А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Ностальгия" (страница 30)

   Глава 23
   Дежа вю надо встречать с улыбкой

   Андрей вздрогнул, приоткрывая глаза. Он только что проснулся от дикого крика кого-то в палате.
   – Черт, зачем так кричать? – пробормотал он, привстав и оглядываясь по сторонам.
   Андрей увидел Наполеона, который стоял без одежды посреди палаты с поднятыми кверху руками.
   – Что случилось? – удивленно спросил Андрей, но никто ему не ответил.
   Наполеон снова дико заорал на всю палату, выпучив глаза:
   – Все вы умрете!! И я тоже умру!!
   Андрей протер глаза и подумал:» Кажется, вчера этот Наполеон дико орал… Или я еще сплю?»
   – Ладно, хорош орать, – недовольно произнес Антон, вставая с кровати и позевывая.
   Андрей услышал реплику друга и снова подумал: «И Антон то же самое вчера говорил… Что со мной? Или я вижу новый сон?»
   Наполеон поднял брови кверху от удивления, говоря:
   – Что такое? Ты можешь делать мне замечания?
   Андрей спустил ноги на пол, сидя на кровати, и очень внимательно наблюдал за происходящим, вспоминая, что все это происходило уже вчера.
   – А то! Зуб даю, что могу! – охотно ответил Антон, вразвалку подходя к сумасшедшему.
   Однако Наполеон продолжал упрямо спрашивать Антона:
   – Ты мне, императору, можешь делать замечания?
   – Да! Могу делать тебе, дуралею, замечания! – улыбнулся Антон, слегка толкая Наполеона в грудь. – Ты чего тут голый стоишь?
   – Что-о?! Ты можешь делать мне замечания?
   – Да! Делаю тебе замечание, иди оденься, псих! – строго сказал Антон.
   Наполеон вспылил:
   – Молчать! Приказывать тут могу лишь я, император! Все вы умрете!
   «А сейчас Антон ударит психа», – подумал Андрей.
   И действительно: Антон он поднял правый кулак и ударил Наполеона в лоб.
   Наполеон покачнулся, не удержался на ногах и упал па пол без всяких слов.
   – Антон, ты драться не устал? – укоризненно спросил Андрей, вставая и подходя к другу.
   – А чего он надоедает мне! – оправдывался Антон. – Ты чего хочешь?
   Андрей наклонился к другу, шепча ему на ухо:
   – Слышь, вчера было то же самое…
   – Чего? – пробормотал, не поняв Андрея, Антон. – Чего ты говоришь о вчерашнем дне?
   – Дежа вю, – пояснил Андрей, улыбаясь.
   – Не верю…
   – А вот сейчас этот Наполеон встанет и начнет орать, – напомнил Андрей.
   И в самом деле: Наполеон быстро поднялся, поспешно отошел к своей кровати и оттуда завопил:
   – Люди! Караул! Наших бьют!
   Сумасшедшие повскакали, стали кричать, кидаться подушками. Андрей с Антоном благоразумно отошли к своим кроватям, предпочитая не вмешиваться в ненужную драку.
   – Ну, что, Антон? – с интересом спросил Андрей. – Теперь мне поверил?
   – Во что верить?
   – В то, что всё повторяется… Дежа вю!
   Антон неопределенно пожал плечами, ничего не ответив другу.
   – Ладно, – усмехнулся Андрей, – сейчас в палату вбегут санитары.
   – Да? И сколько их будет?
   – Три… Три санитара вместе с медсестрой.
   В палату, как сказал Андрей, вбежали трое дюжих санитаров с медсестрой.
   – Верно ты сказал, – удивленно забормотал Антон, выкатив глаза.
   – Посмотри на календарь на стене, – попросил Антона Андрей.
   Антон подошел к висящему календарю на стене.
   – Андрей, подчеркнуто десятое апреля, – сообщил Антон. – Сегодня деся…
   – Нет, Антон, это вчера было десятое апреля! – убежденно ответил Андрей.
   – Как это так? – Антон пожал плечами, недоуменно глядя на Андрея.
   – Почему шумим? – вскричал один лысый санитар, а другой санитар с покрасневшим отечным лицом добавил, грозя кулаком: – А ну быстро всем лечь на свои места!
   Андрей и Антон легли быстро на кровати, так что санитары не смогли придраться к ним. Вася тоже лежал, а остальные больные стояли в крайнем возбуждении.
   Лысый санитар грубо толкнул Наполеона к его кровати, требуя, чтобы тот быстро оделся.
   – Еще раз повторяю: всем быстро лечь на кровати! – приказал лысый санитар, толкая больных к кроватям.
   – А завтрак? – спросил Кощей.
   – Пока не будет порядка, никакого тебе завтрака! – грубо ответил Кощею санитар с покрасневшим отечным лицом.
   – Тебе этот завтрак нужен? – спросил Кощея Андрей.
   – А как же без него?
   – Да? Манная каша, компот? Очень вкусно, да?
   Кощей вздохнул и уныло ответил:
   – Что поделать? Ты можешь предложить нам иное меню?
   – Нет…
   Больные с трудом улеглись.
   Медсестра раздала всего градусники, таблетки и объявила, что завтрак будет через полчаса. Антон задержал медсестру, спрашивая ее:
   – Скажите, а какое сегодня число?
   – Сегодня? Сегодня десятое апреля, – ответила медсестра и хотела отойти от Антона, но он ухватил за халат, не давая ей идти.
   – Пусти меня! – повысила голос медсестра, после чего подозвала санитаров.
   – А ну отпусти медсестру, псих! – потребовал лысый санитар, толкая Антона.
   Антон разжал пальцы, отпуская медсестру, и спросил санитара, какое сегодня число. Лысый санитар засмеялся:
   – А тебе не все ли равно, какое сегодня число? Ну, десятое апреля, дальше что?
   – Десятое апреля было вчера, – заметил лежа на кровати Андрей.
   – Ха! Еще один псих чего-то тут вякает! – засмеялся лысый санитар, после чего нахмурил брови, сердито говоря:
   – А ну молчать тут!
   Санитары предупредили всех о соблюдении порядка в больнице и вышли вслед за медсестрой.
   Андрей полежал несколько минут, потом встал и подошел к кровати Васи. Вася лежал с закрытыми глазами, хотя и не спал.
   – Ну, хватит лежать, Вась, – обратился к Васе Андрей.
   – А что мне делать? – тихо ответил Вася, продолжая лежать с закрытыми глазами.
   – Хотя бы встань, пройдись по палате, займись гимнастикой, – предложил Андрей, приседая.
   К друзьям подошел Антон, позевывая.
   – Вот и Антон встал, – радостно произнес Андрей, улыбаясь.
   – А чего ты радуешься? – спросил Антон.
   – Чего радуюсь? Новому дню я радуюсь!
   – Гм, смотрите, какой радостный попался, черт дери тебя, – проворчал Антон, качая головой.
   – Дежа вю надо встречать с улыбкой! – объявил Андрей.
   – Не понял что-то тебя, Андрей, – проговорил Вася, открывая глаза.
   Антон присел на край кровати Васи. Андрей почти шепотом сообщил друзьям о своем открытии. Вася присел, удивленно смотря на Андрея, а Антон пожал плечами, говоря:
   – Кто-то спутал даты на календаре.
   – Нет, не спутал, – возразил Андрей, – забыл, что тебе медсестра ответила?
   Антон задумался.
   – И потом что тебе санитар ответил? Он тоже ответил, что сегодня якобы десятое апреля, так?
   – Так… – кивнул в замешательстве Антон, тупо смотря на Андрея. – Ну?
   – Чего ну, Антон? Дежа вю! Всё повторяется!
   Антон отрицательно качнул головой, раздраженно говоря:
   – Черт!.. Видно, напился ты, Андрей! Или сдуру болтаешь!
   – Антон, ты подумай лучше, – порывисто произнес, вставая, Вася.
   – Чего мне думать? Черт, как все надоело! Домой хочу, – признался Антон, грустно глядя на Андрея.
   – Все домой хотят! – почти одновременно ответили Андрей с Васей.
   Минуту друзья помолчали, потом Вася добавил, открывая глаза и вставая с кровати:
   – Бежать отсюда надо!
   – И именно это ты, Вася, говорил вчера, – напомнил Андрей.
   – Бежать? – спросил Антон, вставая.
   – Разумеется, – согласился с Васей Андрей, – но не могу придумать, как нам отсюда бежать.
   Антон стоял с кислым видом, продолжая покачивать головой.
   – Антон, ты что-то сказать хочешь? – спросил его Андрей.
   – Чего говорить? – уныло ответил Антон. – Бежать надо, но не удастся.
   – А ты не бойся, надейся, тогда все у нас получится! – попытался приободрить друга Андрей, улыбаясь.
   Улыбка Андрея разозлила Антона:
   – Ну, чего ты скалишься, а?
   – Нельзя улыбаться?
   – Улыбаться можно, но не вижу повода для радости!
   – Как не видишь? Мы здоровы, живы, утро новое… Нет, вернее, снова сегодня вчерашнее десятое апреля, ха-ха!
   Антон с большим раздражением махнул рукой, говоря:
   – Хватит! Брось кривляться! Уж тошно как!
   – Значит, наш ностальгирующий товарищ огорчен своим появлением в том прошлом времени, о…
   – Хватит кривляться! – закричал на всю палату Антон, хмурясь.
   – Ты чего орешь, Антон? – удивился Вася.
   – Он надоел мне своими шуточками! А ты, метр с кепкой, заткнись! – рявкнул Антон, грозно смотря на Васю – Что? За… за… чем на… надо мной смеять…ся? – пролепетал Вася, заикаясь.
   Андрей попросил Антона не говорить грубо с Васей, но Антон раздраженно произнес:
   – А сколько можно надо мной посмеиваться.
   Андрей присел на край кровати Васи, предложив Антону тоже сесть рядом. Антон молча сел, тогда Андрей спокойно стал говорить, вспоминая прошлый откровенный разговор с Антоном, чтобы тот успокоился. Однако Антон вскочил, как только Андрей напомнил ему о прежней беседе.
   – Ты чего бесишься? – обомлел Вася, видя, как злится Антон.
   – А чего он ко мне пристал? – недовольно ответил Антон, отходя от друзей. – Чего вспоминает? Зачем?
   – Чтобы ты успокоился, – поспешно ответил Андрей, перестав улыбаться, – чтобы ты вспомнил, как дал нам обещание.
   Антон быстро подошел к Васиной кровати и спросил:
   – Какое обещание?
   – А что больше не будешь ностальгировать по советскому прошлому, помнишь?
   Антон неохотно кивнул:
   – Ну…
   – Значит, помнишь свое обещание?
   – Я обещал еще подумать.
   – Нет! Ты обещал нам обоим больше не ностальгировать! – напомнил Антону его слова Андрей.
   – Ну, чего опять пристали? Что измениться, если я с вами соглашусь? – с интересом спросил Антон.
   – Что?
   – Да, что изменится? Мы сможем выйти из этой поганой психушки? Мы…
   Андрей жестом остановил Антона, мягко возражая ему:
   – Послушай… Мы недавно очень долго беседовали…
   – Ну!
   – Послушай… Мы ж тебе не враги? Мы очень хотим, чтобы ты одумался… Чтобы…
   – Перестань, Андрей! – почти взмолился Антон. – Тошно уж от твоих слов! И противно здесь находиться!
   – Согласен, что противно, – кивнул Андрей, – но подумать тебе стоит.
   – Ты насчет сдачи партбилета решил подумать, – прибавил Вася, обращаясь к Антону.
   Антон махнул рукой, вздыхая и говоря намного мягче, чем прежде:
   – Ладно… Подумаю… Сегодня…
   – Гм, сегодня или завтра? – спросил Антона Андрей, но его вопрос повис в воздухе.
   Друзья стали рядом, протягивая руки для пожатия.
   – Ну, мир или война? – спросил Антона Андрей.
   – Мир, – уныло ответил Антон, вяло пожимая руку Андрея.
   – Мир? – робко спросил Вася, пожимая руку Антона.
   – Мир всегда лучше войны! – заметил Андрей.
   – И чтоб больше не называли меня метр с кепкой, – попросил жалобно Вася.
   – Хорошо! – за себя и Антона пообещал Андрей.
   Минута прошла в молчании.
   – Хорошо, только ты не нервничай, – попросил Антона Андрей, вновь улыбаясь.
   – Это почему?
   – Нам следует быть спокойными и уверенными, – объяснил ему Андрей, – словно мы тут во вражеском лагере, из которого нужно сбежать.
   – Сбежишь тут, как же…
   – А я думаю постоянно о побеге, – признался Вася, – но ничего придумать не могу.
   – Ничего, – успокоил Васю Андрей, – еще не вечер… Сбежим.
   – А дальше что нам делать? – спросил Антон.
   – Дальше? Одно знаю точно: больше в горком партии не пойду! – с улыбкой ответил Андрей. – И об этом мы говорили вчера.
   – А куда ты пойдешь?
   – Подумаем…
   Завтрак друзьям не понравился, да и как мог он им понравиться, когда они с самого детства не ели манной каши, а в больнице каждое утро давали на завтрак именно манную кашу; друзья уныло поглядели на кусочек масла с черствым хлебом, компот и решили есть хлеб с маслом, запивая его компотом. Кашу они есть не стали.
   Сидевший рядом с ними Кощей чмокал от удовольствия, кушая манную кашу. Он заметил унылые лица друзей, поэтому решил их как-то приободрить.
   – А вы кашку ешьте, такая вкуснятина! – улыбаясь и облизывая ложку, громко произнес Кощей.
   – Сам ее ешь, – ответил Антон, не смотря на Кощея.
   – Нам она не нравится, – вздыхая, проговорил Андрей, после чего шепотом попросил Антона не связываться с Кощеем.
   Антон так же шепотом ответил, что этот Кощей ему надоел. Тогда Андрей напомнил Антону про события прошлого дня, как Антон ударил Кощея в нос, но Антон лишь отмахнулся, огрызаясь:
   – Ты тоже мне надоел!
   Кощей улыбнулся и предложил Антону:
   – Тогда компот попей! Только не злись ты.
   Антон вскочил и неожиданно для всех больных заорал:
   – А ну замолкни!
   У Кощея от удивления поднялись брови, он покраснел, положил ложку на стол.
   – Антон, сядь, – попросил друга Вася, но Антон вновь заорал:
   – Замолкни, псих! Не лезь к нам!
   Андрей наклонился к Васе и тихо сообщил ему, что все это происходило уже вчера, а сегодня снова почему-то повторяется. Вася весьма удивленно посмотрел на Андрея, но ничего ему не ответил.
   Кощей встал, внимательно посмотрел на Антона и тихо спросил его:
   – А чего ты тут орешь? Я…
   – Последний раз прошу тебя заткнуться! Зуб даю, врежу!
   – Но…
   Антон размахнулся и ударил Кощея в нос. Кощей слегка вскрикнул, хватаясь рукой за нос.
   – Ты чего, Антон, взбесился? – изумился Вася.
   – Антон, сядь, – посоветовал другу Андрей, – санитары подойдут, смирительную рубашку оденут.
   Антон кивнул, быстро садясь вместе с друзьями.
   Но Кощей продолжал стоять, держа ушибленный нос. К нему подошли двое санитаров.
   – Что случилось? – спросил его лысый санитар.
   – А ну сядь на свое место! – потребовал санитар с отечным покрасневшим лицом.
   – Сяду, сяду… – Кощей тяжело вздохнул, садясь.
   Лысый санитар строго поглядел на притихших друзей, а потом спросил их:
   – Ну, чего тут произошло, психи?
   – А ничего, – быстро ответил Андрей.
   – Точно ничего? – строго спросил санитар с покрасневшим отечным лицом.
   – Точно! – ответил Андрей. – А больше ничего на завтрак нам не дадите?
   Санитар с покрасневшим отечным лицом подозрительно посмотрел на друзей, потом спросил:
   – А чего этот псих нос тер?
   – А кто его знает, – развел руками Вася, даже не смотря на санитара.
   Лысый санитар строго произнес, грозя друзьям указательным пальцем:
   – Тихо тут сидеть! Не ругаться и не драться!
   – А мяса нам не дадут? – поинтересовался Андрей.
   – Андрей, прекрати… – шепотом попросил Вася.
   Лысый санитар грубо толкнул Андрея, говоря сквозь зубы:
   – Ешь, чего дают, псих!
   Санитары отошли в сторону. Кощей покачал головой, пробурчал:
   – Эх, вы… Зачем драться со мной? Чего я вам сделал?
   – Ладно… Ешь, помалкивай, – прошептал Антон.
   – Чего ешь? Когда нос болит…
   – Ладно, Кощей, извини нашего друга, – извинился за Антона Андрей, дружески похлопывая Кощея по плечу. – Он очень нервный.
   – Если нервный, лечиться надо.
   – Слышь, Кощей, сейчас встану и еще раз дам тебе в нос! – повысил голос Антон, сверкая глазами.
   – Ну, нет! – воскликнул Андрей, придерживая Антона, чтобы тот снова не вскочил. – Будешь сидеть и есть кашку!
   – Не хочу я кашку, – закапризничал Антон, – хочу водки выпить!
   Кощей улыбнулся, говоря:
   – Водку все хотят, но где ее взять? Только компот есть.
   – Ладно, ешьте молча, а то санитары снова подойдут, – посоветовал всем Вася. – Смирительные рубашки на всех нас есть.
   – Логично! – усмехнулся Андрей. – Водки нет, мяса тоже нет, пряник всегда есть смогут, чего не скажешь о кнуте!
   Антон поморщился, не поняв:
   – Ты это о чем?
   – Гм, а том самом… О нашей треклятой жизни! Чего-чего, а дефицита кнутов в нашей стране никогда не будет.
   – То есть терпи и молчи, – добавил Вася.
   – Ты прав, Вася, – согласился Андрей, – но чаша нашего терпения переполнена.
   Терпение следует, как полагаю, измерять не чашами, а ведрами!
   Кощей строго произнес, вставая из-за стола:
   – Ох, философы, договоритесь вы!
   – А чего нам тут бояться? – усмехнулся Андрей. – Сам же недавно говорил, что лишь здесь можно говорить свободно!
   – Так-то оно так, но все-таки осторожность вам не помешает, – предупредил друзей Кощей.
   – А куда ты? – спросил Кощея Антон.
   – Куда? В палату. Спать!
   – И тебе нравится такая сонная жизнь? – удивился Андрей. – Ведь ты, Кощей, как мы поняли, вроде не псих?
   Кощей минуту постоял молча, колеблясь, отвечать Андрею или не стоит; наконец, он сел рядом с Андреем, решив ему ответить:
   – Хорошо… Да, я не псих, уж рассказывал свою историю… Да, говорил, что только здесь можно говорить, что вздумается… Что в голову взбредет… Но даже здесь есть, как вы говорите, кнут и пряник! Есть лишние уши, которые доложат, кому надо о подозрительных речах!
   – Согласен, – произнес Андрей.
   – Есть и манная каша, компот или пшенка, есть и смирительные рубашки, дополнительные уколы для устрашения психов! Вы согласны со мной или нет?
   – Мы полностью с тобой согласны, – ответил за всех друзей Андрей.
   – Ну, тогда о чем нам дискутировать?
   – О чем, говоришь? – задумчиво произнес Андрей. – О чем… А о том, что хватит терпеть…
   – А вы предлагаете нам какой-то выход? Мне какой-то выход, когда сами не можете выбраться отсюда?
   Андрей внимательно поглядел на разволновавшегося Кощея, мягко похлопал его по плечу, благожелательно сказал:
   – Да! Выход всегда есть!
   – Неужели?
   – Да, только надеясь, можно найти выход! Выход отсюда пока мы не нашли, это точно тобой подмечено. Но нас такая сонная жизнь не устраивает…Мы здесь временно, случайно здесь появились, скоро жизнь переменится, попомнишь мое слово!
   Кощей пожал плечами, скептически улыбаясь:
   – А я не верю… Не верю тебе! Ничего не произойдет! Никаких новых революций не будет! Не будет перемен…
   Кощей хотел уходить, но Андрей задержал его:
   – Постой! Ты вроде самый нормальный из находящихся здесь! Ты не веришь в перемены?
   – Разумеется, не верю.
   – Но почему? Ведь я точно знаю, что режим нынешний прекратит свое существование… Коммунисты больше не станут править, ты…
   – А кто станет вместо них? – без интереса, машинально спросил Кощей.
   – Кто? Долго тебе рассказывать, просто знай, что…
   – Ладно! Начитался ты фантастики!
   – Постой…
   – Отпусти меня! – решительно произнес Кощей, вырываясь из рук Андрея.
   Антон недовольно глянул на Андрея, пробурчав:
   – Слышь, может, хватит коммунистов ругать?
   – Хватит их ругать? – повторил слова друга Андрей. – А ты забыл свое обещание?
   – Ничего я не забыл, но…
   – Ладно, Антон, – вмешался в разговор Вася, – тебе еще много времени для раздумий понадобится.
   Антон недовольно поморщился, тут же спрашивая:
   – А почему?
   Однако никто ему не ответил. Кощей вышел из столовой.
   Лысый санитар посмотрел на часы, потом громко объявил:
   – Заканчивайте завтрак! Кто закончил есть, марш в палату!
   Андрей поморщился, шепча:
   – Как мне всё это надоело…
   Наполеон, проходя мимо лысого санитара, хихикнул:
   – Твой шашлык был очень вкусным!
   – Иди, псих! – толкнул Наполеона лысый санитар, тихо ругаясь.
   – Ладно, что делать нам дальше? – уныло спросил Вася, глядя на Андрея.
   Антон заметил, что Вася смотрит только на Андрея, и вспылил:
   – Ах, значит, мое мнение никого не интересует?
   – Почему? Интересует, – быстро ответил Андрей, – интересует, когда ты сдашь свой партбилет.
   Антон тихо выругался, вскакивая и рассерженно говоря:
   – Хватит уж! Андрей, ну, сколько можно посмеиваться надо мной!
   Андрей невозмутимо ответил:
   – Никто над тобой, Антоша, не посмеивается, и никогда над тобой не смеялся…
   Просто мы ждем… Ждем очень терпеливо…
   – Чего ждете вы?
   – Когда ты, наконец, признаешь ошибочность своих прежних взглядов! Когда ты сдашь свой партбилет! Когда…
   – Да я же согласился с тобой, что напрасно я ностальгировал!
   – Согласился, но не во всем, – вмешался в разговор друзей Вася, – ты еще вспоминал о мороженом, детстве, черном и белом…
   – Безусловно, вспоминал! – кивнул Антон. – Не может быть только черное без белого. Или я не прав?
   – Частично прав…
   – А! Только частично?
   – Да! Не может быть только черное без белого, – убежденно заговорил Андрей, – не может быть только плохое без хорошего!.. Об этом мы достаточно говорили раньше! Еще вчера мы о том же говорили, десятого апреля!
   – Неужели десятое апреля сегодня? – усомнился Антон. – Ведь…
   – Вчера было десятое апреля… Дежа вю!
   – Бред! Как все мне надоело! – рассердился Антон. – И вы оба со своей политикой!
   Минуту помолчали.
   – Да, были у всех нас приятные моменты в жизни… – медленно произнес Андрей.
   – Значит, ты тоже ностальгируешь? – обрадовался Антон, улыбаясь на миг.
   – Гм, должен тебя огорчить, – дружелюбно проговорил Андрей, – нет… Не ностальгирую!
   Еще подумай… Люди, вспоминая свое детство, молодость, по каким-то неведомым причинам забывают многое страшное, трагичное в их прошлой жизни…
   – Если то трагичное в их жизни было, не так ли? – моментально спросил Антон. – Мы же говорили о приятных моментах нашей жизни, так?
   – Разумеется… Как ты нам рассказывал, у тебя тоже были неприятные моменты, вспомни свой рассказ про маму, дядю, отца…
   – Да, но…
   – Подожди, дай закончить! – горячо перебил Антона Андрей. – Итак, получается, что человек вспоминает о молодости, а потом случайно или по неразумению идеализирует прошлую жизнь, даже не желая иной раз ее идеализировать! То есть приятные воспоминания о свой молодости перекрывают прежний негатив!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 [30] 31 32 33 34 35 36 37

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация