А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Власть и масть" (страница 25)

   Глава 32
   ПЕРЕДАЧА КОПЬЯ СУДЬБЫ

   1946 год, март
   – Вы уверены, что копия неотличима от оригинала? – сурово спросил генерал Паттон, вдавливая в пол Уолтера Хорна тяжелым взглядом.
   – Вы можете сами в этом убедиться, сэр, – не смутившись, отвечал капитан. Повернувшись к сопровождавшему ему высокому пехотинцу, сказал: – Джон, покажите генералу Паттону копья.
   – Слушаюсь, сэр, – с готовностью отозвался пехотинец, открывая узкий и длинный чемодан.
   На красном бархате, завернутые в мягкую ткань, лежали два копья, совершенно не отличимые друг от друга.
   – Разверни, – распорядился капитан.
   Пехотинец откинул лоскуты.
   – Сэр, вы можете сказать, какое из них настоящее? – с улыбкой обратился капитан к генералу Паттону.
   – Хм… Неожиданный вопрос. Они так схожи… Пожалуй, что и не смогу.
   – Наконечники совершенно одинаковы, сэр, не только внешне, но даже по весу.
   – А сам ты не перепутаешь копья? – с сомнением поинтересовался генерал, разглядывая наконечники.
   Улыбка у капитана сделалась шире.
   – Я тоже их могу перепутать, сэр, но для того, чтобы этого не случилось, на настоящее я повязал вот эту красную ленточку.
   – А ты, однако, хитрец, – согласился генерал, – вот только как быть, если кому-то вздумается поменять ленточку. – Добродушное выражение сменила растерянность. – Вот то-то и оно, – буркнул генерал Паттон. – Лучше разложи их по разным чемоданам.
   – Слушаюсь, сэр.
   Посмотрев на часы, генерал Паттон продолжал:
   – Через полчаса грузовики с имперскими сокровищами поедут в аэропорт. Австрийская сторона нас уже ждет. Сейчас в Вене царит настоящий праздник по поводу возвращения имперских реликвий. Копье судьбы будет встречать сам бургомистр.
   Еще через полчаса оцепление на Оберон-Шмидгассе было снято. Грузовики, нагруженные имперскими сокровищами, стояли около входа в подземелье и дожидались распоряжение Паттона. Генеральский джип стоял немного в стороне от остальных, – на мягком заднем сиденье под присмотром адъютанта в длинном узком чемодане лежало Копье судьбы. Сам генерал, пребывая в благодушном настроении, оперевшись спиной о капот, докуривал сигарету. Его лицо невольно осветилось радостью, когда он подумал о том, как будет докладывать президенту Эйзенхауэру о завершении операции. Хотелось бы в следующий раз увидеть Копье судьбы в Овальном кабинете. Жаль, что Франклин Рузвельт не дожил до этого часа, он сделал очень многое, чтобы раритет попал в Америку.
   Отшвырнув окурок, генерал Паттон махнул рукой в голову колонны и устроился на пассажирском кресле рядом с водителем.
   – Куда ехать, сэр? – спросил молодой водитель.
   – На аэродром, – распорядился генерал.
   Вереница грузовиков, просигналив на прощание, тронулась по расчищенной мостовой из города.
* * *
   Уже через четыре часа самолет приземлился в Вене. К трапу самолета в сопровождении небольшой свиты из четырех человек (трое гражданских и один военный), подошел бургомистр. Еще не старый, но с изможденным лицом, рассеченным глубокими морщинами, будто бы шрамами, он выглядел значительно старше своих лет. В прямой осанке чувствовалось напряжение.
   Дверца фюзеляжа распахнулась, и из него с небольшим узким ящиком в руках навстречу к ожидающим спустился генерал Паттон, следом вышел капитан Уолтер Хорн.
   – Извините, что заставил вас долго ждать, – преодолевая смущение, заговорил генерал, – но я лично хотел передать вам Копье судьбы.
   – В этом ящике Копье судьбы? – дрогнувшим от волнения голосом переспросил бургомистр.
   – Если вы сомневаетесь, можете взглянуть. Капитан, – обратился генерал Паттон к Уолтеру Хорну, стоящему рядом.
   Шагнув вперед, тот произнес:
   – Слушаю, сэр.
   – Покажите бургомистру копье.
   Бережно приняв из рук генерала Паттона металлический ящик, Уолтер Хорн ловко щелкнул замками и медленно приоткрыл массивную крышку. Копье, обернутое в красный бархат, покоилось на самом дне.
   Сняв с головы шляпу, бургомистр с волнением заглянул вовнутрь. В его глазах проступили слезы.
   – Чего же вы молчите, бургомистр? – чуток насупившись, спросил генерал. – Или вы не рады тому, что видите?
   – Я просто любуюсь им, генерал, – наконец улыбнулся бургомистр. – Если бы вы знали, как я по нему соскучился. Позвольте, – протянул он руки.
   – Пожалуйста, – передал ящик Хорн. – Теперь оно ваше.
   – Вы готовы? – повернулся бургомистр к военному.
   – Да, господин бургомистр, – охотно отвечал офицер. – Почетный караул ждет вашего распоряжения. Мы готовы сопровождать вас, куда угодно.
   – Пока что сопроводите меня в Австрийский ссудный банк. – Повернувшись к генералу, добавил: – А вам, господа, спасибо.

   Часть III
   ОПЕРАЦИЯ «ПРЕЕМНИК»

   Глава 33
   КТО ВЫ, МИСТЕР ЭКЕЛЬН?

   Второй день Ланца Экельна одолевали дурные предчувствия. Самое скверное, что он никак не мог осознать их природы. Ведь это же не ноющий зуб и не простудное заболевание. А так… метание души. Не придуман еще прибор, который сумел бы с достаточной точностью измерить все те децибелы, что разрывали его грудную клетку. Но по собственному опыту Экельн знал, что отмахиваться от них не стоит, они имеют под собой основания. Народившуюся тревогу следовало воспринимать как некоторую данность. Порывшись в глубинах своей памяти, он вдруг с удивлением обнаружил, что столь острого предчувствия непоправимой беды он не испытывал с того самого времени, как покинул последнее пристанище Гитлера, отправившись на поиски Священного копья.
   Налив в рюмку коньяку, Ланц Экельн приподнял ее за тонкую ножку и посмотрел на свет. Через ограненное стекло мир казался не столь удручающим. Выдохнув, он выпил коньяк единым махом и, подняв со стола кругляш копченой колбасы, с аппетитом заел его.
   Просто чудо, что он вырвался в апреле сорок пятого из подвала Нюрнбергской крепости. Появившиеся из ниоткуда русские расстреляли всю его группу, после чего забрали с собой Копье судьбы. Тогда ему показалось странным, что они не услышали их приближения, и лишь много позже он узнал о том, что Священное копье способно вводить человека в транс. Видно, нечто подобное произошло тогда со всей группой.
   Следующие несколько дней он отсиживался в подвале на окраине города, в одном из пустовавших домов. А когда был обнаружен явившейся хозяйкой, то решил перебраться в другое место. Но неожиданно в ее лице он отыскал ангела-хранителя, и целый год прожил в том доме, выдавая себя за ее супруга.
   Потом была Испания, где глава Испанской фаланги Франко отнесся к нему неожиданно тепло, назначив своим представителем в землях басков. А еще через четыре года он вернулся в ФРГ, чтобы уже больше никуда не уезжать. Родителей в живых он не застал, подруга его тоже давно вышла замуж. Понаблюдав за ней со стороны, он отметил, что с момента их последней встречи она подурнела и стала походить на свою мать, весьма крупную особу. Вскоре Экельн забыл о ней совсем и женился на молоденькой девушке из обеспеченной семьи. Как оказалось, ее отец занимался строительным бизнесом и, нуждаясь в помощниках, привлек к семейному подряду и зятя.
   Может, дурные предчувствия связаны с арабом Хамидуллой, с которым он стал особенно дружен в последнее годы? Внутри неприятно ворохнулось, – истина была где-то рядом.
   А все началось пять лет назад, когда на одной из международных встреч по гостиничному бизнесу, проходившему в Дубаи, ему представили молодого араба Кутейба Хамидуллу, который готов был инвестировать деньги в крупное строительство. Вполне банальное знакомство, каких у него за долгие годы в бизнесе было немало. И то, что его познакомили с молодым человеком, тоже не выглядело странным: в бизнесе, как и в любом другом серьезном деле, нужны солидные связи, а этот человек принадлежал к весьма богатому клану в Саудовской Аравии, владевшему внушительной недвижимостью, нефтяными месторождениями. Воспитанный, с безупречными манерами, блестяще образованный, он произвел тогда на Ланца Экельна самое благоприятное впечатление. Только откуда ему было знать, что встреча была подстроена заранее, а солидные рекомендации могут покупаться.
   Уже на следующий день Экельн предложил Хамидулле поучаствовать в проекте по созданию гостиничного комплекса в самом центре Мюнхена. Дело было весьма прибыльным, рассчитанным до самого последнего цента серьезными экономистами, которые в один голос уверяли в том, что уже через три года гостиничный комплекс станет приносить весьма солидную прибыль. Оставалось дело за малым – найти человека, который смог бы инвестировать деньги в столь крупное строительство.
   Первые два года сотрудничества складывались весьма благоприятно, Экельну ни разу не пришлось пожалеть о том, что он привлек в бизнес выходца с Востока. Застопорившееся дело как бы сдвинулось с мертвой точки само собой. Выплаты были произведены своевременно, и скоро на огромном пустыре стали расти коробки гостиничного комплекса, угадывался общий стиль строения.
   Первые недомолвки возникли тогда, когда, нарушив прежние договоренности, Хамидулла в одном из зданий распорядился сделать интерьер в восточном стиле, а когда Ланц Экельн выразил неудовольствие, то инвестор откровенно заявил, что в случае несогласия выведет свои капиталы из гостиничного бизнеса. Допустить подобного Экельн не мог, а потому, закусив губу, вынужден был согласиться, назвав подобное решение новаторским.
   А еще через год Ланц Экельн осознал, что молодой араб совершенно не нуждался в компаньонах, а необходим он ему был для того, чтобы выстроить отношения с западноевропейскими предпринимателями. Теперь для араба бывший партнер представлял всего лишь гумус, который послужит для его дальнейшего внедрения в Европу. Но для начала он намеревался проглотить его гостиничный бизнес, слопать его целиком, не только с потрохами, но и вместе с фраком и лакированными туфлями. Судя по его настрою, он даже не поперхнется, и уж тем более не будет страдать несварением желудка, только рыгнет для порядка разок и потопает себе дальше искать новых недотеп. Но самое скверное, что у Экельна не было сил противостоять натиску. Попадись он к нему лет тридцать назад, так разговор состоялся бы совсем иной, а преклонный возраст высосал из него все жизненные соки.
   Неделю назад, сославшись на форс-мажорные обстоятельства, Хамидулла откровенно заявил о том, что хотел бы вывести свои капиталы из бизнеса. Иначе как шантажом подобные вещи не назовешь. Он не мог не знать о том, что его капиталы весьма плотно успели переплестись в строительный и гостиничный бизнес компаньона, и достаточно выдернуть всего-то четвертую часть приобретенного, как он тотчас рухнет, завалив под обломками не только самого Ланца, но и всю многочисленную семью. А вот последнего Экельн допустить никак не мог. Можно было постараться и достать половину из затребованной Хамидуллой суммы под личные гарантии (слава богу, репутация у Ланца была весьма серьезного бизнесмена), но невольно возникал вопрос, где можно одолжить оставшуюся часть… Получалось, что и неоткуда.
   За любезной улыбкой и отточенными манерами арабского сеньора прятался беспощадный и умный враг, не умеющий прощать даже в малом. Неделю назад через своего сослуживца, прежде работавшего в федеральной службе информации, Экельн неожиданно узнал, что его нынешний компаньон входит в ядро террористической организации. Правда, ничем особенным они себя не проявили, не считая многочисленных манифестаций, которые они проводили под окнами Белого дома и дипломатических миссий, но, судя по молодому составу организации, эксперт предсказывал им большое будущее. Во всяком случае, в их организацию уже вкладывались серьезные деньги, о происхождении которых мало кто знал. Как считали в службе информации, у ее лидеров весьма честолюбивые планы, и она непременно заявит о себе громкими публичными акциями.
   В какой-то степени Экельна можно было считать соучастником террористов, если он помог Кутейбу Хамидулле закрепиться в Европе. Никого не будет интересовать, что он не догадывался об основной деятельности своего компаньона. Взорви тот какой-нибудь дом, так с него самого будут спрашивать как с пособника преступления.
   Пожинайте плоды хваленой демократии! Вот вам преступник, хватайте его за шкирку, допрашивайте, устанавливайте его связи с такими же, как он сам. Так нет же, они сидят в своих светлых и уютных кабинетах и терпеливо дожидаются того, пока не будет взорван какой-нибудь поезд.
   Всю последующую неделю Ланц Экельн провел в скверном расположении духа. Самое сложное заключалось в том, чтобы не показать его окружающим. Он знал три проверенных рецепта: не показываться на людях вовсе, залить набухающую горечь алкоголем и, самое приятное, отвести душу в каком-нибудь увеселительном заведении.
   Ланц Экельн выбрал последнее.
   – Лиза, – позвал он секретаршу, а когда та появилась, спросил: – У нас имеются какие-нибудь приглашения на ближайшие выходные?
   Девушка удивленно вскинула брови. Прежде хозяин под любой благовидной причиной отказывался от подобных приглашений, а тут интересуется сам. В Экельне произошли какие-то перемены.
   – Минуточку, – открыв блокнот, она пролистала несколько страниц и продолжила: – Одно приглашение посетить выставку современного искусства, где будут…
   – Дальше, – слегка поморщившись, прервал Экельн.
   – Сейчас, – тонкие пальчики вновь затеребили блокнот. – Еще одно приглашение на открытие музея, посвященное…
   – Дальше, – в голосе Экельн проснулось раздражение.
   Неужели своей деятельностью он не заслужил чего-то большего и его уровень – это стоять в толпе приглашенных и наблюдать за тем, как кто-то перерезает красную ленточку?
   Вскинув на директора красивую ухоженную голову, Лиза произнесла:
   – Есть еще одно приглашение.
   – Куда?
   – В российское посольство.
   А вот это новость!
   Ланц Экельн едва не крякнул от неожиданности, прежде российское посольство старательно обходило его заведение стороной. Значит, в мире действительно началось глобальное потепление, если в его офис стали стучаться российские почтальоны.
   – Говоришь, российское посольство? – задумчиво потер Экельн подбородок ладонью, под которой жестко зашуршала трехнедельная щетина. – А почему бы и нет? – Широко улыбнувшись, добавил: – Это даже интересно. И каков же повод?
   – День германско-российской дружбы.
   – Ах, вот оно как! – все более оживлялся Экельн, настроение стремительно улучшалось. Наверняка на приеме будут высокопоставленные чиновники, и представлялась хорошая возможность обсудить текущие дела. – И что же там планируется?
   – Как обычно, – слегка передернула плечами секретарша. По ее беспристрастному виду было понятно, что подобные мероприятия для нее привычное дело. – Будет выступление российской и немецкой эстрады, потом фуршет…
   – Говоришь, фуршет? – озорно блеснули глаза Экельн.
   – Да, господин Экельн, фуршет.
   Русские весьма хлебосольная нация, на фуршет они не скупятся.
   – Говорят, там кормят черной икрой? – спросил Экельн.
   Секретарша мило улыбнулась:
   – Я никогда не была на таких приемах.
   – Признаюсь, я тоже, – буркнул Экельн. – Тем более, что давно не пробовал русской кухни. Напишите господину послу, что я непременно буду, и поблагодарите его за приглашение.
* * *
   Представление было впечатляющим. Русские так отплясывали «Русского», что казалось, могут проломить паркетные полы, но ничего, обошлось. Фуршет откровенно разочаровал. Черной икры не было. Была красная. А к тому немногому, что было разложено на столе в огромных глубоких блюдах, мгновенно выстроилась очередь. Странно было смотреть на людей, теснившихся у столов. За пределами здания любой из них мог бы купить целую охапку рыбных магазинов. А вот смотришь, радуются дармовому куску хлеба, будто бы дети. Экельн решил довольствоваться малым: ковырнул разок оливье, попробовал салат из морской капусты, на том и успокоился. Куда занятнее было наблюдать за людьми, толпящимися у столиков. Вот ведь оно как получается, в обычной жизни каждый из них вполне состоявшийся человек, имевший свое прибыльное дело: банкир или влиятельный бизнесмен, а то и политик, но сейчас, отбросив условности, они протискивались к столикам к бутербродам с ветчиной, как если бы за плечами у каждого было недельное голодание.
   Особенно удивил крупный мужчина с очками в золотой оправе, судя по манере держаться, он был из промышленников (Экельн чуял их буквально за версту). Протаранив животом стоящую даму, он ухватил короткими ручонками бутерброд с красной икрой и так усердно зашевелил толстыми губами, словно бы опасался, что халяву могут отнять соседи. Ланц Экельн невольно поморщился. Возможно, где-нибудь в буфете Гранд-опера, он вел бы себя посдержаннее, хотя бы потому, чтобы не заляпать лацканы фрака. Но демократический стиль общения накладывал свой отпечаток.
   В стороне от окна стоял мужчина с тарелкой в руках и лениво, как если бы делал одолжение всему свету, ковырял одноразовой вилкой морковный салатик. Что-то в его внешности показалось Экельну знакомым, как если бы они однажды встречались. Образ, запечатленный в памяти, беспрестанно обволакивался легкой дымкой, а потом и вовсе исчезал, оставляя после себя лишь смутную тревогу.
   – Знаете, мне кажется, что я вас где-то видел, – заговорил Экельн по-английски, подойдя к мужичине.
   Положив остатки салата на подоконник, мужчина с интересом посмотрел на Ланца Экельна, излучавшего радушие.
   – Вот как? – удивленно отозвался тот на приличном английском. – Но мне ваше лицо совершенно незнакомо.
   – Такое чувство, что я встречался с вами очень давно.
   – Даже не знаю, что и сказать… Может, вы видели моего отца, говорят, что я очень похож на него.
   – А кто, простите, ваш отец?
   – Русский генерал.
   – Русский генерал, говорите, – стараясь подавить наступающую тревогу, проговорил Экельн. – Вот только не знаю, где я мог его повстречать.
   – Возможно, вы могли видеть его в Германии.
   – Хм, весьма сомнительно. Ваш отец воевал в Германии?
   – Да, – охотно отвечал молодой человек.
   – Вряд ли я мог его видеть, на той войне я был всего лишь рядовым интендантом и волочился в обозе, – слукавил Экельн. – Потом некоторое время был в плену у американцев, а затем вернулся домой.
   – Возможно, вы его там и видели. Отец мне как-то рассказывал о том, что незадолго до окончания войны он занимался поисками и спасением австрийских реликвий.
   Губы невольно свела судорога.
   – А он вам сказал, что это были за реликвии?
   – Какие-то христианские ценности.
   – Уж не в Нюрнберге ли? – старался Экельн не выдать своего волнения.
   – Верно, в Нюрнберге, – удивленно протянул мужчина. – Только откуда вы это знаете?
   – В нашей прессе кое-что об этом писали, – неопределенно протянул Ланц Экельн.
   Вспомнилась прохладная ночь конца апреля. Темный Нюрнбергский подвал, и громадная тень, блуждающая по его коридорам. Тогда они думали, что это бродит душа одного из мучеников, замурованных в толстые каменные стены. И только по прошествии многих лет в одном из музеев Австрии Экельн случайно увидел портрет Фридриха Барбароссы и к своему немалому удивлению узнал в нем призрак, встреченный однажды в подземелье. Видение появилось в тот самый момент, когда они вошли в хранилище. Фигура фантома была размазана, но можно было понять, что на его плечах тяжелые латы. Зато лицо было вычерчено в малейших деталях. Застыв от ужаса и позабыв про оружие, они с раскрытыми ртами наблюдали за тем, как привидение передвигается по комнате, затем, развернувшись, оно растворилось в каменной кладке.
   И вот теперь память угодливо подбросила ему очередную головоломку: человек, стоявший перед ним, очень напоминал русского офицера, с которым он в конце войны столкнулся в хранилище Нюрнбергской крепости, когда по приказу фюрера должен был спасти Копье судьбы. Разве мог бы он тогда предположить, что его всю жизнь будет преследовать взгляд русского, сжимающего в руках Копье судьбы.
   Сейчас, глядя на молодого мужчину, он как будто бы заново пережил ту минуту: выпущенная очередь расщепила коробку, в которой лежало Копье судьбы, и лишь царапнула его металлическую поверхность. Русского уберегло чудо. Или тень Фридриха Барбароссы?
   Не менее странно выглядело и то, что многие десятилетия они, оказывается, были связаны между собой невидимыми нитями, и вот теперь к нему явился уже его сын, чтобы во второй раз подарить надежду.
   – Разрешите представиться: Ланц Экельн, бизнесмен.
   – Алексей Саторпин, – сдержанно отвечал молодой человек.
   Ланц Экельн понимающе закивал: значит, фамилия того офицера Саторпин.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [25] 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация