какой здесь фон. Но умываться вполне можно, так что не стесняйся.
   Первым делом Кира оттерла физиономию мне, приговаривая, что таких небритых грязнуль в город не пускают.
   – Ты еще не видела сталкеров после трехмесячного похода! Вот где красавчики.
   – Не сомневаюсь. Но ты у меня должен быть чистый и красивый.
   А, вот как! Уже «у меня». Быстро же нас, мужиков, прибирают к рукам.
   Потом она вдруг покраснела и тихим голосом попросила:
   – Отвернись, пожалуйста. Я хочу обтереться… до пояса.
   – Пфф. – Я с самым невинным видом пожал плечами, хотя не могу, не покривив душой, сказать, что ее слова не включили мое воображение. Грудь такой идеальной формы стоит того, чтобы ею любовались. – Я тогда спать лягу. Носом к стенке, чтобы тебя не смущать.
   Вымотался я. Как и в день гекатомбы Шакалов, стоило мне поудобнее устроиться на мягких рулонах и отвлечься от таинственного шуршания за спиной, я моментально заснул. Накопившаяся усталость выключила меня из мира. Я потух, словно КПК со снятой батареей.
   А когда проснулся, было темно. И тихо, лишь где-то далеко, на пределе слышимости трещала какая-то ночная тварь. Цикады, наверное. Правда, в здешних местах цикады такие, что лучше ночью с ними не встречаться.
   Совсем рядом, чуть ли не мне в ухо спокойно сопела Кира. Умаялась стоять на часах, да и прикорнула рядом с лежебокой Андреналином. От ее тела шло успокаивающее тепло, рука лежала поперек моей груди – наверное, чтоб не убежал.
   Стоило мне чуть-чуть пошевелиться, как Кира тут же вздрогнула, обхватила посильнее и прижалась к моему боку. И даже что-то пробормотала во сне. Словно ребенок, у которого вдруг решили отнять любимого плюшевого мишку.

   Дорожная сеть у Новой Москвы
   Локальные координаты 122006
   Заброшенная частная дорога
   Локальные координаты 121906
   Кира спала, свернувшись, словно котенок, и снилось ей явно что-то хорошее, потому что иногда она улыбалась. Я осторожно, стараясь не разбудить ее резким движением или шумом, освободился. В руках Киры осталась только куртка.
   Она что-то невнятно пробормотала и уткнулась лицом в плотную ткань.
   М-да. Знал бы заранее, хотя бы постирал.
   «Нет в тебе романтики, брат Андреналин! О чем думаешь?!»
   А о чем мне еще думать, когда я сижу на корточках над мирно посапывающей девушкой, и всю мою душу переполняет нежность? Когда хочется подхватить ее на руки, поцеловать, обнять крепко… Будить только жаль, устала ведь за день.
   Да какое там обнять!
   В облегающей рубашке и коротких шортах, с поджатыми босыми ногами, с косичкой, утонувшей под воротом, Кира выглядела настолько соблазнительной, что я с трудом сдерживался.
   Наверное, внутренний голос должен был нашептывать мне что-то вроде: «Ну, что же ты! Не зевай! Она в твоей власти! Она всем тебе обязана…», а я – вести с ним тяжелую внутреннюю борьбу. Так обычно рассказывают в узком мужском кругу, после десятой кружки.
   Но внутренний голос молчал. Высказался насчет романтики и затих. И боролся я не с ним, а с дыханием, которое вдруг стало хриплым и прерывистым. Кровь бросилась мне в лицо, зашумела в ушах. Мельком я подумал, что Кире сейчас лучше не просыпаться – прицел на зрачке наверняка уже светится.
   Третий месяц без женщины. Даже для сталкера тот еще рекорд.
   А Кира со своими заморочками любого мужика с ума сведет, даже вполне удовлетворенного.
   «Отвернись, я оботрусь». «Ой, я что-то замерзла, можно об тебя согреться?»
   Или приподнимется на цыпочках, потянется, как игривая кошка, словно и не замечая, как натянулась на груди армейская гимнастерка. Сил нет терпеть.
   Я приподнялся, перешагнул через Киру и вышел в коридор. Спустился на пролет ниже и саданул кулаком в стену что было сил.
   И еще раз. Еще. Бил, пока не расшиб костяшки в кровь.
   Не полегчало, но, по крайней мере, боль меня отрезвила. Лицо перестало гореть, дыхание более-менее выровнялось.
   Наверное, это не большой подвиг… и все же так правильно. Не знаю уж, что там было у Киры в Вавилоне, кого она там оставила и как жила. Не знаю. Может, она привыкла ко всему и отреагировала бы спокойно. Или сама только и мечтает о том же, недоумевая, когда рохля Андреналин наконец сообразит.
   А если нет? Вдруг – слезы, истерика, страх? Как я могу сделать ей больно, напугать ее, если поклялся защищать? Пусть мысленно.
   Но поклялся я памятью Силь. Еще тогда, на парапете портала в «сотой» промзоне.
   Да и воспользоваться доверием девушки, у которой нет других защитников в этом мире, кроме тебя, – подло. И можно потом сколько угодно оправдываться, что мир жесток, что обычно именно так все и поступают, только совесть не заглушишь.
   Если она у тебя есть, конечно.
   Когда я вернулся в комнату, Кира все так же спала. Совершенно безмятежно. Разве что еще крепче обняла мою куртку и даже закинула ногу на нее. Чтобы Андреналин уж точно никуда не ушел.
   Повезло куртке-то. Не то что ее хозяину.
   Я примостился у окна, откинул, стараясь не скрипнуть петлями, проржавевший каркас бронещитка, чтобы меня нельзя было разглядеть снаружи. На всякий случай положил рядом смарт и стал смотреть на Киру.
   За окном царило спокойствие, ни движения, ни подозрительного шума. Крикливые ночные твари обходили завод стороной. Только цикады, не видимые в полутьме, по-прежнему скрежетали. Когда они затихали, я подбирался, ожидая незваных гостей, высматривал, не мелькнет ли где подозрительная тень. Но тут насекомые снова затевали свой концерт – на час, на два, до следующей паузы.
   Ближе к утру завозился Тикки. Выполз из-под накидки, приковылял ко мне. Он вообще вел себя довольно странно для хладнокровной твари. Спал и ел в любое время, обычно вместе с людьми. Может, привык к нашему распорядку, а может, ментальная связь накладывала свой отпечаток. Но, как бы то ни было, ночные холода все равно делали его вялым и сонным. Вот и сейчас он с трудом перебрался через свернутую стекловату, дополз до меня и сразу же прижался к ноге. К человеческому теплу. Не знаю уж, почему он не остался рядом с Кирой, под курткой. Правда, она как-то рассказывала, что бедный геккон с трудом переносит сны, особенно кошмары. Ящерка находится в пси-контакте с хозяйкой и, естественно, чувствует ее эмоции и переживания. И не понимает, почему та спокойно лежит, не спасается, никуда не бежит сломя голову, а сознание меж тем транслирует безотчетный страх и даже панику.
   Я поднял геккона с пола, посадил рядом с собой, на подоконник, накрыл Кириной футболкой. Заодно совершенно некстати представил, как она прошлым вечером обтиралась за моей спиной.
   Тикки зашуршал под тканью. Наверное, уловил ход моих мыслей и сурово осудил непочтительного к хозяйке Андреналина.
   – Ну, прости, – прошептал я. – Больше не буду.
   Еще долгих, бесконечно долгих четыре часа продолжалась моя вахта. И только когда на востоке заалел нижний край горизонта, Кира пошевелилась и, по-моему, даже мурлыкнула. Открыла глаза, увидела, что обнимает лишь куртку, испугалась и, приподнявшись на локтях, сонным взглядом уставилась на меня.
   – С добрым утром! – сказал я. – А также с добрым вечером и доброй ночью!
   Она зевнула, изящно прикрыв рот ладошкой.
   – А-ах… Я разве долго спала? Мне показалось, что совсем чуть-чуть.
   – Какое там чуть-чуть! Ты у нас соня из сонь. Даже Тикки и тот давно проснулся.
   – Ой. И ты меня не разбудил? Стоял на страже, пока я тут дрыхла? Ну, зачем, Андрей?! Ты же устал, наверное. А я бы и за полночи выспалась…
   – Не переживай, все нормально. Я тоже хорошо отдохнул, – не удержался и добавил: – Пока ты меня охраняла.
   Кира поникла.
   – Я заснула, да?
   – Ага, у меня под боком. Знаешь, как сложно было вылезти, чтобы тебя не разбудить?
   – Ну… понимаешь… когда стемнело, мне стало страшно. Я не видела тебя и все время боялась, что ты исчезнешь. Вот и села рядом. И… и незаметно заснула.
   – Боец! – Я грозно посмотрел на нее. – Встать! Смирно!
   Ничего не понимая, Кира испуганно прижала руки к груди, потом, подчиняясь моему взгляду, поднялась, вытянула руки по швам.
   Сонная, с растрепанной косичкой, босая, она смотрелась так нелепо в помятой армейской гимнастерке и в солдафонской позе, что я едва не рассмеялся.
   – За самовольное оставление поста – три наряда вне очереди!
   Слава куполу, она поняла игру.
   – Есть, сэр! Разрешите исполнять, сэр! А… а что надо делать?
   Тут уж я не удержался – прыснул. Кира тоже хихикнула.
   – Умойся, приготовь завтрак. Этого вот, – я вытащил из-под футболки упирающегося Тикки, – господина накорми.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация