А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Диана и ее рыцарь" (страница 7)

   Глава 7

   Диана пришла в восторг, когда через два дня Кэм позвонил ей и сказал, что узнал, где находится участок земли ее дяди. Теперь поскорее накормить котенка, полить цветы, одеться по-дорожному и быть наготове. Для нее это было приключение, и она радовалась ему. Только бы Кэм скорее приехал!
   Диана не выполняла принятого ею самой решения держаться подальше от Кэма, а следовало бы. Она просто не могла себе позволить вернуться назад. Теперь она – взрослая женщина, она ждет ребенка. Ей не пристало вести себя как влюбленной девчонке. Она знала – если он решит ее проблему, ей будет труднее отказаться помогать его матери, и тем не менее обратилась к нему за помощью. Кэм каким-то образом находил способы проникать в ее жизнь, так что она почти попала в его ловушку, полюбила его еще сильнее и уже не мыслит себе жизни без него. Это надо прекратить! Как только он отдаст ей карту! У нее хватило чувства юмора рассмеяться собственным мыслям. Какая она все-таки глупая!
   Она услышала шум подъезжающего автомобиля и выбежала навстречу. Кэм вылез из машины и, прислонившись к ней, наблюдал за Дианой. И Диана не смогла удержать улыбку.
   – Кэм, пожалуйста, не делай так!
   – Не делать – чего? Не любоваться тобой?
   Она сверкнула на него глазами:
   – Ты привез карту?
   – Да.
   Но в руках у него ничего не было.
   – Где карта?
   – В машине.
   – Так отдай ее мне.
   – Нет.
   Теперь она смотрела удивленно.
   – Почему?
   Его глаза блестели на солнце.
   – Хранитель карты – я, и я буду капитаном в этом плавании.
   Она уперла руки в бока:
   – Тогда ты останешься здесь, а я поеду одна.
   – Наоборот, – улыбнулся он. – Поскольку мы поедем в моей машине…
   – Ни за что!
   – И у меня с собой ленч на двоих, который Роса сегодня утром приготовила нам и упаковала в корзину.
   Диана сделала глубокий вдох:
   – Я не предлагала тебе ехать со мной.
   Он обратил к ней свою фирменную улыбку, способную смягчить самые суровые женские сердца:
   – Верно. Но я все равно с тобой поеду.
   Сопротивление, видимо, было бесполезно. И все-таки она нахмурилась и сурово спросила:
   – Можно мне посмотреть карту?
   – Конечно. Из моих рук.
   Такое недоверие рассердило ее, но она забыла о нем, как только увидела карту.
   – Боже праведный! Туда так просто и не доедешь!
   – Дикое место. Радуйся, что сейчас не зима.
   – Да уж! – Она нахмурилась, стараясь выглядеть сурово. – А теперь, если ты отдашь мне карту…
   Он улыбнулся и вдруг поцеловал ее в лоб.
   – Тебе придется взять и меня в придачу. Или ни меня, ни карты.
   Диана улыбнулась:
   – Упрямый мул!
   – Точно. Поехали!
   Это была приятная поездка, сначала мимо подножий холмов, потом выше в горы. Они проезжали через идиллические маленькие городки, мимо редких ферм, мимо зеленых лугов и пасущихся повсюду коров и альпак. Они болтали, смеялись, указывали друг другу на какие-то детали местности. В общем, им было хорошо. Но под конец им пришлось проехать пятнадцать миль по тряской каменистой дороге, их почти полчаса подбрасывало и мотало, разговаривать было невозможно.
   Приехали! Кэм остановил машину в облаке пыли, и они долго сидели, молча глядя на пустынное пространство.
   Наконец Диана жалобно спросила:
   – Ты уверен, что это то место?
   – Боюсь, да, – ответил он.
   Она повернулась к нему:
   – Кажется, во всей Сьерре нет более мерзкого куска земли.
   – Действительно, гнусный пустырь, – ответил Кэм, кривя губы. – Ни деревьев, ни вида – ничего. Вряд ли кто-нибудь захочет тут жить.
   – Нет даже нормальной дороги! – Диана с ужасом оглянулась на смесь булыжников и пыли, по которой им пришлось ехать. – Кажется, лучшее, что можно сделать, – принять предложение Бена и взять у него деньги.
   – Наверное. – Кэм нахмурился и облокотился на руль. – Хотя я понять не могу, зачем ему это надо. Кому он собирается продать пустошь? Где выгода?
   Она вздохнула:
   – Я надеялась, мне повезет – для разнообразия.
   – Везение – дело наших собственных рук, дорогуша, – нарочито наставительно изрек Кэм.
   Диана состроила ему гримасу.
   – Тут даже негде устроиться, чтобы поесть. Между прочим, полчаса назад мы проезжали мимо чудесного лесопарка. Поедем туда!
   Обратный путь был таким же тяжелым, и они облегченно вздохнули, когда наконец добрались до лесопарка. Там были врытые столики и скамейки, и они отлично позавтракали под огромным дубом около протекавшей по парку речки. Роса приготовила вкуснейший ленч. Они ели, болтали и наслаждались послеполуденным солнцем. Мимо них проходили мамы с колясками, неподалеку играли в салочки какие-то ребятишки.
   – Даже странно. Когда готовишься стать матерью, начинаешь постоянно приглядываться к детям вокруг тебя.
   Кэм искоса посмотрел на нее. Она сама заговорила о своей беременности. Значит ли это, что запрет с данной темы снят? Он заметил осторожно, прощупывая почву:
   – Ты станешь замечательной мамой.
   Она ответила ему таким взглядом, что ему показалось, его голова сейчас расстанется с телом. Но вдруг выражение ее лица смягчилось, и она, улыбаясь, спросила:
   – Почему ты так думаешь?
   – От тебя исходят обнадеживающие флюиды, – ответил он. – Ты, кажется, вполне освоилась со своей будущей ролью.
   Теперь улыбка так и играла в уголках ее губ.
   – Странно. Мне понадобилось время, чтобы осознать, что же я, собственно, сделала и что мне надо будет делать потом. Но теперь Миа кажется мне абсолютно реальной. Я жду не дождусь, когда смогу взять ее на руки. И очень хочу стать ей хорошей матерью.
   – Уверен, так и будет. Я помню, как ты заботилась о своем отце.
   – Правда? – Ее взгляд выразил удивление, потом грусть. – Кажется, мало кто помнит. Люди даже не замечали. – Она покачала головой. Большую часть своей ранней юности она провела в заботах об отце, ничего не получая взамен. Но ей и не надо было ничего взамен. Она делала это из чувства долга и сострадания. Она уехала из города в основном из-за отца и из-за него же вернулась: она нужна была ему, когда он лежал на смертном одре. – Ему надо было, чтобы кто-то заботился о нем. Сам он не мог.
   Кэм наставил на нее морковку.
   – Ты заботилась о нем, когда была слишком юна для того, чтобы заботиться о чем-нибудь, кроме своих чулок.
   Она улыбнулась. Конечно, Кэм все видел и понимал, как трудно ей приходилось, когда она была еще девочкой. Ну можно ли не влюбиться в такого парня?
   Некоторое время она сидела молча. Потом тихо сказала:
   – Знаешь, я любила его.
   Он посмотрел на нее и увидел, что ее глаза затуманились. Ему захотелось обнять ее, но он удержался, зная, как она это воспримет.
   – Конечно, ты любила его. Это же был твой отец. – Он чуть-чуть переменил позу. – А свою мать ты помнишь?
   Диана покачала головой:
   – Очень смутно. Она уехала, когда мне не было и шести лет, и больше не вернулась.
   – Скверно.
   Диана отбросила с лица волосы:
   – Я не уверена. Если бы она была достойна того, чтобы ее помнили, то сделала бы так, чтобы я ее не забыла. – Она рассмеялась коротким ядовитым смешком. – Зато отец был рядом.
   Они убрали в машину остатки ленча и пошли погулять вдоль реки.
   Со дна русла вздымалось множество камней и валунов. Обтекая их, река бурлила и пенилась. Завораживающее зрелище! Они прошлись немного, потом сели на большой камень и стали слушать, как шумит вода.
   – Тебе нужно завести что-нибудь подобное у себя, – сказал Кэм. – Твое озеро слишком тихое.
   – Там тоже есть течение, – возразила Диана. – И вообще мне больше импонирует нечто спокойное и управляемое.
   Кэм засмеялся и бросил в воду плоский камешек.
   – Именно этого ты и хочешь в жизни, правда? Чего-то спокойного и управляемого?
   – А что тут плохого?
   – Ничего. – Он бросил в воду еще один камешек. – Но мне казалось, ты хотела поехать в какой-нибудь большой город и стать фотомоделью. – Он сел так, чтобы она могла опираться о него, а не о холодный камень. – Почему ты осталась?
   Она заколебалась, потом не выдержала искушения и прислонилась к нему.
   – Детские мечты, – сказала она с легкой иронией.
   Кэм повернул голову, наслаждаясь ощущением близости ее тела. Неожиданный порыв ветра бросил ее волосы ему в лицо, и он вдохнул их аромат.
   – У тебя бы получилось.
   Впитывая ее присутствие, он закрыл глаза.
   – Нет.
   – Почему нет? – Возмущенный, он снова открыл глаза. – У тебя все для этого есть. Ты была бы прекрасной фотомоделью. – Он протянул руку и взял прядь ее волос, как поводья сказочного пони. – Ты… Диана, ты красивая.
   Она сказал это так, словно сделал величайшее открытие. Она холодно улыбнулась, отдавая должное его страстности и сдержанности.
   – Такая жизнь не для меня.
   – Трусишка.
   Она покачала головой:
   – Дело не в этом.
   Некоторое время он сидел неподвижно, обдумывая ее положение.
   – Возможно, тебе все равно стоило уехать, – сказал он мягко.
   Она сердито повернулась к нему:
   – Ты не понимаешь. Я знаю об этом больше, чем ты думаешь. После колледжа я пару лет жила в Сан-Франциско и делала все, что делают все, кто живет в Сан-Франциско. Я ходила на вечеринки, плясала на дискотеках, встречалась с молодыми клерками и ленивыми студентами. Я почти доставала до звезд, катаясь на подъемнике. Несколько месяцев жила в доме на воде в Саусалито. Работала на скучных работах. Мою машину угнали. Мою квартиру ограбили. Я развлекалась, я веселилась, у меня были разные приключения. А потом мне это надоело и захотелось домой. Большие города не для меня, там хорошо гостить, но жить там – увольте.
   Он улыбнулся ее увлеченности этой темой, протянул руку и погладил ее по щеке.
   – В душе ты любишь маленькие городишки.
   – Наверное. Мне нравится жить в Голд-Дасте. – Диана откинула голову и задумалась. – Я люблю, проснувшись утром, смотреть, как ветерок рябит поверхность озера, люблю, когда ветер раскачивает сосны, люблю запах свежести после грозы. И ощущение покоя, когда солнце садится за вершины холмов и в сумерках все становится туманным, волшебным.
   – Понимаю, – сказал Кэм. – Я вернулся сюда из-за всего этого… Отчасти. Из-за этого… и из-за тебя.
   И как только он произнес эти слова, он понял – так и есть на самом деле. Во время всех перипетий и ужасов его жизни с Джиной где-то в глубине его сознания присутствовала Диана, спокойная, разумная, ангел всепрощения, чьи заботы способны излечить душу. Он всегда старался отгонять воспоминания о ней, считал, что это лишь фантазия, костыль, на который он жаждет опереться утешения ради. Но теперь понял: его чувство к Диане, пусть безнадежное, истинно реально, более реально, чем что-либо еще в его жизни.
   Она повернулась к нему медленно, словно во сне. Она знала – сейчас он ее поцелует. Она услышала это в его голосе. Он ее поцелует, и она опять, и только сейчас, один раз, ответит на его поцелуй.
   Диана не стала ждать. Она потянулась к нему, раскрыв губы, и его руки обхватили ее, и она прижалась к нему, исполненная чувственного наслаждения. На самом ли это деле? Действительно ли это Кэм, его плоть, его сказочное тепло?
   Все прошло слишком быстро. Она вздохнула, отстранилась и улыбнулась ему.
   – Ну как я могу скучать по тебе, если ты не уходишь? – прошептала она с усмешкой.
   – Что ты хочешь этим сказать? – спросил он и погладил ее по щеке.
   – Ты всегда где-то рядом. – Она выпрямилась и отодвинулась от него. – Или в моей жизни, или в моих снах. Я не могу от тебя избавиться. – Диана сказала это шутливо, словно поддразнивала его. Но на самом деле она была серьезна.
   Кэм смотрел на нее, прищурив глаза, и спрашивал себя, почему его тянет к ней сильнее, чем к какой-либо другой женщине. Обнимать ее было естественно, целовать – чудесно. Ему хотелось, чтобы она была в его постели, в его жизни, но что это означает? В данный момент он не понимал.
   Только позже, по дороге домой, он начал разговор, которого Диана со страхом ждала все время.
   – Ты давно у нас не появлялась.
   – Да. Я уезжала, а потом… – Она замолчала, потому что знала – с ее стороны было нехорошо отправить с букетами в дом Ван Кирков Пенни еще раз уже после своего возвращения.
   – Мама просит, чтобы ты приехала ее навестить, – сказал он, искоса глядя на нее.
   – О нет! – вскрикнула Диана. В глазах ее был страх. – Она начнет просить меня заняться приготовлением бала, ведь так?
   – Да.
   Она сморщила нос:
   – Скажи ей, что у меня грипп.
   Его взгляд стал суровее.
   – Я взял себе за правило никогда не лгать женщинам, – заявил он.
   Она не смогла понять, шутит он или говорит серьезно, и грустно улыбнулась:
   – Только мужчинам?
   Кэм подавил смешок:
   – Естественно. Мужчина может оценить удачную ложь. Он даже может взять ее на заметку и использовать в своих целях. И будет благодарен.
   – В отличие от женщин, – сказала Диана лукаво.
   – Женщины ценят только ложь, которая касается их самих и имеет форму комплимента.
   Она внимательно посмотрела на него, потрясенная неожиданной серьезностью его тона.
   – Из-за чего ты так цинично относишься к людям? – спросила она.
   Кэму вдруг захотелось рассказать ей о Джине, единственной женщине, с которой он был близок за эти десять лет. Как она едва не заманила его в ловушку, как преподала ему урок женской лжи, который он никогда не забудет. Но потом решил, что эту историю лучше не разглашать. Хорошо, когда взрослый дядя рассказывает юнцу эпизоды из собственного прошлого, дабы преподать ему урок осторожности. Но вываливать свои переживания на беззащитную Диану непорядочно.
   – Жизнь испытывает нас, – сказал он полушутливым тоном.
   – Ты закончил? – спросила она.
   Она посмотрел на нее с удивлением:
   – Закончил – что?
   – Мотаться по свету в поисках самоутверждения.
   Он хмыкнул:
   – Так вот чем я, по-твоему, занимался. А я-то думал, что мотаюсь по свету в поисках приключений.
   Диана пожала плечами. Ей нравилось, как вьются его волосы, нравился его профиль, нравилось в нем абсолютно все. Она будет так тосковать о нем, когда он снова уйдет от нее. Она не знала когда, но знала, что это неизбежно. И на сей раз она не позволит себе расстроиться.
   – Признайся, почему ты уехал? Какова была истинная причина?
   – Ты хочешь сказать, кроме ссоры с дедом? Все просто. Старо как мир. Я хотел понять, что я могу сам, без поддержки семьи Ван Кирк. Я не хотел стать таким, как отец. Но и таким, как дед, я быть не хотел. Хотел быть самим собой.
   Диана кивнула. Именно такого ответа она и ждала.
   – А теперь?
   Кэм усмехнулся:
   – Теперь я думаю, что мой дед не так уж плох.
   – Интересно. – Она немного помолчала, обдумывая его слова. Потом спросила, внимательно глядя на него: – А знаешь, многие думали, что ты уехал из-за Лулу.
   Он явно не понял:
   – Лулу?
   – Лулу Борден. Ты ее помнишь? – Диана подавила улыбку.
   – А! Ну да, конечно. Высокая девица с пышными формами. Копна рыжих волос. Приятная улыбка. Кокетлива.
   – Она самая.
   Кэм пожал плечами:
   – А какое она имеет ко мне отношение?
   – Ну… – Диана многозначительно посмотрела на него. – Она стала сильно полнеть сразу после того, как ты уехал. Люди говорили, это из-за тебя. Многие так считали.
   – Что? – Он глядел на нее с ужасом, пока она не посоветовала ему смотреть на дорогу. – Если многие так считали, значит, многие ошибались.
   Диана радостно кивнула:
   – Я так и думала, но хорошо, что ты подтвердил.
   Он нахмурился, все еще обдумывая это обвинение.
   – А что говорила сама Лулу?
   – Она вышла замуж за Томми Хансакера.
   – Ух! – Кэм покачал головой с выражением беспредельной скорби. – Оклеветан в своем родном городе.
   – Естественно, – весело подтвердила Диана. – Где же еще могут погубить человеку репутацию?
   – А теперь они опять думают, что я – папаша? – заметил он цинично, кивнув на ее круглый живот. – Ну, по крайней мере, они высокого мнения о моих возможностях.
   Диана усмехнулась:
   – Легенды, как правило, затейливее фактов.
   – Кстати, о легендах… – Он помолчал, потом рискнул спросить: – Почему ты не выходишь замуж за отца твоего ребенка?
   Веселость мгновенно исчезла с ее лица.
   – Не обсуждается.
   Он повернулся к ней:
   – Ди!
   – Нет. Я ничего тебе не скажу. – Она решительно тряхнула головой. Голос ее звучал более чем твердо. – Это мой ребенок. Отец тут ни при чем.
   – Но так не бывает.
   – Бывает. – Она подняла руку. – Дискуссия окончена.
   Он не стал больше настаивать, но до самого дома думал над ее словами.
   Солнце уже садилось, когда они свернули на дорогу в Голд-Даст и увидели озеро.
   – Возвращаясь к нашему разговору, – сказал Кэм. – Ты приедешь повидать маму?
   «Я думала, этот вопрос остался лежать в дорожной пыли далеко отсюда. Или, по крайней мере, должен был остаться», – подумала Диана. Вслух она ничего не говорила. Она хотела дать Кэму шанс высказаться.
   Он сделал нетерпеливый жест. Возможно, считал, что у нее было достаточно времени для принятия решения.
   – Слушай, Ди. Я кое-чем обязан моей маме. Достаточно многим, если хочешь знать. Я потратил уйму времени, чтобы понять, как устроена жизнь и каково мое место в ней. А когда я разложил все по полочкам, оказался там, откуда начал. Но тем временем я понял, что семья важнее всего на свете. И я должен вернуть кое-какие долги моей семье. Поэтому я приехал. К сожалению, положение слишком тяжело, чтобы я сумел его быстро поправить. Но это, по крайней мере, я могу для нее сделать. Позволить ей устроить ее бал. И вот тут ей нужна помощь.
   Диана слушала его и соглашалась почти со всеми его словами. На самом деле он хороший сын.
   Она вздохнул:
   – Хорошо, Кэм. Я поеду к твоей матери. Но не завтра. Завтра я должна явиться к врачу.
   – Здесь, в городе?
   – Нет. Я с самого начала решила, что обращусь в клинику в Сакраменто. Я нашла там хорошего врача. Не хотела, чтобы все в городе знали о моей беременности.
   Мужчина кивнул:
   – Пожалуй, это разумно.
   – Так что я приеду к твоей маме в пятницу. Поговорю с ней. – Она тряхнула головой. – Но боюсь, я ее разочарую. – Он издал какой-то неопределенный звук, и Диана так и не поняла, согласен он с ней или нет. – Мне не очень хочется участвовать в ловле богатой жены для тебя, – заявила она. – Тем более если ты не собираешься жениться. Ты хоть это сказал матери?
   – Она знает, как я настроен.
   – Да? – спросила она с сомнением. – Кэм, давай начистоту. Твоя мать ищет тебе невесту, хочешь ты жениться или не хочешь. А мне не очень приятно ей в этом помогать.
   – Почему? – Мужчина лукаво посмотрел на нее. – Скажи, почему тебе это неприятно?
   Ее подбородок выдвинулся вперед.
   – Ты прекрасно знаешь почему, – сказала она хрипло, – и с твоей стороны не очень красиво заставлять меня произносить это вслух. Ты все понимаешь и понимаешь, что болезнь неизлечима. – Сказав это, она забрала карту, выбралась из машины и пошла к своему одинокому дому.
   Кэм долго сидел неподвижно и просто смотрел на луну. Потом поехал домой.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация