А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Власть и масть" (страница 12)

   – Мне будет достаточно двоих.
   – Отлично. Они тоже получат амнистию.
   Рейхсфюрер поднялся:
   – Надеюсь в следующий раз встретиться уже после вашего освобождения.
* * *
   На изготовление копья ушло ровно пять дней. Более тонкой и кропотливой вещи Томасу Тенсону не приходилось делать за всю свою жизнь. Однако он был невероятно доволен качеством работы. Вне всякого сомнения, что сделанное копье в точности совпадало с Копьем Лонгина. Даже древнеримский мастер, изготовивший Священное копье, вряд ли мог бы точно сказать, какое именно из двух будет настоящим.
   Начальник лагеря лично хотел оценить проделанную работу. А когда увидел копье, то, не удержавшись, взял его в руки. Придирчиво, как въедливый покупатель, он принялся рассматривать его со всех сторон, стараясь сличить с копьем, изображенным на фотографии.
   – Хм… Невероятно. Мне приходилось видеть похожие вещи. Но я никогда не думал, что это можно сделать с такими сложными предметами. У вас получилось.
   – Я очень старался.
   – Разве только капли воды могут быть так похожи. Но кто их, собственно, будет различать. Кто вам помогал?
   – Заключенный номер 521/G32 и заключенный номер 891/Q79, господин штандартенфюрер.
   – За что они были осуждены?
   – Сочувствие к коммунистам.
   Начальник лагеря слегка поморщился.
   – Они тоже литовцы?
   – Да, господин штандартенфюрер.
   – Хорошо, я поспособствую их освобождению. А вот это ваше освобождение, возьмите, – протянул штандартенфюрер лист бумаги. – Поздравляю вас, вы свободны. Можете идти.
   Пальцы дрогнули. Лист бумаги едва не выскользнул из ладони. Занятное это дело – подбирать собственное освобождение под ногами у начальника лагеря.
   – Прямо сейчас?
   – Разумеется, вы свободный человек. Отдадите этот документ на выходе. Там все написано. Вам выдадут гражданскую одежду, и вы можете ехать на родину.
   – Спасибо, господин штандартенфюрер, – растрогался заключенный, продолжая держать заветный листок за самый краешек. Очень не хотелось его помять.
   – Меня благодарить не нужно, поблагодарите лучше великую Германию и нашего фюрера.
   – Хайль Гитлер! – расчувствовавшись, неумело вскинул Томас Тенсон правую руку.
   Сопровождаемый дежурным эсэсовцем, Томас Тенсон вышел из кабинета. Спустившись по лестнице во двор, почувствовал, как ему в ноздри ударил сладковатый нектар цветов. Странно, что он не заметил пряного запаха, когда шел к начальнику лагеря. Впрочем, это объяснимо, от нахлынувшего напряжения притупились все органы чувств. Теперь, когда самое страшное оставалось позади, он будет способен ощущать жизнь во всех ее проявлениях.
   Вышли из жилой территории, где проживали офицеры с семьями, и направились вдоль промышленной зоны.
   – Направо, – неожиданно скомандовал сопровождавший его эсэсовец.
   Внутри зародилось невольное беспокойство, – ворота размещались на противоположной стороне лагеря. А впереди – печи крематория. Рука, державшая листок, предательски дрогнула, пальцы непроизвольно разжались, и желанное освобождение, подхваченное ветром, понеслось в сторону вышек к запретной зоне. Листок бумаги упал всего лишь в шаге от надписи: «Не приближаться». Но Томас Тенсон, не обращая внимание на запрет, подошел вплотную к столбу и подобрал листок (как же он мог расстаться с заслуженной свободой!). Уже разгибаясь, он увидел направленный ему в грудь ствол автомата. Что-то в лице эсэсовца переменилось. Томас поднял руку, пытаясь защититься, но пули, пробив листок, ударили в грудь заключенного, и он, раскидав руки, упал на асфальтовую дорожку.
* * *
   Выслушав доклад заместителя, оберштурмфюрера СС Шульца, начальник лагеря одобрительно кивнул:
   – Хорошо. Вместе с этим Томасом Тенсоном над копьем работало еще два человека. Думаю, не нужно вас предупреждать, что операция «Копье Лонгина» проходит в полнейшей тайне.
   – Точно так, господин штандартенфюрер, – охотно отозвался Шульц. – Они уничтожены на несколько минут раньше, чем заключенный под номером 143/SR857, и сейчас их тела дожидаются своей очереди в крематории.
   Подняв со стола копье, начальник лагеря протянул его заместителю:
   – Срочно доставьте это копье Гиммлеру.
   – Слушаюсь, господин штандартенфюрер.
   – Самолет в Оберзальцберг вылетает через полтора часа.

   Глава 14
   ПОСЛЕДНИЙ ХРАНИТЕЛЬ

   Нюрнберг. 1944 год, август
   Впереди шел немолодой гауптшарфюрер СС Ганс Райнике и освещал фонарем рейхсфюреру дорогу. Две недели назад он вернулся из госпиталя, но, судя по тому, как подволакивал ногу, было понятно, что ранение залечено не до конца. Генрих Гиммлер знал, что по образованию тот был горным инженером, работал на одном из рудников. В лучшие времена уже вышел бы на пенсию и воспитывал бы внуков, но полгода назад всеобщая мобилизация дотянулась и до него, и старый вояка, участвовавший еще в Первой мировой, сполна отдал свой долг перед родиной на Восточном фронте.
   Пошел уже седьмой день, как он поступил в распоряжение рейхсфюрера Генриха Гиммлера.
   Неловко ступая, опасаясь оступиться на крутых ступеньках, гауптшарфюрер уводил рейхсфюрера все глубже в подвалы Нюрнбергской крепости. Спустились еще на пол-этажа ниже, из земли дохнуло колодезным холодом. Помещения были грандиозными, и мощный луч фонаря, рассеиваясь в пространстве, даже не достигал противоположной стены.
   Стены и сводчатые потолки были выложены из толстого темно-серого известняка, в поры которого въелась многовековая копоть. Лучшее место для хранения копья, чем древние подвалы крепости, придумать было сложно. Здесь буквально каждый камень дышал стариной.
   – Что здесь было, Ганс? – спросил рейхсфюрер, задрав голову вверх.
   – Винные подвалы, господин рейхсфюрер, – живо отвечал гауптшарфюрер. – Посмотрите на арки, они как раз сделаны под бочки, которые здесь когда-то стояли.
   – Это какая же высота была у этих бочек? – невольно подивился Гиммлер.
   – Думаю, что не менее четырех метров, – задумавшись, отвечал гауптшарфюрер.
   Гиммлер уже давно обратил внимание на то, что престарелый вояка обладал энциклопедическими знаниями. Пожалуй, не было вопроса, на который бы он не сумел ответить. Если бы в войсках было побольше таких гауптшарфюреров, то германская армия уже давно бы маршировала по Красной площади.
   – Где же собирали такие бочки? – подивился Гиммлер.
   – А здесь же и собирали, господин рейхсфюрер. В подвале. Если всмотреться, то можно заметить на стенах даже следы от крепежей, которыми удерживали бочку.
   – Прежний хозяин замка был несметно богат, заметил Генрих Гиммлер.
   – О да, господин рейхсфюрер. В минувшие столетия они одалживали деньги даже королям.
   – Не сомневаюсь. Наверняка эти подвалы хранят немало тайн.
   – Именно так. Неделю назад, когда я впервые осматривал эти подвалы, то в дальней галерее обнаружил человеческий скелет, прикованный к стене металлическими обручами. Думаю, что ему не менее трехсот лет.
   – Как, по-вашему, гауптшарфюрер, кто бы это мог быть?
   Ковыляя, старый вояка все далее уводил Гиммлера по галерее, освещая фонарем стены. У самого поворота он неожиданно остановился, луч фонаря скользнул по нише, высветив узкую дубовую дверь.
   – Думаю, что это какой-нибудь должник, который не сумел рассчитаться вовремя.
   – Вполне возможно. А вам случаем не приходилось видеть здесь привидений?
   – Не приходилось, господин рейхсфюрер. Вам может показаться странным, но я совершенно не боюсь привидений. После Восточного фронта мне уже ничего не страшно.
   – И что же было самое запоминающееся?
   – Свист русских орудий. Русские называли их «катюшами». Мы же этот свист прозвали «симфонией Сталина», уж слишком он трепал нам нервы.
   – Вы отважный человек, – заметил рейхсфюрер. – Не каждый может высказаться столь прямолинейно… Тем более в настоящее время.
   – Я стар. Мне уже нечего терять. – Распахнув дверь, он произнес: – Вот та самая комната, о которой я вам говорил. Она небольшая, но как временное жилище может вполне подойти. Вряд ли кто-нибудь станет искать копье именно здесь.
   Рейхсфюрер прошел в комнату. У самых дверей полыхал большой факел, освещая дрожащим пламенем пол, отполированный за долгие века многими подошвами, шероховатые стены, закопченный потолок. Полное ощущение того, что удалось шагнуть в средневековое лихолетье.
   Гиммлер невольно поежился. Впечатление удручающее, такое тесное помещение с низко навешенным потолком больше подходит для одиночной камеры, чем для жилья, впрочем, для Копья судьбы более удачное место отыскать трудно.
   – Все, более искать не будем, – распорядился рейхсфюрер СС, – это то самое место. Пойдемте обратно, господа.
* * *
   Вынос Копья судьбы из церкви Святой Екатерины напоминал небольшую войсковую операцию. Уже ранним утром к ограде церкви подъехал броневик и несколько грузовиков с автоматчиками.
   Через оцепление эсэсовцев, выставленное вокруг церкви, плотными рядами стояли горожане, – каждый желал проститься со святыней и проводить ее в дорогу. Оставалось только удивляться, каким образом они прослышали о выносе из церкви бесценной реликвии. Среди черных мундиров мелькали фигуры двух Генрихов – Гиммлера и Мюллера, причем второй из них был в роли распорядителя.
   Два офицера-эсэсовца, один в звании штандартенфюрера СС, а другой оберштурмбаннфюрер СС, под пристальным вниманием четырех автоматчиков вытащили из витрины Копье судьбы и, завернув его в золоченую парчу, понесли из церкви.
   Народ, стоявший за ограждением, стал напирать, доставляя солдатам, стоявшим в оцеплении, невольное беспокойство, – каждому хотелось видеть перенос Копья судьбы. Будто бы угадав желание собравшихся людей, офицеры остановились на крыльце и, откинув материю, показали верующим реликвию. На какое-то мгновение у церкви воцарилась тишина, вдруг неожиданно оборвавшаяся гомоном взволнованных голосов.
   – Они навсегда увозят от нас Копье судьбы! А ведь специальным приказом фюрера копье должно находиться именно в приходской церкви Святой Екатерины, – возмущался старик лет восьмидесяти. – Наша церковь старейшая во всей Баварии, так что мы заслужили такое право.
   Обращение деда было тотчас услышано, и из глубины толпы раздалось несколько голосов, столь же тревожных:
   – А знает ли об этой акции фюрер?!
   – Господа, они самовольно выносят Копье судьбы!
   Вперед вышел Генрих Мюллер, начальник четвертого управления. В свои сорок четыре года он выглядел необычайно молодо, в густых черных волосах не было даже седого волоса. Взгляд прямой, уверенный.
   – Господа, прошу вас не волноваться. Вам известно, что я тоже баварец и родился в Мюнхене. А поэтому для меня столь же важно, где будет находиться Копье судьбы. Оно по-прежнему будет находиться у нас здесь, в Нюрнберге, в подвале «Дома Дюрера»! На время бомбардировок мы просто переносим Копье в более безопасное место. Кто в этом сомневается, можете завтра же посмотреть Священное копье… Потом, обещаю вам, оно вернется в церковь Святой Екатерины, где ему и полагается быть.
   Два офицера, помогая друг другу, бережно, будто бы малое дитя, запеленали Копье судьбы в дорогую парчу и вдвоем, как если бы несли неимоверную тяжесть, понесли к бронированной машине.
   Народ в желании рассмотреть Священное копье стал напирать и даже в какой-то момент потеснил автоматчиков, но прозвучавший пистолетный выстрел заставил схлынуть толпу.
   – Назад! – закричал командир взвода, размахивая «Вальтером». – Иначе будем стрелять!
   Офицеры остановились перед грузовым отсеком. Терпеливо подождали, пока солдаты распахнут перед ними бронированные двери; громко лязгнув, к их ногам опустилась лестница, после чего под присмотром взвода эсэсовцев они стали подниматься в машину. Оберштурмбаннфюрер СС, остановившись у входа, махнул горожанам рукой и прикрыл за собой дверь.
   Бригаденфюрер СС Мюллер, докурив сигарету, нервно бросил ее под ноги и безжалостно, как если бы давил ядовитую гидру, растер окурок каблуком сапога. Затем махнул рукой, прозвучала громкая команда, и кавалькада из полутора десятков автомобилей медленно поехала по улице. Облегченно вздохнув, он сел в служебный автомобиль, заняв место рядом с водителем, и «Мерседес-Бенц», пыхнув черным облачком, замкнул удаляющуюся колонну.
* * *
   Проводив взглядом удаляющуюся колонну автомашин, рейхсфюрер СС Гиммлер в сопровождении нескольких офицеров вернулся в церковь Святой Екатерины.
   Рядом с бургомистром Вилли Либелем стоял штандартенфюрер СС Хайнц Шмайсснер. Про таких мужчин говорят, что они имеют породу. Военная форма необыкновенно шла к его долговязой высокой фигуре, полное впечатление того, что он родился в мундире офицера СС. Мужественное красивое лицо сужалось книзу полукруглым подбородком, в самом центре которого обозначилась небольшая ямочка. Нос прямой, с легкой горбинкой в самом центре; лоб высокий, гладкий, слегка выпуклый; густые русые волосы зачесаны назад. Такие лица художники любят рисовать на плакатах, подчеркивающих чистоту арийской расы.
   С задумчивым видом немного поодаль стоял доктор Конрад Фрайс. О русских он знал не понаслышке. Угодив в плен во время Брусиловского прорыва, он пять лет провел в лагере под Можайском. За это время сумел проникнуться коммунистическим духом, и после окончания войны два года был комиссаром в Петрограде. Однако столь красное прошлое не помешало ему продолжить юридическое образование и впоследствии получить степень доктора наук. С приходом к власти национал-социалистической партии он поменял свои политические взгляды и продолжил карьеру в качестве депутата в рейхстаге. А в июле фюрер доверил ему руководить судебным процессом над заговорщиками.
   Как это ни парадоксально, но Конрад Фрайс был одним из самых доверенных людей Генриха Гиммлера, и однажды рейхсфюрер, не то в шутку, не то всерьез, обмолвился, что он доверяет доктору Фрайсу куда больше, чем собственной жене.
   Распахнутая витрина без Священного копья смотрелась сиротливо. Наверняка у всех присутствующих подобная картина вызывала немалое уныние. Тяжелее всех пришлось доктору Фрайсу, – он подошел к витрине и бережно опустил стекло. Получилось звучно, как если бы захлопнули крышку гроба.
   – Господа, – заговорил рейхсфюрер СС Гиммлер, – здесь нас только три человека, посвященных во все детали операции «Копье судьбы». Уверяю вас, всех тонкостей не знает даже фюрер. Вместе с фюрером только четыре человека будут знать о том, где будет лежать настоящее Копье судьбы. – Выждав значительную паузу, продолжил: – Оно будет размещаться в специально оборудованной комнате в подвалах Нюрнбергской крепости. Для всех остальных оно будет находиться в «Доме Дюрера». – Едко улыбнувшись, добавил: – Во всяком случае, там будет лежать его искусная копия.
   – А никто не сумеет отличить подлога? – забеспокоился доктор Фрайс.
   – Уверяю вас, доктор, это совершенно исключено. Оба копья идентичны! Если бы у них была мать, так и она бы не отличила своих близнецов.
   – А как же тот человек, который изготавливал подделку? – усомнился штандартенфюрер СС Хайнц Шмайсснер.
   – По этому поводу вы тоже не должны беспокоиться, – заверил рейхсфюрер СС Гиммлер. – Сейчас он находится в тех краях, которые не способствуют болтливости.
   – А где же настоящее копье? – подивился Хайнц Шмайсснер.
   – Покажите Копье судьбы всем, господин Либель, – обратился рейхсфюрер к бургомистру.
   Только сейчас присутствующие заметили, что в ногах у бургомистра лежал черный футляр, в котором обычно переносят скрипки. Подняв его, он щелкнул замками и с большой бережностью вытащил длинный продолговатый предмет, завернутый в обыкновенную черную тряпку. На лицах присутствующих невольно застыло изумление. Значит, именно здесь прячется святая реликвия? Кто бы мог подумать!
   – Господин штандартенфюрер, – обратился Вилли Либель к Хайнцу Шмайсснеру, – помогите мне, пожалуйста.
   Шагнув вперед, штандартенфюрер СС принял на руки священную ношу, и бургомистр проворно размотал тряпицу. Бережно взяв в руки копье, Вилли Либель дрогнувшим голосом объявил:
   – Вот это и есть настоящее Копье судьбы, господа!
   Взгляды всех присутствующих – смесь восторга и благоговейного трепета, – были прикованы к Священному копью. В присутствии копья невольно терялось чувство времени, на него хотелось взирать долго, до рези в глазах.
   Из транса присутствующих вывел резковатый голос доктора Фрайса:
   – Да, но позвольте, каким образом мы можем сказать, какое из этих двух копий настоящее?!
   – Хорошо, что вы задали мне этот вопрос, господа, – тотчас отозвался рейхсфюрер СС. – Даже если нас не будет, все мы ходим под Богом… Тем более во время войны. Так что наши потомки все равно сумеют определить, какое из этих двух копий будет настоящее, а какое фальшивое.
   – Чем же они отличаются друг от друга?
   – Всем известно, что на настоящем копье под золотой муфтой начертано имя первого его владельца, центуриона Гая Кассия. Так вот, на копии такой надписи нет. А теперь господа, не будем терять время, я покажу вам место, где должно находиться Копье судьбы.
   Вышли из церкви.
   За оцеплением оставалась лишь горстка любопытных. Вытянув шеи, горожане посматривали на спускающихся по крыльцу офицеров. В мужчине, шедшем впереди, горожане узнали рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера, весьма редкого гостя в Нюрнберге. Рядом с ним шагал бургомистр и держал в правой руке футляр со скрипкой. Наверняка офицеры присутствовали на богослужении, так что в этом не было ничего необычного. Перебросившись несколькими фразами, они направились к двум автомобилям, стоящим во дворе.
   Не расставаясь с футляром, бургомистр сел на переднее пассажирское сиденье и бережно положил его на колени. На заднем сиденье расположились двое других офицеров. Генрих Гиммлер поехал в отдельной машине. Выехав из приходской церкви, машины направились в центральную часть города.
   Дорога заняла несколько минут. Их уже ждали, головная машина лишь слегка притормозила перед открывающимися воротами и, громко просигналив, въехала во двор, уложенный базальтовой брусчаткой.
   Дежурный офицер подскочил к машине и, распахнув дверь, помог выбраться рейхсфюреру СС.
   – Хайль Гитлер, рейхсфюрер! – прищелкнув каблуками, выкинул вперед руку молоденький штурмшарфюрер.
   Небрежно, как и положено высоким чинам, Гиммлер отбросил руку к плечу, показав белую широкую ладонь. Для молоденького офицера рейхсфюрер СС казался олицетворением Великой империи, которая должна, если верить обещаниям министра пропаганды Геббельса, просуществовать долгих тысячу лет. Гиммлер печально вздохнул: если бы ему знать, что государство, казалось бы, обреченное историей на сотни лет величественного господства, еженедельно теряет территории, равные его родной Баварии. И не далек тот день, когда Третий рейх сожмется до земель средневекового графства.
   Из-за спины юноши, неловко подтягивая раненую ногу, вышел гауптшарфюрер Ганс Райнике, в металлической каске и с пистолетом на поясе. Его-то не испугать, за свою жизнь он насмотрелся всякого, а высокое начальство разглядывал на расстоянии вытянутой руки. Чего же ему гнуться перед высшими чинами, если на Восточном фронте не гнулся под пулями.
   Проковыляв к вышедшему Гиммлеру, коротко доложил:
   – Все готово, господин рейхсфюрер.
   – Тогда не будем терять время, Ганс. Пойдемте.
   Гауптшарфюрер захромал в распахнутую дверь. Приостановился у самого входа, дожидаясь поотставших офицеров, и, стуча стальными подковками, принялся спускаться по каменной лестнице.
   – Мы провели свет, господин рейхсфюрер, – сообщил гауптшарфюрер, – так оно удобнее.
   – Правильно, в прошлый раз я чуть не расколотил лоб о ваши косяки, – пожаловался Гиммлер. – Не хватает еще во время войны помереть от бытовой травмы, – невесело буркнул он. – Так как насчет привидений, Ганс, вы их, часом, не видели?
   Старый солдат сдержанно рассмеялся:
   – Я думаю, что они просто боятся меня, господин рейхсфюрер.
   Лампы в повале были тусклые, но света было вполне достаточно, чтобы как следует рассмотреть помещение. Грязи не видно, пол аккуратно подметен, но через слой штукатурки просматривались надписи, оставленные невольниками прошлых столетий.
   Удручающее впечатление.
   Гиммлер невольно перевел взгляд на шагавшего рядом Вилли Либеля и невольно хмыкнул, рассмотрев на его тощем вытянутом лице собственные переживания. Кому было нипочем, так это старому солдату, чувствовавшему себя в подземелье столь же уверенно, как и на Восточном фронте. Гауптшарфюрер даже что-то напевал себе под нос, вот только было непонятно, что именно: не то бравурный солдатский марш, не то какую-то разудалую песню. С музыкальным слухом у солдата были нелады.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация