А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Война 2033. Пепел обетованный" (страница 16)

   – Идем быстрее! – сказал я и прибавил шагу, надеясь миновать опасный район.
   Кира поспешила за мной.
   – Роботы – это механоиды, да? Мне говорили, что они воюют против заслонов.
   – Угу, – мрачно согласился я. – Только солнце напекло им голову, и тебя от стича они не отличат. За милую душу поджарят обоих.
   – Но я слышала…
   – Кира! Сейчас только не спорь! Береги дыхание!
   Механоиды догнали нас через час. Сначала из-за цепочки барханов на юге донесся мерный грохочущий лязг. И он приближался.
   Кира испуганно глядела на меня. Я прижал палец к губам.
   – Тихо!
   Присел под гребнем дюны, махнул рукой: сюда, мол. Кира упала рядом, прижалась к моему плечу. Я дважды саданул прикладом «СВД» в нависающий край, обрушив на нас целую кучу нагретого на солнце песка. Пусть теперь соображают своими куцыми мозгами, что там так светится в инфракрасном диапазоне.
   Кира чихнула и энергично взялась вытряхивать песчинки из волос. Я едва успел ее остановить:
   – Лежи и не шевелись, что бы ни случилось. У этих гадов очень чуткие сенсоры.
   Они выползли на всеобщее обозрение минут через десять. Как я и думал – четыре лазерных Р2-Д2 двигались выпуклым полукругом, максимально расширяя сектор обстрела. Следом шлепал широкими гусеницами ракетный М4. Координатор Д104 замыкал ровный и где-то даже красивый строй, поблескивая зеленоватыми пластинами корпуса. У остальных машин краска потускнела и истерлась, на броне змеились наспех заделанные трещины, чернели гаревые кляксы прямых попаданий. Последним ковылял ремонтник Р2-Р3 – именно у него оказались поврежденные траки, от чего машина с трудом удерживала строй. Ну, понятно, сам себя он, бедняга, чинить не может, точно как в древней присказке про сапожника.
   Гусеницы подминали песок, лазерные и ракетные турели щупали воздух, словно чуткие носы сторожевых крашеров. Механоиды попискивали электронным кодом, обмениваясь данными между собой.
   Вдруг Кира больно ткнула меня в бок:
   – Ты что? Не смей!!
   Ответить я не смог – в голове загудело.
   – У тебя прицел, Андрей! Не надо! Пожалуйста!
   Увидев перекрестье в зрачках, она все поняла раньше меня, не зря я, видно, столько рассказывал ей про имплантат. Она даже попыталась меня удержать. По-моему, я с силой вывернулся из ее рук и даже оттолкнул. Кира схватила меня за локоть.
   – Я прошу тебя!
   Тщетно. Роботы зудели электронным кодом, и этот зуд отдавался в мозгу нестерпимым грохотом. Словно у меня под черепом внезапно заработал кузнечный пресс.
   Не возьмусь утверждать, что в какой-то момент в башке щелкнуло. Может, и так, но за нарастающим ритмом гулких ударов я ничего не услышал.
   Кто-то просто сказал мне:
   – Иди! – и я пошел.
   Стряхнул с себя песок, передернул затвор «СВД» и выскочил из укрытия.

   Пустыня в окрестностях кольцевого заслона
   Локальные координаты неизвестны
   Первый уровень концентрического заслона у начала дороги на Новую Москву
   Локальные координаты неизвестны
   Механоидов не упрекнешь в нерасторопности – они заметили меня сразу. Ближайший Р2-Д2 сразу же развернул в мою сторону лазерную турель. Тройная точка целеуказателя запрыгала по одежде.
   Не знаю, почему они не стреляли. Обычно роботы бьют не раздумывая по всему, что движется. И в то, что уже не движется, иногда тоже. Наверное, непонятная железка в моей голове сбила их с толку. Может, сигналы какие передавала. Не знаю.
   Я вообще почти ничего не знаю про этот проклятый имплантат. Много позже, обдумывая случившееся, я так и не решил, что же меня спасло. И заодно уж – что толкнуло на безумную до идиотизма атаку. В очередной раз хренов чип преподнес мне сюрприз.
   Клянусь, я отдал бы все, лишь бы кто-нибудь выдрал дерьмовую штуковину у меня из черепа. И стич с ней, с меткостью. Раньше как-то и без микросхем в башке неплохо справлялся. Вреда от имплантата не меньше, чем пользы – зачем он такой сдался?
   Но это все было потом. А в тот момент я стоял в двадцати метрах от развернувшихся в мою сторону механоидов и сжимал в руках «СВД». Прикладом вверх, как топор, словно я хотел раздолбать металлических уродов в рукопашной.
   Внутренний голос кричал: «Стой, дурак! Что ты делаешь!», – но я его почти не слышал. Так, нудело что-то в самом дальнем уголке сознания. Большую же часть меня занимала ненависть. Я ненавидел механоидов до судорог, до потемнения в глазах. По-моему, я даже рычал на них и выкрикивал бессвязные угрозы. А когда из-за нарастающей активности их переговоров – наверное, обсуждали, не пора ли уже меня наконец пристрелить – гул в голове усиливался, я, задыхаясь от бешенства, шагал вперед. Раз, другой, пока меня снова не останавливали голодные до цели лазерные точки.
   Не знаю, чем бы все закончилось. Но для меня – точно плачевно. Но тут, совершенно неожиданно, ожило радио:
   – Андрей! Вернись! Пожалуйста, вернись… Я тебя очень прошу.
   Кира повторяла одни и те же слова раз за разом. Сквозь слезы, которые душили ее, сквозь рвущиеся наружу рыдания.
   – Вернись, Андрей… я не хочу, чтобы ты уходил. Не бросай меня.
   Чип в башке толкал меня вперед, а знакомый, но какой-то далекий голос в наушниках тянул назад. Несколько минут я стоял на месте, раскачиваясь, словно выпивоха-старатель на выходе из бара. Ноги почему-то перестали слушаться, подкосились, и я упал на колени.
   Наверное, это меня и спасло.
   Над головой разом простригли воздух три или четыре лазерных луча.
   Радио взорвалось:
   – Ан-дреееееей!!!
   Я ткнулся головой в песок, стараясь заглушить буйство голосов в мозгу. Тот, непонятный и неслышный, что так убедительно сказал мне «иди», все еще пытался что-то нашептывать, а второй кричал, надрываясь:
   – Что случилось?! Ты живой? Андрей, отвечай!! Ответь… пожалуйста… ответь мне!
   И вдруг появился третий. Грубый мужской голос, почти без интонаций сказал:
   – Отлично, парень. Ты их отвлек. А теперь лежи и не вздумай подниматься.
   Кира замолчала. Потом, запинаясь и путая слова, спросила:
   – Что… Кто здесь? Кто говорит? Андрей, ты слышишь?!
   – Тише, девушка. Не отвлекай. И друга своего не дергай – он тебе жизнь спас, дурочка. Дай теперь и ему шанс выжить.
   Я отстраненно слушал их диалог – без удивления или облегчения, словно я только того и ждал. В мозгу перегорел блок эмоций, я не чувствовал совершенно ничего.
   Легкий ветерок доносил до меня запахи машинного масла и нагретого на солнце металла. Изредка шелестели гусеницы, когда механоиды меняли позиции.
   И они больше не стреляли.
   Позже Кира рассказала, что, почуяв новую цель, роботы начали перестраиваться, разворачивая боевой порядок фронтом на восток, боком ко мне. Я ничего не видел.
   Но услышал.
   Грохот тяжелого «баррета» не спутаешь ни с чем, даже во сне или в отключке.
   Бронебойная пуля ударила в защищенный композитной броней корпус ракетного М4. Кира видела, как он остановился на секунду, будто налетел на каменную стену. Задрал к небу турели, пошевелил ими, как богомол усиками. Замер.
   Вторая пуля вдребезги разнесла ему блок наводки – во все стороны полетели куски металла и пластиковое крошево. Турели слепо обвисли, но приготовленная к выстрелу ракета успела сойти с направляющих. Взревел ускоритель, и, распустив огненный хвост, она ушла свечой круто вверх и унеслась в пески.
   Роботы интенсивно обменивались сигналами – координатор выстраивал подопечных навстречу угрозе. Гул под черепом снова усилился, набатные волны опять накатывались друг на друга. Я выпустил из рук винтовку, обхватил руками голову и перекатился на спину.
   – Андрей! Что с тобой? Тебе плохо?
   Я не ответил. Прямо передо мной возвышался один из лазерных Р2-Д2. Механоид проскрежетал траками в считаных сантиметрах от моей ноги. Поднятая роботом пылевая взвесь едва не похоронила меня с головой. Песчинки попали в глаза, и на несколько секунд я ослеп. Лишь слышал, как грохотали рядом гусеницы и тонко подвывали моторчики сервоприводов.
   На глаза навернулись слезы. Несколько мгновений – и я снова мог видеть, разве что моргать приходилось чаще.
   Механоиды перестроились. Роботы с лазерными турелями прикрыли подбитого ракетчика, ремонтный Р2-Р3, неуверенно цепляя грунт поврежденными гусеницами, поспешил убраться из сектора обстрела. А может, наоборот, торопился к М4, чинить пострадавшего собрата.
   – Куда ты? – спокойно и даже весело спросил по рации незнакомый голос. – Не уходи.
   Я хотел ответить, что никуда, в общем, не собираюсь, но сдвоенный залп «баррета» быстро разъяснил, что к чему.
   Он обращался не ко мне.
   Очень отчетливо, словно сквозь оптику увеличителя, я увидел, как брызнула металлом расстрелянная гусеница ремонтника. Бронебойные пули вышибли крепления звеньев, металлическая лента поползла вперед, словно внезапно ослепшая змея. Слетела с ведущего фрикциона, дернулась вперед, как живая, и с лязгом растянулась на песке.
   Переговоры механоидов снова заставили меня ткнуться лбом в землю. Опять что-то кричала Кира, но знакомый набатный звон забивал все внешние звуки. Я даже роботов перестал слышать: они танцевали недалеко от меня совершенно беззвучно. Все четверо Р2-Д2 сдвоенным залпом обеих турелей ударили из лазеров. Далеко в песках блеснули вспышки попаданий, плавя кремнезем в стеклянные капли. Они тут же засверкали на солнце, слепя и оптику, и инфракрасные датчики роботов.
   Наш друг с «барретом» прекрасно знал, как драться с механоидами. И пока он ни разу не ошибся.
   Координатор быстро учился. Поняв, что лазеры на таком расстоянии вряд ли поразят цель, он попытался достать врага тяжелым оружием. С разбитым блоком наведения ракетчик мог попасть разве что в небо, но «сто четвертый» поднапряг свои электронные мозги, просчитал расстояние до цели и угол наведения сам. Я видел, как открылся глазок лазерного дальномера на макушке координатора. Спустя мгновение он, видимо, передал данные М4 – правая турель у того поползла вверх, повернулась, дважды дернулась, корректируя наводку.
   «Баррет» успел раньше. За несколько мгновений до ракетного залпа обездвиженный ремонтник получил пулю в подвеску опорных катков. Все это время они бессмысленно крутились, а сам Р2-Р3 дергался из стороны в сторону, от чего все сильнее садился в песок неповрежденной левой гусеницей. Бронебойная снесла к стичьей матери два передних катка. Робот покачнулся вправо, просел, оставшиеся катки тоже уперлись в грунт, взметнув вверх небольшой песчаный вихрь. Зато высвободилась левая гусеница, бешено вращаясь, чиркнула по песку. Механоид заплясал на одном месте и внезапно полетел вперед, словно спущенный с цепи крашер.
   Наверное, даже сам таинственный стрелок не ожидал такого результата. Р2-Р3 проскочил метра полтора и уткнулся сварочным манипулятором точно в турель готового к стрельбе М4. Как раз в этот момент с направляющих сошла первая ракета. Только не в тщательно выверенную цель. А прямо в землю, едва ли не в центр боевого построения механоидов.
   Взрыв грохнул с такой силой, что я почти сразу оглох. Ударной волной меня отбросило назад, смачно приложив спиной. Зато исчез вдруг гул из головы, и я снова почувствовал себя Андреналином, который неизвестно с какого перепугу полез в самое пекло.
   Строй роботов распался. Прямо в центре взрыва стоял обугленный ремонтник с раскуроченным корпусом, откуда время от времени постреливали искры. Бронеплиты разметало в стороны, как листья, жирный черный дым валил изо всех щелей и пробоин. Перебитый осколком манипулятор бессильно скреб по песку. М4 лежал на боку, сплющенный взрывом, как бумажный пакет. Посеченные гусеницы, провисая на сорванных катках, все бежали куда-то вперед. Турели не шевелились. Координатор стоял вертикально, чуть накренясь на правый бок, и медленно водил сенсорами из стороны в сторону. Лазерных Р2-Д2 взрывная волна почти не повредила, зато всех четверых сильно посекло осколками.
   – Ну, парень!! Что ты ждешь?! – Крик в наушниках ударил едва ли не громче недавнего взрыва, и я понял, что снова слышу. – Не спи!! Вали оттуда, пока сто четверка в себя приходит! Быстро!
   Я подтянул к себе «СВД», встал на четвереньки. Меня шатало, как после удачных посиделок в пабе. Голова казалась ватной, ноги повиновались с трудом. В ушах что-то набухало и лопнуло, по щеке побежала липкая дорожка.
   – Давай быстрее!! Что ты там копаешься?
   – Андрей! – Я узнал Кирин голос. – Беги, Андрей! Ну же!!
   – Он, похоже, контужен! Проклятье!
   – Помогите ему, – попросила она.
   – Надо отстрелить командного. Он координирует группу, если выйдет из строя – она потеряет слаженность, и можно будет уходить. Держись, парень!
   А я и держался. На четвереньках пополз прочь. Мне казалось, что я мчусь сломя голову, едва ли не бегу, но Кира потом рассказала – еле шевелился. Она уже хотела броситься мне на помощь, как все тот же незнакомый голос раздельно произнес:
   – Конец вам, железки.
   Координатор как раз закончил анализ повреждений. Поймал меня в прицел, потом развернулся в другую сторону, к более опасному противнику. Подчинясь командам, Р2-Д2 снова формировали строй.
   Странно, но в моей голове больше ничего не гудело. Видимо, после выхода из строя двух боевых единиц интенсивность обмена сигналами у механоидов упала.
   – Ловите.
   Звенящая очередь мини-гана эхом раскатилась по пустыне. Шестистволка выплюнула рой пуль в считаные мгновения и затихла. Координатор зазвенел, как турнирный гонг на арене – правый борт сто четвертого покрылся вмятинами от попаданий. Смертоносный ливень хлестнул по броне, завизжали рикошеты, ворохом посыпались в песок искры и сколотая с плит окалина. Механоид попытался уйти с линии огня, повернулся, но тут композитная броня не выдержала, вдоль сварного шва побежала трещина, и пластины разошлись.
   Новая очередь вмяла внутрь подброневой кожух, разметала в мелкие брызги электронную начинку, гидравлику сервоприводов. Во все стороны полетели обломки брони, куски плат, капли горящего масла. Потом что-то сверкнуло, корпус раскололся почти на всю длину шва, и, объятый пламенем, сто четвертый рухнул на песок.
   Радостно закричала по рации Кира. Незнакомец выругался и, как мне показалось, с некоторым удивлением произнес:
   – Разрази тебя Гекуба, получилось!! Готов!
   В глубине развороченных внутренностей координатора продолжало что-то искрить, гореть и взрываться, но сам робот больше не шевелился. Утяжеленные пули минигана, вскрыв броню, раскрошили хрупкий электронный мозг. И механоид умер. Точнее – нет, не умер, умереть может что-то живое, а он просто перестал функционировать.
   Оставшись без управления, Р2-Д2 бесцельно заметались. Я оглянулся, выбрал момент, когда все они развернулись в другую сторону, вскочил на ноги и побежал к бархану, где пряталась Кира.
   Снова гавкнул «баррет». В этот раз выстрел оказался не столь удачным, как прежде – пуля лишь чиркнула по ходовой части одного из Р2-Д2. Механоиды, потерявшие без координатора цель, мгновенно сориентировались по песчаной туче, взметнувшейся от выхлопа дульного тормоза. Да и я теперь знал, где прячется наш меткий друг. Несколько лазерных плюх вонзились в песок рядом с ним, и новые стеклянные ручейки потянулись с гребня вниз, застывая изумрудными змейками.
   – Бегите! Уходите, пока они отвлеклись!
   Я добежал до нашего бархана, одновременно выдернул из-под песка Киру и свой рюкзак. Первую крепко ухватил за руку, второй – закинул на плечо.
   Внезапно она прижалась ко мне и разрыдалась.
   – Я думала… ты… ты умер!! Не делай так больше! Никогда не делай!
   После каждого выкрика Кира била меня кулачком в плечо. Потом, когда немного успокоилась, стала гладить, будто уже и не надеялась когда-либо увидеть Андреналина живым. Сказала:
   – Не бросай меня, ладно?
   И уткнулась в грудь зареванным лицом.
   Надо сказать, что после контузии у меня порядком шумело в голове, и по-хорошему я еще не пришел в себя. Но в тот момент мне захотелось послать к ядреной бабушке всех механоидов, наемников, охотников за головами – всех… И просто быть с Кирой. Доказать, что не брошу ее в опасности, доказать, что не все люди на этой проклятой земле желают торговать беззащитной девчонкой-пси.
   Я закинул «СВД» на плечо, крепко обнял ее, встряхнул и сказал:
   – Не брошу. Никуда я от тебя не денусь, маленькая. Не плачь больше. – Она, словно по команде, тут же перестала всхлипывать. – А сейчас нам надо бежать. Готова?
   Совсем не вовремя проснулось радио. Я слышал его с двух сторон: в своем наушнике и – чуть тише – из Кириной гарнитуры.
   – Что вы возитесь?! – гаркнул незнакомец. – Сматывайтесь, пока не поздно. Уходите на север, через стичий заслон.
   «Вполне разумный совет, – подумал я. – Если Р2-Д2 все-таки увяжутся за нами, то вполне могут отвлечься на монстров».
   С верной снайперкой стичей я не боялся. Сниму по одному на пределе дальности, на расстояние плевка и подойти не успеют.
   – Спасибо вам, – сказала Кира в рацию. – Вы нас выручили.
   Выстрел «баррета» заглушил последнее слово. Механоиды не остались в долгу, полосуя предполагаемую цель целым снопом лазерных лучей.
   – Мать вашу! – отчетливо произнес незнакомец. – Они разделились! Валите отсюда!
   Я развернулся, оставив песчаный холм за спиной, как прикрытие, и побежал. Кира цепко обхватила мое запястье и мчалась следом. По-моему, она теперь решила вообще никогда не отпускать меня.
   Солнце тут же взялось жарить нас: бегать днем по пустыне – не самое разумное занятие. Да еще с контуженой башкой. Во рту разом пересохло, в ушах зашумела кровь, горизонт поплыл перед глазами. Сзади тяжело дышала Кира. И все же у нее нашлись силы выкрикнуть в микрофон:
   – Спа… сибо!!
   – Не за что. Живите.
   Перестрелка продолжалась: редкие выстрелы «баррета» и в ответ – многоголосый стон лазерных турелей. Не знаю, почему незнакомец больше не пускал в ход мини-ган. Экономил патроны? Или не хотел сильно разрушать оставшихся Р2-Д2? Если он действительно охотник за чипами – вполне оправданно. С раздолбанных в хлам 104-го и ремонтника уже ничего не добудешь. Разве что металлолом.
   Но парень смелый, факт. В одиночку на роботов сейчас мало кто отваживается ходить.
   КПК без батарей ничего не покажет, а сам я так и не спросил его имени. Может, то был сам Балу, Блаженный или безумный Рег по кличке Потрошитель. А может, и Бугимэн, прославленный охотник на механоидов. Кстати, зря не спросил. Был бы повод для гордости – встреча с легендой как-никак.
   Мы опять бежали, в который уже раз за последние дни. Снова горячий пустынный воздух высушивает изнутри, снова печет солнце, скрипит на зубах песок, сохнут губы и темнеет в глазах.
   Шум в ушах то затихал, то снова усиливался. В какой-то момент я поймал себя на том, что он стал чересчур ритмичным. Сердце так биться не может, особенно на бегу и при жаре.
   Я пропустил Киру вперед и оглянулся.
   Как раз вовремя. На россыпь глыб песчаника, что мы миновали минут десять назад, упорно карабкался Р2-Д2. Сползал, вцеплялся гусеницами в грунт и снова с механическим упорством полз вперед.
   – Отбился… от своих… милый? – тяжело дыша, спросил я.
   – Что? – Кира обернулась и испуганно вскрикнула. – Робот!
   – Он самый. На землю!
   Мы залегли. Механоид штурмовал препятствие настойчиво и неотвратимо. Координатор группы погиб, а убогие электронные мозги Р2-Д2 никак не могли сами дойти до простой и естественной мысли обойти каменный развал.
   Робот дважды выстрелил в нашу сторону, убедился, что расстояние слишком велико, и снова полез наверх. Привычно съехал в груде песчаного крошева.
   И тут нам не повезло. Небольшая лавина отнесла его в сторону, чуть правее того места, где он пытался взобраться прежде. Там часть глыб уже разрушились от времени, скат получился более пологим, и Р2-Д2 без труда вскарабкался наверх.
   – Бежим! – пискнула Кира.
   – Не сейчас.
   Я протер рукавом запыленную оптику «СВД», поймал механоида в целик. Ба! Какая, однако, неприятность с ним случилась! Ну что ж, сам виноват – постигнет тебя та же судьба, что и главного папочку.
   Честно сказать, я опасался, что после недавней эквилибристики посреди строя роботов винтовка забилась песком. И при выстреле обязательно что-нибудь где-нибудь заест. А разобрать-почистить времени нет. Это вообще не полезно – чистить оружие под прицелом лазерной турели, да еще вдобавок на границе стичьего заслона.
   Но «СВД» в который уже раз доказала свою неприхотливость. Затвор плавно скользил, спуск легко подался под пальцем. Ствол дернулся от выстрела.
   Р2-Д2 заметался на одном месте.
   Я снова потянул спуск. Вторая пуля тоже попала по назначению – робот слепо тыкался во все стороны, выпалил куда-то в небо. Турели хаотично вращались.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация