А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Диана и ее рыцарь" (страница 3)

   Глава 3

   Кэмерон проснулся с головной болью и воспоминаниями о чем-то дурном. И то, что, открыв опухшие глаза, он увидел ту же картину, какую, просыпаясь, видел, когда учился в старших классах, не помогло делу. Ему захотелось снова заснуть, отгородиться от мира. Может, в следующий раз он проснется в лучшем месте.
   Увы! Когда через пару минут он вновь открыл глаза, ничего не изменилось. Он остался слабаком, позволившим уговорить себя вернуться. И неумелым водителем: врезался в дерево из-за того, что у него лопнула шина. И идиотом: хватил лишнего и не сумел это скрыть. И совершенно растерянным оттого, что Диана явилась ему такой обворожительно привлекательной и в то же время недоступной. Жизнь явно не баловала его радостными открытиями.
   И каким унизительным образом ступил он на зеленую траву у родного порога! Мама постаралась сделать вид, что все хорошо, обняла его и поцеловала, как и полагается обнимать и целовать долгожданного блудного сына. Отец же едва его поприветствовал. А Дженни откровенно подкалывала его. Да, невеселая картина! Кэм криво усмехнулся.
   А ведь предстоит схватка с еще одним противником – с дедом. Прямо сейчас. Откладывать не имеет смысла.
   Он принял ледяной душ, желая смыть долой вчерашний день и начать все заново. Но он уже знал – ему потребуется вся его воля, чтобы сделать то, что он обещал сделать, – спасти семейный бизнес. Спасти семью.
   Забавно, что они рассчитывают именно на него. Десять лет назад, когда он уезжал, дед от него отрекся, отец не пожелал встать на его сторону. Маме не нравились его друзья, а сестра жаждала занять его место в доме. Вообще говоря, многие сталкиваются с подобными вещами в двадцать один год. Но для него это было как прорвать зревший нарыв. Что-то оборвалось внутри его самого. Он решил, что с него хватит. Он уедет и никогда не вернется.
   Вот только жаль было бросать Диану. В восемнадцать лет она еще походила на необъезженную лошадку, и он добродушно смеялся над ее выходками. Она думала, что нуждается в нем, но он прекрасно знал – у нее достаточно сил, она вполне способна сама о себе позаботиться. Она была забавной, интересной, и, кроме того, она единственная понимала, что он хотел сказать.
   Но это было тогда. Теперь все изменилось. Диана сумела позаботиться о себе и без него, но теперь она принадлежит кому-то другому. Она может это отрицать, но факты, как говорится, налицо: она беременна. Значит, в ее жизни есть какой-то мужчина. Как же иначе.
   Но может, это и неплохо. А то он бы в нее влюбился. Он понял это, когда увидел ее идущей к озеру. Она была так похожа на ангела! Диана вызвала в нем чувства, которых он никогда раньше не знал. Смесь прежней нежности и мгновенно возникшего влечения. Да, он мог в нее влюбиться. А он твердо решил, что больше не влюбится – никогда, ни в кого.
   Какой-то миг Кэм думал о Джине. Он жил с ней два года, едва не женился на ней. Но эта мысль отозвалась только болью, и он прогнал ее. Надо думать о том, зачем он приехал. Приготовиться к встрече с дедом.

   Диана поставила машину там же, где и тогда, на рассвете. Но сейчас вокруг кипела жизнь. Рабочие вешали новые двери на гаражи, маляр красил изгородь вдоль подъездной аллеи, на другой стороне патио двое мужчин рыли ямы под столбы для печи-барбекю. Теперь ей явно не придется думать о том, как попасть в дом. Удовлетворенно вздохнув, Диана направилась к задней двери.
   Ночной халат она сменила на брючный костюм, купленный несколько месяцев назад. Что бы ни надела Дженни, она в этом костюме будет выглядеть ничуть не хуже. Широкий жакет с высоким воротником скрывает живот, так что стесняться нечего. Абсолютная уверенность в себе!
   Диана распахнула заднюю дверь и вошла. Роса помахала ей с другого конца кухни по локоть выпачканной в муке рукой.
   – Миссис Ван Кирк в розарии. Она просила тебя прийти туда.
   – Спасибо! – Диана помахала рукой добродушной поварихе и начала обход дома.
   Этот дом, казавшийся ей в детстве таким загадочным, а потом, когда она дружила с Кэмом, но никогда не получала приглашения в гости, таким страшным, теперь стал лишь одним из ее рабочих мест. Она прошла по длинному нарядному холлу, заглянула в библиотеку, потом в гостиную. Цветы везде еще в хорошем состоянии. С тех пор как она научила Росу каждый день подрезать кончики стеблей и менять в вазах воду, букеты сохраняли свежесть гораздо дольше.
   Редкий дом мог поспорить красотой с особняком Ван Кирков, а богатая история только добавляла ему очарования. И Диана любила бывать здесь, бродить по этим великолепным комнатам.
   Она огибала лестницу, чтобы пройти через столовую к выходу в сад, когда перед ней вдруг возник Кэм, только что спустившийся вниз.
   – Доброе утро, мисс Коллинз, – сказал он спокойно. – Вот вы и вернулись.
   Диана осмотрела его с ног до головы, стараясь скрыть, что ее сердце вдруг забилось неприлично быстро. Вот он, тут. Перед ней. Значит, это не сон. Он вернулся. Вернулся в ее жизнь – как раз тогда, когда она перестала ждать. Утреннее солнце льстит ему еще больше, чем звездный свет. Он так красив! Сильный, мускулистый, как атлет, и нежный, как идеальный любовник. Само совершенство! Разве не в этом всегда было дело? Она так и не смогла найти никого лучше. Это и злило ее, и будоражило, и лишало надежды. А теперь, когда он вернулся, что станет с ее спокойствием? Одна случайная встреча – и мысли, которые она с таким трудом прогнала, вновь вернулись. Один взгляд в эти звездно-голубые глаза – и она летит в несбыточную сказку на крыльях мечты. Малейший предлог, и она скользнет в его объятия и раскроет губы для поцелуя…
   Нет! Так не должно случиться!
   Очень быстро, так быстро, что, как она надеялась, он не успел ничего заметить, Диана взяла себя в руки.
   «Кэм – просто друг, и не больше».
   – Да, – согласилась она, – я вернулась.
   – Ты сегодня особенно мила, – заметил он и слабо улыбнулся.
   Диана тоже позволила себе улыбнуться.
   – В противоположность тому, какой я была вчера после полуночи? – спросила она лукаво.
   – Нет-нет, – поспешно заверил Кэм. – После полуночи ты выглядела еще прелестней. Вот только…
   – Врач осмотрел тебя вчера? – спросила она поспешно, чтобы прекратить флирт. Их отношения должны поддерживаться на определенном уровне, и она была полна решимости следить за этим.
   – Наверное, – пожал он плечами. – Я, правда, не очень соображал…
   – Да, знаю.
   Виновато глядя ей в глаза, он положил руку на сердце – жест, полный раскаяния.
   – Знаешь, я вообще-то не пью. Редко когда позволяю себе немного…
   – Ты это уже говорил.
   – И это чистая правда. Если бы я вместо бутылки водки нашел в багажнике коробку крекеров, я добрался бы до тебя мальчиком, обсыпанным крошками, а не таким вот завывателем серенад. – Она рассмеялась, а его глаза заблестели удовольствием от собственной шутки. – Я приношу свои извинения. Я был груб вчера. Узурпировал твое озеро, нарушил твой сон и вообще натворил бед.
   Кэм говорил искренне. Он действительно раскаивался. Она строго на него посмотрела:
   – Да, натворил.
   – Мне очень жаль! – Его голубые глаза были полны отчаяния.
   Она тихо засмеялась и покачала головой. Как ей его не хватало! Его нежности, его поддразнивания, его, по-видимому, подлинного понимания ее чувств. Но понимание переходило иногда и в насмешку, и она опасалась, что сейчас ее ждет именно это. Но ведь они – друзья, не так ли? И ей дозволено вести себя по-дружески, по крайней мере.
   – А мне нет, – твердо сказала она. – Ничуточки не жаль. – Она улыбнулась, глядя ему прямо в глаза. – Несмотря ни на что, хорошо, что ты опять рядом.
   – Несмотря ни на что, говоришь, – протянул он скептически. – Ты серьезно?
   – Конечно. – Она мужественно улыбалась, хотя знала – пора отступать. Но это трудно, как идти по зыбучим пескам. Если бы она могла позволить себе хоть маленький кусочек наслаждения! Она скоро уедет и, надо надеяться, сумеет отгородиться от Кэма. Они будут видеться только мельком. Неужели она погубит все, если насладится сейчас этим солнечным весенним утром?
   Да! Он смотрел на ее губы, и от его взгляда ее бросило в дрожь. Нельзя расслабляться ни на секунду. Диана решительно отступила.
   – Сегодня утром я поехала посмотреть на твою машину, – бросила она через плечо, уже направляясь к стеклянной двери в сад.
   – И как она там? – спросил Кэм, следуя за ней.
   – Ты не сказал мне, что у тебя лопнула шина.
   – Правда?
   – Правда. – Она остановилась и снова взглянула ему в лицо. – Это плохо. Мне, вообще говоря, понравился твой рассказ о том, как ты сражался с рулем, чтобы поехать ко мне.
   Он щелкнул пальцами.
   – Именно это я и делал, когда шина лопнула.
   Диана усмехнулась:
   – Ладно. Я тебе верю.
   Миссис Ван Кирк, в шляпе от солнца с огромными полями и корзиной цветов в руке, выглянула из-за своих любимых розовых кустов, увидела их и замахала рукой:
   – Эй! Привет! Я тут!
   Поднимая руку в приветственном жесте, Диана спросила уголком губ:
   – Кому это она? Тебе или мне?
   Он встал в дверях рядом с ней и посмотрел в сад.
   – Думаю, никому.
   – Она же твоя мать, – сказала Диана.
   Он смотрел в сад сузившимися глазами.
   – Иногда я сомневаюсь.
   А вот Диана не сомневалась ни на минуту. Кэм так похож на мать. Просто забавно… или страшно, это как посмотреть.
   – Ну, пойду к ней, – сказала Диана, переступая порог.
   Кэм отступил.
   – А мне назначена аудиенция у деда.
   – О нет! – Диана остановилась и обернулась к нему. – Неужели ты еще не видел его после приезда?
   Он кивнул и посмотрел на нее отсутствующим взглядом.
   – Это должно быть интересно.
   По меньшей мере. Диана скривила губы, вспомнив его страшные, болезненные ссоры с дедом тогда, в юности. По его глазам она видела – он и теперь не ждет ничего хорошего от встречи с дедом.
   – И ты идешь туда без телохранителя? – сказала она весело, как бы шутя. – Я помню эти ваши беседы. – Ее глаза расширились оттого, что в памяти воскресли особенно страшные схватки между ними. – Он стирал тебя в порошок.
   Кэм кивнул, но не улыбнулся.
   – Именно так. Не хочешь пойти со мной?
   Она отшатнулась:
   – Ни за что на свете! Когда я сказала «телохранитель», я имела в виду кого-нибудь вроде тех здоровых парней, которые сейчас копают ямы в саду.
   Кэм засмеялся.
   – Думаю, я смогу справиться с дедом, – сказал он. – Я стал старше. Мудрее. – Он поднял одну бровь. – Хитрее.
   Диана покачала головой, подавив улыбку.
   – Кроме того, насколько я знаю, он теперь часто вынужден лежать в постели. Думаю, это даст тебе некое преимущество.
   Он опять засмеялся:
   – Вот именно.
   Говорили, его дед стал быстро сдавать. Отец проводил большую часть времени на курортах, сестра – в обществе потенциальных мужей. Только он, Кэм, мог теперь поддержать мать, помочь принять какое-то решение. Диана начинала понимать, что отчасти именно в силу этих обстоятельств Кэм и согласился вернуться домой.
   – Я присоединюсь к вам, если останусь в живых.
   – Добро.
   Она не должна поощрять подобные «присоединюсь». Вообще не стоило так долго болтать с Кэмом. Она приехала повидаться с миссис Ван Кирк. А потом надо будет поскорее уехать. Самое важное сейчас для нее – держаться от Кэма подальше.
   Миссис Ван Кирк, улыбаясь, шла ей навстречу.
   – Дорогая моя! Я так рада вас видеть! Спасибо, что пришли. Посидите со мной тут, в саду, в беседке. А Роса принесет нам чаю.
   Диана ответила улыбкой на улыбку и проследовала за хозяйкой дома в маленькую беседку. Ее отношения с матерью Кэма сильно изменились за последние годы. Когда Диана была подростком, миссис Ван Кирк считала ее грязной оборванкой, которая, если не принимать мер предосторожности, может чем-нибудь заразить ее сына. А когда Кэм однажды попытался привести ее в гости, его мать буквально загородила дверь своей обширной фигурой.
   Но через несколько лет, когда Кэм уже давно не жил дома, а Диана открыла свой цветочный бизнес, эта женщина начала время от времени пользоваться ее услугами – сначала с осторожностью, а потом, когда неизменно высокое качество предоставляемых ею услуг стало очевидным, все охотнее и охотнее. Теперь она относилась к девушке, которую когда-то презирала, с такой симпатией, что Дженни начала ревновать.
   Диана чувствовала себя уютно в обществе миссис Ван Кирк. Она с удовольствием уселась на стул напротив матери Кэма, в очередной раз удивляясь про себя, насколько все-таки Кэм похож на нее. В молодости она была красива и до сих пор сохранила некую привлекательность. У нее светлые волосы, у Кэма – темные, почти черные, взгляд скорее мягкий, чем суровый, но глаза такие же голубые, а улыбка такая же добрая, как у него.
   – Я хочу, чтобы вы знали, как я благодарна вам за то, что вы привезли моего сына домой после этой ужасной аварии, – начала мать Кэма. – Ему в самом деле было плохо некоторое время, но доктор Тиммер уверил нас, что все обойдется без последствий. Ему повезло, что это случилось около вашего дома. – Она вдруг нахмурилась, глаза ее сузились. – Как именно вы узнали о происшествии?
   – Случайно, – ответила Диана беспечно. Момент явно не подходил для подробного рассказа о том, почему Кэму казалось естественным искать утешения у ее озера. – И рада, что смогла помочь.
   – Да, – сказала ее собеседница, глядя на нее так, словно видела впервые. – Давайте, однако, пить чай, – кивнула она в сторону кухни. Появившаяся в дверях Роса сделала знак, что все поняла, и миссис Ван Кирк продолжила разговор: – Посмотрите на мои новые розы! Что вы о них думаете?
   – Они прелестны. Такой нежный оттенок.
   Миссис Ван Кирк радостно заулыбалась:
   – Знаете, я пригласила нового специалиста по выращиванию роз. Он приезжает дважды в неделю и дает свои рекомендации. Он стоит мне больших денег, но я довольна его работой. Возможно, вы его знаете – Андре Дегрегор.
   Диана кивнула:
   – Да, он прекрасный специалист. И всемирно признанный эксперт. – «Так что, – добавила она про себя, – «большие деньги» – это, вероятно, еще мягко сказано». А вслух заметила, желая дать своей собеседнице перейти к волнующему ее вопросу: – Вы очень много занимаетесь имением.
   – Да. – Женщина многозначительно улыбнулась. – Поэтому я хотела видеть вас. У меня есть великолепный план. И я надеюсь на ваше живейшее участие в его осуществлении.
   – План? – повторила Диана. Какой план? Для чего ей нужен флорист-декоратор? Диана чувствовала, что ей становится не по себе.
   – Кое-что, о чем я давно мечтаю. – Глаза миссис Ван Кирк горели от возбуждения. – Много-много развлечений подряд. Чаепития, званые обеды, пикники, а под конец – грандиозный бал.
   – Боже, – тихо проговорила Диана.
   – А в перерывах мы будем принимать по несколько гостей. Я наняла кулинара из Сан-Франциско. На целый месяц! – Она засмеялась от удовольствия. – А вас хочу пригласить в качестве декоратора. Если все пойдет по плану, получится нечто умопомрачительное.
   – Да, действительно.
   – А пока я хочу, чтобы вы украшали наш дом еженедельно и составили проект декора для разных приемов.
   – Конечно.
   Диана улыбнулась вымученной улыбкой: она уже думала о том, во что все это выльется. Происходящее ей не нравилось. В другое время она была бы рада большому заказу. Но сейчас что-то говорило ей – радоваться нечему.
   Подошла Роса с подносом, на котором стояли серебряный чайник, две очень милые фарфоровые чашки и блюдо с печеньем. Уголком глаза Диана увидела, что в сад выходит Дженни, и мысленно вознесла страстную молитву о том, чтобы сестра Кэма направилась в другую сторону. Ей не хватало только ехидных комментариев этой девицы.
   – У вас такой тонкий вкус, Диана. Я искренне надеюсь, что вы сможете создать нечто уникальное.
   – А каков лейтмотив всего этого? – спросила Диана, когда Роса налила чай в чашки.
   – Но это же очевидно! – Миссис Ван Кирк резко махнула рукой и наклонилась вперед. – Я хочу снова ввести Кэма в общество, частью которого он давно уже должен был стать.
   – Мотив таков, – Дженни бесцеремонно вторглась в беседку, присев на один из свободных стульев, – мама хочет женить Кэма на самой престижной кукле, какую сможет заполучить. Солидный счет в банке весьма желателен. Он же лакомый кусочек для жадных покупательниц на рынке женихов.
   Эти слова ранили очень больно, но Диана продолжала улыбаться. В конце концов, она ведь уже знала, о чем речь. Кэм сам сказал ей – он приехал домой, чтобы жениться.
   – Дженни! – сказала миссис Ван Кирк резко.
   Ее дочь пожала плечами:
   – Это правда, мама. Нам нужны деньги.
   Такой практичный взгляд на вещи противоречил понятиям миссис Ван Кирк о приличии.
   – Дженни, я буду тебе благодарна, если ты придержишь свой ядовитый язык. У нас нет финансовых проблем. Мы всегда могли жить как хотели и теперь можем жить как хотим.
   – Ну, продолжай витать в облаках, мама! – Дженни повернулась к Диане: – Она не любит смотреть, как сгущаются тучи, но тебе полезно знать, что гроза уже близко.
   Миссис Ван Кирк сделала вид, что не слышит ее.
   – Пожалуйста, обдумайте все это, Диана. Надеюсь, вы будете свободны. – Она удовлетворенно вздохнула. – Столько дел! Как в старые добрые времена!
   – О каких временах ты говоришь, мама? – спросила Дженни с легкой ноткой сарказма в голосе.
   – Ну, я не знаю. – Мать хмуро посмотрела на нее. – Все было по-другому, когда вы были детьми. Помнишь, какие пикники мы устраивали, когда тебе было шестнадцать? Мы уже давно не устраивали ничего веселого. Но эти торжества будут замечательны, правда?
   Диана не знала, что думать. С одной стороны, мать Кэма, несмотря на всю свою эксцентричность, а может, именно поэтому, ей нравилась. Но, с другой стороны, она не хотела участвовать в приготовлении брачного капкана для Кэма. Брак без любви ради удовольствия матери – это плохо. Но едва ли не хуже, если он влюбится в какую-нибудь смазливую дебютантку. В любом случае Диана его потеряет.
   Но Кэм должен на ком-то жениться – закон природы. Только хорошо бы он сделал это где-нибудь далеко-далеко… так, чтобы она ничего не знала.
   – Бедняга Кэм пойдет с молотка, – сказала Дженни. – Хорошо бы ему повезло больше, чем мне. Но, с другой стороны, меня тянет выходить замуж за нищих оборванцев. И вот результат.
   – Дженни, пожалуйста, – холодно сказала миссис Ван Кирк. – Я хочу поговорить с Дианой наедине. Нам надо обсудить наши планы.
   Дженни закатила глаза и состроила кислую мину. Диана смотрела, как она уходит, и очень хотела последовать ее примеру.
   Как она скажет матери Кэма, что не сможет участвовать в ее затее? Ей было жаль огорчать эту женщину: она так радовалась своей идее. Надо постараться найти нужные слова.
Чтение онлайн



1 2 [3] 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация